Читать и слушать книги
— Я беременна. От твоего мужа, — со злорадным удовлетворением заявляет нежданная гостья.
— И чего ты от меня хочешь?
— Разведись с ним.
— Даже так? Что-то ещё? — выгибаю бровь я, даже не шелохнувшись, не собираясь показывать ей свою боль и страх.
— Да. Собирай манатки и съезжай с квартиры. Пора уступить то, что должно было принадлежать мне с самого начала. Прости, дорогая, если открою эту правду, но я моложе, стройнее, и во всём превосхожу тебя. Будь гордой, уйди красиво сама.
***
«Дорогой, пока эта бамбула занята своими тортиками, встретимся на открытии твоего ресторана. У меня для тебя сюрприз!» — всё началось с сообщения, пришедшего мужу.
Как он мог так поступить? Разве так поступают люди, когда любят? Я же ношу под сердцем долгожданного малыша! Но отчаиваться рано. Помощь приходит оттуда, откуда я совсем не ждала. Свекровь, что считала меня неподходящей невесткой, неожиданно встаёт на мою сторону, собираясь показать любовнице её место.
— И чего ты от меня хочешь?
— Разведись с ним.
— Даже так? Что-то ещё? — выгибаю бровь я, даже не шелохнувшись, не собираясь показывать ей свою боль и страх.
— Да. Собирай манатки и съезжай с квартиры. Пора уступить то, что должно было принадлежать мне с самого начала. Прости, дорогая, если открою эту правду, но я моложе, стройнее, и во всём превосхожу тебя. Будь гордой, уйди красиво сама.
***
«Дорогой, пока эта бамбула занята своими тортиками, встретимся на открытии твоего ресторана. У меня для тебя сюрприз!» — всё началось с сообщения, пришедшего мужу.
Как он мог так поступить? Разве так поступают люди, когда любят? Я же ношу под сердцем долгожданного малыша! Но отчаиваться рано. Помощь приходит оттуда, откуда я совсем не ждала. Свекровь, что считала меня неподходящей невесткой, неожиданно встаёт на мою сторону, собираясь показать любовнице её место.
— Нет, это он купил любовнице, — говорю, и чувствую, как рот заполняет горький вкус.
— Да с чего ты взяла? — голос моей лучшей подруги Насти еле шелестит.
Тогда я ещё не знала, что Настя и есть та самая любовница моего «идеального» мужа. Он обещал мне счастливую жизнь, большой дом и детей, а сам такое со мной сделал, такое...
Но я научилась готовить не только десерты. Я приготовила и месть — с таким же сладким и обжигающим вкусом, как карамель. И я из обманутой жены превратилась в женщину, которая сама создаёт свою жизнь.
— Да с чего ты взяла? — голос моей лучшей подруги Насти еле шелестит.
Тогда я ещё не знала, что Настя и есть та самая любовница моего «идеального» мужа. Он обещал мне счастливую жизнь, большой дом и детей, а сам такое со мной сделал, такое...
Но я научилась готовить не только десерты. Я приготовила и месть — с таким же сладким и обжигающим вкусом, как карамель. И я из обманутой жены превратилась в женщину, которая сама создаёт свою жизнь.
Аня считала себя счастливой и любимой. Но, кажется, кто-то сглазил. На неё обрушиваются две новости. Она не сможет подарить любимому мужу наследника и ... муж изменяет ей со своей личной ассистенткой.
Она уходит от мужа, требует развод и понимает, что беременна.
Теперь ей нужно как можно быстрее развестись, пока муже не узнал, он заберёт ребёнка....
Она уходит от мужа, требует развод и понимает, что беременна.
Теперь ей нужно как можно быстрее развестись, пока муже не узнал, он заберёт ребёнка....
40 лет, первая беременность после 20 лет бесплодия. Тяжелые роды и...Вместо счастья мой кавказский муж Джамал выгнал меня на улицу, после того как его мать выставила меня ненормальной, способной убить малыша, а еще я узнала, что у него есть другая... и три дочери от нее. Теперь я одна, мне сорок. меня разлучили с сыном и я жду еще одного ребенка. Джамал не знает... и не узнает. Второго ребенка я не отдам и сделаю все, чтобы вернуть первого.
– Женя, я просто хотела...
– Что ты хотела? – перебивает. Делает шаг вперед. Нависает надо мной. – Устроить очередной спектакль? Выставить меня на посмешище перед всеми?
Сердце колотится. Руки дрожат. Но я не отступаю.
– Я хотела справедливости, – выдавливаю я. – Ты полгода врал мне. Изменял. Обещал ей, что разведешься. А я должна была молчать?
