Читать и слушать книги
— Думаешь, я не заметил?
— Я…
— Ты не она. Может лица у вас и одинаковые, но в остальном…
— Прости…
— Поздно. Ты — в моём доме. В моей постели. В моей жизни.
— Я не хотела…
— Хотела. Надела платье, вышла к мулле, стала моей женой.
— Я… я испугалась. Это была ошибка…
— Нет. Это была подмена. Сознательная. И за неё ты ответишь. Сегодня. На супружеском ложе.
Она — скромная девушка, вынужденная выйти замуж вместо сестры. Он — властный мужчина, не прощающий обмана. С первых минут их брака вспыхивает страсть, где границы между ненавистью и желанием стираются. Сможет ли она растопить его сердце, или станет пленницей его власти?
— Я…
— Ты не она. Может лица у вас и одинаковые, но в остальном…
— Прости…
— Поздно. Ты — в моём доме. В моей постели. В моей жизни.
— Я не хотела…
— Хотела. Надела платье, вышла к мулле, стала моей женой.
— Я… я испугалась. Это была ошибка…
— Нет. Это была подмена. Сознательная. И за неё ты ответишь. Сегодня. На супружеском ложе.
Она — скромная девушка, вынужденная выйти замуж вместо сестры. Он — властный мужчина, не прощающий обмана. С первых минут их брака вспыхивает страсть, где границы между ненавистью и желанием стираются. Сможет ли она растопить его сердце, или станет пленницей его власти?
ЗАВЕРШЕН
— Работать собираешься?
В панике ударяюсь спиной о стенку торта.
— Это ошибка. Меня не к вам…
Крон медленно поднимается. Окружающая его аура власти моментально глушит посторонние звуки.
— В торт сама залезала? Тогда работу делай молча, — рявкает, пока я испуганно вжимаю голову в плечи. — Или закончим торжественную часть?
— Я просто хотела сделать сюрприз своему парню, — наконец выдавливаю из себя, едва не плача.
— Сюрприз получился.
Его глаза блестят от темного и вязкого желания. Оно липнет к моей коже электродами и выдает разряд.
— Не для вас! — выкрикиваю протестующе.
Его палец скользит по моей шее.
Цепляет колокольчик.
— Здесь все для меня, — произносит он с ухмылкой.
Думала ли я, что попаду на праздник к криминальному авторитету, Крону? Готовила сюрприз парню, танец в торте. Но реквизит перепутали. И вместо любимого я угодила прямо в лапы настоящего зверя и отца моей лучшей подруги.
Недоразумение уладили, но Крон не собирается отступать
— Работать собираешься?
В панике ударяюсь спиной о стенку торта.
— Это ошибка. Меня не к вам…
Крон медленно поднимается. Окружающая его аура власти моментально глушит посторонние звуки.
— В торт сама залезала? Тогда работу делай молча, — рявкает, пока я испуганно вжимаю голову в плечи. — Или закончим торжественную часть?
— Я просто хотела сделать сюрприз своему парню, — наконец выдавливаю из себя, едва не плача.
— Сюрприз получился.
Его глаза блестят от темного и вязкого желания. Оно липнет к моей коже электродами и выдает разряд.
— Не для вас! — выкрикиваю протестующе.
Его палец скользит по моей шее.
Цепляет колокольчик.
— Здесь все для меня, — произносит он с ухмылкой.
Думала ли я, что попаду на праздник к криминальному авторитету, Крону? Готовила сюрприз парню, танец в торте. Но реквизит перепутали. И вместо любимого я угодила прямо в лапы настоящего зверя и отца моей лучшей подруги.
Недоразумение уладили, но Крон не собирается отступать
Аннотация:
Всегда думала, что моя жизнь скучна и предсказуема, пока не оказалась в теле девушки-сироты в другом мире. Вот я попала! Академия невест для элитных женихов, целых два истинных, какое-то дурацкое пророчество, демоны...Я что должна спасти мир?
