Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
Вообще я честная и правильная.
Была.
Пока не столкнулась с Волчарой.
И нет, я не по лесу гуляла, а по бару.
И он не настоящий волк. Скорее натуральный козёл. Да, и я не гуляла, а работала.
Я на первом курсе. Он на последнем. Ему нужна фиктивная девушка, мне – его помощь.
Волчара играет, дерется и мстит бывшей. Я пытаюсь выжить, отчаянно лгу и, кажется, влю бляюсь…
Зря, ведь все, что я услышу после, сводится к трем заветным словам. Нет, не к тем трепетным, а к другим.
К тем, от которых больно.
Была.
Пока не столкнулась с Волчарой.
И нет, я не по лесу гуляла, а по бару.
И он не настоящий волк. Скорее натуральный козёл. Да, и я не гуляла, а работала.
Я на первом курсе. Он на последнем. Ему нужна фиктивная девушка, мне – его помощь.
Волчара играет, дерется и мстит бывшей. Я пытаюсь выжить, отчаянно лгу и, кажется, влю бляюсь…
Зря, ведь все, что я услышу после, сводится к трем заветным словам. Нет, не к тем трепетным, а к другим.
К тем, от которых больно.
После загадочной смерти брата Кэсси пытается вернуться к нормальной жизни.
Но мир начинает ломаться.
Будущее прорывается в настоящее на несколько секунд раньше, чем должно.
Кэсси видит то, чего ещё не произошло.
И с каждым днём становится всё труднее отличить предчувствие от безумия.
Её держат отношения с мужчиной, который с детства привык контролировать и не отпускать.
И пугающе близкая связь с Майком — следователем, единственным, кто не верит в официальную версию смерти её брата.
Пока Майк ведёт расследование, вокруг Кэсси начинают происходить вещи, которых не должно существовать.
А прошлое оказывается опаснее любых призраков.
Иногда, чтобы спасти тех, кого любишь, нужно исчезнуть.
Но мир начинает ломаться.
Будущее прорывается в настоящее на несколько секунд раньше, чем должно.
Кэсси видит то, чего ещё не произошло.
И с каждым днём становится всё труднее отличить предчувствие от безумия.
Её держат отношения с мужчиной, который с детства привык контролировать и не отпускать.
И пугающе близкая связь с Майком — следователем, единственным, кто не верит в официальную версию смерти её брата.
Пока Майк ведёт расследование, вокруг Кэсси начинают происходить вещи, которых не должно существовать.
А прошлое оказывается опаснее любых призраков.
Иногда, чтобы спасти тех, кого любишь, нужно исчезнуть.
— Ты не изменилась, Рарина. Всё так же предпочитаешь минимум одежды? — шепчет он, прижимая меня к столу.
***
Женя Верзилов — мой личный кошмар из детства и главная ошибка моей подруги. Она мечтает вернуть его любой ценой. А он входит в мою комнату без стука... и застаёт меня без всего.
Я должна его ненавидеть. Я обязана сказать подруге правду. Но когда его губы касаются моей шеи, я понимаю: я хочу украсть парня своей лучшей подруги.
🔥 18+ / Запретные чувства / Измена подруге / Dark Romance / Тайны прошлого
***
Женя Верзилов — мой личный кошмар из детства и главная ошибка моей подруги. Она мечтает вернуть его любой ценой. А он входит в мою комнату без стука... и застаёт меня без всего.
Я должна его ненавидеть. Я обязана сказать подруге правду. Но когда его губы касаются моей шеи, я понимаю: я хочу украсть парня своей лучшей подруги.
🔥 18+ / Запретные чувства / Измена подруге / Dark Romance / Тайны прошлого
Один удар мячом разделил их жизнь на «до» и «после».
Арина Соколова - сто двенадцатая ракетка мира, дерзкая и колючая, с веснушками, которые она ненавидит, и браслетом, который никогда не снимает. В Монте-Карло она случайно отправляет мяч в солнечное сплетение звезды турнира - Мирко Петровича, второй ракетки мира.
Мирко устал быть «вечно вторым». Он устал проигрывать Воронову. И он совершенно не ожидал, что какая-то русская девчонка заставит его упасть на колени - буквально и фигурально.
«В следующий раз целяйся в сердце. Сюда больнее», - шепчет он ей в ответ с сербским акцентом.
