Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
— После обеда, — он слегка касается кончиками пальцев моей груди через халат, — нас ждёт аукцион. Мы должны выкупить один очень важный лот. Вы же не передумали мстить? Может, хотите вернуться к мужу, — Мирослав демонстративно осматривает пустую квартиру, — в его кровать, а то он, похоже, лишил вас собственной. Или вы уже нашли другую?
💥
15 лет брака — и один нож в спину.
Но вместо слёз я выбрала месть. Моим союзником стал Мирослав Войтов, но он не спаситель. Он — циничный игрок, преследующий собственные интересы.
Он предлагает контракт. Я — войну без правил.
Теперь его голос — мой путеводитель. Его уроки — опаснее измен. Вместе мы крушим мой брак, а ночи превращаем в союз ярости и страсти.
Мы — два урагана, сносящих всё на своём пути, даже друг друга.
Но когда рушится последняя стена, оказывается, что здания из обломков прочнее мраморных дворцов.
💥
15 лет брака — и один нож в спину.
Но вместо слёз я выбрала месть. Моим союзником стал Мирослав Войтов, но он не спаситель. Он — циничный игрок, преследующий собственные интересы.
Он предлагает контракт. Я — войну без правил.
Теперь его голос — мой путеводитель. Его уроки — опаснее измен. Вместе мы крушим мой брак, а ночи превращаем в союз ярости и страсти.
Мы — два урагана, сносящих всё на своём пути, даже друг друга.
Но когда рушится последняя стена, оказывается, что здания из обломков прочнее мраморных дворцов.
— Ты боишься меня, Аня?
Я поднимаю голову.
Свёкр смотрит прямо в глаза.
— Нет, — выдыхаю, переводя взгляд на настенные часы.
— А как думаешь, должна?
Он словно играет. Тянет время. Натягивает воображаемую струну между нами, проверяя, когда она лопнет.
— Не знаю, — отвечаю честно. — Думаю, это зависит от ваших действий…
Он медленно делает глоток вина, не сводя с меня глаз.
— Правильный ответ.
В этот момент я понимаю: отступать поздно.
Он уже втянул меня в свою опасную игру…
* * *
Мы с мужем временно останавливаемся в доме свёкра. И я даже не могу предположить, чем это для меня обернётся...
Я поднимаю голову.
Свёкр смотрит прямо в глаза.
— Нет, — выдыхаю, переводя взгляд на настенные часы.
— А как думаешь, должна?
Он словно играет. Тянет время. Натягивает воображаемую струну между нами, проверяя, когда она лопнет.
— Не знаю, — отвечаю честно. — Думаю, это зависит от ваших действий…
Он медленно делает глоток вина, не сводя с меня глаз.
— Правильный ответ.
В этот момент я понимаю: отступать поздно.
Он уже втянул меня в свою опасную игру…
* * *
Мы с мужем временно останавливаемся в доме свёкра. И я даже не могу предположить, чем это для меня обернётся...
Оказывается, что наш Генеральный - мой бывший. Значит ли это, что недоразумение в виде увольнения, домогательства на рабочем месте и другие неприятности мне гарантированы?
***
Его взгляд скользит по моим ногам, задерживаясь там, где консервативного покроя юбка задралась, открывая край кружевного чёрного чулка - единственную женственную деталь в моём строгом деловом костюме. Макс приподнимает бровь, словно меня оценивая, а потом смотрит выше, намертво застревая своими внимательными глазами на груди.
Сердце гулко трепыхается, оживая. Пульс взлетает.
- Напомни, Громова, почему мы расстались? - спрашивает с лёгкой хрипотцой в голосе, прерывая воцарившееся молчание. Похоже, и для него эта наша сегодняшняя встреча оказалась неожиданной.
***
Его взгляд скользит по моим ногам, задерживаясь там, где консервативного покроя юбка задралась, открывая край кружевного чёрного чулка - единственную женственную деталь в моём строгом деловом костюме. Макс приподнимает бровь, словно меня оценивая, а потом смотрит выше, намертво застревая своими внимательными глазами на груди.
Сердце гулко трепыхается, оживая. Пульс взлетает.
- Напомни, Громова, почему мы расстались? - спрашивает с лёгкой хрипотцой в голосе, прерывая воцарившееся молчание. Похоже, и для него эта наша сегодняшняя встреча оказалась неожиданной.
— Хотела сбежать, дурочка? — вкрадчиво произносит мужчина, наклоняясь и обдавая меня флером дорогого парфюма. — Правильно. Не открывай глаза, а то мне придется тебя убить.
От его голоса озноб страха пробирает до костей. В груди печет от сумасшедшего бега и страха. Кажется, я забыла, как дышать. По вискам и спине медленно стекают струйки пота. Господи, главное, чтобы не пытали. Главное, чтобы не узнали, что я журналистка.
Он прижимает меня к стене, сдавливая холодными пальцами мою шею, прижимая все сильнее к шершавому кирпичу.
— Тебе придется ответить, за то, что ты испортила моим гостям вечер, — жестко говорит он, и у меня буквально подкашиваются ноги.
От его голоса озноб страха пробирает до костей. В груди печет от сумасшедшего бега и страха. Кажется, я забыла, как дышать. По вискам и спине медленно стекают струйки пота. Господи, главное, чтобы не пытали. Главное, чтобы не узнали, что я журналистка.
Он прижимает меня к стене, сдавливая холодными пальцами мою шею, прижимая все сильнее к шершавому кирпичу.
