Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Вы Алина? — голос у него глубокий, спокойный, даже местами вибрирующий.
— Да… а вы? — сиплю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Максим Воронцов, — он не сводит с меня глаз. — Вашу дочь забрал я. Пройдемте со мной в машину, нам нужно серьезно поговорить.
Мой мозг отказывается обрабатывать эти слова.
— Что значит… вы забрали мою дочь?! — я дергаюсь назад, внутри вспыхивает дикая смесь паники и ярости. — Вы вообще кто такой?!
Его лицо остается абсолютно непроницаемым, когда он проговаривает каждое слово:
— Ее отец.
Два года назад я сделала ЭКО с донорским материалом.
ДНК-тест подтвердил его слова.
Мой анонимный донор оказался миллиардером, а моя маленькая девочка — его единственной наследницей.
Теперь он хочет войти в её жизнь, а я не собираюсь ему доверять.
— Да… а вы? — сиплю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Максим Воронцов, — он не сводит с меня глаз. — Вашу дочь забрал я. Пройдемте со мной в машину, нам нужно серьезно поговорить.
Мой мозг отказывается обрабатывать эти слова.
— Что значит… вы забрали мою дочь?! — я дергаюсь назад, внутри вспыхивает дикая смесь паники и ярости. — Вы вообще кто такой?!
Его лицо остается абсолютно непроницаемым, когда он проговаривает каждое слово:
— Ее отец.
Два года назад я сделала ЭКО с донорским материалом.
ДНК-тест подтвердил его слова.
Мой анонимный донор оказался миллиардером, а моя маленькая девочка — его единственной наследницей.
Теперь он хочет войти в её жизнь, а я не собираюсь ему доверять.
Я стою в дверях кабинета и смотрю на Виктора. Вика сидит на его столе, блузка расстёгнута. Она одёргивает одежду.
— Ой, простите, я вам не помешала? — говорю я.
— Ева, какого черта? — цедит он. — Ты не могла постучать?
— А зачем? У вас планерка. Без штанов.
— Мы обсуждали планы, — лепечет Вика.
— Планы, — усмехаюсь я. — Увести мужа из семьи?
Я разворачиваюсь к Виктору:
— Значит, я стала тебе надоевшей вещью? Строить бизнес, рожать дочь — удобно было? А теперь я неудобная?
— Развод неизбежен, — говорит он.
Я закрываю дверь. Через неделю я запускаю тираж буклетов с его перепиской и фотографиями. Он не заметил, как я сфотографировала его компьютер. Пара снимков, анонимная рассылка — и его репутация разлетится в клочья. Он получил фирму, но не знает, что я подготовила ответный ход.
— Ой, простите, я вам не помешала? — говорю я.
— Ева, какого черта? — цедит он. — Ты не могла постучать?
— А зачем? У вас планерка. Без штанов.
— Мы обсуждали планы, — лепечет Вика.
— Планы, — усмехаюсь я. — Увести мужа из семьи?
Я разворачиваюсь к Виктору:
— Значит, я стала тебе надоевшей вещью? Строить бизнес, рожать дочь — удобно было? А теперь я неудобная?
— Развод неизбежен, — говорит он.
Я закрываю дверь. Через неделю я запускаю тираж буклетов с его перепиской и фотографиями. Он не заметил, как я сфотографировала его компьютер. Пара снимков, анонимная рассылка — и его репутация разлетится в клочья. Он получил фирму, но не знает, что я подготовила ответный ход.
Она приехала на свадьбу лучшей подруги всего на две недели.
А уехала с разбитым сердцем и беременная его ребёнком.
Аслан — властный, молчаливый, пах горами и силой. Отчим её подруги. Мужчина, которому нельзя было даже смотреть в её сторону.
Но иногда запретное притяжение оказывается сильнее чести, семьи и здравого смысла.
А уехала с разбитым сердцем и беременная его ребёнком.
