Книги в жанре «Драма»
У двери замираю:
- А кто это у нас такая киса? – слышу из кабинета знакомый голос мужа и впадаю в ступор.
- Иван Сергеевич, потише, нас же могут застукать, - раздается кокетливо в ответ.
- Мне все равно, не хочу больше терпеть, - продолжает супруг.
Очуметь, это же надо быть таким идиотом, чтобы средь бела дня куражиться с любовницей на рабочем месте. Муж рехнулся.
Открываю дверь и вижу Ваню без штанов. Зрелище почему-то не вызывает боли, скорее смех. Думаю, это шок, но тем не менее.
- Наташа? – произносят двое синхроном, замечая меня на пороге с двумя стаканчиками кофе навынос.
- Привет, голубки, прохожу и бросаю сумку на диван. – Что, не ожидала? – смотрю в глаза молоденькой девчушки, которую сама посоветовала Ивану на должность. – Идеальная пара, киса и крыса!
- А кто это у нас такая киса? – слышу из кабинета знакомый голос мужа и впадаю в ступор.
- Иван Сергеевич, потише, нас же могут застукать, - раздается кокетливо в ответ.
- Мне все равно, не хочу больше терпеть, - продолжает супруг.
Очуметь, это же надо быть таким идиотом, чтобы средь бела дня куражиться с любовницей на рабочем месте. Муж рехнулся.
Открываю дверь и вижу Ваню без штанов. Зрелище почему-то не вызывает боли, скорее смех. Думаю, это шок, но тем не менее.
- Наташа? – произносят двое синхроном, замечая меня на пороге с двумя стаканчиками кофе навынос.
- Привет, голубки, прохожу и бросаю сумку на диван. – Что, не ожидала? – смотрю в глаза молоденькой девчушки, которую сама посоветовала Ивану на должность. – Идеальная пара, киса и крыса!
— Мне двадцать лет, я жить хочу, а не памперсы менять собственному мужу.
— Ты просто не любишь его…
Я была бы рада быть с ним с любым, больным, здоровым — все равно, лишь бы с ним. А сейчас стою в свадебном платье, готовясь стать женой другого.
— Вы правы, не люблю, и он меня не любит, да и не любил никогда.
— Зачем тогда замуж за него выходила?
— Молодой, перспективный. Красивой жизни хотела… Вы меня осуждаете?
— Бог тебе судья… Ко мне зачем пришла? — спрашивая скорее на автомате, а в голове творится полнейший хаос. У меня свадьба через два часа. Новая жизнь и вообще… но на другой чаше весов, что-то гораздо весомее.
— Помочь ему хочу… Вот, — Кира кладет на стол лист бумаги. — Это адрес, где он сейчас живет с родителями. Если поедете к нему, не говорите, пожалуйста, что это я вам рассказала. Вы нужны ему, очень…
— Ты просто не любишь его…
Я была бы рада быть с ним с любым, больным, здоровым — все равно, лишь бы с ним. А сейчас стою в свадебном платье, готовясь стать женой другого.
— Вы правы, не люблю, и он меня не любит, да и не любил никогда.
— Зачем тогда замуж за него выходила?
— Молодой, перспективный. Красивой жизни хотела… Вы меня осуждаете?
— Бог тебе судья… Ко мне зачем пришла? — спрашивая скорее на автомате, а в голове творится полнейший хаос. У меня свадьба через два часа. Новая жизнь и вообще… но на другой чаше весов, что-то гораздо весомее.
— Помочь ему хочу… Вот, — Кира кладет на стол лист бумаги. — Это адрес, где он сейчас живет с родителями. Если поедете к нему, не говорите, пожалуйста, что это я вам рассказала. Вы нужны ему, очень…
Провести два месяца вдали от дома, в компании парня, которому приказано охранять меня? О таком я точно не мечтала.
Тем более, у нас с ним нет ничего общего. Даже поговорить не о чем!
Он почти всегда молчит, не умеет выражать эмоции, что мне с ним вообще делать?!
Кто же мог знать, что нам придется вместе прятаться в маленькой деревеньке, и как-то находить общий язык, постепенно узнавая друг друга совсем с другой стороны...
Тем более, у нас с ним нет ничего общего. Даже поговорить не о чем!
