Книги в жанре «Любовные романы»

— Я больше тебя не люблю, — бросил муж. — Не чувствую к тебе ничего. Ни-че-го, понимаешь?
Я дёрнулась, словно он пощёчину мне залепил.
— Так… по-твоему, это я виновата?
— Нет, ты не виновата в том, что мы несовместимы. Просто настало время это признать и двигаться дальше. Алён, ты взрослая женщина, должна понимать. Из жалости я оставаться с тобой не хочу.
— И вместо того чтобы меня поддержать, — всхлипнула я, — ты мне изменил? И почему именно с ней? Почему?!
— Выбор ни при чём, — пожал плечами Егор. — Нас потянуло друг к другу. Устал притворяться, что я её не хочу.

- Как полет? - спрашиваю я тихо, подходя ближе.
- Как обычно. - Его голос глухой, без эмоций.
Он тянется к пальто, чтобы достать планшет. И из внутреннего кармана вместе с гаджетом выпадает маленький шелковый лоскуток. Платочек. Не его. Ткань цвета фуксии.
От платка пахнет духами. Сладкими, наглыми, цветочно-мускусными. Совсем не его строгим, древесным ароматом. Это запах другой женщины. Чужой. Посторонней.
- Что это? - мой голос хрипит, словно чужой.
- Что «что»? - он бросает планшет на стол. - Откуда я знаю? Отстань от меня – отмахивается и уходит…
***
Но я уже знаю ответ на свой вопрос, внутренний голос кричит, закладывая уши, сердце чувствует, этот сладкий запах измены… и я узнаю всю правду.

— Это мой батя! Еще раз меня за косу дернешь, он на тебя наедет! — мелкая стрекоза угрожает пацану и в меня пальцем тычет.
А я ей не батя! Я никому не батя! Я одинокий волк, байкер, любимец женщин.
При виде меня в татухах, пацан сбегает.
— Достают? — участливо интересуюсь.
— Да, — стрекоза вздыхает. — Вам ребенок случаем не нужен? Девочка, — она смущенно улыбается. — Я послушная и хорошо учусь. И мама у меня очень красивая!
Надо сказать нет!
Но…
— Машуня, доча! Ты куда убежала? — к стрекозе подлетает девушка в красном берете.
Я сразу ее узнаю — Алиса Ромашкина. Заноза, которая не смирилась с тем, что на месте ее цветочного магазина теперь мой автосалон. Жалобу на меня накатала и продолжает вредить.
А я ее на свидания звал раз десять, хотел мирно договориться.
— Вы что здесь делаете? — бледнеет.
— Защищаю нашу дочь, пока вы на меня очередную жалобу строчите. Я согласен быть твоим батей, стрекоза, — киваю девчушке.
Теперь Алиса от меня никуда не денется и вредить перестанет.

Вера пять лет рисовала интерьеры, под которыми ставили чужие имена. Проект особняка Бельских должен был стать ещё одним таким случаем — пока строгий архитектор Максим Берестов не разобрал её концепцию на глазах у заказчицы и не вынудил Веру признаться, что автором была она.

Теперь им придётся вместе подготовить парадный этаж к открытию за шестнадцать недель. Вера хочет дать старому дому новую жизнь. Максим готов запретить любую идею, которая покажется ему слишком смелой. А владелица особняка должна доказать отцу, что дом можно сохранить, иначе здание продадут под гостиницу.

Чем глубже Вера и Максим погружаются в историю дома, тем яснее становится: когда-то здесь уже жила женщина, чью работу приписали мужчине. Чтобы вернуть имя ей и себе, Вере придётся рискнуть работой, деньгами и чувствами — и решить, возможна ли любовь между двумя людьми, привыкшими защищаться по-разному.

– Да, у меня есть вторая семья, и что? – пожимает плечами муж, глядя на меня холодными глазами.
У меня опускаются руки, а дыхание комом встает в горле.
– И… что? А я… кто тебе я? После двадцати лет брака и трех дочерей…– хриплю придушенно.
– Ты мать моих дочек, Аля, – заявляет он, – а Марина родила мне сыновей. Ты так и не смогла, заметь. Ну ничего, я люблю вас обеих, не переживай, меня на всех хватит.
Но с этим унижением я не смирилась. Ушла, забрав детей, и поднимала их одна долгих семь лет. А потом случилось нечто, что выбило меня из привычной спокойной жизни.
Одним утром раздался звонок от свекрови.
– Вернись, Аглая, я очень тебя прошу. Ты была лучшей моей невесткой, такая покорная, простая, а эта его новая стерва меня ни во что не ставит! А Елисей, он уже пожалел обо всем, и эти сыновья, которых он так хотел… они не оправдали ожиданий.

