Книги по тегу «противостояние и притяжение»: ""
- Леся? А ты очень изменилась… – удивлённо произнёс бархатный голос из моих девичьих грёз.
- Неужели? Ты был уверен, что я так и останусь угловатой веснушчатой девчонкой? - сдерживая дрожь, постаралась уверенно произнести я.
- Вы с Ларой мне много крови попили своими выходками, похоже, внешние изменения не повлияли на давнюю традицию – влипать в истории!
- Глупости, никуда мы не влипаем и уже давно! И вообще, с чего ты взял, что мне требуется защитник, - гордо подняла я голову и посмотрела прямо в глаза Роману, старшему брату Лары, который вообще-то непонятно откуда здесь взялся. Пять последних лет его не было ни видно, ни слышно: уехал на стажировку, даже не попрощавшись…
- Каким ветром тебя занесло в родные края?
- Попутным, Леся, попутным, - глядя на мои губы, ответил Роман, а у меня пересохло в горле от этого многообещающего взгляда. – Кажется, я приехал вовремя.
- Тебе виднее. Извини, меня ждут…
- Не торопись, дикая кошка, - преграждая мне дорогу, уверенно произнёс Роман
- Неужели? Ты был уверен, что я так и останусь угловатой веснушчатой девчонкой? - сдерживая дрожь, постаралась уверенно произнести я.
- Вы с Ларой мне много крови попили своими выходками, похоже, внешние изменения не повлияли на давнюю традицию – влипать в истории!
- Глупости, никуда мы не влипаем и уже давно! И вообще, с чего ты взял, что мне требуется защитник, - гордо подняла я голову и посмотрела прямо в глаза Роману, старшему брату Лары, который вообще-то непонятно откуда здесь взялся. Пять последних лет его не было ни видно, ни слышно: уехал на стажировку, даже не попрощавшись…
- Каким ветром тебя занесло в родные края?
- Попутным, Леся, попутным, - глядя на мои губы, ответил Роман, а у меня пересохло в горле от этого многообещающего взгляда. – Кажется, я приехал вовремя.
- Тебе виднее. Извини, меня ждут…
- Не торопись, дикая кошка, - преграждая мне дорогу, уверенно произнёс Роман
Эдгар Державин собственной персоной встречает меня прямо у входа в школу. Этот тип – воплощение всего самого мерзкого, что может быть в человеке. Грубый, самовлюбленный и слишком богатый владелец сети ночных клубов нашего города.
–Вы теперь будете меня преследовать? – с ходу фыркаю на мужика, пытаясь пройти мимо.
Мощная рука хватает за запястье, заставляя остановиться и оглядеться по сторонам. Здесь же кругом мои ученики.
–Осторожнее на поворотах, малышка, - ухмыляется негодяй, притягивая меня к себе. – Твоя сестрица клиентов на бабки разводила.
–Я же говорила, что выплачу Юлин долг.
–Тебе долго придется отрабатывать, причем натурой и то не хватит, -нагло выдает он.
–Да что вы себе позволяете?
–Не больше чем твоя сестренка, детка. Но у меня есть к тебе предложение, взаимовыгодное, так сказать!
–Что за предложение?
–Ты ж училка!? Вот и будешь заниматься тем, что умеешь!
–А если я откажусь?
–Хм… попробуй! И будешь спать со всеми, кого кинула твоя Юля.
–Вы теперь будете меня преследовать? – с ходу фыркаю на мужика, пытаясь пройти мимо.
Мощная рука хватает за запястье, заставляя остановиться и оглядеться по сторонам. Здесь же кругом мои ученики.
–Осторожнее на поворотах, малышка, - ухмыляется негодяй, притягивая меня к себе. – Твоя сестрица клиентов на бабки разводила.
–Я же говорила, что выплачу Юлин долг.
–Тебе долго придется отрабатывать, причем натурой и то не хватит, -нагло выдает он.
–Да что вы себе позволяете?
–Не больше чем твоя сестренка, детка. Но у меня есть к тебе предложение, взаимовыгодное, так сказать!
–Что за предложение?
–Ты ж училка!? Вот и будешь заниматься тем, что умеешь!
–А если я откажусь?
–Хм… попробуй! И будешь спать со всеми, кого кинула твоя Юля.
Жених оказался козлом, начальник распускал руки. Катя бросила всё и уехала в другой город. Она решила начать жизнь с чистого листа и непременно стать счастливой. А если во Вселенную отправить запрос, она вас услышит. Нужна лишь одна искра, чтобы загорелось пламя или голубоглазый соблазнительный спасатель.