Аслан — властный, молчаливый, пах горами и силой. Отчим её подруги. Мужчина, которому нельзя было даже смотреть в её сторону.
Но иногда запретное притяжение оказывается сильнее чести, семьи и здравого смысла.
Ранее книга называлась "Плыви своим курсом, предатель"
— Костя, когда мы уже поженимся? Шесть лет всё-таки живём.
Да, я снова завела эту пластинку с самого утра субботнего дня. Да, я жду кольца и предложения. Всё, как положено в отношениях между двумя любящими людьми. Людьми, которые планируют будущее вместе. Ведь мы планируем?
— Да что ты пристала со своим «поженимся»? — вдруг взорвался Костя. Да, я спрашиваю об этом последний год довольно часто, но это не повод на меня голос повышать. — Штамп ничего не решает, я говорил тебе уже сто раз.
— Мне тридцать пять, я хочу замуж, семью, детей!
— Тогда что ты делаешь рядом со мной? — его ехидная, кривая ухмылка едва не сбивает с ног.
Действительно, что я делаю рядом с ним?
Я была запасным аэродромом, пока мой любимый жил свою лучшую жизнь и искал вариант получше. Я ушла от него, а через два месяца он женился. На той, с кем, как оказалось, он давно изменял мне.
Но сделанное зло возвращается в десятикратном размере...
— Костя, когда мы уже поженимся? Шесть лет всё-таки живём.
Да, я снова завела эту пластинку с самого утра субботнего дня. Да, я жду кольца и предложения. Всё, как положено в отношениях между двумя любящими людьми. Людьми, которые планируют будущее вместе. Ведь мы планируем?
— Да что ты пристала со своим «поженимся»? — вдруг взорвался Костя. Да, я спрашиваю об этом последний год довольно часто, но это не повод на меня голос повышать. — Штамп ничего не решает, я говорил тебе уже сто раз.
— Мне тридцать пять, я хочу замуж, семью, детей!
— Тогда что ты делаешь рядом со мной? — его ехидная, кривая ухмылка едва не сбивает с ног.
Действительно, что я делаю рядом с ним?
Я была запасным аэродромом, пока мой любимый жил свою лучшую жизнь и искал вариант получше. Я ушла от него, а через два месяца он женился. На той, с кем, как оказалось, он давно изменял мне.
Но сделанное зло возвращается в десятикратном размере...
— Мне нужно, чтобы ты родила мне ребёнка, — проговариваю забитой жизнью девушке, которую навязали мне в жёны, — ты вообще по-русски понимаешь?
— Конечно, понимаю, господин, — всхлипывает она.
— Ну, наверно, ты знаешь, откуда берутся дети? Почему ты как шальная бегаешь от меня? Ты моя жена!
— Я слышала… я слышала…
— Что ты слышала, Аяна?
— Ваш разговор. У вас есть другая женщина. Вы влюблены. Езжайте к ней, женитесь. Я даю согласие на вторую жену, только не трогайте меня.
Вчера меня выдали замуж. Я знала, что этот день настанет, и готовилась к нему. Мой жених представлялся мне лучшим из мужчин, хоть я ни разу его не видела. Пока я не услышала его разговор с русской женщиной по имени Надя.
— Когда она родит, я заберу сына с собой в Россию. Нас с ней ничего не будет связывать. Ты всегда будешь главной женщиной моей жизни.
— Конечно, понимаю, господин, — всхлипывает она.
— Ну, наверно, ты знаешь, откуда берутся дети? Почему ты как шальная бегаешь от меня? Ты моя жена!
— Я слышала… я слышала…
— Что ты слышала, Аяна?
— Ваш разговор. У вас есть другая женщина. Вы влюблены. Езжайте к ней, женитесь. Я даю согласие на вторую жену, только не трогайте меня.
