Книги по тегу «сильная героиня»: ""
Аннотация:
- А я сегодня уезжаю, — с грустью произносит малышка, подойдя ко мне. — А вы будете ко мне приезжать?
И смотрит на меня умоляющим взглядом.
Эта девочка появилась в нашем детском доме совсем недавно, но я уже успела к ней привязаться — она стала мне родной, будто я знала её всю жизнь. И вот сегодня нам предстоит расставание. Вот-вот приедет дедушка, и я её больше не увижу.
- Я не знаю, — это единственное, что приходит мне на ум.
- А вот и дедушка! — слышим мы голос директора.
Она не успевает договорить — дверь распахивается, и я застываю на месте.
«Нет, только не он. Этого просто не может быть...»
- А я сегодня уезжаю, — с грустью произносит малышка, подойдя ко мне. — А вы будете ко мне приезжать?
И смотрит на меня умоляющим взглядом.
Эта девочка появилась в нашем детском доме совсем недавно, но я уже успела к ней привязаться — она стала мне родной, будто я знала её всю жизнь. И вот сегодня нам предстоит расставание. Вот-вот приедет дедушка, и я её больше не увижу.
- Я не знаю, — это единственное, что приходит мне на ум.
- А вот и дедушка! — слышим мы голос директора.
Она не успевает договорить — дверь распахивается, и я застываю на месте.
«Нет, только не он. Этого просто не может быть...»
– Моего мужчину зовут Артем, Лера, – говорит сестра с улыбкой, как-то многозначительно.
– Надо же, тезка моего Артема… – отвечаю, поправляя шлейф платья, которое примеряет Валентина, и неожиданно встречаюсь со взглядом сестры и… мурашки бегут по моей спине. Неприятные. Будто иглы.
– Не совсем так, Лера. Не тезка, – наконец, спустя долгую паузу, поясняет Валентина.
– А как?! – спрашиваю в каком-то ступоре, в то время как мое сердце уже начинает отбивать барабанную дробь.
– Моего любимого зовут Артем Соколов.
Тишина повисает.
Артем Соколов. Мой муж.
– Вот именно, сестра. Я выхожу замуж за твоего мужа, а тебя ущербную он скоро выкинет, и дочь свою ты никогда не увидишь! А я рожу Артему долгожданного сына! Пакуй чемоданы, Лерочка! Тебе пора на пенсию! Дорогу молодым!
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
– Надо же, тезка моего Артема… – отвечаю, поправляя шлейф платья, которое примеряет Валентина, и неожиданно встречаюсь со взглядом сестры и… мурашки бегут по моей спине. Неприятные. Будто иглы.
– Не совсем так, Лера. Не тезка, – наконец, спустя долгую паузу, поясняет Валентина.
– А как?! – спрашиваю в каком-то ступоре, в то время как мое сердце уже начинает отбивать барабанную дробь.
– Моего любимого зовут Артем Соколов.
Тишина повисает.
Артем Соколов. Мой муж.
– Вот именно, сестра. Я выхожу замуж за твоего мужа, а тебя ущербную он скоро выкинет, и дочь свою ты никогда не увидишь! А я рожу Артему долгожданного сына! Пакуй чемоданы, Лерочка! Тебе пора на пенсию! Дорогу молодым!
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
На десятилетнем юбилее нашей свадьбы муж ответил на очередной вопрос о детях:
— Зачем кто-то ещё, если у нас есть мы? У нас с Иркой нет детей, и мы не жалеем, но есть пацан, ради которого я бы, кажется, и горы свернул. Игорёк, племянник, крестник мой. Золотой парень растёт, весь в нашу породу.
И тут подскочила Светка, мама Игорька:
— Может, ты его так любишь, потому что он твой сын, Вань?
Признайся! Хватит уже всем врать! Тошнит от этого лицемерия!
Все замерли...
Я не сразу поняла, о чём она. Кто чей сын? У моего мужа нет детей. Но потом кто-то с дальнего конца стола тихо посчитал:
— Игорьку же… девять?
У мого мужа, который якобы никогда не хотел детей, девять лет назад родился сын. Значит, в первый, самый сладкий наш год, когда Иван не выпускал меня из объятий и клялся, что я единственная, у него уже была другая. И кто! Жена родного брата! Не прощу!
#больно
#эмоционально
#в какой-то степени ХЭ
— Зачем кто-то ещё, если у нас есть мы? У нас с Иркой нет детей, и мы не жалеем, но есть пацан, ради которого я бы, кажется, и горы свернул. Игорёк, племянник, крестник мой. Золотой парень растёт, весь в нашу породу.
И тут подскочила Светка, мама Игорька:
— Может, ты его так любишь, потому что он твой сын, Вань?
