Читать и слушать книги

Десять лет назад Гордей разбил сердце Азалии одним словом. Теперь он вернулся успешный и опасно притягательный. Он не имеет права снова смотреть на нее так, будто она все еще принадлежит ему. Но прошлое никуда не исчезло, а чувства, которые когда-то уничтожили их обоих, все еще тлеют под кожей. Вот только за десять лет слишком многое изменилось. И чем сильнее их тянет друг к другу, тем страшнее становится вопрос: смогут ли они снова быть вместе, когда у каждого уже давно своя жизнь?

– О, какая тёлочка! – говорит он громко, перекрикивая музыку, и его друзья ржут. – Чего одна? Заблудилась?
Я делаю шаг назад и упираюсь спиной в чью-то грудь.
– Не, ну вы посмотрите, молчит, – продолжает он, наклоняясь ближе. – Чего в клуб пришла? Решила оторваться? Так мы поможем.
Я пытаюсь крикнуть, но музыка взрывается очередным басовым ударом, и мой крик тонет в нём, как в вате. Я колочу парня по груди, упираюсь, но он просто перехватывает мои запястья одной рукой и прижимает к себе.
Он перебрасывает меня через плечо.
Я вишу вниз головой. Волосы лезут в глаза, и я плачу.
Шум вдруг меняется. Смех обрывается, но не потому, что кто-то приказал – просто шаги за моей спиной звучат иначе. Тяжёлые. Уверенные.
А потом слышу голос – низкий, тихий, но такой, что он перекрывает даже басы: «Отпусти её». Это не вопрос. Не угроза. Просто констатация факта.

— Я подал на развод. Документы уже готовы. Адвокат отправит тебе копию завтра.
У меня подкосились ноги.
— Но... почему? — мой голос дрогнул. — Что случилось? Я что-то сделала не так?
— Что-то? — он зло усмехнулся. — Ты вообще ничего не делала, Аня. В этом и проблема.
— Я не понимаю...
— Да куда тебе понять! Ты пять лет сидишь здесь как мышь. Приходишь с работы, готовишь ужин, моешь посуду. И так по кругу. День сурка. Я смотрю на тебя и заранее знаю, что ты скажешь, что сделаешь, как посмотришь. Ты как мебель. Удобная, привычная, но бесполезная.
Каждое слово било наотмашь. Я сидела, вцепившись пальцами в край дивана, и чувствовала, как внутри нарастает дрожь.
— Я думала, ты ценишь это... Я старалась, чтобы тебе было комфортно. Чтобы дом был чистый, еда горячая...
— Да мне плевать на чистый дом! Мне женщина нужна, а не домработница! Мне нужен огонь, искра, чтобы глаза горели! А ты... ты никакая, Аня. Понимаешь? Ни-ка-ка-я. Холодная рыба. И в постели тоже, если уж на то пошло.

— Ты отработаешь у меня его долг, юрист, — в тёмных чеченских глазах Аслана Исаева полыхает опасный азарт. — С этого дня ты принадлежишь моему дому.
Мой брат-балбес снова вляпался, и теперь его жизнь зависит от чеченского миллионера с бешеным темпераментом. Но я не собираюсь ломаться перед этим львом. Я хладнокровно двигаю к нему официальный документ:
— Убирать, стирать, кофе подавать — пожалуйста. Но если спать с вами — ищите другую. Пишем контракт: интим под запретом.
— По рукам, — хищно усмехается он, ставя свою подпись. — Но я найду лазейку в твоей бумажке, отличница. И ты сама будешь умолять меня её переписать.
Он думал, что купил меня. Но упрямая львица в гневе страшнее льва. Наша игра на выживание началась, и пути назад больше нет.

Она - сотрудница спецотдела, которой предстоит сыграть в рискованную игру, примерив на себя чужую внешность, личность, чужую жизнь.

Он - непредсказуемый в своих поступках, подозреваемый в нескольких убийствах. Ему необходимо понять, почему новая знакомая так похожа на его бывшую...

Как долго будет длиться игра и кто первым ее прекратит?
********************************************
- Какого черта! - взревел Вадим. - Рассказывай!
- Ты сдурел?! - Лена предприняла попытку освободиться, но тщетно. - Хочешь утопить меня?!
- Кто. Ты. Такая.
- Обьясни, что происходит?!
- Это я хочу понять, что происходит! - нажимая на плечи, он погрузил Лену под воду.
- Ты... Ты больной! - девушка едва успела вынырнуть, пока не закончился кислород. Голос дрожал, зубы стучали, выброс адреналина, страх, смешивались с непониманием, что ей делать дальше.
- Нет, дорогая моя... Я просто осторожный.

