Книги в жанре «Любовные романы»
Однажды он похитил меня, чтобы отомстить моей семье.
А я влюбилась в него. В человека, который должен был меня уничтожить. Но вместо этого… спас.
Наша страсть разожгла войну между семьями. Ужасную, кровопролитную. Мы оба потеряли всё, что у нас было…
Он спас меня, пожертвовав собой.
И отпустил, обрекая на жизнь без него, лишь бы у меня был шанс на счастье.
А теперь, спустя четыре года, он вернулся, чтобы перевернуть мой мир, чтобы снова сделать меня своей.
Но он не знает, что я больше не та наивная девушка, что когда-то полюбила своего врага.
И скоро я выхожу замуж за другого.
А я влюбилась в него. В человека, который должен был меня уничтожить. Но вместо этого… спас.
Наша страсть разожгла войну между семьями. Ужасную, кровопролитную. Мы оба потеряли всё, что у нас было…
Он спас меня, пожертвовав собой.
И отпустил, обрекая на жизнь без него, лишь бы у меня был шанс на счастье.
А теперь, спустя четыре года, он вернулся, чтобы перевернуть мой мир, чтобы снова сделать меня своей.
Но он не знает, что я больше не та наивная девушка, что когда-то полюбила своего врага.
И скоро я выхожу замуж за другого.
— Мой мужчина скоро подойдёт.
— Вас послушать, так он у вас идеальный, — говорю я почти шутливо, пытаясь поддержать трёп с клиенткой.
— Ну, почти идеальный, — говорит она с загадочной улыбкой. — У всех есть недостатки. Но его недостаток… исправим.
Внутри что-то сжимается, предчувствие стучит в висках тяжёлым пульсом.
За спиной щелчок открывающейся двери, быстрые шаги и сладкий голос:
— Любимый, наконец-то!
Смачный звук поцелуя в щёку.
Ну вот, сейчас я и вижу того идеального мужчину с одним-единственным недостатком.
С вежливой улыбкой оборачиваюсь.
А он смотрит на меня ошалело. Бледнеет и судорожно оттягивает воротничок чёрной рубашки, которая ещё сегодня утром висела в моём шкафу.
— А-а-а.. Алиса?!
— Я… не понимаю, — раздаётся её фальшивое удивление. — А вы знакомы?
Гадина вздёргивает брови в попытке изобразить шок. Но её паршивая актерская игра лишь сильнее убеждает меня в очевидном — эта стерва подстроила всё.
— Вас послушать, так он у вас идеальный, — говорю я почти шутливо, пытаясь поддержать трёп с клиенткой.
— Ну, почти идеальный, — говорит она с загадочной улыбкой. — У всех есть недостатки. Но его недостаток… исправим.
Внутри что-то сжимается, предчувствие стучит в висках тяжёлым пульсом.
За спиной щелчок открывающейся двери, быстрые шаги и сладкий голос:
— Любимый, наконец-то!
Смачный звук поцелуя в щёку.
Ну вот, сейчас я и вижу того идеального мужчину с одним-единственным недостатком.
С вежливой улыбкой оборачиваюсь.
А он смотрит на меня ошалело. Бледнеет и судорожно оттягивает воротничок чёрной рубашки, которая ещё сегодня утром висела в моём шкафу.
— А-а-а.. Алиса?!
— Я… не понимаю, — раздаётся её фальшивое удивление. — А вы знакомы?
Гадина вздёргивает брови в попытке изобразить шок. Но её паршивая актерская игра лишь сильнее убеждает меня в очевидном — эта стерва подстроила всё.
Её зовут Ева. Она одна в этом мире. Нет родных и нет друзей. Есть муж-обманщик и токсичная свекровь. Случайно на пути ей попадается кот, который гуляет сам по себе. И она вдруг понимает, что не только слышит мысли кота, но и сама говорит с ним, а кот её понимает. Вот такой симбиоз.
И все бы хорошо, но кот постоянно затягивает её в свои авантюры, устраивает разные неприятности, у него дурной характер и плохие манеры. Но только кот Виссарион знает, как ей избавиться от свекрови и мужа.
