Книги по тегу «сильная героиня»: ""
- Товарищ генерал, там мальчишка.
- И что?
- Он… он говорит, что он ваш сын.
Моя жизнь делала крутые виражи не раз, и не два.
Один из них прямо в этот день. Налёт, пострадали мирные жители. Мы снова не смогли отбить атаку на сто процентов. И этот один процент – чья-то жизнь. Или смерть.
И посреди этого ужаса и хаоса он. Пацан с такими же как у меня глазами. Гетерохромия, не такая уж редкость, как оказывается.
- И где твоя мать?
- Умерла мамка... погибла
- И что?
- Он… он говорит, что он ваш сын.
Моя жизнь делала крутые виражи не раз, и не два.
Один из них прямо в этот день. Налёт, пострадали мирные жители. Мы снова не смогли отбить атаку на сто процентов. И этот один процент – чья-то жизнь. Или смерть.
И посреди этого ужаса и хаоса он. Пацан с такими же как у меня глазами. Гетерохромия, не такая уж редкость, как оказывается.
- И где твоя мать?
- Умерла мамка... погибла
— У меня свадьба была с ней на родине и здесь, с тобой. Почти одновременно, — спустя двадцать лет муж “открывает” правду. — Я не мог опозорить семью и жениться на русской.
— Опозорить? У нас двое детей, Камиль. Я родила тебе наследника и дочь.
— Наследника мне родила Ясмин, Марина. На месяц раньше.
Двадцать лет брака, двое уже взрослых детей и муж сообщает мне, что все это время у него была другая семья на родине. Он умело разделял время между мной здесь и между ней там. И если бы не его вторая жена, которая явилась ко мне на порог с огромным животом, я бы ничего не узнала.
— Опозорить? У нас двое детей, Камиль. Я родила тебе наследника и дочь.
— Наследника мне родила Ясмин, Марина. На месяц раньше.
Двадцать лет брака, двое уже взрослых детей и муж сообщает мне, что все это время у него была другая семья на родине. Он умело разделял время между мной здесь и между ней там. И если бы не его вторая жена, которая явилась ко мне на порог с огромным животом, я бы ничего не узнала.
— Ты... беременна? — хищно рычит Рустам.
Медленно поднимаю голову. Молчу.
Рус бледнеет. Делает резкий шаг ко мне.
— От кого?
— Не твое дело.
— Не мое?!
Его глаза темнеют.
— Ты моя...
— Нет! — перебиваю я. — Ты сам от меня отказался. Сам выбрал другую…
Рус сжимает кулаки и челюсти.
— Я никого не выбирал!
— Правда? — горько смеюсь. — А та? Связистка? Мать твоего ребенка?
Рус замирает. На лице растерянность. Всего секунду. И снова ярость.
— Кто отец?
— Мой муж, — отвечая, намеренно кладу ладонь на живот.
Рус смотрит так, словно его только что ударили.
— Любишь его?
Я молчу. Потому что любить могу только одного мужчину. Но…
Он никогда не должен узнать правду. И о ребёнке тоже.
Рустам смотрит на меня так долго, что мир вокруг перестает существовать.
— Если ты лжешь, Наташка.., — почти шепотом, произносит Рус. — Мы оба заплатим за эту ложь слишком дорогую цену...
Медленно поднимаю голову. Молчу.
Рус бледнеет. Делает резкий шаг ко мне.
— От кого?
— Не твое дело.
— Не мое?!
Его глаза темнеют.
— Ты моя...
— Нет! — перебиваю я. — Ты сам от меня отказался. Сам выбрал другую…
Рус сжимает кулаки и челюсти.
— Я никого не выбирал!
— Правда? — горько смеюсь. — А та? Связистка? Мать твоего ребенка?
Рус замирает. На лице растерянность. Всего секунду. И снова ярость.
— Кто отец?
— Мой муж, — отвечая, намеренно кладу ладонь на живот.
Рус смотрит так, словно его только что ударили.
— Любишь его?
Я молчу. Потому что любить могу только одного мужчину. Но…
Он никогда не должен узнать правду. И о ребёнке тоже.
Рустам смотрит на меня так долго, что мир вокруг перестает существовать.
— Если ты лжешь, Наташка.., — почти шепотом, произносит Рус. — Мы оба заплатим за эту ложь слишком дорогую цену...
— Романовский, мы семнадцать лет вместе! Ты же сам меня добивался! Ты цветы носил, ты на коленях стоял, ты говорил, что без меня не можешь…
Я смотрю как в наш дом рабочие заносят бархатный трон, а за ним в кожаных шортах дефилирует она. И не верю собственным глазам!
— Не драматизируй, Котлетка, — муж перебил, поправляя на себе халат с вышивкой «Император». — Просто ты хорошо варила борщи и исправно рожала. Это удобно. А я тебе изменял. Альбина — лучшая.
Альбина подняла правую руку. На пальце горел крупный бриллиант.
— Твой муж сделал мне предложение! Теперь это мой дом. Но ты не переживай, зайка. Ты также будешь на кухне стоять, детей по кружкам развозить. Это ж твоё! Ты в этом хороша! Кто-то — царица, а кто-то — обслуга. Не все рождены блистать!
