Книги в жанре «Драма»

— Дим, — начала она впервые обращаясь к нему так просто и ласково, но он перебил, поднимая руку и касаясь её щеки.
Его пальцы были тёплыми, чуть шершавыми. Он провёл большим пальцем по её скуле.
— Ты слишком хорошая для этого мира, — сказал он тихо. — Слишком светлая. А я... я весь в темноте.
— Мне не страшно, — прошептала Вера.
— Должно быть.
Вера подалась вперёд — чуть-чуть, на миллиметр. Дмитрий замер. Потом наклонился, и их губы почти коснулись...
***
Они случайные соседи. Он затопил её квартиру, она согласилась принять компенсацию тем, что поживёт на его территории. Но в этой случайности что-то пошло не так!

Я прислонилась плечом к косяку глядя, как мой муж кувыркается в нашей кровати со своей ассистенткой и произнесла:
— Вы что, места другого найти не смогли?
Костя подскочил, будто его ударило током и его лицо, стало сначала белым, а потом бордовым.
Он прикрыл сложенными лодочкой ладонями причинное место, но выглядело это так жалко и нелепо, что мне захотелось рассмеяться.
Бабенка натянула одеяло до самого подбородка.
— Добрый день, Лариса, — перевела я на нее, тяжелый взгляд.
Она моргнула, и сделала пару шлепков накаченными губами.
— Милочка, — продолжила я тем же ледяным тоном, — если ты спишь с моим мужем, это еще не повод не здороваться. Правила хорошего тона, знаешь ли, действуют даже в таких ситуациях.
Костя наконец обрел дар речи. Он заморгал, покраснел еще сильнее, и выдавил из себя хрипло:
— Ты... почему ты приехала раньше?

— Папа Коля, ты вернёшься? — с надеждой смотрит на меня чужой мне мальчишка.
— Я военный, Рустам. Я не знаю.
— Я выбрал тебя. Буду ждать. Папы всегда возвращаются, — совершенно серьезно говорит Рус.
— Если я не вернусь.., — произношу с тяжелым сердцем.
— Ты вернёшься, папа Коля. Я знаю, — искренне улыбается Рустам.
— Почему ты веришь в меня, Рус? - спрашиваю, боясь получить ответ.
— Потому что ты пришёл. Пришёл, когда я очень сильно ждал. Папы не бросают сыновей, - уверенно произносит пятилетний парнишка.
Я мог бы отмахнуться. Я генерал, у меня боевое задание. Но… Когда мальчик на ржавой площадке называет меня папой, я понимаю: стать папой для этого маленького человека — для меня долг чести.
А потом я улетаю. И не знаю, вернусь за Рустамом или нет...

— Ваш муж должен мне крупную сумму, — говорит приятель моего Димы.
— Сколько ты должен, милый?
— Неважно.
— О, если ты уже дошел до фазы “неважно”, значит, сумма такая, что даже цифры стесняются выходить в люди.
— Лера...
Я снова поворачиваюсь к приятелю мужа.
— Хорошо. Тогда другой вопрос. Что именно он поставил в последней игре?
Я смотрю на одного. Потом на второго.
Дима отводит взгляд первым.
— Дима, — говорю я. — Что именно ты поставил?
— Это была шутка.
Сердце почему-то делает один тяжелый удар.
— Что именно было шуткой?
— Лера, я был пьян.
— Не ответ на вопрос. Давай еще раз. Что именно ты поставил?
Он молчит.
И тогда отвечает Артем.
Все так же спокойно. Почти лениво. Как будто мы обсуждаем пункт договора, а не мою жизнь.
— Вас.