Между ними - сетка, рейтинг, две страны и две недели турниров, которые все перевернут. Они должны ненавидеть друг друга. Но почему тогда их тянет поцеловать так, чтобы на губах осталась кровь?
Жесткий, чувственный, без сантиментов - роман о теннисе, в котором победа измеряется не счетом на табло, а тем, готов ли ты рискнуть сердцем.
Арина Соколова - сто двенадцатая ракетка мира, дерзкая и колючая, с веснушками, которые она ненавидит, и браслетом, который никогда не снимает. В Монте-Карло она случайно отправляет мяч в солнечное сплетение звезды турнира - Мирко Петровича, второй ракетки мира.
Мирко устал быть «вечно вторым». Он устал проигрывать Воронову. И он совершенно не ожидал, что какая-то русская девчонка заставит его упасть на колени - буквально и фигурально.
«В следующий раз целяйся в сердце. Сюда больнее», - шепчет он ей в ответ с сербским акцентом.
Между ними - сетка, рейтинг, две страны и две недели турниров, которые все перевернут. Они должны ненавидеть друг друга. Но почему тогда их тянет поцеловать так, чтобы на губах осталась кровь?
Жесткий, чувственный, без сантиментов - роман о теннисе, в котором победа измеряется не счетом на табло, а тем, готов ли ты рискнуть сердцем.
Фельдшер Анна приезжает работать на лесной кордон. Денис — весёлый и открытый. Игорь — замкнутый и раненый. Оба притягивают по-своему. Однажды ночью всё меняется. И никто из троих уже не будет прежним.
Она думала, что он изменил. И ушла, не обернувшись. Год они жили порознь, каждый со своей болью.
Весной судьба сталкивает их на лесной базе отдыха. Она — новый фельдшер. Он — владелец. И оба понимают, что чувства никуда не делись. Рядом оказывается та самая женщина, которую она подозревала. Но правда всплывает неожиданно.
Весной судьба сталкивает их на лесной базе отдыха. Она — новый фельдшер. Он — владелец. И оба понимают, что чувства никуда не делись. Рядом оказывается та самая женщина, которую она подозревала. Но правда всплывает неожиданно.
Я судорожно дёргаю на себя ручку. Конечно, заблокировано. Наивно было ожидать иного. Сдавленно выдыхаю.
— Стас... ты больной?
Улыбка — ломаная, жуткая — медленно ползёт по его лицу, искажая идеальные черты.
— А когда я на твоих глазах убил человека, ты этого еще не поняла?
Я вжимаюсь в кожу пассажирского сиденья, до боли зажмуриваясь, изо всех сил стараясь не вспоминать хруст костей и кровь на его брендовых ботинках.
— Зачем... зачем я тебе? — шепчу.
Он даже не поворачивает головы, плавно выжимая газ и выруливая на пустую дорогу.
— Потому что мне скучно, а ты — моя новая любимая вещь. Идеальная кукла, которую мне хочется сломать, — его голос звучит ровно и пугающе обыденно. — Буду играть с тобой, а когда надоест — просто швырну на обочину. Я могу сделать с тобой абсолютно всё и весь мир закроет на это глаза. Ну же, скажи... что ты можешь мне на это возразить?
— Стас... ты больной?
Улыбка — ломаная, жуткая — медленно ползёт по его лицу, искажая идеальные черты.
— А когда я на твоих глазах убил человека, ты этого еще не поняла?
Я вжимаюсь в кожу пассажирского сиденья, до боли зажмуриваясь, изо всех сил стараясь не вспоминать хруст костей и кровь на его брендовых ботинках.
— Зачем... зачем я тебе? — шепчу.
Он даже не поворачивает головы, плавно выжимая газ и выруливая на пустую дорогу.
— Потому что мне скучно, а ты — моя новая любимая вещь. Идеальная кукла, которую мне хочется сломать, — его голос звучит ровно и пугающе обыденно. — Буду играть с тобой, а когда надоест — просто швырну на обочину. Я могу сделать с тобой абсолютно всё и весь мир закроет на это глаза. Ну же, скажи... что ты можешь мне на это возразить?
Она хотела просто отдохнуть. А нашла запретную любовь, за которую придётся заплатить.
Марина не искала приключений. После болезненного развода она прилетела в Грецию, чтобы спрятаться от одиночества в доме лучшей подруги. Море. Вино. Тишина. И никаких мужчин.
