Читать и слушать книги
– Вы не имеете права ко мне прикасаться! – мой голос дрожит перед властным мужчиной в черном, как сама ночь, костюме.
– Весь мир принадлежит только мне, а значит и ты, – его рука ложится на мою талию.
Я ощущаю прилив жара по всему телу. Этот человек одновременно будоражит и пугает меня. Разве такое возможно?...
– Прошу, отпустите, – делаю попытку освободиться, но все тщетно. Его рука подобна металлическому пруту.
– Замолчи. Иначе я вынужден буду сам сомкнуть твои губы.
– Весь мир принадлежит только мне, а значит и ты, – его рука ложится на мою талию.
Я ощущаю прилив жара по всему телу. Этот человек одновременно будоражит и пугает меня. Разве такое возможно?...
– Прошу, отпустите, – делаю попытку освободиться, но все тщетно. Его рука подобна металлическому пруту.
– Замолчи. Иначе я вынужден буду сам сомкнуть твои губы.
Мой бывший любовник. Порочный, властный и очень опасный миллиардер не сводит с меня взгляда. Я живая мишень. Хочет вернуть меня и сделать своей любой ценой? Снова?
- Почему ты сбежала от меня?
Несколько лет назад, я сломя голову покинула город, ничего не объяснив, и кажется, теперь мне придется расплачиваться за свою ошибку.
- Я не твоя собственность.
- Все, к чему я прикасаюсь - мое.
- Но я тебе не принадлежу...
Взгляд в душу. Выжигает. Плавит. Рвет на части. Он добьется своего.
- Почему ты сбежала от меня?
Несколько лет назад, я сломя голову покинула город, ничего не объяснив, и кажется, теперь мне придется расплачиваться за свою ошибку.
- Я не твоя собственность.
- Все, к чему я прикасаюсь - мое.
- Но я тебе не принадлежу...
Взгляд в душу. Выжигает. Плавит. Рвет на части. Он добьется своего.
Автор предупреждает, что в романе нет интимных сцен.
Восток... Короткая и яркая поездка изменила не только взгляды Вики, но и всю её жизнь. А ведь как хорошо всё начиналось: прокатиться в незнакомую, хоть и не очень далёкую, страну, подышать чистым горным воздухом, познакомиться с новыми людьми. Кто же знал, что её полюса поменяются местами, что враг окажется не просто другом, а тем единственным, в ком хочется раствориться без остатка. Но какое будущее у пастуха и литературоведа, закончившей филфак с красным дипломом? Ему неинтересны фабулы, ей - курдючные овцы...
Восток... Короткая и яркая поездка изменила не только взгляды Вики, но и всю её жизнь. А ведь как хорошо всё начиналось: прокатиться в незнакомую, хоть и не очень далёкую, страну, подышать чистым горным воздухом, познакомиться с новыми людьми. Кто же знал, что её полюса поменяются местами, что враг окажется не просто другом, а тем единственным, в ком хочется раствориться без остатка. Но какое будущее у пастуха и литературоведа, закончившей филфак с красным дипломом? Ему неинтересны фабулы, ей - курдючные овцы...
Я чужая и людям, и оборотням. Белая ворона, вернее лиса-кицунэ — семихвостая, ущербная, отверженная. Чтобы стать обычным человеком, готова пойти на всё, даже отрезать свою звериную сущность. Но для этого нужны деньги, очень много денег. Мои таланты воровки в этом помогут. Вот только на пути стоит один слишком порядочный и принципиальный волчара, не дающий похитить ценный артефакт. Я оказалась перед выбором: любовь или свобода.
Однажды Катя Воронцова получила необычное задание от своего хозяина. Не просто подставить или соблазнить, а создать длительные отношения...
Увидев директора, поздравляющего женщин завода с 8 марта, Катя чуть было не сдала назад. Нормальный мужик, не хотелось такого подставлять и заводить служебный роман. Только выбора у нее не существовало.
Свобода стоила дорого - Мишка Алтунский должен на ней жениться.
Увидев директора, поздравляющего женщин завода с 8 марта, Катя чуть было не сдала назад. Нормальный мужик, не хотелось такого подставлять и заводить служебный роман. Только выбора у нее не существовало.
Свобода стоила дорого - Мишка Алтунский должен на ней жениться.
