Книги по тегу «юмор и любовь»: ""

Я думала, что всё позади. Что мы справились. Что демон, живущий в моей комнате, — это просто часть моей новой, странной, но счастливой жизни. Я ошибалась.
Мара знает. Она знает, что Кассиан нарушил правило, которое нельзя нарушать. Она здесь не ради правосудия — она здесь ради мести. И единственный шанс спасти нас обоих — найти лазейку в древнем заклинании.
Говорят, истинная пара может разорвать любой договор. Но что, если я и есть его истинная пара? И что, если за любовь к смертной демону грозит нечто худшее, чем смерть?

Рита — неисправимый оптимист и натуралист-самоучка. Когда она нашла в журнале «Тайны Истории» статью о том, что на Алтае часто видят снежного человека, но его повадки до сих пор не изучены и он остаётся неизведанным, то сразу собрала рюкзак. Не ради шутки , а науки, признания и может чуть-чуть премии.
Она лично найдёт йети, и мир ахнет.
И ведь правда нашла.
Но ...

Милена обычная мошенница, притворяющаяся ведьмой, у которой иногда просыпается совесть.
В последнее время она очень популярна и из-за большого притока клиентов почувствовала опустошение.
Ей на почту пришло письмо с предложением отдохнуть на курорте «Эльфийские ласки».
Милену позабавила эта шутка, конечна она написала свои ненастоящие «ведьменские данные» и подтвердила свою поездку.
Всё равно ведьм не существует, магии нет, а пранк ей понравился.
К тому же оплату с неё попросили смехотворную — ведьменские оргазмы.
Только вот курорт оказался настоящим. Как и эльфы. Как и другой мир.
И платить тоже придётся.

В центре повествования — четыре запутанные судьбы: Светланы, её экс-супруга Данила, загадочного молодого красавчика-качка Сани и юной официантки Кати. Их жизни переплетаются в захватывающий клубок страстей, где есть место и безумной любви, и опасностям, и неожиданным поворотам судьбы. Эротические сцены, детективные интриги и психологические игры создают неповторимую атмосферу романа, где каждый герой проходит через испытания, проверяющие на прочность их чувства и убеждения. История исследует грани человеческих отношений, раскрывая темы предательства, верности и истинной любви на фоне современного мира онлайн-знакомств.

Летний сезон начался с худшей новости в мире — босс сказал, что продает «Карельские зори». Отель, где я работаю. Отель, который стал мне домом.

Решение принято. Все, что я могу, — встретить покупателя из Италии и показать ему «Зорьки». Вот только я совсем не хочу, чтобы отель продали под снос.

Не хочу. И не позволю.

Даже если покупатель — горячий итальянец с самыми красивыми глазами в мире, при виде которого у меня коленки подгибаются.
_________________

— Наша задача — устроить итальянцу такую безумную неделю, чтобы он не просто отказался от покупки отеля, а вообще в Россию больше не думал приезжать. Петрович поймет, что продать «Зорьки» будет не так-то просто, — и вот тогда я выступлю со своим предложением.
Я и сама понимаю, что звучу как сказочница. Но что мне остается, кроме надежды? Все что угодно, только не сдаваться.

Я — успешный кризисный психолог. Привыкла работать со сложными случаями, выгоревшими боссами и трудными подростками.
Моя новая реальность? Чужое тело, должность самой ненавистной преподавательницы в Магической Академии и перспектива быть съеденной местной фауной.
Мой новый босс? Мрачный трудоголик-ректор, который не спит сутками, тащит на себе весь университет и мечтает меня уволить.
​Ну уж нет! Вы не на ту напали. Я наведу порядок в головах студентов, вылечу от депрессии подвального монстра и заставлю самого ректора лечь на кушетку. Главное — в процессе терапии не влюбиться в этого невыносимого мага и самой не сойти с ума!

Лифт сломался, и мы застряли в офисе на всю ночь. Я — в мокром платье. Он — без пиджака, с закатанными рукавами, злой и до невозможности красивый.
— Знаете, мистер Вульф, — сказала я, нарушая тишину, — если бы вы не были таким холодным, вы бы, возможно, кого-то нашли.
— В смысле отношений? — его голос стал тише.
— Вы когда-нибудь были влюблены?
Он смотрел на меня так долго, что я начала ерзать.
— Один раз, — сказал он наконец. — Она умерла.
А потом он подошел ближе, и я почувствовала его дыхание на своей щеке.
— Вы думаете, я не замечаю? Ваш юмор — это броня, Эмма. Я знаю это, потому что сам ношу такую же.
И поцеловал меня. Грубо. Жадно. Как будто ждал этого всю жизнь.

Алина Ветрова пять лет назад осталась одна с ребёнком на руках. Она научилась справляться со всем сама: работа, быт, слёзы по ночам. Она похоронила надежду и решила, что мужчинам доверять нельзя. Особенно тем, кто уходит, не объяснив причин.
Глеб Соколов приезжает в отель «Морской бриз», чтобы отдохнуть и поработать в тишине. Он не знает, что у него есть дочь. Не помнит Алину — похудевшую, сменившую цвет волос, ставшую почти неузнаваемой. И не подозревает, что самое сложное испытание его ждёт не в коде, а в розовом платье с блёстками и огромных серо-зелёных глазах.
Марта увидела Глеба и решила: он будет её папой. Она пристаёт к нему на каждом шагу, устраивает чаепития с куклами, рисует портреты, где они стоят рядом как семья. Глеб пытается сопротивляться, но против четырёхлетней девочки с ямочкой на щеке нет защиты.
Алина с ужасом наблюдает, как её дочь постепенно влюбляет в себя мужчину, который разбил ей сердце. Она знает, что должна сказать ему правду. Но вдруг он снова уйдёт...

Знаете, что самое сложное в отношениях с идеальным мужчиной? Дожить с ним до постели.

У нас с Глебом полгода. Он стоматолог с руками хирурга и юмором сапера.

Я кондитер «уютной комплектации» с фантазией, о которой приличные девушки молчат. Я хочу его так, что подгорает карамель.
И вот я решилась. Белье куплено с боем. Свечи зажжены. Утка в духовке.
А он за ужином складывается пополам. Аппендицит.

Дальше по списку: хирург со своим «четыре недели никаких нагрузок» – и не спрашивайте, что я у него уточнила. Свекровь с чемоданом «на недельку» – в тот самый вечер. Отель с эвакуацией в халатах на мороз, потому что сосед жарил сырники кипятильником.

Где-то на четвертой катастрофе я поняла: вселенная намекает. Такие, как я, красиво не раздеваются при свечах.

Но у моего стоматолога железное правило: начатое лечение доводят до конца. Он включил свет – весь, всю люстру – усадил меня напротив и сказал: «Сиди и слушай. Перебивать нельзя, у меня прием».

Он уставился на моё тело так, будто увидел что-то невероятное. Я сидела перед ним и чувствовала, как краска заливает щёки. Не от стыда — от того, как он смотрел. Так смотрят на произведение искусства. Так смотрят на чудо.
— Боже мой, Настя, — выдохнул он и провёл ладонью по моему плечу, по ключице, по груди поверх лифчика. Его пальцы чуть подрагивали — не от неуверенности, а от переизбытка чувств. — Ты... Ты даже не понимаешь, какая ты красивая.
— Я понимаю, Рома— сказала я, и это была правда: я научилась принимать своё тело, любить его, считать красивым. Но то, как это слово прозвучало из его уст — «красивая» — было чем-то новым. Словно он не просто констатировал факт, а вкладывал в него что-то ещё — восхищение, благоговение, почти молитву.