Читать и слушать книги

— Я больше так не могу.
— Как — так?
— Я встретил другую женщину. И я буду с ней.
— А я?
— Ты… прошлое.
Всего несколько фраз — и двадцать лет будто стерли. Он сказал, что с ней чувствует себя живым. А со мной — привычка.
Привычка.
Он думал, я тихо уйду из нашей квартиры. Приму его любовницу. Переживу предательство и измену. Я уже знала, что буду делать дальше. И это будет совсем не та история, к которой он готовился.

Юрию около сорока. Он разведен, живет один в старом дедовском доме под Краснодаром, чинит Ниву, растит помидоры и изредка видит двоих детей. Бывшая жена достает звонками, дочь-подросток обижается на весь мир, а сам Юрий давно решил: романтика — не для него. Его жизнь — это веранда по вечерам, чай с чабрецом и стрекот сверчков.

Но однажды утром в его машину садится девушка в цветастом платье, от которой пахнет яблоком и ванилью. Ей за двадцать, она учится на дизайнера, живет в общаге и не боится быть счастливой.

После потери любимой мамы не так просто впустить в свою семью, и уж тем более в своё сердце другого человека. Но бывают люди, кто не просится в ваше сердце, но их хочется впустить...
В сборник вошли несколько рассказов на различные темы, но все их объединяет желание добра и света.

— Снеж, только не устраивай сцен…
— Ты серьёзно? Ты только что сказал, что уходишь!
— Я не могу больше так жить.
— С тремя детьми? Со мной?
— У меня будет сын. Я должен быть рядом с ним.
Сын. Он сказал это так, будто наконец-то выиграл приз. Будто наши три дочки — просто репетиция.
Муж, с которым я прожила восемь лет, уходит к беременной любовнице. К женщине, которая носит долгожданного наследника. А я остаюсь с тремя девочками и пустой половиной кровати.
Он говорит, что устал. Что запутался. Что имеет право на счастье.
Предательство оказалось больнее самой измены. Потому что измена — это слабость. А уйти к беременной любовнице, оставив жену с тремя детьми, — это выбор.
Он был уверен, что я сломаюсь. Что буду просить. Что испугаюсь остаться одна. Только он плохо меня знал.

Произведение повествует о жизни людей во времена крушения Советского Союза. Проживание поколеньями каждой минуты, каждого дня и всей эпохи в целом. Пережив, прочувствовав, пропустив сложное время через себя. Одни стали сильнее, другие навсегда были потеряны для общества, а кто-то не смог сохранить и свою жизнь. Это было время нашей молодости, надежд, желаний.
Неожиданные повороты сюжета, богатое описание природы. Вносят в произведение духовность и уникальность восприятия.

— Я магазин продам. Дом тоже. Ты с детьми сама выкручивайся.
— С чего ты решил, что тебе всё можно?!
— Потому что я хозяин и всё моё.
— Это мы еще посмотрим!
Двадцать лет брака закончились в один день — когда муж привёл молодую любовницу из соседнего села и решил, что я тихо уйду в наш старый дом с пятью детьми. Но я не уступила. Он начал угрожать, давить, закрывать магазин. Думал, испугаюсь. Но, всё пошло не по плану.
— Ты одна останешься. Старая деревенская баба!
— Старая баба, говоришь? Ах ты… козёл! Как и твой Борька!
Он думал, я сломаюсь, буду реветь в три ручья. Но он забыл, что я не одна.
И если он решил, что женщина с пятью детьми — слабая и уязвимая, значит, он плохо знает, на что способна загнанная в угол “старая баба”.

- Как тебя зовут малыш?
Ян с интересом смотрит на своего отца, хмурится, и говорит:
- Я не малыш! Я уже большой, и маму могу защитить! И меня зовут Ян.
- Приятно познакомиться, Ян. А меня зовут Алан. Это твоя мама? – сынок кивает, теперь уже с интересом разглядывая нового знакомого.
- А сколько тебе лет, Ян? Достаточно большой, чтобы защитить свою маму?
- Да, я большой! Мне 4 года!
В этот момент, если бы я не сидела в кресле, упала бы замертво, потому что полный негодования взгляд таких же, как у сына глаз, Алан переводит на меня. И я понимаю, что он все знает, сделал простые расчеты, да и взглянув на Яна сразу можно сказать чей он сын.
- И долго ты собиралась скрывать от меня сына, Малия?

— Ты себя в зеркало видела? Ты пышка!
— Я родила тебе близнецов!
— Ну и что? Всё! Я от тебя ухожу. У меня есть другая.
Он выбрал стройную любовницу и лёгкую жизнь без детских температур и хаоса.
А меня оставил с двумя мальчишками и разбитым самолюбием.
Он думал, я буду пытаться его удержать. Он ошибся.
Потому что иногда самая большая ошибка мужчины — недооценить ту, кого он решил заменить на другую.

– Ну что, мой милый, признаешься? Поверь, это не так сложно сделать. И это совсем не страшно.
Зло улыбнувшись, я намотала на кулак галстук, резко дёрнув его на себя, из-за чего Ильдару пришлось склониться ко мне.
– Нина, я уверен, что всему есть объяснение. Успокойся и поверь мне на слово, у меня кроме тебя никого нет.
– Ох, милый, я бы тебе, может, и поверила, закрыв глаза на твоё поведение и частые задержки на работе, да только эти фотографии сделал частный детектив, который следит за тобой уже две недели.
– Нина, сбавь обороты. Не то...
– Ой, а мне даже интересно, что ты сделаешь? Ну же, запугай меня. Я вся во внимании.
Ильдара так и перекривило, но вот глазки забегали по кабинету, будто он пытался прочесть на стенах или шкафах правильный ответ, сумевший бы меня задобрить.

— Может мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит? — он не смог сдержать в своем голосе раздражение.
— Я тут случайно встретилась с Кариной, — заявила Ангелина, что-то внимательно рассматривающая в окне.
— Мы давно с ней расстались, — напомнил мужчина сухим тоном. Он никогда не сможет относиться к Вольской и всему, что с ней связано, спокойно. Есть девушки-занозы. Вот и она засела занозой глубоко в его сердце. Не вытащишь, не забудешь. Всегда с ним.
— И тем не менее есть кое-что, что крепко связывает вас, — произнесла мать, всё-таки оторвавшись от созерцания пейзажа за окном. — Мальчик, что был с ней. Его зовут Олег, — произнесла женщина, покусывая от волнения губы. — Он её сын. И твой. Карина девять лет назад родила от тебя ребенка, Макар.