И все бы хорошо, но кот постоянно затягивает её в свои авантюры, устраивает разные неприятности, у него дурной характер и плохие манеры. Но только кот Виссарион знает, как ей избавиться от свекрови и мужа.
– Долго ты еще свою бесплодную деревенщину-жену терпеть будешь?! – голос свекрови заставляет замереть.
– Мама. Ты говоришь о моей жене! Не смей…
– А что?! Разве это не правда?! Мало того что на улице подобрал, так еще и женился на деревенщине без роду и без племени! Она вдобавок ко всему еще и забеременеть не может!
– Мама, хватит! Марина – моя жена! Я сделал выбор. Прими это, или ты больше никогда не переступишь порога моего дома!
Прикрываю веки, улыбка появляется на губах, сжимаю коробочку с пинетками и снимком УЗИ, которые сегодня подарю мужу… Леша меня защитил, он как стена, за которой можно прятаться от всех бед и невзгод…
Но в следующую секунду улыбка меркнет, а коробочка с пинетками вываливается из рук, потому что ответ свекрови оглушает:
– Твоя жена?! – иронично замечает свекровь. – Только Виолетта беременна, сын. О твоей связи с дочерью Астафьева скоро станет известно. Так что выбрасывай свою шавку и женись на девушке из высшего общества, которая ждет от тебя ребенка!
– Мама. Ты говоришь о моей жене! Не смей…
– А что?! Разве это не правда?! Мало того что на улице подобрал, так еще и женился на деревенщине без роду и без племени! Она вдобавок ко всему еще и забеременеть не может!
– Мама, хватит! Марина – моя жена! Я сделал выбор. Прими это, или ты больше никогда не переступишь порога моего дома!
Прикрываю веки, улыбка появляется на губах, сжимаю коробочку с пинетками и снимком УЗИ, которые сегодня подарю мужу… Леша меня защитил, он как стена, за которой можно прятаться от всех бед и невзгод…
Но в следующую секунду улыбка меркнет, а коробочка с пинетками вываливается из рук, потому что ответ свекрови оглушает:
– Твоя жена?! – иронично замечает свекровь. – Только Виолетта беременна, сын. О твоей связи с дочерью Астафьева скоро станет известно. Так что выбрасывай свою шавку и женись на девушке из высшего общества, которая ждет от тебя ребенка!
Он боец, мрачный, высокомерный тип. Я холодная стерва по мнению окружающих. И заодно финансовый аналитик в фонде моего отца. Наш фонд перекупил его контракт. Он мечтает стать свободным и терпеть не может таких, как мы, считая стервятниками. Между нами ничего общего, мы слишком разные и постоянно бесим друг друга. Но тогда почему я ему помогаю? А главное, как поступить, если цена его свободы — клетка для меня? Отец позволит ему выкупить контракт, если я выйду замуж за того, кого глубоко презираю.
********
— Ты заигралась, Ульяна, — холодно произносит отец, даже не предложив мне сесть. Стою перед ним в кабинете, как провинившаяся школьница. — Если я никак не реагировал на твой глупый роман с Гончаровым, это не значит, что я о нем не знаю. И тем более одобряю.
Я и не сомневалась, что знает. Кирилл Аграновский всегда в курсе того, что затрагивает его интересы. А дочь для него — лишь часть этих интересов.
********
— Ты заигралась, Ульяна, — холодно произносит отец, даже не предложив мне сесть. Стою перед ним в кабинете, как провинившаяся школьница. — Если я никак не реагировал на твой глупый роман с Гончаровым, это не значит, что я о нем не знаю. И тем более одобряю.
Я и не сомневалась, что знает. Кирилл Аграновский всегда в курсе того, что затрагивает его интересы. А дочь для него — лишь часть этих интересов.
– Я люблю другую женщину.
Муж произносит эти слова так обыденно, так спокойно.
– Саша, ты что такое говоришь? – спрашиваю я тихо, продолжая улыбаться, потому что у меня просто в голове не укладывается то, что я услышала.
Муж делает глубокий вдох и словно ножом отрезает:
– Я не могу больше тянуть. Не могу… Прости меня, Надь. Сегодня не самый подходящий день, чтобы сказать правду, но… я больше не могу…
– Сегодня наша годовщина, Саш…
– Именно поэтому. Прости меня, Надь… прости… не могу больше терпеть эту фальшь… У меня другая семья… Марта ждет ребенка…
Я думала, что это боль, думала, что на этом мой мир рухнул, но вечером того же дня произошло то, что навсегда изменило нашу жизнь…
Муж произносит эти слова так обыденно, так спокойно.
