Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

— Ты никчемная, бесполезная, бесплодная обуза, которая прячется за чужими детьми, потому что не может родить своих! Ты высосала из меня пять лет жизни, обещая будущее, которого не будет никогда!
Рука для пощечины взлетает сама, но муж перехватывает запястье. Сжимая так, что пальцы немеют.
— Не смей! Даже не думай поднимать на меня руку. Ты не имеешь права злиться на меня за то, что твоё тело не работает!
— Отпусти... Больно...
— Больно? А мне не больно знать, что женился на дефектной женщине, которая играет в святую, спасая чужих детей, вместо того чтобы дать мне своих?
— Что ты сказал?..
— Я ухожу к другой. Она ждёт от меня ребёнка. Через четыре месяца родится мой сын. А ты дальше играй в учительницу-мученицу, которая отдаёт всю себя чужим семьям. Может, там тебя оценят. Здесь ты никому не нужна.

Стас Воронов – парень, из-за которого я не сплю по ночам.
Он мой новый сосед и… бывший.
Соседство с ненавистным монстром быстро превращается в войну, а каждая встреча – в личную месть.  
Но, чем дольше мы противостоим друг другу, тем сложнее прятать чувства, которые никуда не делись…

Один разговор, которого они избегали много лет.
Одна новогодняя ночь.
И одно желание на двоих.

Новогодний ромком о бывших, которые ссорятся слишком громко и любят слишком сильно🎄✨

✨НОВЕЛЛА!✨

— Сын подписал документы о разводе, — свекровь швыряет в меня документ и, схватив за волосы, тянет на выход. — Ты ему больше не жена! Моему сыну не нужна русская, он женится на «своей». Проваливай!
_____
Меня выставили за дверь. Муж не появился, не заступился. Развелся со мной, как будто меня и не было.
Спустя несколько месяцев я, наконец, нахожу работу. И вдруг узнаю, что мой бывший муж стал моим боссом.
— У меня свадьба на носу. Не хочу из-за тебя проблем. Да и не беру я к себе баб с пузом. Нужна работа — избавься от выродка. Либо проваливай прочь.
Интересно, бросил бы ты мне эту чушь в лицо, если бы знал, что у «не своей» под сердцем твой малыш?
Будешь умолять, милый! А мы ещё посмотрим, кто кому не пара! Ты меня не достоин!

– Знаешь, – сказала я, снова посмотрев на мужа и его подружку, – я сегодня была у врача.
Илья замер, почувствовал неладное и свел темные брови.
– Я беременна, Илья. Два года мы пытались, и вот… свершилось. А ты? С ней?
Тишина. Муж впал в шок. А после шумно сглотнул и глубоко вдохнул.
– Таня… – прошептал он, шагнув ко мне. – Прости. Я…
– Не надо, – перебила я. – Я уже все поняла.
Я развернулась и поспешила прочь.
– Тань, постой! Ты… ты правда беременна? – догнал меня, оперся рукой о стену у лифта.
Я молниеносно развернулась. Вулкан готов извергнуться.
– А что, сомневаешься? Хочешь тест на отцовство?

Я убила своего мужа.
Мне должны дать пятнадцать лет. Это дольше, чем длился мой брак.
Он - обещает меня спасти.
Но есть одно условие...
Пока длятся суды - я полностью ему подчиняюсь.
Он - лучший адвокат в городе и может быть стране. И он очень, очень, очень изобретательный адвокат.
И не только в зале суда...

Их взгляды встречаются — дольше, чем положено. Вероника моргает первой, чувствуя, как жар поднимается к щекам. Ведь он отец Игоря, и это неправильно, но в глубине души шепчет искра любопытства. Захар отрывается от стены и приближается, шаги уверенные, как у хищника. Он останавливается рядом, слишком близко, и Вероника улавливает запах его одеколона — смесь табака и древесины.
— Вы выглядите усталой, Вероника, — говорит он, наливая коньяк в её бокал. Голос низкий, бархатный, с лёгким акцентом от европейских поездок.
Она сглатывает, стараясь сохранить спокойствие. Это запретно, но сердце бьётся чаще, и она берёт бокал.
— Спасибо, Захар. Просто корпоративы всегда такие утомляющие.
— Ты могла бы светить ярче, — продолжает он, наклоняясь ближе, так что его дыхание касается уха. — Если захочешь.