Вчера меня выдали замуж. Я знала, что этот день настанет, и готовилась к нему. Мой жених представлялся мне лучшим из мужчин, хоть я ни разу его не видела. Пока я не услышала его разговор с русской женщиной по имени Надя.
— Когда она родит, я заберу сына с собой в Россию. Нас с ней ничего не будет связывать. Ты всегда будешь главной женщиной моей жизни.
— Срок годности есть у всего, — говорит муж. — Твой — вышел.
Слова повисают в воздухе.
— Ты серьезно? Срок годности? Как у молока, которое прокисло?!
— Или, как у хлеба, который черствеет, — кивает муж.
Мой любимый Егор… Не могу поверить, что он говорит мне это!
— Считай, что…
— Что ты зачерствел?! Что ты…
— Ты и так все знаешь! — перебивает нетерпеливо. — Давай сразу к сути. Другую люблю! Хочу. Врать не вижу смысла.
— А как же я? — шепчу я.
— Ты взрослая женщина, — говорит он. — Как-нибудь справишься. Без меня!
**
Муж заявил, что мой срок годности вышел.
Мне пришлось снять кольцо и учиться жить без него.
С мыслью, что у предательства нет срока давности, но…
Однажды бывший постучал в мою дверь!
Слова повисают в воздухе.
— Ты серьезно? Срок годности? Как у молока, которое прокисло?!
— Или, как у хлеба, который черствеет, — кивает муж.
Мой любимый Егор… Не могу поверить, что он говорит мне это!
— Считай, что…
— Что ты зачерствел?! Что ты…
— Ты и так все знаешь! — перебивает нетерпеливо. — Давай сразу к сути. Другую люблю! Хочу. Врать не вижу смысла.
— А как же я? — шепчу я.
— Ты взрослая женщина, — говорит он. — Как-нибудь справишься. Без меня!
**
Муж заявил, что мой срок годности вышел.
Мне пришлось снять кольцо и учиться жить без него.
С мыслью, что у предательства нет срока давности, но…
Однажды бывший постучал в мою дверь!
Я сняла квартиру и попала в ловушку. Хан сказал, что теперь я отрабатываю долг. В полиции развели руками — бесполезно. А потом я вцепилась в рукав незнакомца. Он уничтожил Хана одним звонком и приказал: «Иди за мной». Теперь я живу в его доме. Он — военный. Холодный, стальной, опасный. Он спас меня, но требует полного подчинения. Только одна проблема: я влюбляюсь в своего тюремщика. Но сможет ли эта ледяная глыба тоже растаять?
– Может, просто подойдёшь к нему в универе и познакомишься… ну, типа, классическим способом?
Резко разворачиваюсь, хватая ртом воздух.
– Роза, ты в своём уме? Это же АДАМ!
– И что? Обычный мажорик. Тоже мне пуп Земли.
А вот теперь, кажется, у меня дым валит из ноздрей.
– Я. Не могу. Просто. Взять. И подойти. К Адаму. Никто не может, он сам всегда выбирает девушек. Понимаешь? Не девушки выбирают его, а он их, – говорю, откидывая назад волосы.
– Пф-ф-ф… Так, может тебе просто не быть как все и этим его и зацепишь?
***
Зацепила, блин!
Сначала спалилась в его спальне, а затем в машине. И мне бы бояться, но то, как ОН взрывается, когда я косячу – стоит моих мучений.
Особенно приятно то, что происходит после…
Резко разворачиваюсь, хватая ртом воздух.
– Роза, ты в своём уме? Это же АДАМ!
– И что? Обычный мажорик. Тоже мне пуп Земли.
А вот теперь, кажется, у меня дым валит из ноздрей.
– Я. Не могу. Просто. Взять. И подойти. К Адаму. Никто не может, он сам всегда выбирает девушек. Понимаешь? Не девушки выбирают его, а он их, – говорю, откидывая назад волосы.
– Пф-ф-ф… Так, может тебе просто не быть как все и этим его и зацепишь?