— Я — лучшее, что с тобой случилось. Ты мне ещё спасибо скажешь, что я тебе подвал оставил. Другой бы на улицу выставил. А я — добрый. Императору не перечат, Оль. Императору кланяются. Запомни это...
Я смотрю как в наш дом рабочие заносят бархатный трон, а за ним в кожаных шортах дефилирует она. И не верю собственным глазам!
— Не драматизируй, Котлетка, — муж перебил, поправляя на себе халат с вышивкой «Император». — Просто ты хорошо варила борщи и исправно рожала. Это удобно. А я тебе изменял. Альбина — лучшая.
Альбина подняла правую руку. На пальце горел крупный бриллиант.
— Твой муж сделал мне предложение! Теперь это мой дом. Но ты не переживай, зайка. Ты также будешь на кухне стоять, детей по кружкам развозить. Это ж твоё! Ты в этом хороша! Кто-то — царица, а кто-то — обслуга. Не все рождены блистать!
— Я — лучшее, что с тобой случилось. Ты мне ещё спасибо скажешь, что я тебе подвал оставил. Другой бы на улицу выставил. А я — добрый. Императору не перечат, Оль. Императору кланяются. Запомни это...
— Кречетова… Дарина Витальевна, здравствуйте. — Охранник на шлагбауме поднял глаза от карты и улыбнулся мне, как соседке по посёлку. — Ваша гостья по семейной карте, Карина, уже в термах. С Игорем Анатольевичем. Проезжайте, они в третьем шале.
Он протянул карту в окно. Паша взял её за меня, потому что моя рука лежала на колене и не собиралась подниматься.
— Мам, а папа же на сборах? — Савва с заднего сиденья, из-под шапки, тем голосом, каким спрашивают про контрольную.
— На сборах.
— А дядя же…
— Он перепутал.
Он протянул карту в окно. Паша взял её за меня, потому что моя рука лежала на колене и не собиралась подниматься.
— Мам, а папа же на сборах? — Савва с заднего сиденья, из-под шапки, тем голосом, каким спрашивают про контрольную.
— На сборах.
— А дядя же…
— Он перепутал.
❤️ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
❤️МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Ты спишь с моей сестрой почти год и теперь говоришь, что виновата я?
— Женя, с Алисой я чувствую себя мужчиной. А рядом с тобой… ты всегда сама решала, как нам жить…
Я застаю мужа с сестрой прямо в собственной клинике. Двенадцать лет брака рассыпаются за несколько минут, а следом я узнаю: любовница мужа позарилась не только на него.
❤️МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Ты спишь с моей сестрой почти год и теперь говоришь, что виновата я?
— Женя, с Алисой я чувствую себя мужчиной. А рядом с тобой… ты всегда сама решала, как нам жить…
Я застаю мужа с сестрой прямо в собственной клинике. Двенадцать лет брака рассыпаются за несколько минут, а следом я узнаю: любовница мужа позарилась не только на него.
— Что происходит? — пытаюсь перекричать тяжёлый, вибрирующий гул вертолёта санавиации.
— У Софьи отошли воды, она рожает, — отвечает муж, помогая соседке забраться в вертолёт, — ей помощь сейчас нужнее.
— Нужнее, чем твоей умирающей дочери? — выкрикиваю в неверии.
У меня на руках наша единственная дочка с температурой 40.5 и заражением крови. Она без сознания.
— Нужнее, — отрезает он без единого колебания, — потому что Софья рожает моего сына.
— Твои бракованные дети никогда не были ему нужны… — произносит его любовница, натягивая ядовитую улыбку.
Это улыбка победительницы. Потому что её удар оказывается последним и почти смертельным.
— Что? Что ты имеешь в виду? — гляжу на неё с ужасом, вспоминая двух своих дочек, не доживших до рождения всего четыре с половиной месяца…
— Софья, заткнись! — пресекает свою любовницу Миша.
А я смотрю на него и понимаю…
Заткнул он её не в попытке меня защитить.
А потому что она сказала правду.
— У Софьи отошли воды, она рожает, — отвечает муж, помогая соседке забраться в вертолёт, — ей помощь сейчас нужнее.
— Нужнее, чем твоей умирающей дочери? — выкрикиваю в неверии.
У меня на руках наша единственная дочка с температурой 40.5 и заражением крови. Она без сознания.
— Нужнее, — отрезает он без единого колебания, — потому что Софья рожает моего сына.
— Твои бракованные дети никогда не были ему нужны… — произносит его любовница, натягивая ядовитую улыбку.
Это улыбка победительницы. Потому что её удар оказывается последним и почти смертельным.
— Что? Что ты имеешь в виду? — гляжу на неё с ужасом, вспоминая двух своих дочек, не доживших до рождения всего четыре с половиной месяца…
— Софья, заткнись! — пресекает свою любовницу Миша.
А я смотрю на него и понимаю…
Заткнул он её не в попытке меня защитить.
А потому что она сказала правду.
