Книги в жанре «Любовные романы»

— Пап, не говори так. Она моя мама.
— Кристина тебя родила. Она твоя настоящая мать.
Девочка сильнее прижалась ко мне.
— А Аня?
Денис посмотрел прямо мне в глаза.
— Она больше не будет занимать это место.
Я едва узнала собственный голос:
— Семь лет я растила Лизу. Ты сам радовался, когда она впервые назвала меня мамой.
— Теперь всё изменилось.
— Из-за неё?
Он не ответил. Вместо этого произнёс:
— Мне и моей дочери больше не нужна такая фальшивка.
У меня внутри словно что-то оборвалось.
— Папа, перестань! — Лиза уже плакала.
Кристина потянулась к ней.
— Лизочка, успокойся. Ты просто пока не понимаешь.
Девочка отшатнулась.
— Не трогайте меня!
Я обняла её и посмотрела на Дениса поверх детской головы.
— Ты вообще видишь, что делаешь?
— Я вижу достаточно. Уходи, Аня.
— Сейчас тревога, ты не слышишь сирен?!
— Ничего страшного, ближайшее убежище недалеко. – с поразительным холодом ответил мой муж.

Его девиз: «Увидел. Влюбился. Украл. Женился». А мой: «Ни за что».
Он привык получать все и решил: я не стану исключением. Не на ту напал!
Я сбегала. Дерзила. Готовила ему такой суп, что он пил айран литрами. Я делала всё, чтобы он понял: я не стану его женой. Никогда…
____
— Не отпущу, — отрезал он и более мягко добавил: — Но давай я все же представлюсь.
— Да пошел ты!
— Меня зовут Темирханов Арсланали.
— Темирханов? — зацепилась я, услышав знакомую фамилию. — Ты что, папаша жениха Камили?
— Я не так стар, чтобы быть его папашей, — рассмеялся он.
— А выглядишь будто ты — его дед, — съязвила я.
— Узнаю свою девочку, — хмыкнул Арслан.
— Я не твоя девочка и никогда ей не буду, похищай меня хоть сто раз.
— Одного достаточно. Ты ведь знаешь, что это значит, Дарина?
— Ровным счетом ничего, — заявила я, хотя прекрасно понимала, к чему клонит мой похититель.
— На Кавказе это значит…
— Мне плевать, — перебила я его. — Я не с Кавказа!
— Зато я с Кавказа…

— Добейся меня снова, докажи мне, что ты лучше дочери моей первой любви и тогда я снова стану твоим, — муж смотрит мне в глаза.
— Ты серьезно? Это я должна тебя добиваться после того, как ты мне изменил?!
Рома равнодушно пожимает плечами.
— Если бы не моя мама, ты бы даже не узнала об этом. А я так бы и продолжал жить свою лучшую жизнь. Ведь если счастлив муж, то счастлива и жена.
— А если я несчастна? — выплевываю вопрос.
— Все в твоих руках. Постарайся снова стать счастливой, закрыв все мои потребности, — Рома подходит ближе. — Но сама подумай, сможешь ли ты удовлетворить судью в самом расцвете сил, когда сама на пороге климакса?

Я решила, что буду счастлива, если брошу судью в самом расцвете сил, поэтому сделала это и зажила новой жизнью. Но через полгода мое спокойствие летит к коту под хвост, когда на пороге дома появляется моя дочь и заявляет:

— Мам, я отомстила за тебя! И ты даже не представляешь, как!

— Алиса, — муж смотрит жёстко. — Домой вы пойдёте без меня.
— А ты?
Он оборачивается к моей подруге, которая сидит на заднем ряду минивэна, придерживая огромный живот обеими руками. Её сын рядом.
— Макару уже три, — говорит муж. — И Кира скоро родит. Тянуть дальше просто нельзя.
Машину резко потряхивает на стыке моста.
Я вцепляюсь в край сиденья, чтобы не упасть.
— Макар — мой сын, — продолжает муж твёрдо. — И будущий малыш — тоже мой.
Я судорожно сглатываю.
Мне хочется закричать. Но рядом маленькая Маша.
Она смотрит на нас с отцом по очереди и не понимает, что сейчас произошло.
— Я уже вывез все свои вещи, — продолжает Костя ровно. — И подготовил бумаги на развод. Я больше не приду. Всё кончено.
Водитель набирает скорость.
Из окна уже видно наш дом на берегу.
И вдруг — долгий, визжащий сигнал.
Маша вздрагивает всем телом и вцепляется в мою руку.
Удар.
Потом ещё один.
Автомобиль врезается в ограждение, проламывает его.
Машина валится в воду...