- Мне сказали, вы военный майор и вас все боятся! - заявила малышка лет шести.
"Военный майор" прозвучало забавно, но одновременно серьёзно и почетно.
- Плохие люди меня боятся, а хорошим бояться нечего! - кивнул ей.
- Защитите мою маму! - шепнула девчушка. - Ее никто защитить не может, а вы страшный, вы всех напугаете.
Вот это поворот! Страшный я, оказывается.
Осталось узнать, кто мама этой девочки, и правда ли ей нужна моя помощь

— Я забираю дочь! Она моя и будет жить со мной.
— Ты приказал своим людям отвезти меня на аборт. Забыл, что хотел от неё избавиться? Дочь ты не получишь! — с болью в голосе шепчу я, отчаянно прижимая к себе малышку.
— Ложь! Или будет по-моему или ты еë больше никогда не увидишь!
— Я тебя ненавижу!
— Я тоже тебя презираю, Полина! Только из-за ребёнка я вытащил тебя с того света и не позволил умереть…

***

Он — будущий президент, я — всего лишь простая горничная. Две полоски на тесте. Беременность… Он быстро от нас избавился. Но через пять лет, как ни в чём не бывало, захотел отобрать у меня дочь.

- Ребенок мой? - звучит грозно.
Все холодеет внутри.
- Это моя дочка!
Голос дрожит и не слушается.
- Сделаем тест ДНК и, если все подтвердится, ты откажешься от родительских прав.

Нас связала всего одна ночь. А потом меня выкинули из жизни богатого и успешного доктора Вяземского. Великого нейрохирурга. Человека почти голубой крови.
Вот только мне «посчастливилось» родить от него дочь. И теперь он хочет ее отобрать.

В уютном кафе «У перекрёстка», где аромат свежесваренного кофе смешивается с шёпотом доверительных разговоров, пересекаются судьбы, страхи и надежды. Здесь, за привычным столиком у окна, Аня и Паша строили планы, смеялись и верили: их любовь — навсегда. Но однажды тень подозрений легла между ними, и привычный мир начал рассыпаться на осколки.

Аня, терзаемая сомнениями, пытается разглядеть правду в обрывках фраз и случайных взглядах. Паша, загнанный в угол проблемами с бизнесом, боится признаться в слабости, боясь потерять самое дорогое. А между ними — Света, чьи мотивы скрыты за маской заботы, и чьи слова, как острые камни, ранят доверие.

В атмосфере уютного кафе «У перекрёстка», где звон чашек сплетается с шёпотом гостей, а воздух пропитан ароматом свежесваренного кофе и малиновых пирожных, разворачивается история о лжи, искренности и цене настоящих чувств.
Люба, официантка с открытым сердцем, оказывается втянута в чужую игру: Артём, обаятельный и нерешительный, предлагает ей сыграть роль своей невесты — всего на один вечер, «ради благой цели». Он верит, что этот спектакль заставит Лизу, его настоящую возлюбленную, осознать свои чувства. Но для Любы притворство — как кислота: оно разъедает душу и стирает границы между правдой и вымыслом.

— Я хочу развода, — говорит Виктор.
Всего три слова, а мир раскалывается пополам.
— Почему? — спрашиваю я, и голос звучит удивительно спокойно.
— Потому что я встретил другую, — отвечает он без запинки, словно отрепетировал эту фразу. — И я хочу быть с ней.
— Кто она? — Мой голос дрожит.
Виктор смотрит в сторону, на окно, за которым сгущаются октябрьские сумерки.
— Ольга Крылова. Мы... встретились полгода назад.
Я знаю это имя. Слышала его, когда мы только начали встречаться. Виктор тогда обмолвился, что до меня у него была девушка, но она выбрала богатого иностранца. Первая любовь.
— Твоя Ольга? — переспрашиваю я, и в груди разгорается ярость. — Та самая, которая бросила тебя ради денег?
Виктор сжимает челюсти.
— Она не бросала меня ради денег. У неё были свои причины. Её муж... они развелись. Ольга живёт теперь в Москве.
— И ты сразу к ней побежал, — выплёвываю я. — Двадцать пять лет я была рядом. А ты..