– Саша, ты что такое говоришь? – спрашиваю я тихо, продолжая улыбаться, потому что у меня просто в голове не укладывается то, что я услышала.
Муж делает глубокий вдох и словно ножом отрезает:
– Я не могу больше тянуть. Не могу… Прости меня, Надь. Сегодня не самый подходящий день, чтобы сказать правду, но… я больше не могу…
– Сегодня наша годовщина, Саш…
– Именно поэтому. Прости меня, Надь… прости… не могу больше терпеть эту фальшь… У меня другая семья… Марта ждет ребенка…
Я думала, что это боль, думала, что на этом мой мир рухнул, но вечером того же дня произошло то, что навсегда изменило нашу жизнь…
Лицо засекречено. Имя стёрто. Единственное, что о нём известно – рапорты, от которых кровь стынет и сердце бьётся чаще 🖤
А ещё он каждое утро приносит ей кофе. В мятой рубашке. В очках, которые ему не нужны. И молчит рядом так, что хочется прижаться к этому молчанию навсегда 💫
Она влюбилась дважды: в опасного призрака за линией и в тихого парня за стенкой. Не зная, что это один человек.
Огромный.
Смертоносный.
Нежный только с ней 🫦
Когда правда раскрылась – она стала угрозой безопасности. А он обязан за ней следить. Только следить невозможно, когда хочется прижимать к стене и шептать «тише, маленькая»
🗝 Закрытый объект. Записки на дне стаканчиков. Тайна, за которую убивают. Мужчина, за которого умирают.
💋 романтика | 🫶 HEA гарантирован
📖✨ Иллюстрированное издание
А ещё он каждое утро приносит ей кофе. В мятой рубашке. В очках, которые ему не нужны. И молчит рядом так, что хочется прижаться к этому молчанию навсегда 💫
Она влюбилась дважды: в опасного призрака за линией и в тихого парня за стенкой. Не зная, что это один человек.
Огромный.
Смертоносный.
Нежный только с ней 🫦
Когда правда раскрылась – она стала угрозой безопасности. А он обязан за ней следить. Только следить невозможно, когда хочется прижимать к стене и шептать «тише, маленькая»
🗝 Закрытый объект. Записки на дне стаканчиков. Тайна, за которую убивают. Мужчина, за которого умирают.
💋 романтика | 🫶 HEA гарантирован
📖✨ Иллюстрированное издание
- Ты чей? Как сюда попал? — выйдя из домика, я слегка опешиваю видя, как вдоль забора в моих наикрасивейших клумбах с георгинами копается мальчуган лет пяти-шести. И не абы как копается… а лопатой.
Рядом, внимательно наблюдая за его действиями, сидит жирнющий такой рыжий кот.
- Я дедин! — улыбается пацанёнок щербатым ртом. - А попал сюда через дылку в заболе.
- А ну, брысь с моих грядок! — говорю обоим. - А то сейчас Рексика на вас спущу!
- А я не бьюсь!— гордо вскидывает мальчик голову,— меня дед Матвей защитит! Он у меня знаете какой…?
- Какой?
Я понятия не имею, откуда здесь взялся какой-то дед Матвей? Отродясь не было…
Мальчишка царапает грязной пятернёй темноволосую макушку, явно что-то усердно вспоминая.
- Особого назначения! Вот…
Рядом, внимательно наблюдая за его действиями, сидит жирнющий такой рыжий кот.
- Я дедин! — улыбается пацанёнок щербатым ртом. - А попал сюда через дылку в заболе.
- А ну, брысь с моих грядок! — говорю обоим. - А то сейчас Рексика на вас спущу!
- А я не бьюсь!— гордо вскидывает мальчик голову,— меня дед Матвей защитит! Он у меня знаете какой…?
- Какой?
Я понятия не имею, откуда здесь взялся какой-то дед Матвей? Отродясь не было…
Мальчишка царапает грязной пятернёй темноволосую макушку, явно что-то усердно вспоминая.