— Здравствуйте! Диана Александровна? — спросил уставший женский голос.
— Допустим, — нахмурилась я.
— Вас беспокоят из травматологии второй городской больницы. Вячеслав Владимирович Адамов ваш муж?
— Кто?! — выдохнула я.
Ничьё имя я не хотела слышать из травматологии, даже это.
А его имя я вообще слышать не хотела. Ни при каких обстоятельствах!
— Бывший муж. Мы три года в разводе. А в чём дело? — спросила я всё же чуть более взволнованно, чем следовало.
— Вы можете забрать его из больницы? У нас нет возможности и дальше держать его в отделении, а сам он передвигаться не может.
— Не поняла, — сглотнула я.
— В результате полученных травм, ваш муж утратил возможность ходить, — ответила она как-то уж слишком витиевато. — Либо вы приедете и его заберёте, либо нам придётся…
— Это он попросил позвонить мне? — невежливо перебила я, но мне было не до сантиментов.
Утратил возможность ходить? Что это значит на

Муж забрал у меня всё, воспользовавшись доверием, и теперь я понятия не имею, как дальше жить. Ни бизнеса, ни дома, а попытки отстоять своё разбиваются о его пренебрежение и нахальный взгляд его беременной любовницы. Но я найду силы, ведь однажды я уже смогла построить дело своей жизни. Почему бы не повторить опыт? Тем более симпатичный сосед из квартиры напротив готов помочь. Решено! Начинаю жизнь с чистого листа, и мой успех встанет поперёк горла тому, кто меня предал.

— Скажи мне правду, Максим, сейчас.
В его глазах появляется то, чего я никогда раньше не видела — отчаяние, переходящее в злость. Злость на меня, за то, что я его поймала. За то, что заставила это говорить.
— Хорошо! — он рявкает, делая шаг ко мне. Я не отпрянула. Я просто смотрю. — Хорошо, ты хочешь правды? Да, была измена! Один раз! Один гребаный раз, Алиса! В командировке месяц назад! Я был пьян в стельку, это ничего не значило! Абсолютно! Я даже не помню, как это произошло!
Тогда я разжимаю пальцы. Его телефон падает на пол, на липкую жижу из кофе и осколков, с глухим и окончательным стуком.
***
Осталась только тишина. Оглушительная, всепоглощающая тишина после взрыва. А внутри — выжженное, пустое поле, где еще несколько часов назад цвел и пах сад моей любви.

– Я ухожу от тебя и подаю на развод, – сообщает муж, закидывая свои вещи в раскрытый чемодан.
– Это шутка такая? – выдавливаю из себя. – Двадцать лет живём вместе… Как ты можешь такое говорить?!
– Могу, потому что мне нужен свежий воздух, а с тобой я задыхаюсь.
– “Свежий воздух”?! – ко мне неожиданно приходит осознание, что у мужа на самом деле появилась любовница, и он готов променять семью на неё. – Коллега или секретарша твоя? Как давно ты спишь с ней?!
– Да, я ухожу к другой женщине и не скрываю этого. С ней мне легко и весело, а ты всё усложняешь.
Муж ухмыляется на мою боль в глазах.
– Раньше ты была активной, но энергия в тебе угасла. Это возраст берёт своё. Я мог бы с этим смириться, но не буду. Я понял, что хочу прожить вторую молодость рядом с ней. Тем более она ещё сможет мне родить, а ты – нет!

Позже, во время моего дежурства, предатель попал в аварию вместе со своей беременной любовницей. И жизнь одного из них сейчас зависит только от меня...

— Да ладно тебе, мы же обе взрослые женщины, — она ухмыляется, поправляя лямку платья. — Каждый божий день, дорогуша. Как только твоя машина выезжала со двора. Иногда он даже не мог дождаться — брал меня прямо в прихожей. На этом диване… На кухонном столе. А вчера... — она облизывает губы, — вчера в вашей спальне было особенно жарко.
— Заткнись! — я делаю шаг вперёд, но ноги ватные. — Что ты несёшь?
— То, что есть, — Вика откладывает утюг. — Пока ты убивалась по клиникам, кто-то же должен был... утешить мужчину. Бедняжка совсем извёлся без ласки.
Кровь отливает от лица. Пальцы немеют. Я хватаюсь за спинку кресла, единственное, что удерживает меня в вертикальном положении. Сердце бьётся где-то в горле, перебивая её слова. Мой муж. Спит с няней. С няней нашего ребёнка!