Платон - девятнадцатилетний сын подруги. В её памяти он остался смешным веснушчатым мальчишкой. Сегодня это высокий, красивый парень, чьё тело заставляет забыть о возрасте. А взгляд - о приличиях.
Искра между ними вспыхивает мгновенно. Но ни один из них не готов признать: это не просто страсть.
Но у каждой запретной любви есть цена. Марина теряет контроль над собой, над ситуацией, над своим сердцем. А Платон... Платон готов бросить всё, лишь бы она осталась.
Марина не искала приключений. После болезненного развода она прилетела в Грецию, чтобы спрятаться от одиночества в доме лучшей подруги. Море. Вино. Тишина. И никаких мужчин.
Платон - девятнадцатилетний сын подруги. В её памяти он остался смешным веснушчатым мальчишкой. Сегодня это высокий, красивый парень, чьё тело заставляет забыть о возрасте. А взгляд - о приличиях.
Искра между ними вспыхивает мгновенно. Но ни один из них не готов признать: это не просто страсть.
Но у каждой запретной любви есть цена. Марина теряет контроль над собой, над ситуацией, над своим сердцем. А Платон... Платон готов бросить всё, лишь бы она осталась.
Она привыкла все держать под контролем - чувства, слова, дыхание.
он привык забирать все, что хочет - сделки, людей, победы.
Лана - женщина, которая выжила там, где другие ломаются.
Алексей - мужчина, который никогда не просит. Он берет.
Их встреча не должна была стать ничем. Ни взгляд. Ни разговор. Ни случайная близость.
Но некоторые люди - как огонь: к ним не подходишь... или сгораешь.
Он не спаситель.
Она не жертва.
И между ними - не любовь с первого взгляда.
Это столкновение. Это выбор. Это риск.
А риск - его любимая игра.
он привык забирать все, что хочет - сделки, людей, победы.
Лана - женщина, которая выжила там, где другие ломаются.
Алексей - мужчина, который никогда не просит. Он берет.
Их встреча не должна была стать ничем. Ни взгляд. Ни разговор. Ни случайная близость.
Но некоторые люди - как огонь: к ним не подходишь... или сгораешь.
Он не спаситель.
Она не жертва.
И между ними - не любовь с первого взгляда.
Это столкновение. Это выбор. Это риск.
А риск - его любимая игра.
Кто-то хватает меня за талию и приподнимает над землёй, а другой рукой крепко зажимает мой рот. Я в ловушке. Пытаюсь вырваться и барахтаюсь. Даже смогла зацепиться ботинком за оградку, но это не помогло. Меня резко дёрнули — и освободили мою ногу. Я не могу издать ни звука.
— Попалась? А не нужно совать свой нос туда, куда не следует, — раздался голос.
— Швед! Поймал? — крикнул второй мужчина.
— Ага. Сейчас приведу, — сказал мой пленитель.
Но мы так и не двинулись с места. Он продолжает держать меня на весу.
— Не реви. Поговорим и отпустим — а я реву? — Если издашь хоть звук, сделаю тебе лишнюю дырку в голове. Кивни, если поняла?
Я кивнула. Он поставил меня на землю, я предприняла попытку вырваться, да неудачную. Он снова поднял меня над землёй.
— Я что-то не так сказал? — спросил он. — Сейчас ты тихо, без криков и истерик, пойдёшь со мной. Мы поговорим — и ты благополучно отправишься домой, к маме и папе. Уяснила? — рявкнул он.
— Попалась? А не нужно совать свой нос туда, куда не следует, — раздался голос.
— Швед! Поймал? — крикнул второй мужчина.
— Ага. Сейчас приведу, — сказал мой пленитель.
Но мы так и не двинулись с места. Он продолжает держать меня на весу.
— Не реви. Поговорим и отпустим — а я реву? — Если издашь хоть звук, сделаю тебе лишнюю дырку в голове. Кивни, если поняла?
Я кивнула. Он поставил меня на землю, я предприняла попытку вырваться, да неудачную. Он снова поднял меня над землёй.
— Я что-то не так сказал? — спросил он. — Сейчас ты тихо, без криков и истерик, пойдёшь со мной. Мы поговорим — и ты благополучно отправишься домой, к маме и папе. Уяснила? — рявкнул он.
Выберите полку для книги