Всегда думала, что моя жизнь скучна и предсказуема, пока не оказалась в теле девушки-сироты в другом мире. Вот я попала! Академия невест для элитных женихов, целых два истинных, какое-то дурацкое пророчество, демоны...Я что должна спасти мир?
-Из клетки нет выхода, милая. Можешь отказаться. Пока еще не поздно.
- Уже поздно.
Огромная клетка с коваными прутьями возвышается передо мной, как чудовище из темной сказки. Внутри - качели, обтянутые бархатом. Именно на них меня посадят. Именно там оставят одну.
Но я уже чувствую - я не одна.
Темнота здесь живая. Густая, липкая, она обволакивает кожу, проникает в легкие. А еще... дыхание.
Тихое. Множественное.
Они уже здесь.
И ждут.
- Уже поздно.
Огромная клетка с коваными прутьями возвышается передо мной, как чудовище из темной сказки. Внутри - качели, обтянутые бархатом. Именно на них меня посадят. Именно там оставят одну.
Но я уже чувствую - я не одна.
Темнота здесь живая. Густая, липкая, она обволакивает кожу, проникает в легкие. А еще... дыхание.
Тихое. Множественное.
Они уже здесь.
И ждут.
Их миссия – доставить переселенцев к далекой планете.
Трое мужчин вот уже год делают это, управляя кораблем.
Но неожиданно появляется она.
Кайла – странный и такой соблазнительный подарок.
Совершенная. Притягательная.
Кто она на самом деле? Подарок или испытание?
И что она скрывает?
Трое мужчин вот уже год делают это, управляя кораблем.
Но неожиданно появляется она.
Кайла – странный и такой соблазнительный подарок.
Совершенная. Притягательная.
Кто она на самом деле? Подарок или испытание?
И что она скрывает?
Все как будто опять повторяется - лес, девушка и трое.
Однако она оказывается девочкой и весь сценарий рушится.
Она грозится обратиться в полицию и Даня, тот самый парень, что обнаружил это, увозит ее к себе домой, чтобы успокоить.
В этой ситуации она оказалась из-за одного мажора, которого нечаянно искупала в его же бассейне на глазах у всех гостей.
И он не хочет успокаиваться.
Однако она оказывается девочкой и весь сценарий рушится.
Она грозится обратиться в полицию и Даня, тот самый парень, что обнаружил это, увозит ее к себе домой, чтобы успокоить.
В этой ситуации она оказалась из-за одного мажора, которого нечаянно искупала в его же бассейне на глазах у всех гостей.
И он не хочет успокаиваться.
— Я тут подумал. Не хочу ждать сто лет, когда ты сможешь выплатить ущерб клинике. Давай, мы просто переспим и я спишу долг?
— Ни за что! Я не собираюсь с вами спать.
— Забавная. Другие за цацки и прочие подгоны готовы ноги раздвигать. А ты, зная, что будешь так много должна, всё равно сопротивляешься. Мне это нравится. Что не ведёшься на бабки.
— Давайте уже расписку напишем, и я пойду?
По телу рассыпаются мурашки от его прикосновения к моей щеке.
— Давай так, — тихо произносит он, как демон-искуситель. — Ты даёшь мне пять минут, и если после этого не захочешь продолжения, то я отпущу тебя.
— А долг?
— Спишу в любом случае.
Нервно прикусываю нижнюю губу. На кону свобода от многолетней кабалы и пять минут неизвестности. Что такого он может сделать за пять минут, чтобы я не смогла уйти?
— Хорошо, — неуверенно соглашаюсь. — Пять минут.
— Только чур, не сопротивляться, — усмехается он и хищно улыбается.
— Ни за что! Я не собираюсь с вами спать.
— Забавная. Другие за цацки и прочие подгоны готовы ноги раздвигать. А ты, зная, что будешь так много должна, всё равно сопротивляешься. Мне это нравится. Что не ведёшься на бабки.
— Давайте уже расписку напишем, и я пойду?
По телу рассыпаются мурашки от его прикосновения к моей щеке.
— Давай так, — тихо произносит он, как демон-искуситель. — Ты даёшь мне пять минут, и если после этого не захочешь продолжения, то я отпущу тебя.