Юля гадала на картах.
Карты соврали один раз и сразу на полмиллиона долларов.
Теперь за ней охотится бандит, а единственное укрытие – работа горничной у мрачного директора асфальтного завода.
Иван Марков: не любит людей, не любит шум, не любит вечеринки, живёт с медведем и вообще не планировал влюбляться зимой.

- Ты знала, что я не могу заключить с тобой никях, Аврора, потому что ты была женой моего сына. Ни один мулла не свяжет нас узами перед Всевышним, а мне нужны дети, которых признают кланы. Мне нужны наследники, - слова мужа звучали в голове погребальным звоном.
Неужели он заставит меня сделать аборт?!
- Ты силой взял меня замуж! Я не хотела этого брака! Ты заставил поверить тебе, полюбить! Зачем, Керим?! Зачем было все это?! – я всплеснула руками, показывая на смятую постель, пахшую нашей близостью.
- Потому что хотел, чтобы ты была счастлива, девочка. И сейчас хочу, но ты не сможешь вырастить и воспитать этого ребенка, Аврора, если хочешь, чтобы он появился на свет, то откажешься от него при рождении, и Калила… моя будущая жена станет для него матерью.
- Нет, Керим, что ты такое говоришь?!
- Только так, Аврора, ты же помнишь, что в нашем союзе развод не предусмотрен? Ты останешься со мной, девочка, будешь кричать подо мной от удовольствия и… больше никогда не заговоришь о детях.

— Ты мне нравишься, Лана.
Прижав папку с отчётами к груди, девушка вжалась в стену, а Дмитрий нависал над ней.
— Почему я? — спросила Света дрогнувшим от волнения голосом, не решаясь поднять глаза на своего начальника.
— А почему не ты?
— Я не хочу… — её голос дрогнул.
«Чёрт, я иду против своих правил — не заводить никаких интрижек на работе», — промелькнуло в мыслях Дмитрия.
— Не надо меня бояться, Лана. Я тебя не обижу, обещаю, — заверил он, нежно коснувшись её лица.
— Я Вас не боюсь, ясно? — в её голосе послышались резкие нотки. — Отпустите меня, — уже не так смело сказала она.
— Нет, этого не будет. Не отпущу.
— Но Вы не можете...
— Могу, — прервал шеф, приподняв её голову за подбородок, чтобы их взгляды встретились. — Соглашайся, Лана. Ты будешь только моей.

Самая неудачная покупка последнего года смотрела на него твёрдым взглядом и гордо поднимала подбородок.
Непокорная. Дерзкая, но такая манящая.
- Знаешь, во сколько ты мне обошлась? - рыкнул на неё Арслан.
- Явно переплатили за бракованный товар! - ощетинилась Василиса.
- Всё равно отработаешь всё до копейки!
- Пусть тот, кто меня на этот аукцион за волосы притащил - отрабатывает! Я вам ничего не должна!
- Я тебе жизнь спас! Между тобой и этой сворой шакалов теперь стою только я!
- Постойте пока денёк-другой на стрёме - я сбежать успею!
- Сбежать? Ты без меня и дня не выживешь, Васька!
- Выживала как-то пять лет без вас и ещё столько же выживу!
- Тогда завтра я вышвырну тебя на все четыре стороны - тренируй ноги и лёгкие! Бежать надо будет быстро! Я с удовольствием посмотрю на твой смертельный забег.
Василиса стиснула зубы.
Она убежит.
Выживет.
И отомстит всем, кто отнял у неё семью и будущее.

Сегодня моя помолвка.
Красивое платье, полный зал гостей, родители сияют от гордости.
А потом я захожу в подсобку и вижу жениха с официанткой, у которой юбка на ушах.
Прямо в разгар собственного праздника.
Что-то внутри меня умирает молча. Свадьбе не бывать!
Но моё мнение никого не интересует. Семьи должны быть связаны, отцы должны получить своё, а я просто товар в этой сделке.
И тогда из толпы выходит он.
Дядя жениха. Тот, чьё имя произносят вполголоса. Тот, при ком опускают глаза.
- Выходи за меня, - говорит, не спрашивая. Приказывая.
И я соглашаюсь назло всем. Ещё не зная, что сбежала не от клетки, а прямиком в другую. К мужчине, который не просит. Берёт.