– Справедливости? – он усмехается холодно. – Ты устроила публичную казнь, Людмила. Пригласила моих коллег, родителей, друзей. Показала видео, как я целую другую женщину. И называешь это справедливостью?
– А как еще я узнала бы правду? – голос срывается. – Ты бы продолжал врать!
– Может быть, – соглашается он спокойно. – А может, и нет. Не узнаешь теперь. Потому что выбрала войну. И знай – я не проигрываю. Никогда. У меня есть деньги, адвокаты, связи. А у тебя? Эмоции? Обида? Наивная вера в справедливость?
Он подходит вплотную. Берет мое лицо в ладони.
– Ты моя, Людмила. Всегда была. Всегда будешь. Развода не будет. Потому что я так решил
– Что ты хотела? – перебивает. Делает шаг вперед. Нависает надо мной. – Устроить очередной спектакль? Выставить меня на посмешище перед всеми?
Сердце колотится. Руки дрожат. Но я не отступаю.
– Я хотела справедливости, – выдавливаю я. – Ты полгода врал мне. Изменял. Обещал ей, что разведешься. А я должна была молчать?
– Справедливости? – он усмехается холодно. – Ты устроила публичную казнь, Людмила. Пригласила моих коллег, родителей, друзей. Показала видео, как я целую другую женщину. И называешь это справедливостью?
– А как еще я узнала бы правду? – голос срывается. – Ты бы продолжал врать!
– Может быть, – соглашается он спокойно. – А может, и нет. Не узнаешь теперь. Потому что выбрала войну. И знай – я не проигрываю. Никогда. У меня есть деньги, адвокаты, связи. А у тебя? Эмоции? Обида? Наивная вера в справедливость?
Он подходит вплотную. Берет мое лицо в ладони.
– Ты моя, Людмила. Всегда была. Всегда будешь. Развода не будет. Потому что я так решил
Сердце ухнуло куда-то вниз. Нет, не может быть. Но я клянусь, я слышала голос Артёма.
Я обернулась. Сбоку от балкона была ещё одна дверь – неприметная, полутёмная, ведущая куда-то дальше, в соседнее помещение. Я знала себя: во мне всегда жила болезненная интуиция. И сейчас она буквально кричала.
Не раздумывая, я подошла и аккуратно дернула за ручку. Дверь поддалась почти бесшумно. Я сделала шаг внутрь – и мир рухнул.
Артём. Мой муж. Мужчина, с которым я прошла столько лет, строила планы, мечтала о будущем. Он был здесь. В объятиях Кати. Нашей бывшей однокурсницы.
– Сильно же ты соскучился по бывшей однокурснице, что буквально залез на нее. –произнесла я не своим голосом, глядя на мужа.
Я обернулась. Сбоку от балкона была ещё одна дверь – неприметная, полутёмная, ведущая куда-то дальше, в соседнее помещение. Я знала себя: во мне всегда жила болезненная интуиция. И сейчас она буквально кричала.
Не раздумывая, я подошла и аккуратно дернула за ручку. Дверь поддалась почти бесшумно. Я сделала шаг внутрь – и мир рухнул.
Артём. Мой муж. Мужчина, с которым я прошла столько лет, строила планы, мечтала о будущем. Он был здесь. В объятиях Кати. Нашей бывшей однокурсницы.
– Сильно же ты соскучился по бывшей однокурснице, что буквально залез на нее. –произнесла я не своим голосом, глядя на мужа.
Сережа, поставив стаканчик рядом с собой на лавку, нашел освободившейся руке другое применение. Он засунул ладонь между коленок, скользя по черным колготкам.
«Как можно почти по локоть «там» шурудить?» — Ольга подавилась воздухом и гневом. На страстном поцелуе ее начало тошнить.
— Хватит! — взвизгнула раненой чайкой Оля, вскочив как пробка из-под шампанского. — Хватит… — просипела, чуть сбавив тон. — Я все поняла, все увидела. Сейчас же соберу вещи и уйду.
Уходить Ольга собралась в одном тапке и с повисшими на одном ухе очками, болтающимися сбоку маятником. Больше унижений она терпеть не станет. Сейчас соберет всю свою волю в кулак и…
«Как можно почти по локоть «там» шурудить?» — Ольга подавилась воздухом и гневом. На страстном поцелуе ее начало тошнить.
— Хватит! — взвизгнула раненой чайкой Оля, вскочив как пробка из-под шампанского. — Хватит… — просипела, чуть сбавив тон. — Я все поняла, все увидела. Сейчас же соберу вещи и уйду.
Уходить Ольга собралась в одном тапке и с повисшими на одном ухе очками, болтающимися сбоку маятником. Больше унижений она терпеть не станет. Сейчас соберет всю свою волю в кулак и…
— Я же не выбросил тебя, как ненужную овцу, а позволил быть первой женой!