- Особого назначения! Вот…
«— Не прошло и десяти лет, как утлая семейная лодка все же разбилась о разницу в возрасте. Которая, как ни крути, не в мою пользу», — смотря на Фила, кручу в сотый раз мысль, что пожирает меня.
Набираю в легкие воздух, как перед прыжком в воду.
— Я подаю на развод, Филипп.., — выдыхаю разом.
Муж замирает. Его пальцы больно впиваются в мое плечо.
— Это из-за Дубая? Ника, все было не так… Я люблю тебя!
— Любишь? — открываю папку. — Три года в состоянии похмелья — любишь. В Дубай с блондинкой летишь — любишь. Так вот я больше не люблю тебя, Фил.
Делаю паузу, чтобы слова упали тяжело, как камни.
— Развода не будет!!! — орёт Золотов. — Не подпишу! Не позволю! Детей не отдам!
Встаю в полный рост. Смотрю снизу вверх. В моем взгляде нет ни тени сомнения, потому что теперь это моя игра — моя красивая месть…
Набираю в легкие воздух, как перед прыжком в воду.
— Я подаю на развод, Филипп.., — выдыхаю разом.
Муж замирает. Его пальцы больно впиваются в мое плечо.
— Это из-за Дубая? Ника, все было не так… Я люблю тебя!
— Любишь? — открываю папку. — Три года в состоянии похмелья — любишь. В Дубай с блондинкой летишь — любишь. Так вот я больше не люблю тебя, Фил.
Делаю паузу, чтобы слова упали тяжело, как камни.
— Развода не будет!!! — орёт Золотов. — Не подпишу! Не позволю! Детей не отдам!
Встаю в полный рост. Смотрю снизу вверх. В моем взгляде нет ни тени сомнения, потому что теперь это моя игра — моя красивая месть…
— Кир, я сегодня задержусь, — говорит муж по телефону. — Тут отчёт горит, сама понимаешь.
— Снова?
Слышу женский смех на заднем плане. Или мне кажется? Я нахожу в соцсетях секретаршу Леру — фото букета белых роз на фоне кожаного салона его «Мерседеса» и еду в офис. Из-за двери кабинета пробивается интимный свет и медленная музыка.
Лера сидит у него на коленях, обхватив ногами:
— Егорушка, скажи, что я лучше неё. Что она холодная как рыба, а я горячая.
— Ты лучше, Лерочка, — голос Егора хриплый. — Ты самая красивая. А она как вешалка, ни груди, ни попы. Что в ней хорошего?
— Тогда почему я сижу и жду, когда ты соизволишь бросить свою мымру!
Это слово — «мымра» — вонзается мне в солнечное сплетение.
— И когда ты скажешь своей сушёной вобле, что уйдёшь к настоящей женщине?
Пятнадцать лет брака. Чудесная лапочка-дочка. Все рухнуло.
Я распахиваю дверь:
— Значит, ты считаешь меня «сушёной воблой»?
Я не прощу. Я не смолчу. Я стану той женщиной, которая грудью отстоит за всех.
— Снова?
Слышу женский смех на заднем плане. Или мне кажется? Я нахожу в соцсетях секретаршу Леру — фото букета белых роз на фоне кожаного салона его «Мерседеса» и еду в офис. Из-за двери кабинета пробивается интимный свет и медленная музыка.
Лера сидит у него на коленях, обхватив ногами:
— Егорушка, скажи, что я лучше неё. Что она холодная как рыба, а я горячая.
— Ты лучше, Лерочка, — голос Егора хриплый. — Ты самая красивая. А она как вешалка, ни груди, ни попы. Что в ней хорошего?
— Тогда почему я сижу и жду, когда ты соизволишь бросить свою мымру!
Это слово — «мымра» — вонзается мне в солнечное сплетение.
— И когда ты скажешь своей сушёной вобле, что уйдёшь к настоящей женщине?
Пятнадцать лет брака. Чудесная лапочка-дочка. Все рухнуло.
Я распахиваю дверь:
— Значит, ты считаешь меня «сушёной воблой»?
Я не прощу. Я не смолчу. Я стану той женщиной, которая грудью отстоит за всех.
Выберите полку для книги