Катя открыла глаза и увидела его. Незнакомец. Высокий, с тёмными волосами и пронзительным взглядом, от которого невозможно было отвести глаза.
— Ну вот мы и дождались, сейчас полетаем вместе. — улыбаясь, заявил он.
— Ты чего задумал? Ты всё неправильно понял! Отпусти меня! — заколотила маленькими кулачками Катя.
— Как чего? Ты же прыгнуть хотела? Вот сейчас тебе представится такая возможность под моим чутким руководством. Чтобы все дурные мысли из головы раз и навсегда выветрились. — улыбался голубоглазик.
— Ты не посмеешь!
— Уверена? Парни, готовьтесь принимать, мы прыгаем! — крикнул Захар.
— Ты сумасшедший?!
Катя открыла глаза и увидела его. Незнакомец. Высокий, с тёмными волосами и пронзительным взглядом, от которого невозможно было отвести глаза.
— Ну вот мы и дождались, сейчас полетаем вместе. — улыбаясь, заявил он.
— Ты чего задумал? Ты всё неправильно понял! Отпусти меня! — заколотила маленькими кулачками Катя.
— Как чего? Ты же прыгнуть хотела? Вот сейчас тебе представится такая возможность под моим чутким руководством. Чтобы все дурные мысли из головы раз и навсегда выветрились. — улыбался голубоглазик.
— Ты не посмеешь!
— Уверена? Парни, готовьтесь принимать, мы прыгаем! — крикнул Захар.
— Ты сумасшедший?!
— Тимур, значит? — Взгляд Платона меняется, становится острее, резче. — Почему у него отчество Сергеевич в свидетельстве о рождении?
Вот как. Нужно было быть готовой к тому, что у Платона будет вся информация на нас буквально за несколько часов.
— Это отчество его дедушки. Отца, как тебе, наверное, уже доложили, у Тимура по свидетельству нет.
— Да, и это особенно интересно, учитывая, что его отец жив, здоров. И ни хрена о нем не знает.
— Ты ясно обозначил мою роль в своей жизни. Роль временной подстилки. И после моего отказа также очень явно дал понять, чтобы я больше не пыталась связаться с тобой. Как ты представляешь себе… что я должна была делать?
— Как-то дать мне знать о том, что у меня будет сын. О том, что у меня родился сын. Ладно, — внезапно отступает: и физически делает шаг назад, и в разговоре. — Сейчас не об этом. У меня есть к тебе предложение. К вам обоим.
Вот как. Нужно было быть готовой к тому, что у Платона будет вся информация на нас буквально за несколько часов.
— Это отчество его дедушки. Отца, как тебе, наверное, уже доложили, у Тимура по свидетельству нет.
— Да, и это особенно интересно, учитывая, что его отец жив, здоров. И ни хрена о нем не знает.
— Ты ясно обозначил мою роль в своей жизни. Роль временной подстилки. И после моего отказа также очень явно дал понять, чтобы я больше не пыталась связаться с тобой. Как ты представляешь себе… что я должна была делать?
— Как-то дать мне знать о том, что у меня будет сын. О том, что у меня родился сын. Ладно, — внезапно отступает: и физически делает шаг назад, и в разговоре. — Сейчас не об этом. У меня есть к тебе предложение. К вам обоим.
— Ты ее сюда привела, зачем? — спрашивает незнакомый женский голос с нотками явного недовольства. — Он же бабник известный, все секретарши через его постель проходят! Тебе подругу свою не жалко?
И тут я слышу ответ Юли, моей лучшей подруги:
— Ой, да ладно тебе! Ты ее видела? Она же дурнушка, каких поискать! Серая мышь. Он на такую даже не посмотрит, я тебя уверяю. А вот у меня… у меня появится шанс! Достал он уже спать исключительно с секретаршами, может, наконец, обратит внимание и на другой женский коллектив в компании…
Сжимаю кулаки…Внутри все кипит от злости и унижения.
Решено! Соблазню босса! Заставлю его влюбиться в меня! И ты, Юля, увидишь, какая я «дурнушка»!
Вот только... смогу ли я, играя в эту игру, не влюбиться сама?
И тут я слышу ответ Юли, моей лучшей подруги:
— Ой, да ладно тебе! Ты ее видела? Она же дурнушка, каких поискать! Серая мышь. Он на такую даже не посмотрит, я тебя уверяю. А вот у меня… у меня появится шанс! Достал он уже спать исключительно с секретаршами, может, наконец, обратит внимание и на другой женский коллектив в компании…
Сжимаю кулаки…Внутри все кипит от злости и унижения.