Он почти всегда молчит, не умеет выражать эмоции, что мне с ним вообще делать?!
Кто же мог знать, что нам придется вместе прятаться в маленькой деревеньке, и как-то находить общий язык, постепенно узнавая друг друга совсем с другой стороны...
– Ты мне изменяешь?
– Не устраивай сцен, сказал, домой езжай.
– Ответь! Ты мне изменяешь? Как ты мог?
Я не сдерживаюсь, начинаю реветь в голос.
– За что, Самир? Я же люблю тебя… Так сильно люблю… – шепчу на выдохе.
Он смотрит на меня, рассматривает своими карими глазами, которые я считала самыми красивыми и добрыми в мире.
– Задушила ты меня своей любовью, Аня. Пора уже стать взрослой…
Я любила его всю свою жизнь. Мой первый мужчина. Мой муж. Думала, что мы счастливы, надела розовые очки. Но забыла, что они бьются стеклами внутрь. Оказалось, что он никогда меня не любил, просто выполнил обещание, данное своему дедушке. Я ему не нужна, как и наш будущий малыш…
– Не устраивай сцен, сказал, домой езжай.
– Ответь! Ты мне изменяешь? Как ты мог?
Я не сдерживаюсь, начинаю реветь в голос.
– За что, Самир? Я же люблю тебя… Так сильно люблю… – шепчу на выдохе.
Он смотрит на меня, рассматривает своими карими глазами, которые я считала самыми красивыми и добрыми в мире.
– Задушила ты меня своей любовью, Аня. Пора уже стать взрослой…
Я любила его всю свою жизнь. Мой первый мужчина. Мой муж. Думала, что мы счастливы, надела розовые очки. Но забыла, что они бьются стеклами внутрь. Оказалось, что он никогда меня не любил, просто выполнил обещание, данное своему дедушке. Я ему не нужна, как и наш будущий малыш…
Сборник моих рассказов
Буду их попополнять.
Всего их более тридцати, но мне нравятся всего десять )
Написаны они было с 2004 по 2009 год
Буду их попополнять.
Всего их более тридцати, но мне нравятся всего десять )
Написаны они было с 2004 по 2009 год
— Выпустите меня!
Я тщетно пыталась скрыть страх.
Молотов небрежным движением распустил галстук и, вытянув, бросил поверх пиджака. В каждом его движении сквозила угроза.
— До выборов месяц, Кира, и ты не выйдешь отсюда, пока я их не выиграю. Что будет после, зависит исключительно от тебя, — он многозначительно замолчал.
— Вы не имеете права меня тут держать! Это противозаконно! Это похищение!
— Закон здесь — я, маленькая дрянь, — прищурился он.
— Отпустите меня, пожалуйста…
Получилось жалобно и тихо, со слезами и мольбой.
Молотов усмехнулся.
— За свои поступки нужно отвечать, Кира. Запомни это.
Макар Молотов – мерзавец, в чьих руках оказалась власть. Я перешла ему дорогу и могу испортить его репутацию перед выборами главы города. Теперь я — его пленница на месяц, а потом… Уверена, что он меня не отпустит. И что будет дальше, я не знаю, ведь он способен на всё.
Я тщетно пыталась скрыть страх.
Молотов небрежным движением распустил галстук и, вытянув, бросил поверх пиджака. В каждом его движении сквозила угроза.
— До выборов месяц, Кира, и ты не выйдешь отсюда, пока я их не выиграю. Что будет после, зависит исключительно от тебя, — он многозначительно замолчал.
— Вы не имеете права меня тут держать! Это противозаконно! Это похищение!
— Закон здесь — я, маленькая дрянь, — прищурился он.
— Отпустите меня, пожалуйста…
Получилось жалобно и тихо, со слезами и мольбой.
Молотов усмехнулся.
— За свои поступки нужно отвечать, Кира. Запомни это.
Макар Молотов – мерзавец, в чьих руках оказалась власть. Я перешла ему дорогу и могу испортить его репутацию перед выборами главы города. Теперь я — его пленница на месяц, а потом… Уверена, что он меня не отпустит. И что будет дальше, я не знаю, ведь он способен на всё.