- Оль…, Оля, я даже не знаю, как тебе сказать, - наконец-то через две недели неадекватного поведения Борис сам начал разговор.
- Ну уж говори, как есть, не первый год вместе живём, уж пойму.
Сидит за столом, голову вниз опустил, в глаза не смотрит, да что там случилось-то…
- Я влюбился, Ольк, как пацан влюбился и теперь не знаю, как с вами двумя быть… и от тебя уходить не хочу, и без неё не могу!
Ничего себе признание… руки о фартук вытерла и, ничего не говоря, ушла в спальню.
…Тридцать лет вместе, трое взрослых детей, трое внуков, а он в другую влюбился?
И ещё теперь, между нами, выбрать не может?
Ну так я помогу тебе выбор сделать, дорогой!
Откуда только силы взялись, скидала его вещи в большую сумку и вынесла в коридор.
- Оль, ты чего? Да подожди, я ведь ещё не решил ничего, - спокойно лежит на диване телевизор смотрит. – Может ещё всё обойдётся!
- Да нет, дорогой, не обойдётся! Вот твои вещи, свободен на все четыре стороны!

— У меня не может быть детей, — говорю я ребёнку. Ребёнок не согласен. Он орёт так, что просыпается половина этажа.
Под моей дверью — переноска. В переноске — младенец. К сумке приколота записка: «Это твоё».
— Не моё, — отрезаю я. Он снова заходится криком. — Не аргумент.
Через час в дверь звонит растрёпанная девушка с глазами человека, не спавшего двое суток.
— Отдайте ребёнка! Он мой!
— Документы.
— Может, вам ещё справку от моего стоматолога?
— Если подтвердит родство — показывай.
***
Я всегда всё контролирую. Операционную. График. Собственное сердце. Поэтому младенец под дверью — не случайность, а подстава конкурентов. Я дождусь теста, найду виновных и верну свою стерильную жизнь. Я ошибся во всём. Кроме одного: ребёнок действительно не мой. Он — моего погибшего брата.

— Я прощу тебе долг, если будешь ласковой девочкой. И решу твои проблемы, — мощная энергетика бандита пригвождает меня к полу. От его хищного оскала дрожат руки.
— Мне ничего не нужно от вас, — с трудом сдерживаю слезы. — Отпустите меня. Я приличная девушка.
— Теперь ты принадлежишь мне. И отработаешь каждую копейку, что я заплатил за тебя, — его глаза горят неприкрытым желанием. — Мне пообещали невинную девчонку. Так что раздевайся и вставай на колени. Хочу посмотреть, качественный ли товар мне достался.
Родная тетя продала меня самому опасному бандиту в городе. Глеб Арский — страшный человек. Ему не переходят дорогу, с ним не спорят. Люди подчиняются ему беспрекословно. А я посмела перечить.

- Дура, машина в хлам! Ты могла погибнуть, - рычит мужчина и трясёт меня, как сломанную куклу.
- Пустите! Ну, и пусть! Пусть! Не хочу…Нет смысла. Жизнь - боль! - кричу через всхлипы и подвывания.
Хочу ещё заорать про никчемность бесплодной женщины, которой изменяет муж. Но…
Его губы накрывают мои. Страстно и жадно захватывают их в плен, кусая до боли. А дальше…
Мы оба срываемся в пике, совершая то, что позже буду вспоминать под грифом “сумасшествие”.
Могла ли я подумать в тот момент, что он станет моим генералом.
И “честь” ему я буду отдавать постоянно…

— Я разлюбил тебя, Конфетка, ты мне больше не нужна. Сразу после нашего с тобой развода я женюсь.
Касаюсь своего живота и плачу. Там непривычная пустота.
Ещё недавно малышка активно толкалась, а сейчас... сейчас её нет.
— Ты кувыркался с блондинкой, пока я хоронила нашу дочь. И пересматривала видео, где ты на коленях делаешь ей предложение!
Перед глазами проносятся ужасные кадры его измен и сообщение с моей фотографией, которую он выставил в своем бизнес канале на всеобщее обозрение.
— Спасибо за 8 лет брака. Это был неплохой опыт научиться быть мужем. Лиля, ты была хорошей женой, но я нашёл лучше. Ты была всего лишь тренировкой перед тем как я встречу свою настоящую любовь…
Владислав Градов снимает с моего пальца обручальное кольцо и красиво уходит в закат.
Ненавижу его всем сердцем. Всей душой!
Но через год случится то, что перевернет наши судьбы навсегда.
И тогда он поймёт: я была не тренировкой.
Я была его единственным шансом.
Который он потерял…

— А новенькая, ничё такая, — похабно ухмыляется мой университетский приятель, провожая Азизу взглядом.
— Полегче, братишка, это моя жена, — обозначаю границы.
— Жена? — ошарашенные взгляды парней обращаются ко мне, — когда ты женился?
— На днях. Отец заставил. Традиции, все дела. Да и тот случай в сауне стал пределом его терпения.
Парни начинают громко хохотать, а я глаз не свожу с Азизы, остановившейся рядом с сопливым и слащавым первокурсником.
— Слушай, ну в принципе, я бы тоже не был против того, чтоб мне такой цветочек каждый день грел постель, — говорит друг, продолжая смеяться.
А меня от чего-то его слова вгоняют в ярость.
— Это мой цветочек. Уймись, — пресекаю я, продолжая смотреть на то, как она улыбается не мне.
Она моя жена! Пусть ещё сама этого не поняла и продолжает думать, что всё понарошку.
Но сегодня ночью для неё всё станет более чем очевидным. Ведь я потребую от неё исполнения супружеского долга.
И смотреть отныне она будет только на меня.