Читать и слушать книги
Мы - идеальна пара, которая блистает на всех приемах. Он богат и умен, я покорная жена. На свои "карманные" открыла кафе, где могу отдохнуть от искусственной картинки.
Все изменилось, когда любовница мужа забеременела. Теперь они хотят разрушить мой бизнес. Ведь жизнь моя уже в руинах.
Все изменилось, когда любовница мужа забеременела. Теперь они хотят разрушить мой бизнес. Ведь жизнь моя уже в руинах.
– Так и будешь стоять? – произносит он ровным, почти скучающим тоном. – Можешь всё-таки оставить нас? Как видишь, мы заняты.
Его слова обжигают сильнее, чем любая пощёчина. Я не понимаю, как мои ноги двигаются, как руки сжимаются в кулаки, как я бросаюсь на него, крича что-то бессвязное, ударяя его в грудь, в плечи, пытаясь причинить хоть малую толику той боли, что разрывает меня изнутри.
– Как же ты надоела, – бросает он, поднимаясь с кровати. – Я хотел разойтись с тобой по-хорошему, Алена. Неужели так сложно было понять намек?
– Намёк? — хрипло выдавливаю я, чувствуя, как слёзы обжигают щеки.
– Ты называешь то, что ты сделал, намёком? После всех оскорблений, манипуляций? Ты обвинил меня в болезни, которой у меня нет! Ты заставил меня поверить, что я заразила тебя!
– А ты поверила, – усмехается он. – Это многое говорит о тебе, дорогая. Может совесть не чиста?
Его слова обжигают сильнее, чем любая пощёчина. Я не понимаю, как мои ноги двигаются, как руки сжимаются в кулаки, как я бросаюсь на него, крича что-то бессвязное, ударяя его в грудь, в плечи, пытаясь причинить хоть малую толику той боли, что разрывает меня изнутри.
– Как же ты надоела, – бросает он, поднимаясь с кровати. – Я хотел разойтись с тобой по-хорошему, Алена. Неужели так сложно было понять намек?
– Намёк? — хрипло выдавливаю я, чувствуя, как слёзы обжигают щеки.
– Ты называешь то, что ты сделал, намёком? После всех оскорблений, манипуляций? Ты обвинил меня в болезни, которой у меня нет! Ты заставил меня поверить, что я заразила тебя!
– А ты поверила, – усмехается он. – Это многое говорит о тебе, дорогая. Может совесть не чиста?
Перед вами – сборник юмористических рассказов о нашей жизни, написанный мужчиной с чувством юмора и искренней любовью к людям (а особенно – к прекрасной половине человечества!).
Автор уверен: в любой непонятной ситуации главное – вовремя включить чувство юмора. Значительную часть сборника занимают уморительные и жизненные истории о женщинах, их логике, обаянии и умении создавать приключения на ровном месте. Но и помимо женских секретов здесь есть над чем посмеяться: вас ждут забавные зарисовки и вполне серьезные вещи, заставляющие задуматься.
В книгу вошли как короткие рассказы (включая заглавный «Баба с возу – и волки сыты»), так и мини-повести, среди которых настоящими изюминками сборника, по скромному мнению автора, стали произведения «Прынцесса Д.», «Дюма с камелиями» и «Девушка, которая помнила главное».
Эта современная проза идеально подойдет для тех, кто хочет отдохнуть от забот и посмеяться от души. Легкий слог, тонкая сатира и море позитива гарантированы!
Автор уверен: в любой непонятной ситуации главное – вовремя включить чувство юмора. Значительную часть сборника занимают уморительные и жизненные истории о женщинах, их логике, обаянии и умении создавать приключения на ровном месте. Но и помимо женских секретов здесь есть над чем посмеяться: вас ждут забавные зарисовки и вполне серьезные вещи, заставляющие задуматься.
В книгу вошли как короткие рассказы (включая заглавный «Баба с возу – и волки сыты»), так и мини-повести, среди которых настоящими изюминками сборника, по скромному мнению автора, стали произведения «Прынцесса Д.», «Дюма с камелиями» и «Девушка, которая помнила главное».
Эта современная проза идеально подойдет для тех, кто хочет отдохнуть от забот и посмеяться от души. Легкий слог, тонкая сатира и море позитива гарантированы!
Рома торопливо застёгивает ремень.
Смыкаю веки от боли, но покоя нет. Тут же в мыслях возникает картинка, рвущая душу.
«Делай наследника!»
Интересно, давно у них связь? Предательство в квадрате.
— Ксюха, это не то… она сама.
Договариваю за него фразу:
— Не то, что я подумала? — Хищно оскаливаюсь: — Нет именно то! Козёл ты Рома! — влепляю пощёчину с такой силой, что немеет ладонь. — Не скакать тебе больше по моему огороду!
Смыкаю веки от боли, но покоя нет. Тут же в мыслях возникает картинка, рвущая душу.
