Читать и слушать книги
— У тебя один выход. точнее, два, - ухмыляется сын моего мужа. — Либо на тебя вешают срок за присвоение чужой собственности, и ты отправляешься на нары, либо отрабатываешь свой долг.
Я перевожу полный ужаса взгляд на адвоката, и тот кивает в ответ. Подтверждает его слова.
— Хорошо, я всё отработаю. Я всё верну, — решительно отвечаю я.
— Умница. Начнёшь с адвокатского бюро. Оно нам слишком дорого обошлось...
И тут я понимаю, что они имеют в виду, когда вижу, как плотоядно на меня смотрят нанятые ими юристы...
Я перевожу полный ужаса взгляд на адвоката, и тот кивает в ответ. Подтверждает его слова.
— Хорошо, я всё отработаю. Я всё верну, — решительно отвечаю я.
— Умница. Начнёшь с адвокатского бюро. Оно нам слишком дорого обошлось...
И тут я понимаю, что они имеют в виду, когда вижу, как плотоядно на меня смотрят нанятые ими юристы...
— Я тебе говорил, не усложняй, — шиплю, нависая над её лицом. — Для тебя же будет лучше подчиниться и сразу забыть об этом.
Она пытается выкрутиться, бьётся, но Данил быстро перехватывает её руки и прижимает к столу.
— Теперь ты будешь слушаться, или всё пойдёт по-другому, — говорит напарник, сжав её запястья так, что они начинают краснеть. — А ты же не хочешь, чтобы было хуже, да, док?
Алла закрывает глаза, на лице — отчаяние и страх.
— Пожалуйста, прошу... Что я должна сделать, чтобы вы отпустили меня? — вскинув свои большие, пронзительно—голубые глаза, девушка смотрит на нас, не оставляя себе не единого шанса на милосердную пощаду.
Мы не отпустим её. Она наша, от макушки до кончиков пальцев...
* * *
Работая в тюремном лазарете я не думала, что нахожусь в опасности, но двое заключённых схватили меня и не собираются отпускать, пока не получат то, зачем пришли...
Она пытается выкрутиться, бьётся, но Данил быстро перехватывает её руки и прижимает к столу.
— Теперь ты будешь слушаться, или всё пойдёт по-другому, — говорит напарник, сжав её запястья так, что они начинают краснеть. — А ты же не хочешь, чтобы было хуже, да, док?
Алла закрывает глаза, на лице — отчаяние и страх.
— Пожалуйста, прошу... Что я должна сделать, чтобы вы отпустили меня? — вскинув свои большие, пронзительно—голубые глаза, девушка смотрит на нас, не оставляя себе не единого шанса на милосердную пощаду.
Мы не отпустим её. Она наша, от макушки до кончиков пальцев...
* * *
Работая в тюремном лазарете я не думала, что нахожусь в опасности, но двое заключённых схватили меня и не собираются отпускать, пока не получат то, зачем пришли...
- Я дома! - пустота коридора глотает мои слова и не давится.
Взгляд выхватывает минутную стрелку на цифре шесть на настенных часах. Ага, немного позже сегодня вернулась, на полчасика.
Ни ответа ни привета.
- Ди-и-м! Мне Тамара Ген... - замолкаю, потому что в его комнате темно и пусто.
Где он есть? Они же до пяти в офисе. Дольше никогда не сидят. Смысла нет.
Звоню.
- Мариш, я занят. Скоро буду!
Гудки.
Ну, занят, значит занят.
- Привет, ужин греть? - выхожу в коридор, встречая мужа с работы.
На часах девять.
- Не, не надо. Я поел уже на работе. Артур проставлялся, сын у них родился, - непринуждённо рассказывает муж.
- Молодцы! Это третий же у них, да?
- Да! Сказал, что будут до победного стараться, пока девку не родят, - смеётся.
- Значит, ты не устал? - игриво спрашиваю. - Я соскучилась, - шепчу ему в губы, забираюсь руками под рубашку.
- Малыш, прости, родная. В другой раз...