Юле захотелось закрыть уши и убежать. Неужели это – её муж? Её Алексей, которого она считала самым хорошим мужем на свете.
Как можно притворяться почти семь лет? День, два, месяц, но семь лет?
Как можно притворяться почти семь лет? День, два, месяц, но семь лет?
- Я мужа твоего люблю, а он меня, поняла? У нас ребенок будет. С дороги уйди, не мешай нашему счастью. Аллё! Что молчишь?
Я была уверена в верности своего мужа, до этого телефонного звонка от его любовницы. Больше не хочу видеть его рядом, а он уверяет, что любит и на все готов ради меня, лишь бы я его простила.
Мое сердце разбито, но я не собираюсь горевать в сторонке. У меня есть план. И я его воплощу в жизнь любой ценой!
Я была уверена в верности своего мужа, до этого телефонного звонка от его любовницы. Больше не хочу видеть его рядом, а он уверяет, что любит и на все готов ради меня, лишь бы я его простила.
Мое сердце разбито, но я не собираюсь горевать в сторонке. У меня есть план. И я его воплощу в жизнь любой ценой!
Предлагаю вашему вниманию мою новую книгу. Пожалуй, один из самых спорных вопросов 19 века. Кто же были декабристы ?Избалованные гуляки, которым было очень скучно? Офицеры чести и долга. Но кто бы они не были в веках останется в веках подвиг и жён. Они ушли за мужьями в далекую Сибирь презрев все за и против. Мнения света и смогли научиться выживать в краю каторжников, не теряя человеческого достоинства.
– Что, эскорт уже списал тебя как негодную? Теперь простая официантка? Какая досада.
Напротив меня стоит отец моих близнецов и победно улыбается.
– Тебя не касается, чем я занимаюсь.
Давид хмыкает и обходит стол, усаживается в свое кресло.
– Ты расколотила мой бар. И теперь ты должна отработать. Будешь моей личной прислугой.
Сжимаю зубы, понимаю, что у меня нет выбора. Главное, чтобы он не узнал о наших детях.
***
Два года назад он стал для меня первой любовью, а потом швырнул в лицо деньги, посчитав, что я занимаюсь продажей себя. Только вот я любила его и носила под сердцем его двоих сыновей…
Напротив меня стоит отец моих близнецов и победно улыбается.
– Тебя не касается, чем я занимаюсь.
Давид хмыкает и обходит стол, усаживается в свое кресло.
– Ты расколотила мой бар. И теперь ты должна отработать. Будешь моей личной прислугой.
Сжимаю зубы, понимаю, что у меня нет выбора. Главное, чтобы он не узнал о наших детях.
***
Два года назад он стал для меня первой любовью, а потом швырнул в лицо деньги, посчитав, что я занимаюсь продажей себя. Только вот я любила его и носила под сердцем его двоих сыновей…
- А что я должен был делать? – заорал Дима в ответ. – Запретить моей жене танцевать? И как бы это выглядело? Ты сама должна была отказаться! Нормальная жена так бы и поступила! Побыла с мужиками полчасика и ушла, сославшись на головную боль! А ты весь вечер раздавала авансы!
- Какие авансы, Дима? – Марина тоже закричала, не выдержав несправедливых обвинений.
Мужчина в ответ снова ударил ее по лицу. Марина упала на кровать. В голове звенело. Девушка попыталась встать, но навалившийся сверху мужчина был сильнее.
- Нет, Дима, нет! – извивалась она. – Я не хочу! Не так! Не сейчас! Дима, пожалуйста, не нужно!
- А ты представь на моем месте кого-нибудь из тех, к кому прижималась сегодня, - пропыхтел Дима, стягивая брюки, одновременно удерживая Марину и не давая ей высвободиться.
- Какие авансы, Дима? – Марина тоже закричала, не выдержав несправедливых обвинений.
Мужчина в ответ снова ударил ее по лицу. Марина упала на кровать. В голове звенело. Девушка попыталась встать, но навалившийся сверху мужчина был сильнее.
- Нет, Дима, нет! – извивалась она. – Я не хочу! Не так! Не сейчас! Дима, пожалуйста, не нужно!
- А ты представь на моем месте кого-нибудь из тех, к кому прижималась сегодня, - пропыхтел Дима, стягивая брюки, одновременно удерживая Марину и не давая ей высвободиться.
Выберите полку для книги