— О чем ты говоришь, Осман? — с отчаянием зашептала в лицо предателю, закрывая рот ладонью. Его взгляд – непроницаемый, как омут, затягивал меня в бездну отчаяния. Я тонула, захлебываясь осколками мечт.
Воздух резко закончился, когда мой жестокий муж разбил мое сердце своим приговором:
— Молись, чтобы Аллах послал нам сына с Раминой взамен того, что ты не смогла выносить.
Я думала, что попала в восточную сказку, где любима и счастлива. Хотела сообщить, что мы скоро станем родителями… Восточный мираж рассыпался прахом у моих ног. Осман уничтожил нашу любовь. И я не осталась. Ушла с тайной под сердцем. Но ровно через три года мой малыш своими крохотными ручками тянется к своему отцу. Бывший муж нашел нас и он не уйдет пока не вернет семью.
— О чем ты говоришь, Осман? — с отчаянием зашептала в лицо предателю, закрывая рот ладонью. Его взгляд – непроницаемый, как омут, затягивал меня в бездну отчаяния. Я тонула, захлебываясь осколками мечт.
Воздух резко закончился, когда мой жестокий муж разбил мое сердце своим приговором:
— Молись, чтобы Аллах послал нам сына с Раминой взамен того, что ты не смогла выносить.
Я думала, что попала в восточную сказку, где любима и счастлива. Хотела сообщить, что мы скоро станем родителями… Восточный мираж рассыпался прахом у моих ног. Осман уничтожил нашу любовь. И я не осталась. Ушла с тайной под сердцем. Но ровно через три года мой малыш своими крохотными ручками тянется к своему отцу. Бывший муж нашел нас и он не уйдет пока не вернет семью.
– Что здесь происходит? – вот так просто спросил Арсений.
– А меня тоже интересует ответ на этот вопрос. Почему ты спишь с ровесницами наших дочерей? Значит, как найти время на меня, так Алла отстань, я занят. А вот на любовницу ты время находишь.
– Но я не любовница, – решила так не вовремя вставить свои пять копеек Юля, – Я была на правах его женщины, ведь считала, что вы давно в разводе.
– Мне просто интересно, тебя что, не смутило наличие женских вещей и уходовых средств?
– Он говорил, что вы не успели забрать вещи.
– Как давно вы вместе? Месяц? Полгода? Год? И я всё ещё, по-твоему, просто не забрала вещи?
– Так, хватит! – грубо и властно произнёс Арсений, прямо как султан, успокаивающий свой расшумевшийся гарем. – Юля, уходи, мы с тобой потом поговорим. А ты, Алла, успокойся.
– А меня тоже интересует ответ на этот вопрос. Почему ты спишь с ровесницами наших дочерей? Значит, как найти время на меня, так Алла отстань, я занят. А вот на любовницу ты время находишь.
– Но я не любовница, – решила так не вовремя вставить свои пять копеек Юля, – Я была на правах его женщины, ведь считала, что вы давно в разводе.
– Мне просто интересно, тебя что, не смутило наличие женских вещей и уходовых средств?
– Он говорил, что вы не успели забрать вещи.
– Как давно вы вместе? Месяц? Полгода? Год? И я всё ещё, по-твоему, просто не забрала вещи?
– Так, хватит! – грубо и властно произнёс Арсений, прямо как султан, успокаивающий свой расшумевшийся гарем. – Юля, уходи, мы с тобой потом поговорим. А ты, Алла, успокойся.
– Это моё развлечение на сегодняшний вечер, – гордо сообщил мне муж, указывая на трёх девиц в коротких платьях рядом. – Мы с тобой официально разведены, а значит, я свободный человек, и могу позволить себе в своём доме всё, что хочу.
Да, мы действительно развелись из-за его многочисленных измен, но муж не отпустил меня, а продолжил удерживать рядом с собой насильно. Ведь если его отец узнает о разводе, то лишит своего сыночка всего: денег, карьеры, статуса.
Уже бывший муж боится этого больше смерти. А я…
Я не просто сбегу из этой клетки, но и устрою грандиозную месть, которая станет для муженька самым худшим кошмаром в его жалкой жизни!
Да, мы действительно развелись из-за его многочисленных измен, но муж не отпустил меня, а продолжил удерживать рядом с собой насильно. Ведь если его отец узнает о разводе, то лишит своего сыночка всего: денег, карьеры, статуса.
Уже бывший муж боится этого больше смерти. А я…
Я не просто сбегу из этой клетки, но и устрою грандиозную месть, которая станет для муженька самым худшим кошмаром в его жалкой жизни!
Выберите полку для книги