Взгляд выхватывает минутную стрелку на цифре шесть на настенных часах. Ага, немного позже сегодня вернулась, на полчасика.
Ни ответа ни привета.
- Ди-и-м! Мне Тамара Ген... - замолкаю, потому что в его комнате темно и пусто.
Где он есть? Они же до пяти в офисе. Дольше никогда не сидят. Смысла нет.
Звоню.
- Мариш, я занят. Скоро буду!
Гудки.
Ну, занят, значит занят.
- Привет, ужин греть? - выхожу в коридор, встречая мужа с работы.
На часах девять.
- Не, не надо. Я поел уже на работе. Артур проставлялся, сын у них родился, - непринуждённо рассказывает муж.
- Молодцы! Это третий же у них, да?
- Да! Сказал, что будут до победного стараться, пока девку не родят, - смеётся.
- Значит, ты не устал? - игриво спрашиваю. - Я соскучилась, - шепчу ему в губы, забираюсь руками под рубашку.
- Малыш, прости, родная. В другой раз...
- Нравится?
- Да, вид прекрасный, в отличии от вас.
Язвительно кидаю , не переживая ,как он отреагирует на мои словечки . Достал уже этот ненормальный.
- Показываешь характер?
- А что ? Я должна притвориться подневольной игрушкой и выполнять все ваши прихоти?
Молчит и отодвигает тарелку.
- Вы меня выкрали , привезли сюда и вдобавок решили ,что я буду жить с вами . Это полное безумие.. Запомните, вы мне неприятны и противны.
Кидаю почти в лицо и немного осекаюсь .
- Да, вид прекрасный, в отличии от вас.
Язвительно кидаю , не переживая ,как он отреагирует на мои словечки . Достал уже этот ненормальный.
- Показываешь характер?
- А что ? Я должна притвориться подневольной игрушкой и выполнять все ваши прихоти?
Молчит и отодвигает тарелку.
- Вы меня выкрали , привезли сюда и вдобавок решили ,что я буду жить с вами . Это полное безумие.. Запомните, вы мне неприятны и противны.
Кидаю почти в лицо и немного осекаюсь .
Женщина способна на что угодно! Например, отбить мужчину у лучшей подруги – и вот она уже счастливая жена, мать и творческая бизнес-вумен. Возможно ли такое в браке, которому стукнуло одиннадцать лет? Для Таси – да. Ведь Дима, её муж, практически идеален. Так Тася думала до тех пор, пока не столкнулась с Германом. Он – обольстительный журналист. Молод и хорош собой! Но что может принести связь с ним? Крах семейной идиллии. Или… бесконечную негу, наслаждение тайной, безудержную запретную страсть. И Тася заключает сделку с совестью, бросаясь в омут адюльтера с головой…
Он, профессиональный убийца. Я — случайный свидетель.
"Его большой палец касается моих губ, поглаживая их.
— Кто ты?
— Никто.
— Хороший ответ.
Он, по-настоящему опасен. Если я отпущу его, он убьет меня. Не потому, что он зол или ненавидит меня. Это единственный закон, который он не нарушит. Он называет это “Чистота”. Он киллер, хищник, я — его законная жертва. Убить — соблюсти чистоту.
Пока я жива, я нарушаю его закон.
Теперь, или он или я..."
"Его большой палец касается моих губ, поглаживая их.
— Кто ты?
— Никто.
— Хороший ответ.
Он, по-настоящему опасен. Если я отпущу его, он убьет меня. Не потому, что он зол или ненавидит меня. Это единственный закон, который он не нарушит. Он называет это “Чистота”. Он киллер, хищник, я — его законная жертва. Убить — соблюсти чистоту.
Пока я жива, я нарушаю его закон.
Теперь, или он или я..."
Невинная принцесса оказалась в плену самого извращенного мужчины, о котором только слышал свет. Но для него она – всего лишь игрушка, развлечение для рабов и залог успешных переговоров. Вот только переговоры в дворце порочного императора имеют особый оттенок. Посла, присланного для спасения, ждут изощрённые искушения. Будет ли спасена драгоценная принцесса, заимевшая столь сладкий и притягательный статус?