Отношения, которые длились еще со школы оказались фальшивкой. Разбитое сердце, растоптанное достоинство, разрушенные планы на будущее. Порядочная и правильная девушка, воспитанная бабушкой, на эмоциях совершает совершенно несвойственный ей проступок.
...она видит его впервые. Но он становится ее первым мужчиной. И у этой случайной связи оказались последствия...
...она видит его впервые. Но он становится ее первым мужчиной. И у этой случайной связи оказались последствия...
— Полюшка, — шепчу и веду ладонью по ее волосам. — Девочка моя…
Ее ресницы мерно подрагивают и распахиваются.
— Кто вы? Что вам нужно? — в глазах застывает недоумение.
— В смысле?
— Я вас не знаю, — шепчет Полина и нервно кусает губы.
Озадаченно смотрю на нее. В палате светло. Я вроде не мог измениться.
— Ты уверена? — всматриваюсь в лицо, ища ответы на невысказанные вопросы.
— Конечно, — она отводит глаза и смущенно краснеет.
Врет. Как пить дать. Но зачем? Ладно, будем разбираться.
— Я врач-травматолог, — хмыкаю, принимая правила игры. — Будем знакомиться
Ее ресницы мерно подрагивают и распахиваются.
— Кто вы? Что вам нужно? — в глазах застывает недоумение.
— В смысле?
— Я вас не знаю, — шепчет Полина и нервно кусает губы.
Озадаченно смотрю на нее. В палате светло. Я вроде не мог измениться.
— Ты уверена? — всматриваюсь в лицо, ища ответы на невысказанные вопросы.
— Конечно, — она отводит глаза и смущенно краснеет.
Врет. Как пить дать. Но зачем? Ладно, будем разбираться.
— Я врач-травматолог, — хмыкаю, принимая правила игры. — Будем знакомиться
– Мы поженимся, – заявляет друг, вгоняя меня своим предложением в ступор.
– Как это поженимся? Зачем? – пищу растерянно, а сама не останавливаясь, продолжаю покачивать младенца, уснувшего на моих руках.
Его сына. От другой девушки.
– Тебе нужно скрыть ото всех измену жениха, так? Ты же этого хотела? Не отменять свадьбу?
Киваю, совершенно не понимая, на что сейчас подписываюсь.
– А мне нужна жена, чтобы мой ребёнок остался со мной, – припечатывает категорично и переводит взгляд на подкидыша.
– Как это поженимся? Зачем? – пищу растерянно, а сама не останавливаясь, продолжаю покачивать младенца, уснувшего на моих руках.
Его сына. От другой девушки.
– Тебе нужно скрыть ото всех измену жениха, так? Ты же этого хотела? Не отменять свадьбу?
Киваю, совершенно не понимая, на что сейчас подписываюсь.
– А мне нужна жена, чтобы мой ребёнок остался со мной, – припечатывает категорично и переводит взгляд на подкидыша.
— Одна жена красивая, вторая — умная, — смеется. — Ты, Марианна, мне очень нравишься, но пойми правильно. С тобой хорошо в постели, хорошо тебя в ресторан выгулять. Но детей должна рожать женщина с высшим образованием, из интеллигентной семьи. С мозгами в конце концов. Вон, посмотри на Люсю. И МГУ с красным дипломом, и аспирантура. Она элита, понимаешь?
— А на фига ты тогда на мне женился? — вскидываю брови, — Чтобы что?
— В моем обществе надо выходить в свет с девушкой, на которую будут оглядываться. Ну и давай будем честны, я тебя все-таки люблю.
— А ее? — киваю на Люсю, которая даже в лице не меняется от признаний Армена.
— И ее люблю. У меня большое сердце, и я люблю вас обеих.
— У тебя не сердце большое, это ты редкостный проходимец.
— А на фига ты тогда на мне женился? — вскидываю брови, — Чтобы что?
— В моем обществе надо выходить в свет с девушкой, на которую будут оглядываться. Ну и давай будем честны, я тебя все-таки люблю.
— А ее? — киваю на Люсю, которая даже в лице не меняется от признаний Армена.
— И ее люблю. У меня большое сердце, и я люблю вас обеих.
— У тебя не сердце большое, это ты редкостный проходимец.
Выберите полку для книги