Читать и слушать книги

— Я хочу, чтобы ты ко мне вернулась.
— Что, прости?
— Я хочу, чтобы ты вернулась.

Пять лет назад я развелась с мужем и только-только привыкла жить без него. У меня все хорошо: взрослая дочь, любимая работа, за которую я держусь зубами, и легкий роман с коллегой.
Но когда моим новым начальником оказывается бывший муж, все летит к черту. Старые обиды никуда не делись, но между нами все еще искрит. И что делать с этим притяжением — непонятно.

Поворачиваю голову и вижу, что Игнат вернулся не один — с ним женщина.
Красивая, высокая шатенка сидит на его столе ко мне спиной, а её рука по-хозяйски покоится на груди мужчины под расстёгнутым на несколько пуговиц воротом рубашки.
Я не могу сдвинуться с места.
И чем дольше смотрю, тем чётче эта сцена отпечатывается у меня в памяти, потому что моё внимание сконцентрировано в одной точке — на руке незнакомки.
Вижу, как её пальцы небрежно скользят по телу Игната, по напряжённым буграм мышц, путаясь в жёстких тёмных волосах на его груди.
Она откидывается назад, подставляя свои прелести под его взгляд, но он отворачивается от неё к окну.
— Ну что же ты, милый, я так спешила к тебе, а ты холоден как айсберг.
— Серафима приехал!
— Я могу не приходить в твой дом, можем видеться у меня или снимать номер в отеле.

Впиваюсь взглядом в его жесткое лицо.

«Ты будешь моим».

Черный взгляд невозмутимо скользит по моему телу. Сканирует, взвешивает и… отторгает за ненадобностью. Губы трогает усмешка, от которой в венах стынет кровь.

— Выдохни, девочка, — рокочет он. — Сбавь обороты и иди, куда шла.

Покорно опускаю ресницы, пряча за ними полыхающий огонь.

«Играй. Можешь и дальше строить из себя ледяную, неприступную скалу. Но я всё равно тебя вскрою. Украду, вырву с корнем, присвою себе без остатка. Ты просто еще не понял, что уже обречен».

— Вы слишком внимательно меня изучаете.
— Я ещё не начал.
— А когда начнёте?
Его взгляд задерживается на моих губах.
— Вы перестанете задавать вопросы.
— Или вы перестанете знать ответы.
Марк улыбается.
— Вот теперь мне интересно.

На её пальцах глина. На моей белой манжете — отпечаток. Большинство женщин оставляют номер. Эта оставляет улику и уходит, будто преступление совершил я.
Очаровательно.
Догнать её? Скучно.
Я устрою всё так, чтобы в следующий раз она подошла сама — и решила, что это её идея.
А пока меня занимает другое: она так же хороша руками без глины?
Надеюсь, лучше.

Я думала, что после предательства бывшего меня уже ничем не удивить. Ошибалась.

Полмиллиона рублей и две недели в горах — именно так я оказалась рядом с Русланом Демидовым, холодным владельцем элитного курорта, который считает меня всего лишь пухленькой блогершей с камерой.

Он меня бесит. Я его раздражаю. Но между нами вспыхивает опасное притяжение.
А потом кто-то взламывает мой аккаунт и присылает фотографию, сделанную тайным наблюдателем. Теперь нам предстоит выяснить, кто следит за нами и зачем пытается использовать наше притяжение против нас.

Ведь в горах опаснее всего не тот, кто стоит напротив. А тот, кто наблюдает из темноты.

— Ты хотела этого с первой секунды, — прошептал он мне в губы. — Признай это.
— Ты… ты же мой начальник!
Я не могла внятно говорить. Только чувствовала, как его руки скользят по моей коже.
В кабинете повисла тишина. Я сидела на его столе опустошённая и одновременно живая, как никогда. Он поднял голову и посмотрел на меня с тёмной усмешкой:
— Теперь ты моя, Соня. Не только подчинённая. Вся ты. И я не отпущу тебя.


Я устроилась юристом к своему отцу в компанию. Его босс — Роман Гордеев, сорокалетний владелец корпорации, наглый, красивый и привыкший, что все перед ним на цыпочках. Только вот я ему не подчиняюсь.
И первая в его жизни даю пощёчину. А он лишь смеётся и говорит, что теперь у нас началась игра без правил.

— Я не верю в ваш роман! — заявила Аделина, окидывая её с ног до головы высокомерным взглядом. — Макар бы ни за что не обратил на тебя внимания. Ты же никакая!
— Никакая или какая, это только ему решать, — равнодушно ответила Настя, усмехнувшись. — И тебя это не касается. У тебя свой жених имеется, вот за ним и следи!
— Ты — дура! Макар же мстит мне за то, что я бросила его ради Никиты, — самоуверенности у сестры было хоть отбавляй. — Он пытается вызвать мою ревность, поэтому с тобой и закрутил, а ты и повелась, как лохушка. Он попользуется тобой и выбросит!

— Рита, что ты задумала? — в его голосе явно прослеживалась паника.
Она подняла на него глаза. В них проглядывала бархатная тьма.
— Ты был очень плохим мальчиком, Даниил, — протянула Марго сладким, как патока, голосом, — а плохие мальчики должны быть наказаны.
— Нет, — он стал брыкаться, но привязали его крепко, — нет. Не делай этого!
— Не беспокойся, — холодно улыбнулась Марго, — тебе понравиться! Можешь кричать, всё равно никто не услышит. Тут замечательная звукоизоляция.

— И о чем ты хотела со мной поговорить?
— О Сереже, — улыбнулась Настя. — Тебе самой от себя не тошно? Зачем держать рядом с собой человека, который не любит тебя?
— Ты видишь на нем цепи? —удивилась Мария. — Я нет. Никто его насильно не держит, Настя.
— Детьми привязала, — прошипела она зло, — а Сергей слишком благородный. Не может бросить тебя одну с детьми. Вот и мается. Я именно поэтому и пришла, попросить тебя, чтобы ты сама его отпустила, по-другому он не уйдет.
— Если хочешь увести Сережу из семьи, то тебе следует поработать с ним, — фыркнула она, закрывая дверь. — Извини, но у меня нет времени…
— И каково это, купить себе мужа?
Против воли Маша замерла.
— О чем ты говоришь?
— А ты не знаешь? — усмехнулась Крапивина. — Твой отец протолкнул Сергея вверх по карьерной лестнице. Ты никогда не задавалась вопросом, отчего не желающий на тебе жениться мужчина вдруг резко изменил мнение? Сережу для тебя купили. Если бы не выгода, он никогда бы на тебе не женился и сына не призна

Я почти поверила, что мы победили. Бизнес спасён, враги повержены, а на моём пальце — тяжёлая золотая печатка рода Аслановых.

Но прошлое не уходит просто так. Анонимная записка. Взлом базы данных. И один-единственный вопрос, который меняет всё: «Спроси у Тимура, кем был твой отец на самом деле».

Я спросила. И теперь не знаю, можно ли спасти любовь, если между вами — тайна, которую скрывали семнадцать лет.

Что окажется сильнее: правда или любовь? И готова ли я узнать ответ?