Признайся! Хватит уже всем врать! Тошнит от этого лицемерия!
Все замерли...
Я не сразу поняла, о чём она. Кто чей сын? У моего мужа нет детей. Но потом кто-то с дальнего конца стола тихо посчитал:
— Игорьку же… девять?
У мого мужа, который якобы никогда не хотел детей, девять лет назад родился сын. Значит, в первый, самый сладкий наш год, когда Иван не выпускал меня из объятий и клялся, что я единственная, у него уже была другая. И кто! Жена родного брата! Не прощу!
#больно
#эмоционально
#в какой-то степени ХЭ
— Я нашла тебе жену, — гордо произнесла свекровь, обращаюсь к моему мужу. — Она знает обычаи, уважает старших, будет тебе верной женой и служанкой. И она родит тебе сыновей — настоящих, крепких, как горы. А кого произведёт на свет твоя девка...
— Хорошо, — сказал муж наконец глухо и холодно. — Приведи её. Я посмотрю. Но я не собираюсь отказываться от Алисы, хватит об этом.
Мир рухнул. Пол ушёл из-под моих ног, я отшатнулась от двери, но осталась незамеченной.
Ради мужа я отказалась от всего, веря в то, что буду с ним счастлива. Но я так и не смогла стать своей в его кавказской семье. И теперь он собирается взять вторую жену, хотя я ношу под сердцем его ребёнка. Не позволю сломать меня!
— Хорошо, — сказал муж наконец глухо и холодно. — Приведи её. Я посмотрю. Но я не собираюсь отказываться от Алисы, хватит об этом.
Мир рухнул. Пол ушёл из-под моих ног, я отшатнулась от двери, но осталась незамеченной.
Ради мужа я отказалась от всего, веря в то, что буду с ним счастлива. Но я так и не смогла стать своей в его кавказской семье. И теперь он собирается взять вторую жену, хотя я ношу под сердцем его ребёнка. Не позволю сломать меня!
В три часа ночи врач Анна Соколова прячет в карман халата бумаги о разводе и идёт на обход. Утром в её отделение привозят Артёма Громова — строителя, привыкшего отдавать приказы, но впервые беззащитного после инфаркта. Палата №7 — место, где срастаются не только швы, но и решения о новой жизни.
Она — терапевт и мама на пороге суда за опеку; он умеет возводить города, но не знает, как построить близость. Между ними — больничные коридоры, запах хлорки и кофе, девочка, ловящая снежинки, и фраза, которая меняет всё: «Ваше сердце с этим не согласно». Реалистичная история медленного сближения без сиропа, где ставки — здоровье, суд и смелость быть рядом.
Она — терапевт и мама на пороге суда за опеку; он умеет возводить города, но не знает, как построить близость. Между ними — больничные коридоры, запах хлорки и кофе, девочка, ловящая снежинки, и фраза, которая меняет всё: «Ваше сердце с этим не согласно». Реалистичная история медленного сближения без сиропа, где ставки — здоровье, суд и смелость быть рядом.
❤️🤍❤️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ❤️🤍❤️
— Я от тебя ухожу.
Муж произносит это спокойно. Как будто репетировал.
А я сижу напротив и сжимаю в пальцах конверт с двумя билетами в Рим — мой сюрприз, моя глупая вера в то, что лучшее ещё впереди.
Двадцать три года. Двое детей. Целая жизнь.
И одна молодая фитнес-тренерша, которая за восемь месяцев подарила моему мужу «новую жизнь».
Теперь мой счастливый билет в Италию превратился в билет в один конец — туда, где нет его.
— Я от тебя ухожу.
Муж произносит это спокойно. Как будто репетировал.
А я сижу напротив и сжимаю в пальцах конверт с двумя билетами в Рим — мой сюрприз, моя глупая вера в то, что лучшее ещё впереди.
Двадцать три года. Двое детей. Целая жизнь.
И одна молодая фитнес-тренерша, которая за восемь месяцев подарила моему мужу «новую жизнь».
Теперь мой счастливый билет в Италию превратился в билет в один конец — туда, где нет его.
«Спорим, ты и двух минут в лесу не протянешь, капитан?» — съязвила, глядя на этого рыжебородого ходячего оптимиста.
Кто ж знал, что мои слова окажутся пророческими, а в качестве арбитра выступит самый настоящий медведь?
Теперь я стою над ним, раскинувшемся под сосной, а он смотрит на меня снизу вверх.
— Пришла... за мной? — хрипит, морщась от боли.
— Ага. Спасать твою капитанскую задницу, — выдыхаю, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Говорила же, береги конечности!
Кто ж знал, что мои слова окажутся пророческими, а в качестве арбитра выступит самый настоящий медведь?
