Книги по тегу «семейные тайны»: ""

— Ты должна знать... — она начала медленно, будто перебирая слова в голове, — я сама пыталась его соблазнить.
Пауза.
— Сама бегала за ним...
Ещё пауза.
— И однажды это случилось.
Палата вдруг накренилась. Я почувствовала, как что-то тяжёлое и холодное опускается в живот.
— Но он выбрал тебя. Я думала, если забеременею, тогда... — её губы побелели. — Я даже хотела его шантажировать, сказать тебе правду.
Голос дрогнул, будто она до сих пор боялась этих слов.
— Но он расставил точки над «i», и я отступила… Поняла, что шансов нет.
— Как… расставил?
Собственный голос показался мне чужим — глухим, как будто его проглотила пустота внутри. Я слышала, как кровь стучит в висках, но звук доносился словно из другого конца туннеля.
Она слабо улыбнулась.
— Дал денег на врача. Попросил исчезнуть.


Почему муж так заботлив с молодой соседкой?
Я ломала голову, пока не узнала, кто она...

— У вас две дочери! — бросает муж моей матери. — И Вере нужен отдых после больницы.
Он хочет затушить скандал. И только.
— После чего отдых? — шепчу я, и голос режет воздух. — После потери нашего ребенка или новости о том, что у тебя будет ещё один? От моей сестры?
— Хватит строить из себя жертву, — ошарашивает мать. — У тебя уже есть сын.
— Что?
Я упираюсь в неё взглядом, стараясь не замечать, как нежно она прижимает к себе истекающую злорадством сестру.
— У тебя уже есть ребенок, — повторяет мать, будто объясняет очевидное. — К тому же, поздно уже рожать в тридцать пять. Уймись и не раздувай проблему на пустом месте. Сейчас важнее об Ане подумать. Ей самое время рожать.
Аня какого-то чёрта всхлипывает и жмется к матери боком.
Мать гладит её по волосам.
И добавляет, глядя мне прямо в лицо:
— Не мешай девочке счастье строить, в конце-то концов. Не будь такой эгоисткой! Я не так тебя растила!

— Ты действительно думала, что я не пришёл?
Двадцать лет Виктория считала Андрея предателем и строила жизнь рядом с другим мужчиной. Но одна случайная встреча открывает страшную правду: они оба были на вокзале. Их разлучила чужая ложь.
Теперь прошлое возвращается вместе со старыми письмами, семейными тайнами и признаниями, которые могут разрушить сразу несколько судеб.
Но можно ли начать сначала, если между вами двадцать потерянных лет?

– Здесь за чем охотишься? – жёсткие пальцы прихватили за локоть.
Чёрт, все же явился.
Обернулась и посмотрела на самого желанного, но недоступного мужчину, как на недоразумение.
– Ваше какое дело? И вообще, мы… ха-ха… не представлены…
Он изменился в лице, болезненно скривившись, потом усмехнулся:
– Да, по-хорошему с тобой нельзя. Разойдёмся, как деловые люди. Ты должна мне за кражу и побег, но устроишь встречу с главой «Стали Севера», и мы в расчёте…
Мысленно хохотнула:
– В расчёте? Ты мне должен, как земля колхозу. А про сына не узнаешь. Никогда.
Но кривую усмешку вернула:
– Глава «Стали Севера» – дорогостоящая дама! Денег-то хватит, хотя бы на чай?

Он жаждал власти и признания, а счастье, оказавшееся в руках случайно, не узнал и упустил.
Она же, явившись к врагу Семьи на спор, ушла, не только выиграв, но и с призом.
Смогут ли они услышать друг друга сквозь обиды и козни недругов?
Что победит: гордость, деньги или любовь?

Послушная дочь не возражает, когда ее выдают замуж из выгоды. Покорная жена не ропщет, когда муж вгоняет семью в нищету. Безутешная вдова оплакивает утрату, благодарит давшую кров родню, принимает попреки куском черствого хлеба и уповает, что заботливая золовка как можно скорее устроит ее новый брак.

Губительных добродетелей больше нет, и нет покладистой юной вдовы, матери двоих малышей. Я не намерена ни исполнять чужие прихоти, ни прозябать. Какими бы угрозами ни сыпали мои вчерашние благодетели. Какие бы кары мне ни сулили. Я сложу слово «счастье» из совершенно неподходящих для этого букв.