«Делай наследника!»
Интересно, давно у них связь? Предательство в квадрате.
— Ксюха, это не то… она сама.
Договариваю за него фразу:
— Не то, что я подумала? — Хищно оскаливаюсь: — Нет именно то! Козёл ты Рома! — влепляю пощёчину с такой силой, что немеет ладонь. — Не скакать тебе больше по моему огороду!
Открывшаяся картина намертво впечатывается в сетчатку.
Оксана сидит на корточках у кресла моего мужа. Светловолосая голова лежит у него на коленях. Голубые глаза глядят снизу вверх с обожанием. Максим гладит по волосам моей младшей сестры. На властном лице — нежность, гордость, собственничество.
По столу разбросаны глянцевые журналы с её фотографиями, постеры, визитки. Они строят будущее. Её или совместное? За моей спиной.
Оксана первая замечает меня. В её глазах мелькает — испуг? Стыд? Но длится это долю секунды. Она тут же берёт себя в руки, и на смену приходит наглая, вызывающая улыбка.
— Ой!.. — тонкий голосок режет воздух. — София. А мы тебя не ждали.
Максим медленно поворачивает голову. Его лицо не меняется вообще. Ни удивления, ни злости, ни смущения. Ноль. Будто я застала его за чтением отчёта, а не с моей сестрой.
— София, — кивает он. — Ты что здесь делаешь?
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
Оксана сидит на корточках у кресла моего мужа. Светловолосая голова лежит у него на коленях. Голубые глаза глядят снизу вверх с обожанием. Максим гладит по волосам моей младшей сестры. На властном лице — нежность, гордость, собственничество.
По столу разбросаны глянцевые журналы с её фотографиями, постеры, визитки. Они строят будущее. Её или совместное? За моей спиной.
Оксана первая замечает меня. В её глазах мелькает — испуг? Стыд? Но длится это долю секунды. Она тут же берёт себя в руки, и на смену приходит наглая, вызывающая улыбка.
— Ой!.. — тонкий голосок режет воздух. — София. А мы тебя не ждали.
Максим медленно поворачивает голову. Его лицо не меняется вообще. Ни удивления, ни злости, ни смущения. Ноль. Будто я застала его за чтением отчёта, а не с моей сестрой.
— София, — кивает он. — Ты что здесь делаешь?
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
— Варя… — начинает муж хриплым от волнения голосом. — Варя, подожди, это не то, что ты…
Самая расхожая, штампованная фраза изменников. Не думала, что когда-то мне придётся её услышать.
Он вскакивает, звук замка ширинки. Застёгивает рубашку, и идёт ко мне. Я делаю шаг назад.
— Не то?.. — едва говорю сдавленным голосом. — А что это, Миша? Детская игра в наездницу и ковбоя? Репетиция досуга твоей новой семьи?
Он замирает, не зная, что ответить. Марина стоит в стороне, опершись о его стол, и откровенно наслаждается представлением.
— Варя, прошу тебя, давай поговорим без эмоций, — бормочет он.
— Мы поговорим, — отвечаю с трудом. — Обязательно. Но не сейчас.
Самая расхожая, штампованная фраза изменников. Не думала, что когда-то мне придётся её услышать.
Он вскакивает, звук замка ширинки. Застёгивает рубашку, и идёт ко мне. Я делаю шаг назад.
— Не то?.. — едва говорю сдавленным голосом. — А что это, Миша? Детская игра в наездницу и ковбоя? Репетиция досуга твоей новой семьи?
Он замирает, не зная, что ответить. Марина стоит в стороне, опершись о его стол, и откровенно наслаждается представлением.
— Варя, прошу тебя, давай поговорим без эмоций, — бормочет он.
— Мы поговорим, — отвечаю с трудом. — Обязательно. Но не сейчас.
- Когда уже ты раскачаешь на бабки эту жирную свинью и бросишь ее? Я устала ждать встреч и тайком, как подростки проводить время в офисе. Еще и этот отпуск с ней берешь, не понятно зачем. Я не хочу тебя отпускать. Ты только мой.
Замираю в ожидании ответа моего парня, хотя увидела уже достаточно, для того, чтобы просто уйти.
- Конечно, твой, малыш. Потерпи немного. Ты же знаешь. Что этот отпуск нужен для дела. Денег мы поднакопили, сейчас раскручу ее на продажу бабкиного дома, уговорю вложиться в нашу «свадьбу», а в самый неожиданный момент, заберу все и мы с тобой свалим отсюда, и заживем счастливо. Думаешь, мне приятно строить из себя влюбленного? Восхищаться ее жиром? Нет. Меня тошнит, и каждую минуту, проведенную с ней, я думаю только о тебе. Представляю твое идеальное тело, и только так могу выдержать этот ужас.
Замираю в ожидании ответа моего парня, хотя увидела уже достаточно, для того, чтобы просто уйти.