Теперь я стою над ним, раскинувшемся под сосной, а он смотрит на меня снизу вверх.
— Пришла... за мной? — хрипит, морщась от боли.
— Ага. Спасать твою капитанскую задницу, — выдыхаю, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Говорила же, береги конечности!
Захар Архипов считал, что у спасателя нет права на слабость, а у командира — на болезнь. Двадцать лет в МЧС он вытаскивал людей из огня, из-под завалов, с того света. И ни разу не позволил себе оступиться. Но пока он спасал чужих, собственная семья незаметно трещала по швам.
Марина устала быть на втором месте. Ждать. Выпрашивать крохи внимания. От их брака давно ничего не осталось, кроме досадных обязательств. Ей хотелось быть любимой, а не вдовой при живом муже, и она решилась на развод.
Захар до последнего надеялся склеить то, что разбилось, не зная одного: собственное сердце уже давно работало на пределе. И в самый неподходящий момент напомнило о себе.
Марина устала быть на втором месте. Ждать. Выпрашивать крохи внимания. От их брака давно ничего не осталось, кроме досадных обязательств. Ей хотелось быть любимой, а не вдовой при живом муже, и она решилась на развод.
Захар до последнего надеялся склеить то, что разбилось, не зная одного: собственное сердце уже давно работало на пределе. И в самый неподходящий момент напомнило о себе.
– Мой мужчина – твой муж, – сестра наслаждается вниманием. – Он закрыл мою ипотеку. Свозит меня и детей на море.
Задыхаюсь.
Хочется перевернуть стол.
Разбить все тарелки, размазать еду по мерзким рожам предателей. Останавливает только то, что готовила мама.
И дочка.
– Кайфово, сестра? – улыбаюсь. – Путаться с моим мужем и прожирать деньги моей семьи?
– Юль! – багровеет муж. – Ты всё не так поняла…
– Не унижайся! – сестра вцепляется в моего мужа. – Скажи, что мы вместе! Что ты любишь меня…
– Да отцепись ты! – рявкает. – Юля, это всё не то, что ты думаешь…
– А что надо думать?
По спине – холодок.
Это спросила не я.
Оборачиваюсь.
Дочка стоит и смотрит на нас.
Муж прятал деньги от семьи и обеспечивал мою сестру. А я брала кредит на лечение дочери.
Он обещает, что я потеряю всё. Квартиру, маму, дочь.
Нет, любимый. Это ты – всё!
И развод не самое страшное, что тебя ждёт!
Задыхаюсь.
Хочется перевернуть стол.
Разбить все тарелки, размазать еду по мерзким рожам предателей. Останавливает только то, что готовила мама.
И дочка.
– Кайфово, сестра? – улыбаюсь. – Путаться с моим мужем и прожирать деньги моей семьи?
– Юль! – багровеет муж. – Ты всё не так поняла…
– Не унижайся! – сестра вцепляется в моего мужа. – Скажи, что мы вместе! Что ты любишь меня…
– Да отцепись ты! – рявкает. – Юля, это всё не то, что ты думаешь…
– А что надо думать?
По спине – холодок.
Это спросила не я.
Оборачиваюсь.
Дочка стоит и смотрит на нас.
Муж прятал деньги от семьи и обеспечивал мою сестру. А я брала кредит на лечение дочери.
Он обещает, что я потеряю всё. Квартиру, маму, дочь.
Нет, любимый. Это ты – всё!
И развод не самое страшное, что тебя ждёт!
«Папа сказал, мальчик должен привыкать к нам заранее».
Я прочитала это сообщение трижды. И только на третий раз поняла: «мальчик» — это мой сын.
Десять лет я стирала его рубашки, растила ребёнка по гарнизонам и верила, что у нас крепкая семья. А он спокойно, по пунктам, готовил не уход — зачистку.
Справки, что я «нестабильна». Нужных людей в школе, опеке, суде. Новую «правильную» жену — дочь генерала. И заседание, на котором меня вычеркнут из жизни собственного ребёнка.
Он думал, что я буду плакать.
Он не знал, на что способна мать, у которой отнимают сына.
Я прочитала это сообщение трижды. И только на третий раз поняла: «мальчик» — это мой сын.
Десять лет я стирала его рубашки, растила ребёнка по гарнизонам и верила, что у нас крепкая семья. А он спокойно, по пунктам, готовил не уход — зачистку.
Справки, что я «нестабильна». Нужных людей в школе, опеке, суде. Новую «правильную» жену — дочь генерала. И заседание, на котором меня вычеркнут из жизни собственного ребёнка.
Он думал, что я буду плакать.
Он не знал, на что способна мать, у которой отнимают сына.
Выберите полку для книги