Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""

— Сними кольцо, девочка. То, что мой сын надел тебе на палец, здесь не работает.
Его рука у меня на горле. Дождь барабанит по крыше машины. Я киваю — потому что говорить уже не могу.

Я вышла за Артёма назло — слабого, маминого, удобного. Думала, переделаю. А через месяц поняла: задыхаюсь. И только его отец, Герман, видит меня настоящую — не стерву, не расчётливую суку, какой меня считает вся его семья, а голодную девочку, которой нужна твёрдая рука. Его рука. Свёкра. Мужчины, чью фамилию я ношу через его сына. Это неправильно. Это стыдно. Это то, от чего я схожу с ума, едва он смотрит мне в глаза.

Случайная встреча в парке с нагловатым незнакомцем Андреем перевернула мою жизнь с ног на голову — вместо обычного свидания я оказалась в его спальне, где меня ждали не только шампанское и клубника, но и кожаная плетка, наручники и запертая тумбочка с тайнами.

Майский отпуск выдался на славу. Я украла у соседа шашлык, от которого кайфанула.
НО! Кто сказал, что смогу легко отделаться?

Чья-то ладонь зажала мне рот, а вторая рука стальным хватом обхватила меня за талию и дернула назад, прижимая к мощному телу. Я издала приглушенный крик, рефлекторно дернулась, но хватка нападающего была крепкой.
– Так, так, так, – прошептал мне на ухо низкий голос, посылая по мне электрический разряд. – Попалась дерзкая воровка, думающая, что ей сойдет с рук кража моего хавчика!

Продать свою жизнь за любимого человека ... Да пусть так но это временно... Постараться отмыть себя после первого раза...

Муж не прикасался ко мне годами. Я думала, что никому не нужна — толстая, уставшая, невидимая. Пока он не появился. Руслан Давыдов. Властный. Опасный. Он увидел меня и сказал: «Ты моя». Я поверила. А потом началась война. Бывший муж. Суд. Предательство подруги. Тени его прошлого.
И главный вопрос: смогу ли я выжить рядом с мужчиной, который не умеет любить наполовину?

Страсть, которая сжигает. Драма, которая держит до последней страницы.

Купить эльфа-ифрита, чтобы он согрел постель? Легко. Удержать его, когда он получит свободу? Почти невозможно. Не приказывать, а просить. Не ломать, а греть. Не бояться сгореть — бояться замёрзнуть.

Шайя - госпожа воды, среди пустынных песков, где жажда убивает быстрее меча. У нее есть все; караваны, контракты, деньги, вода. Но расплата ее успехам долгое и мучительное одиночество.

Варас перестал верить в тепло задолго до того, как его заковали в браслеты глушения. Он — последний вождь своего клана, и за пять лет плена ни одна женщина не увидела в нём мужчину. Только оружие. Только трофей. Только страх.

Для тех, кто верит, что даже вода может загореться.
Пустыня не прощает слабых. Но она дарит шанс тем, кто готов сгореть.

— Венок не снимется до полнолуния, — шепчет Дамир, и его пальцы скользят по моей шее. — Три ночи ты наша.
Радим за моей спиной усмехается, дышит мне в висок:
— И мы поделимся. По-братски. Тобой.

Я летела в Египет без всяких надежд — просто отдохнуть, выспаться, дочитать книгу. Но в холле отеля я встретила его — кареглазого Максима, от одного взгляда которого у меня подкосились. А потом в номере появились его друзья, и я поняла: этот отпуск разделит мою жизнь на «до» и «после».

Милана прищурилась.
— И что ты сделаешь? Заставишь меня подписать отказ? Я этого не сделаю. Никогда.

— Нет, — Жнец подошел так близко, что она чувствовала жар его тела. — Все гораздо интереснее. Чтобы вступить в наследство, нужно, чтобы прошли полгода со дня смерти владельца. И всё это время наследница должна быть под моим контролем. Более того... ты станешь моей женой. Официально. Мы поженимся через три дня.

Милана нервно рассмеялась.
— Женой? Ты бредишь? Я скорее перережу себе горло.

— У тебя нет выбора, — он схватил ее за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Если ты выйдешь за меня, то у тебя будет шесть месяцев жизни, а через полгода я просто ликвидирую тебя, когда документы будут оформлены. Ты проживешь эти месяцы в комфорте... ну, относительном. Но если откажешься...

Он сделал паузу, и его пальцы больно впились в ее кожу.
— Если откажешься, я отдам тебя своим ребятам на псарню. Они не такие деликатные, как я. Ты будешь молить о смерти через час. А наследство я

Вы верите в чудеса? Я нет, потому что моя жизнь совсем не похожа на сказку. И самое страшное в этой жизни — это приговор врачей. Я никогда не стану мамой…
Надо как-то жить дальше, но я пока не знаю как. И мне не приходит в голову ничего лучшего, как пойти в ресторан и напиться с новым знакомым, который сегодня буквально вытащил меня из-под колес автомобиля…
***


— Девушка, вам нехорошо? Может, могу чем‑то помочь? — участливо спрашивает молодой человек с обворожительной белозубой улыбкой. Его голос звучит мягко, заботливо, без тени насмешки.
— Дежавю какое‑то, — говорю, икая. — Извините.
— Это не дежавю, это судьба, — весело отзывается парень, присаживаясь напротив меня без приглашения, но так естественно, будто мы знакомы сто лет.
— Ну что, судьба, давай выпьем? — наполняю рюмку, услужливо поставленную перед моим визави.