— Света нет, Ева, — сказал он, его голос был спокойным, но с металлическим отливом, как приказ. — Мы застряли здесь, и тебе придётся привыкнуть к моей компании. Сядь ближе, не бойся, я позабочусь о тебе.
Она отодвинулась на диване, чувствуя, как напряжение сгущается в воздухе. Ева попыталась встать, но Богдан схватил её за запястье, его пальцы были крепкими, как стальные оковы.
— Куда ты? — спросил он, притягивая её обратно. — Не глупи, здесь опасно в темноте.

— Он подал на развод, — сказала Зинаида. Голос — ровный, почти ласковый. Так говорят с умирающими. — Бумаги у адвоката. Подпишешь — или нет, без разницы. Через полгода разведут автоматически. Он знает - ребенок не его!
— Нет. Это ложь!...
— Да.
— Нет! Это неправда! Он любит меня! Я ношу его ребёнка!
Зинаида улыбнулась. Этой её улыбкой — тонкой, ядовитой, от которой хотелось содрать с себя кожу.
— Его ребёнка? — она склонила голову набок. — Милая, он всё знает. Мы все знаем. Твои измены. Твои кражи. Ты получила то, что заслужила.
— Я не изменяла! Я ничего не крала!
— Это расскажешь судье. Хотя вряд ли он поверит. Доказательства — железные. Подписи, счета, свидетели. Всё как полагается.
Она встала. Поправила пальто. Одёрнула перчатки — тонкие, кожаные, наверняка стоят больше, чем я зарабатывала за месяц.
— Я предупреждала его, — сказала она. — С самого начала. Детдомовская кровь. Нищета. Безродность. Это в генах, это не вытравишь.

Его ухаживания были настойчивыми, но нежными. Он не давал мне сбежать обратно в свою скорлупу. И для меня, одинокой и изголодавшейся по простому человеческому вниманию, он стал спасением.
Когда он сделал предложение, я не раздумывала ни секунды. Это казалось логичным финалом сказки. Сирота, которую нашел принц. Я видела счастье в его глазах и была ему бесконечно благодарна.
На свадьбе со своей стороны я была практически одна. Он стоял рядом, красивый и серьезный, а я в белом платье, которое он сам для меня выбрал. Я чувствовала себя такой счастливой. В тот день меня переполняла радость и тихая, глубокая надежда. Надежда на то, что одиночество кончилось. Что теперь у меня есть своя семья.
Я верила, что это начало новой жизни. Я еще не знала, что благодарность – плохой фундамент для любви. И что моя сказка только начиналась, но была написана не в тех красках, о которых я тихо мечтала, глядя из окна своей одинокой комнаты

Я ловлю ее за локоть в тесной подсобке среди ящиков с пивом. Запах ее шампуня перебивает запах затхлого воздуха. Она вырвалась из бара после того, как облила мой рукав текилой.
— Где я тебя видел? — мой голос хриплый. Я прижимаю ее к стене, чувствую, как дрожит ее тело под тонкой тканью корсета.
— Нигде. Я не… Я просто официантка.
Ложь. Я знаю эти глаза. Угасающий мед, сейчас полный паники и еще чего-то. Мое тело помнит. Яростно помнит.
Я не могу себя остановить. Пригибаюсь и захватываю ее губы. Жестко. Вопросительно.
Она замирает. Не отвечает. Ее губы мягкие, невинные под моим натиском. И это сводит меня с ума.
Затем в ее теле происходит что-то — сдача, вздох. Ее пальцы впиваются в мою футболку. В мире остается только ее вкус, сладковатый, как запретный плод, и дикий рёв в висках, кричащий МОЯ.
Зверь проснулся и узнал свою добычу.