— Тебе придется ответить, за то, что ты испортила моим гостям вечер, — жестко говорит он, и у меня буквально подкашиваются ноги.
— Хорошая девочка… - очень хрипло, говорит он, отстраняясь от меня.
…и тут я понимаю, что это голос совсем не Эрика...
Я со своим парнем приехала на отдых на дачу. Шикарная, двухэтажная и с огромной территорией - место для отдыха и романтики.
Но раньше времени приехавший отчим Эрика, получил эту «романтику» вместо своего сына и теперь не даёт мне прохода!
…и тут я понимаю, что это голос совсем не Эрика...
Я со своим парнем приехала на отдых на дачу. Шикарная, двухэтажная и с огромной территорией - место для отдыха и романтики.
Но раньше времени приехавший отчим Эрика, получил эту «романтику» вместо своего сына и теперь не даёт мне прохода!
— Я все расскажу отцу! — качаю права перед взрослым мужчиной.
— И что именно? — Волков недобро сверкает своими глазами шоколадного цвета, хищно оскаливаясь.
— Что ты руки распускаешь! — бросаюсь слишком провоцирующим заявлением и в защитной реакции сжимаю кулаки.
Волков надменно хмыкает и за секунду оказывается около меня. Напирает своим массивным телом. Бесцеремонно хватает меня за лицо, до боли сжимая щеки. От возмущения теряю дар речи.
— Прекрати орать! — выдыхает прямо в мои приоткрытые губки. — И сбрось возмущенное выражение со своего милого личика, — большим пальцем обводит мои губы. — У тебя недостаток удовольствия в крови, потому что ты даже не представляешь, что девушка испытывает во время... — обрывает фразу, облизывая чувственные губы.
У меня покалывает все тело. Вибрирует каждая клеточки.
На эмоциях и от злости выпаливаю, не думая:
— А ты покажи!
— И что именно? — Волков недобро сверкает своими глазами шоколадного цвета, хищно оскаливаясь.
— Что ты руки распускаешь! — бросаюсь слишком провоцирующим заявлением и в защитной реакции сжимаю кулаки.
Волков надменно хмыкает и за секунду оказывается около меня. Напирает своим массивным телом. Бесцеремонно хватает меня за лицо, до боли сжимая щеки. От возмущения теряю дар речи.
— Прекрати орать! — выдыхает прямо в мои приоткрытые губки. — И сбрось возмущенное выражение со своего милого личика, — большим пальцем обводит мои губы. — У тебя недостаток удовольствия в крови, потому что ты даже не представляешь, что девушка испытывает во время... — обрывает фразу, облизывая чувственные губы.
У меня покалывает все тело. Вибрирует каждая клеточки.
На эмоциях и от злости выпаливаю, не думая:
— А ты покажи!
— Кто дома? — грубо спросил татуированный мужик, который без спроса ворвался в нашу квартиру.
Его взгляд скользнул мимо меня, по видимому ожидая, что за моей спиной кто то появится.
— Родители на даче. — испуганно пискнула я.
Он хмыкнул, оглядывая меня с ног до головы, и вдруг его взгляд стал жестким.
— Как расплачиваться то будешь? — он шагнул ко мне, нависая, будто гора, и вдруг резко схватил и больно сжал мое запястье.
Его взгляд скользнул мимо меня, по видимому ожидая, что за моей спиной кто то появится.
— Родители на даче. — испуганно пискнула я.
Он хмыкнул, оглядывая меня с ног до головы, и вдруг его взгляд стал жестким.
— Как расплачиваться то будешь? — он шагнул ко мне, нависая, будто гора, и вдруг резко схватил и больно сжал мое запястье.
– Ты изменяешь мне, я всё видела!
– Раз ты всё видела, то и говорить не о чем, – спокойно и невозмутимо рассудил мой муж.
У меня от такой наглости перехватило дыхание.
Семь лет брака. И он смеет так себя вести!
– Милая, в любовь и верность играют дети. Ты – всего лишь красивое дополнение моей жизни. Будь добра, играй по правилам и дальше.
– Раз ты всё видела, то и говорить не о чем, – спокойно и невозмутимо рассудил мой муж.
У меня от такой наглости перехватило дыхание.
Семь лет брака. И он смеет так себя вести!
– Милая, в любовь и верность играют дети. Ты – всего лишь красивое дополнение моей жизни. Будь добра, играй по правилам и дальше.
— Я приму душ, а после проведу тебе маленькую дегустацию. Не скучай, малышка! Я скоро вернусь...
Придя к свекру-виноделу устраиваться на работу, я не подозревала, что на самом деле дегустировать он будет меня: жарко и властно.
Как я допустила подобное? А самое главное, почему я так чертовски этого хочу?.. Ведь он... А я...
Придя к свекру-виноделу устраиваться на работу, я не подозревала, что на самом деле дегустировать он будет меня: жарко и властно.
Как я допустила подобное? А самое главное, почему я так чертовски этого хочу?.. Ведь он... А я...
Я поступила в университет в другой стране и намерена усердно учиться. Отличница, послушная дочь, удобная девушка — всё это про меня. И я даже подумать не могла, что у меня есть другая сторона, которую мне показал холодный и избегающий серьёзных отношений лучник.
Задаться бы вопросом, почему меня втягивают в местную общину... Но я осознала опасность слишком поздно....
Охота на студентку началась...
Задаться бы вопросом, почему меня втягивают в местную общину... Но я осознала опасность слишком поздно....
Охота на студентку началась...
Выберите полку для книги