— А долг?
— Спишу в любом случае.
Нервно прикусываю нижнюю губу. На кону свобода от многолетней кабалы и пять минут неизвестности. Что такого он может сделать за пять минут, чтобы я не смогла уйти?
— Хорошо, — неуверенно соглашаюсь. — Пять минут.
— Только чур, не сопротивляться, — усмехается он и хищно улыбается.
В подарок на полное совершеннолетие я получила от матери право выбрать себе трех мужчин из числа пленников космической станции “Харун-13”. И выбрала трех лордов из закрытого мира Сэйран: так мне подсказала моя женская энергия ― Сиа.
Я — Эдолин с Арригосы, и я привыкла, что мужчины падают ниц при моём появлении. Но эти трое… Они горят. Молчат. И разрушают себя, лишь бы не сорваться. Не прикоснуться ко мне.
Я узнала правду: они могут взять меня здесь и сейчас, но это лишь отсрочит конец. Чтобы выжить, им нужен Сэйран. Но самое страшное ― я уже не могу без них. Я хотела владеть ими. Но теперь я — их раба.
Я — Эдолин с Арригосы, и я привыкла, что мужчины падают ниц при моём появлении. Но эти трое… Они горят. Молчат. И разрушают себя, лишь бы не сорваться. Не прикоснуться ко мне.
Я узнала правду: они могут взять меня здесь и сейчас, но это лишь отсрочит конец. Чтобы выжить, им нужен Сэйран. Но самое страшное ― я уже не могу без них. Я хотела владеть ими. Но теперь я — их раба.
– Где я? Кто ты такой? — мой голос задрожал от страха.
– Ты в моей постели, дорогая жена. А я — твой муж, и у меня есть документ, подтверждающий это, — его губы искривились в наглой усмешке.
– Не лги! Я бы запомнила такого, как ты! Такого... монстра! – отпрянула, увидев в его руках свидетельство о браке.
– Память иногда играет с нами злую шутку, mi cara. Но я помню всё. Каждую нашу встречу. Каждый наш поцелуй. И наш единственный грех, который теперь связывает нас навечно, — его глаза сверкнули опасным блеском...
– Ты в моей постели, дорогая жена. А я — твой муж, и у меня есть документ, подтверждающий это, — его губы искривились в наглой усмешке.
– Не лги! Я бы запомнила такого, как ты! Такого... монстра! – отпрянула, увидев в его руках свидетельство о браке.
– Память иногда играет с нами злую шутку, mi cara. Но я помню всё. Каждую нашу встречу. Каждый наш поцелуй. И наш единственный грех, который теперь связывает нас навечно, — его глаза сверкнули опасным блеском...
Он — сын винодельческой династии, решивший больше не влюбляться. Она — слишком невинна, чтобы играть в чужие игры, но слишком притягательная, чтобы он мог устоять. Но всё изменилось, когда её мать пришла с одной наглой просьбой. С тех пор Дан каждый день напоминает себе, что обещал не прикасаться. И пока ещё держится.
— Ты знала, что запах мужчины на женщине действует, как наркотик? — спросил, не отводя взгляда.
Она прижала рукава моей рубашки, той самой:
— Я просто замёрзла.
Подошёл, обхватил спинку стула, заперев между собой и деревом:
— Ты знала. И всё равно надела.
— Я не думала…
— А я обещал себе не трогать тебя, — провёл пальцем по её щеке, остановился у губ. — Не ставь меня перед выбором, Лина. Сегодня я ещё держусь.
— Ты знала, что запах мужчины на женщине действует, как наркотик? — спросил, не отводя взгляда.
Она прижала рукава моей рубашки, той самой:
— Я просто замёрзла.
Подошёл, обхватил спинку стула, заперев между собой и деревом:
— Ты знала. И всё равно надела.
— Я не думала…
— А я обещал себе не трогать тебя, — провёл пальцем по её щеке, остановился у губ. — Не ставь меня перед выбором, Лина. Сегодня я ещё держусь.
Выберите полку для книги