***
Зацепила, блин!
Сначала спалилась в его спальне, а затем в машине. И мне бы бояться, но то, как ОН взрывается, когда я косячу – стоит моих мучений.
Особенно приятно то, что происходит после…
Она достаёт из сумки белый конверт и протягивает мне. Олег делает движение вперёд.
— Не бери. — Смотрю на его руку и понимаю: возьму именно поэтому. Беру.
— Надя, — говорит Олег уже другим голосом. — Дай мне.
— Нет.
Я открываю конверт прямо в прихожей. Внутри несколько листов, фотография и ключ. Первым в ладонь падает обычный металлический ключ без номера и адреса. За ним я достаю фотографию. Олег у подъезда незнакомого дома. Рената рядом. Её рука лежит у него на груди, а он накрывает её ладонь своей.
Так коллеги друг друга не касаются. Снимок сделан вечером. Олег смотрит на Ренату, камеры он даже не замечает.
— Надя, это не то, что ты думаешь.
Я поднимаю на него глаза. Господи, как же ненавижу эту фразу.
— А что я думаю?
— Не бери. — Смотрю на его руку и понимаю: возьму именно поэтому. Беру.
— Надя, — говорит Олег уже другим голосом. — Дай мне.
— Нет.
Я открываю конверт прямо в прихожей. Внутри несколько листов, фотография и ключ. Первым в ладонь падает обычный металлический ключ без номера и адреса. За ним я достаю фотографию. Олег у подъезда незнакомого дома. Рената рядом. Её рука лежит у него на груди, а он накрывает её ладонь своей.
Так коллеги друг друга не касаются. Снимок сделан вечером. Олег смотрит на Ренату, камеры он даже не замечает.
— Надя, это не то, что ты думаешь.
Я поднимаю на него глаза. Господи, как же ненавижу эту фразу.
— А что я думаю?
ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА!
- Я решил к тебе вернуться, - сообщает мне бывший муж через три года после развода.
- Прекрасная новость, - усмехаюсь в ответ. - Но у меня есть покруче - я выхожу замуж. Тебя не приглашаю, посторонние люди в такой прекрасный день мне не нужны.
***
Три года назад он ушел к своей беременной любовнице, заявив, что ей, бедняжке, он сейчас нужнее. И «осчастливил» меня тем, что однажды, быть может, ко мне вернётся.
Вот только я его вовсе не ждала, слезы по нему не лила и времени зря не теряла. И теперь ему предстоит узнать - что это такое, когда ты уже не нужен тем, кому был когда-то дорог.
***
Три года в аду - так можно описать мою жизнь после развода с женой.
Дойдя до точки, я решил, что хочу восстановить свой брак и свою прежнюю жизнь.
Вот только не подумал, что ту, которую предал, мне уже, похоже, не вернуть.
Потому что она счастлива без меня.
А я без неё - нет.
- Я решил к тебе вернуться, - сообщает мне бывший муж через три года после развода.
- Прекрасная новость, - усмехаюсь в ответ. - Но у меня есть покруче - я выхожу замуж. Тебя не приглашаю, посторонние люди в такой прекрасный день мне не нужны.
***
Три года назад он ушел к своей беременной любовнице, заявив, что ей, бедняжке, он сейчас нужнее. И «осчастливил» меня тем, что однажды, быть может, ко мне вернётся.
Вот только я его вовсе не ждала, слезы по нему не лила и времени зря не теряла. И теперь ему предстоит узнать - что это такое, когда ты уже не нужен тем, кому был когда-то дорог.
***
Три года в аду - так можно описать мою жизнь после развода с женой.
Дойдя до точки, я решил, что хочу восстановить свой брак и свою прежнюю жизнь.
Вот только не подумал, что ту, которую предал, мне уже, похоже, не вернуть.
Потому что она счастлива без меня.
А я без неё - нет.
Выберите полку для книги