Решено! Соблазню босса! Заставлю его влюбиться в меня! И ты, Юля, увидишь, какая я «дурнушка»!
Вот только... смогу ли я, играя в эту игру, не влюбиться сама?
— Сбрось скорость, — прошу.
— Какую скорость? — Улыбка Джокера становится шире, а мы несёмся всё быстрее.
— Решил взять меня на слабо? — С большим трудом мне удаётся сохранять внешнее спокойствие. — Это не смешно, я не хочу попасть в сводку новостей о ДТП.
— Не доверяешь? — усмехается он.
— Нет. — Не вижу смысла лгать.
— Зря.
Джокер смещается на полосу левее. Мы близки к двойной сплошной. Впереди оба замечаем яркие фары.
— Я тебе нравлюсь?
Не отвечаю, потому что не могу оторвать взгляд от приближающихся огней. Сердце бьётся бешено, заглушая голос Джокера.
Скорость невообразимая.
— Я тебе нравлюсь? — повторяет вопрос с маниакальным желанием получить ответ.
Но я не в силах ответить. Вцепившись в ручку, наблюдаю за тем, как Джокер рывком уходит на встречную полосу.
— Перестань, — выдавливаю пересохшими губами.
— Поцелуй меня. И я перестану.
Поворачиваюсь к нему, надеясь, что это всего лишь плохая шутка. Но стоит взглянуть в его глаза и я понимаю — он абсолютно серьёзен.
— Какую скорость? — Улыбка Джокера становится шире, а мы несёмся всё быстрее.
— Решил взять меня на слабо? — С большим трудом мне удаётся сохранять внешнее спокойствие. — Это не смешно, я не хочу попасть в сводку новостей о ДТП.
— Не доверяешь? — усмехается он.
— Нет. — Не вижу смысла лгать.
— Зря.
Джокер смещается на полосу левее. Мы близки к двойной сплошной. Впереди оба замечаем яркие фары.
— Я тебе нравлюсь?
Не отвечаю, потому что не могу оторвать взгляд от приближающихся огней. Сердце бьётся бешено, заглушая голос Джокера.
Скорость невообразимая.
— Я тебе нравлюсь? — повторяет вопрос с маниакальным желанием получить ответ.
Но я не в силах ответить. Вцепившись в ручку, наблюдаю за тем, как Джокер рывком уходит на встречную полосу.
— Перестань, — выдавливаю пересохшими губами.
— Поцелуй меня. И я перестану.
Поворачиваюсь к нему, надеясь, что это всего лишь плохая шутка. Но стоит взглянуть в его глаза и я понимаю — он абсолютно серьёзен.
Макс Орлов — король жизни. Но в один миг его империя рухнула. Враги по пятам, счета пусты. Единственный выход — бежать. Туда, где его никто не найдёт. В глухую деревню Кукушкино.
Теперь его ждут настоящие испытания:
* Босс-файт №1: Упрямая коза Майка с характером его бывшего бизнес-партнёра.
* Квест: «Наколоть дров и не остаться без пальцев».
* Главный приз: Выжить в глуши и растопить сердце местной красавицы, для которой он — ходячая катастрофа на дорогих понтах.
Курс экстремального дауншифтинга открыт. Будет больно, смешно и очень по-настоящему.
"- О! Амазонка! – возопил мажор с таким облегчением, будто я была кавалерией, подоспевшей на поле боя. – Помоги, будь другом. Ты же своя у местной фауны!
- А ты ей денег дай! – усмехнулась я, сложив руки на груди, наблюдая как коза, целится в самое ценное, мужское.
Мажор тоже заметил и вовремя пригрозил ей палкой.
- Харе издеваться, царица деревни, помоги!"
Теперь его ждут настоящие испытания:
* Босс-файт №1: Упрямая коза Майка с характером его бывшего бизнес-партнёра.
* Квест: «Наколоть дров и не остаться без пальцев».
* Главный приз: Выжить в глуши и растопить сердце местной красавицы, для которой он — ходячая катастрофа на дорогих понтах.
Курс экстремального дауншифтинга открыт. Будет больно, смешно и очень по-настоящему.
"- О! Амазонка! – возопил мажор с таким облегчением, будто я была кавалерией, подоспевшей на поле боя. – Помоги, будь другом. Ты же своя у местной фауны!
- А ты ей денег дай! – усмехнулась я, сложив руки на груди, наблюдая как коза, целится в самое ценное, мужское.
Мажор тоже заметил и вовремя пригрозил ей палкой.
- Харе издеваться, царица деревни, помоги!"