—Влад,это моя старшая сестра Алёна,—щебечет Света,по-хозяйски цепляясь за его рукав.
На ее безымянном пальце слепит глаза безупречный бриллиант.
—Приветствую,Алёна.—он медленно поворачивает ко мне голову.
Протягивает ту самую руку,которая девять лет назад обнимала меня каждую ночь.
—Говорят,у вас лучший ресторан в городе…ваш шеф-повар составит исключительное меню для нашей свадьбы.
—Мой ресторан не обслуживает свадьбы,—упрямо вскидываю подбородок.—Вам придется найти другую площадку.
—Ошибаетесь.Банкет пройдет именно у вас.
Я отдала ему шесть лет своей жизни.
Ждала кольцо,а в ответ получила безжалостное предательство,сломавшее мне хребет.
Теперь он женится на моей сестре.
Влад Державин вернулся,но это больше не тот парень,которого я любила.Он смотрит на меня как на пустое место,а я отвечаю ему ледяным презрением.
Нам предстоит провести месяц вплотную друг к другу,но за его удушающим контролем я понимаю:за фасадом этой идеальной свадьбы кроется двойное дно.
На ее безымянном пальце слепит глаза безупречный бриллиант.
—Приветствую,Алёна.—он медленно поворачивает ко мне голову.
Протягивает ту самую руку,которая девять лет назад обнимала меня каждую ночь.
—Говорят,у вас лучший ресторан в городе…ваш шеф-повар составит исключительное меню для нашей свадьбы.
—Мой ресторан не обслуживает свадьбы,—упрямо вскидываю подбородок.—Вам придется найти другую площадку.
—Ошибаетесь.Банкет пройдет именно у вас.
Я отдала ему шесть лет своей жизни.
Ждала кольцо,а в ответ получила безжалостное предательство,сломавшее мне хребет.
Теперь он женится на моей сестре.
Влад Державин вернулся,но это больше не тот парень,которого я любила.Он смотрит на меня как на пустое место,а я отвечаю ему ледяным презрением.
Нам предстоит провести месяц вплотную друг к другу,но за его удушающим контролем я понимаю:за фасадом этой идеальной свадьбы кроется двойное дно.
- Что, корова, родила никому не нужную дочку?- слышу в телефоне гадкий женский смешок,- я молилась, чтобы ты, тварь чужая, померла при родах и я станцевала на твоей могиле, но живучая, гюрза! Ничего! Не сдохла, рожая, помрешь от злости сейчас! Ты в курсе, что я послезавтра выхожу замуж за твоего мужа? Он хочет меня! Подарками задарил, каждый день в любви признается! И я, в отличие от тебя, рожу ему сына! Настоящего наследника для такого богатого и влиятельного мужчины, которому ты не пара, конечно!
Про то, что Муслим женится, я узнала пару дней назад. От него самого. Когда он меня забирал из роддома. Он сказал мне это, хладнокровно глядя в глаза.
Они хотели станцевать на моей могиле. А я станцую на их свадьбе…
Про то, что Муслим женится, я узнала пару дней назад. От него самого. Когда он меня забирал из роддома. Он сказал мне это, хладнокровно глядя в глаза.
Они хотели станцевать на моей могиле. А я станцую на их свадьбе…
❗️ЗАВЕРШЕНО. НИЗКАЯ ЦЕНА❗️
— Хочешь сказать, что у тебя есть другая женщина? — спрашиваю под грохот сердца в ушах.
— Да. Но давай без трагедии. Я не собираюсь уходить из семьи, — хмыкает муж, ухмыляясь.
— Ты мне изменял и считаешь, что я должна просто принять это?
— А что тебе ещё остаётся? Нам по пятьдесят. У нас дом, дети, привычная жизнь. Неужели ты всё разрушишь из-за одной ошибки?
— Ошибки? Ты приходил домой после неё и обнимал меня.
— Рита, я люблю тебя. Арина — просто другая сторона моей жизни.
— А если бы я сказала тебе то же самое?
— Не сравнивай. Я мужчина. Мне можно…
Двадцать восемь лет брака. Измена и предательство. Уверенность мужа, что я никуда не денусь. Но…
Я открываю дверь и произношу слова, которые меняют всё…
— Хочешь сказать, что у тебя есть другая женщина? — спрашиваю под грохот сердца в ушах.
— Да. Но давай без трагедии. Я не собираюсь уходить из семьи, — хмыкает муж, ухмыляясь.
— Ты мне изменял и считаешь, что я должна просто принять это?
— А что тебе ещё остаётся? Нам по пятьдесят. У нас дом, дети, привычная жизнь. Неужели ты всё разрушишь из-за одной ошибки?
— Ошибки? Ты приходил домой после неё и обнимал меня.
— Рита, я люблю тебя. Арина — просто другая сторона моей жизни.
— А если бы я сказала тебе то же самое?
— Не сравнивай. Я мужчина. Мне можно…
Двадцать восемь лет брака. Измена и предательство. Уверенность мужа, что я никуда не денусь. Но…
Я открываю дверь и произношу слова, которые меняют всё…
Выберите полку для книги