Заключительная история о грешных богах. О богини похоти и парне, что растопил её сердце.
"– И ты тоже удовлетворяла лишь похоть?
– Конечно, меня и сейчас преодолевает желание, – Аморе сняв черную туфлю на высоком каблуке провела по его ноге снизу на вверх задирая штанину.
Клаус издал глубокий вздох, на него как на любого мужчину будет влиять подобное воздействие. Но он не из робких, в ответ на её нападение, нагнулся и поднял её туфлю. Аккуратно надел на её ступню, и словно невзначай провел пальцем по лодыжке, которая следом покрылась мелкой рябью.
Богиня вздрогнула, это было в первые, его мысли открылись: в них не было извращения и желания показать свою власть, ни грамма садизма или мазохиста. Он желает просто вдохнуть её аромата, коснуться кожи и губ."
"– И ты тоже удовлетворяла лишь похоть?
– Конечно, меня и сейчас преодолевает желание, – Аморе сняв черную туфлю на высоком каблуке провела по его ноге снизу на вверх задирая штанину.
Клаус издал глубокий вздох, на него как на любого мужчину будет влиять подобное воздействие. Но он не из робких, в ответ на её нападение, нагнулся и поднял её туфлю. Аккуратно надел на её ступню, и словно невзначай провел пальцем по лодыжке, которая следом покрылась мелкой рябью.
Богиня вздрогнула, это было в первые, его мысли открылись: в них не было извращения и желания показать свою власть, ни грамма садизма или мазохиста. Он желает просто вдохнуть её аромата, коснуться кожи и губ."
Меня нагло похитили прямо со свидания со своим женихом.
Отвезли на яхту, где незнакомец решил, что купил меня и вправе мной воспользоваться.
Он – незнакомец, властный, берущий от жизни все.
Он довел меня до безумия, и я готова отдаваться ему каждый раз, стоит только ему этого пожелать. Я подчиняюсь и схожу с ума от его сладких пыток.
***
Я отшатнулась:
— Нет. Вы не смеете меня трогать!
Мужчина поднялся со своего места и шагнул ко мне. Я уперлась спиной в перегородку. Он убрал прядь волос с моего лица:
— Почему не смею? Я за все заплатил.
Отвезли на яхту, где незнакомец решил, что купил меня и вправе мной воспользоваться.
Он – незнакомец, властный, берущий от жизни все.
Он довел меня до безумия, и я готова отдаваться ему каждый раз, стоит только ему этого пожелать. Я подчиняюсь и схожу с ума от его сладких пыток.
***
Я отшатнулась:
— Нет. Вы не смеете меня трогать!
Мужчина поднялся со своего места и шагнул ко мне. Я уперлась спиной в перегородку. Он убрал прядь волос с моего лица:
— Почему не смею? Я за все заплатил.
- Ещё ни одна бывшая так горячо нас не приветствовала…
Его порочный взгляд скользнул по моим ногам, словно придавливал меня к полу.
Я взрослая девушка, и мне было нечего стыдиться!
- Ты уж не стесняйся, - заговорил другой, явно наслаждаясь моментом, - мы здесь все свои, можем и помочь, если нужно, - он положил руку на бедро.
У моего бывшего мужа два взрослых сына и так вышло что я осталась в их доме на пару дней. Они ведут себя очень дерзко. Сможем ли мы найти общий язык?
Его порочный взгляд скользнул по моим ногам, словно придавливал меня к полу.
Я взрослая девушка, и мне было нечего стыдиться!
- Ты уж не стесняйся, - заговорил другой, явно наслаждаясь моментом, - мы здесь все свои, можем и помочь, если нужно, - он положил руку на бедро.
У моего бывшего мужа два взрослых сына и так вышло что я осталась в их доме на пару дней. Они ведут себя очень дерзко. Сможем ли мы найти общий язык?
Выберите полку для книги