Я жрица храма, посвященного богине Любви. Юная, не знающая ничего, кроме ритуалов, девушка. Двадцать лет я жила мирной жизнью, видела только паломников, пока однажды наш город не захватили. В мой храм ворвался отряд невиданных по силе воинов. В сверкающих магических доспехах и с именем чужого нам бога на устах. И вот теперь я пленница одного из этих захватчиков.
Удастся ли мне выжить? Не надругается ли он надо мной? И не осмелится ли обратить в свою веру? Или, может… это я заставлю его служить моей богине?
Я воин элитного отряда. Наше Святое братство призвано изничтожить распутство. Искоренить порок и безнравственность. Поэтому нас отправляют в самый греховный город на земле – в место, где жрицы богини Любви практикуют ритуальный блуд.
Захватим ли мы их в плен, обратим ли в нашу веру? Или, напротив, сами станем жертвами их колдовской силы?
Удастся ли мне выжить? Не надругается ли он надо мной? И не осмелится ли обратить в свою веру? Или, может… это я заставлю его служить моей богине?
Я воин элитного отряда. Наше Святое братство призвано изничтожить распутство. Искоренить порок и безнравственность. Поэтому нас отправляют в самый греховный город на земле – в место, где жрицы богини Любви практикуют ритуальный блуд.
Захватим ли мы их в плен, обратим ли в нашу веру? Или, напротив, сами станем жертвами их колдовской силы?
Моя жизнь расписана по часам. Сын, работа, дом. И в ней нет места для мужчин. Но у судьбы ужасное чувство юмора. Одна случайная встреча перевернула мою жизнь. Раз за разом судьба сталкивает нас вновь. Чем больше я бегу, тем сильнее он желает догнать. И от него невозможно спрятаться.
❀❀❀
— Привет, медвежонок, — ласково тяну, прижимая к уху телефон. — Почему не спишь?
— Ну, привет, Машенька, — басит из темноты голос.
От неожиданности замираю испуганной пичужкой. До рези в глазах вглядываясь в темноту. Из темноты шагает гигант. И всем своим немаленьким весом наваливается на меня.
Я мычу, колошмачу слишком широкую и каменную грудь. Сдвинуть пытаюсь. Он совершенно не чувствует моего трепыхания.
❀❀❀
— Привет, медвежонок, — ласково тяну, прижимая к уху телефон. — Почему не спишь?
— Ну, привет, Машенька, — басит из темноты голос.
От неожиданности замираю испуганной пичужкой. До рези в глазах вглядываясь в темноту. Из темноты шагает гигант. И всем своим немаленьким весом наваливается на меня.
Я мычу, колошмачу слишком широкую и каменную грудь. Сдвинуть пытаюсь. Он совершенно не чувствует моего трепыхания.
— Зря ты это сделала, — рычит он, прижимая к стене своим мощным телом.
Я чувствую твёрдость его мышц, жар его кожи. Вижу опасный азарт в невероятных серых глазах.
— Я же извинилась! — лепечу я, пытаясь вырваться и судорожно смотрю по сторонам. Должен же хоть кто-то заглянуть в этот чёртов коридор!
Мужчина обхватывает сильными пальцами моё горло и чуть сжимает. Мой пульс под его ладонью шарашит в диком ритме.
— Считаешь, этого достаточно? — он склоняется ниже, его дыхание обжигает висок.
— Нет? А что тогда, хотите, чтобы купила вам новую рубашку? — выпаливаю я в отчаянии, понимая, что этот кусок ткани стоит как моя месячная зарплата, которую я уже спустила на новогодние подарки.
— Рубашку? — Марат криво ухмыляется и жадным взглядом скользит по моим губам. — Нет, я хочу совсем другого. Но вначале накажу за то, что сбежала.
Я чувствую твёрдость его мышц, жар его кожи. Вижу опасный азарт в невероятных серых глазах.
— Я же извинилась! — лепечу я, пытаясь вырваться и судорожно смотрю по сторонам. Должен же хоть кто-то заглянуть в этот чёртов коридор!
Мужчина обхватывает сильными пальцами моё горло и чуть сжимает. Мой пульс под его ладонью шарашит в диком ритме.
— Считаешь, этого достаточно? — он склоняется ниже, его дыхание обжигает висок.
— Нет? А что тогда, хотите, чтобы купила вам новую рубашку? — выпаливаю я в отчаянии, понимая, что этот кусок ткани стоит как моя месячная зарплата, которую я уже спустила на новогодние подарки.
— Рубашку? — Марат криво ухмыляется и жадным взглядом скользит по моим губам. — Нет, я хочу совсем другого. Но вначале накажу за то, что сбежала.
Выберите полку для книги