- Конечно, твой, малыш. Потерпи немного. Ты же знаешь. Что этот отпуск нужен для дела. Денег мы поднакопили, сейчас раскручу ее на продажу бабкиного дома, уговорю вложиться в нашу «свадьбу», а в самый неожиданный момент, заберу все и мы с тобой свалим отсюда, и заживем счастливо. Думаешь, мне приятно строить из себя влюбленного? Восхищаться ее жиром? Нет. Меня тошнит, и каждую минуту, проведенную с ней, я думаю только о тебе. Представляю твое идеальное тело, и только так могу выдержать этот ужас.
— Надежда Викторовна, у вашего мужа микрофон не выключился.
— И?
— Лучше бы выключился.
Через полчаса мой муж-депутат должен выйти со мной на сцену и рассказать городу о двадцати четырёх годах счастливого брака.
Есть одна проблема.
Только что через служебные колонки я услышала, как на верхнем балконе он обещает своей любовнице уйти от меня после выборов.
Олег просит всего пять недель.
Пять недель улыбаться рядом с ним.
Пять недель помогать ему изображать примерного семьянина.
Пять недель делать то, что я делала половину жизни: спасать его мероприятия, речи, встречи и репутацию.
Я почти согласилась.
А потом впервые сказала:
— Справляйся сам.
И оказалось, что иногда лучшая месть предателю — просто перестать незаметно держать на своих плечах его красивую жизнь.
— И?
— Лучше бы выключился.
Через полчаса мой муж-депутат должен выйти со мной на сцену и рассказать городу о двадцати четырёх годах счастливого брака.
Есть одна проблема.
Только что через служебные колонки я услышала, как на верхнем балконе он обещает своей любовнице уйти от меня после выборов.
Олег просит всего пять недель.
Пять недель улыбаться рядом с ним.
Пять недель помогать ему изображать примерного семьянина.
Пять недель делать то, что я делала половину жизни: спасать его мероприятия, речи, встречи и репутацию.
Я почти согласилась.
А потом впервые сказала:
— Справляйся сам.
И оказалось, что иногда лучшая месть предателю — просто перестать незаметно держать на своих плечах его красивую жизнь.
– Что за детский сад? Я чуть с ума не сошел! Почему я должен гоняться за тобой по всему городу? Почему не отвечаешь на звонки? – Петр хлопнул входной дверью и швырнул портфель на диван гостиной. – Я звонил в полицию, в «скорую»!
– В самом деле? – с жестокой иронией, оскорбленная грубостью мужа, произнесла Ольга.
Она ожидала от него других интонаций, но ожидания не оправдались.
– Сожалею, что не доставила тебе удовольствия найти меня в одном из этих учреждений. В морг не звонил? – вызывающе спросила она и, расстроенная таким началом разговора, вышла на кухню.
– Тебе весело? – возмутился Петр, ожидавший увидеть слезы на глазах жены и выслушать все ее упреки.
– Потешно! – парировала она с горькой усмешкой. – Представила твое счастливое выражения лица, как если бы ты обнаружил меня в морге. Но, увы! Какая досада!
Ольга налила чай в чашку, и, указывая на чайник, спросила Петра:
– Будешь?
– Два часа назад, ты устроила драку за городом. А сейчас предлагаешь чаю?
– Развод!
– В самом деле? – с жестокой иронией, оскорбленная грубостью мужа, произнесла Ольга.
Она ожидала от него других интонаций, но ожидания не оправдались.
– Сожалею, что не доставила тебе удовольствия найти меня в одном из этих учреждений. В морг не звонил? – вызывающе спросила она и, расстроенная таким началом разговора, вышла на кухню.
– Тебе весело? – возмутился Петр, ожидавший увидеть слезы на глазах жены и выслушать все ее упреки.
– Потешно! – парировала она с горькой усмешкой. – Представила твое счастливое выражения лица, как если бы ты обнаружил меня в морге. Но, увы! Какая досада!
Ольга налила чай в чашку, и, указывая на чайник, спросила Петра:
– Будешь?
– Два часа назад, ты устроила драку за городом. А сейчас предлагаешь чаю?
– Развод!
- Я имею право знать о сыне!
- Это не твой ребенок, - качаю головой, пятясь от него.
- Я требую тест днк, - рычит он, наступая на меня.
- Ты не можешь ничего требовать, Зураб! Ты нам никто! И никогда больше к нам не приближайся!
Тот , кто разрушил мою жизнь и предал меня, снова ворвался в неё без разрешения…
- Это не твой ребенок, - качаю головой, пятясь от него.
- Я требую тест днк, - рычит он, наступая на меня.
- Ты не можешь ничего требовать, Зураб! Ты нам никто! И никогда больше к нам не приближайся!
Тот , кто разрушил мою жизнь и предал меня, снова ворвался в неё без разрешения…
Выберите полку для книги