В сорок три захотелось изменить свою жизнь? Получите и не жалуйтесь - молодая, состоятельная, да еще и графиня. Правда у графини масса проблем: муж гуляет и транжирит деньги, в высшем обществе презирают, и кто-то упорно пытается убить. Но не на ту напали - налажу жизнь и исполню свою давнюю мечту - открою собственный ресторан. Или на худой конец трактир.

– Отношения? С тобой? Только на спор или по приколу! – те гадкие слова порой звучат в ушах, хотя прошло почти десять лет.
Да, именно после выпускного я и узнала: любимый и единственный Пашенька, мой первый мужчина, на меня… поспорил.
А сейчас, поглядев в лицо соседа-наглеца, полагающего, что к его ногам обязаны падать все женщины от восемнадцати и до бесконечности, поняла:
– Никакое воспитание и порядочность не заставят меня дать ему… то, за чем он явился.

Он известен, успешен, из состоятельной семьи, его жизнь состоит из концертов, тусовок, эфиров на радио и репетиций. А мечтает он об уютном и тихом семейном счастье с… соседкой-пышечкой.
Увы, у них конфликт.
Она из глубинки, всего добилась сама, занимается любимым делом и планирует посвятить жизнь ученикам. Никаких иных мужчин в ее будущем не предполагается.
Сосед – рок-звезда приглашает на прогулку? Ни за что!

В МОИХ КНИГАХ, КРОМЕ ЛЮБВИ И СЧАСТЬЯ, НЕТ НИЧЕГО ОПАСНОГО И НЕЗАКОННОГО!

Я отшатнулась, вжимаясь спиной в мягкую кожу дивана. В висках застучало. Квартира на Белинского? Это же центр. Там квадратный метр стоит как моя годовая зарплата. Минимальная плата? За что? Каковы скрытые условия?
В голове вихрем пронеслись истории, которые рассказывали девчонки из отдела продаж. «Старый козел, купил ей квартиру, а она теперь его собственность». Мое лицо, вероятно, побледнело, потому что он замолчал и удивленно поднял бровь.
— Что-то не так?
— Нет, всё так, — мой голос стал чужим, металлическим. Я вскочила с дивана, одергивая жакет, как будто боялась испачкаться. — Кроме одного. Я не продаюсь.
Повисла звенящая тишина. Часы на каминной полке пробили семь. Евгений Николаевич медленно выпрямился в кресле. Его лицо окаменело. Желваки заходили ходуном под загорелой кожей.
— Что вы сказали? — переспросил он ледяным тоном, в котором послышалась сталь.
— Я сказала, что не собираюсь становиться чьей-то любовницей за квартиру. Ни вашей, ни чьей-либо еще...

Девять лет назад будущий альфа Тарвен Роальд поверил Совету и публично назвал свой брак ошибкой. Лиора ушла из Веймарена, скрыв главное: она ждала ребёнка.

Теперь Лиора возвращается, чтобы восстановить старейший дом города, и снова встречает мужчину, которого так и не смогла простить. Но древние стены раскрывают её тайну: восьмилетняя Айрена — дочь Тарвена и наследница Серебряной стаи.

Девочка обладает редким даром. Она слышит клятвы людей, навсегда оставшиеся в камне. И именно её голос способен разоблачить тех, кто много лет переписывал законы, стирал чужие имена и превращал правду в удобное оружие.

Пока Совет требует передать Айрену стае, старые здания начинают исчезать без следа, а сам город постепенно теряет способность отличать правду от лжи.

Чтобы защитить дочь, Лиоре придётся работать рядом с бывшим мужем. Тарвен утверждает, что всё ещё любит её, но теперь одних слов недостаточно. Ему предстоит доказать поступками, что власть больше не важнее доверия.

Парень подарил браслет. Классный, серебряный, с камушком. Сказал, на удачу. Спойлер: удача была не для меня.
Пять лет я тащила на себе его семейную карму — болячки, долги, увольнения. Они — яхты, сделки, бабло. Я умерла.
Потом всё переигралось, и я снова держу этот браслет.
Знаете, что я сделаю? Продам на запчасти за 60 баксов. А их империя пусть катится в тартарары. Без очереди.