Читать и слушать книги
— Станешь моей, Крошка? — спросил внезапно Дамир, когда втащил меня в свой номер.
Я удивленно посмотрела на босса. Он что, уже успел прибухнуть?
— Нет! — поспешно ответила я. — Мне известно о твоем негласном правиле в компании.
Дамир усмехнулся.
— Это хорошо, но я серьезно.
— Нет, мой ответ — нет! Моя работа для меня важнее, чем ты.
Что он ко мне привязался? У меня есть цель в жизни, и он в мои планы точно не входит.
Я удивленно посмотрела на босса. Он что, уже успел прибухнуть?
— Нет! — поспешно ответила я. — Мне известно о твоем негласном правиле в компании.
Дамир усмехнулся.
— Это хорошо, но я серьезно.
— Нет, мой ответ — нет! Моя работа для меня важнее, чем ты.
Что он ко мне привязался? У меня есть цель в жизни, и он в мои планы точно не входит.
— Выходи за меня, — с улыбкой протягивает кольцо любимый.
Из моих глаз катятся слезы. И если бы счастья…
— Нет, — отрезаю я сокрушенно, пока на мужском лице расползается недоумение.
— Нет?
— Ты думал, я не узнаю, Паш? Не узнаю, что ты с ней переспал?
Чтобы он смог занять долгожданную должность, нам пришлось бросить все и переехать в столицу. Первый заработанный миллион, заманчивые возможности, новое окружение, дьявольские соблазны. В Паше я была уверена. А он не устоял.
Из моих глаз катятся слезы. И если бы счастья…
— Нет, — отрезаю я сокрушенно, пока на мужском лице расползается недоумение.
— Нет?
— Ты думал, я не узнаю, Паш? Не узнаю, что ты с ней переспал?
Чтобы он смог занять долгожданную должность, нам пришлось бросить все и переехать в столицу. Первый заработанный миллион, заманчивые возможности, новое окружение, дьявольские соблазны. В Паше я была уверена. А он не устоял.
– Поищи ряд для приглашенных. Здесь обычно сидят свои.
– Я поступила сюда учиться. Если ты пришел только посидеть, свободные места еще есть.
В элитной «Альте» у каждого есть влиятельные родители. У меня – академическая квота и дурная привычка отвечать, когда предлагают заткнуться.
Особенно если предлагает Марк Северский.
Главный мажор института. Неприлично красивый, избалованный чужим вниманием и уверенный, что отказ – это начало торга.
Я не уступила ему кресло. Он решил сделать меня своим любимым развлечением.
Теперь его друзья снимают каждую нашу стычку, поклонницы придумывают, как поставить меня на место, а преподаватель включает нас в одну команду. Прекрасно. Еще немного, и за выдержку мне должны будут выдавать отдельную стипендию.
Я собираюсь доказать, что обойдусь без Северского. Он – что рано или поздно я сама к нему приду.
Проблема в том, что я уже знаю, как он целуется.
А вот о чем он договорился с друзьями, пока еще нет.
– Я поступила сюда учиться. Если ты пришел только посидеть, свободные места еще есть.
В элитной «Альте» у каждого есть влиятельные родители. У меня – академическая квота и дурная привычка отвечать, когда предлагают заткнуться.
Особенно если предлагает Марк Северский.
Главный мажор института. Неприлично красивый, избалованный чужим вниманием и уверенный, что отказ – это начало торга.
Я не уступила ему кресло. Он решил сделать меня своим любимым развлечением.
Теперь его друзья снимают каждую нашу стычку, поклонницы придумывают, как поставить меня на место, а преподаватель включает нас в одну команду. Прекрасно. Еще немного, и за выдержку мне должны будут выдавать отдельную стипендию.
Я собираюсь доказать, что обойдусь без Северского. Он – что рано или поздно я сама к нему приду.
Проблема в том, что я уже знаю, как он целуется.
А вот о чем он договорился с друзьями, пока еще нет.
Вечером в пустой бытовке мы остались вдвоём. Я не выдержала:
— Вы грубы и высокомерны. Думаете, сила даёт вам право давить?
Он шагнул ближе. Слишком близко.
— А вы спорите с первой минуты, будто хотите доказать, что не боитесь. Боитесь. И злитесь. Как и я.
Воздух между нами стал горячим. Я выдохнула то, что копилось неделями:
— Вы сводите меня с ума. И я больше не могу это терпеть.
Его рука легла мне на затылок. Жёстко. Уверенно.
А дальше я уже не помню, кто сделал первый шаг.
Он назвал меня Мышкой и начал ломать всё, что я так тщательно строила. Теперь между нами слишком мало воздуха — и слишком много того, от чего уже не сбежать.
— Вы грубы и высокомерны. Думаете, сила даёт вам право давить?
Он шагнул ближе. Слишком близко.
— А вы спорите с первой минуты, будто хотите доказать, что не боитесь. Боитесь. И злитесь. Как и я.
Воздух между нами стал горячим. Я выдохнула то, что копилось неделями:
— Вы сводите меня с ума. И я больше не могу это терпеть.
Его рука легла мне на затылок. Жёстко. Уверенно.
А дальше я уже не помню, кто сделал первый шаг.
Он назвал меня Мышкой и начал ломать всё, что я так тщательно строила. Теперь между нами слишком мало воздуха — и слишком много того, от чего уже не сбежать.
— Потанцуй со мной…
Эти слова, сказанные потрясающе красивым незнакомцем, похоже, сорвали мне крышу.
Или я сошла с ума раньше?
Скорее всего, да, потому что этой ночью чего только не произошло…
… я оказалась в частном загородном клубе, созданным только для того, чтобы удовлетворять людские пороки.
…на мне было надето платье, которое не оставляло места воображению, а мое лицо скрывала маска.
… ах да, еще я сказала «да» незнакомцу, который вскружил мне голову.
Все должно было закончится на одной ночи.
Вот только судьба — еще та злодейка. Она не собиралась оставлять в покое людей, которых взяла под свое крылышко, и я оказалась из их числа.
Эти слова, сказанные потрясающе красивым незнакомцем, похоже, сорвали мне крышу.
Или я сошла с ума раньше?
Скорее всего, да, потому что этой ночью чего только не произошло…
… я оказалась в частном загородном клубе, созданным только для того, чтобы удовлетворять людские пороки.
…на мне было надето платье, которое не оставляло места воображению, а мое лицо скрывала маска.
… ах да, еще я сказала «да» незнакомцу, который вскружил мне голову.
Все должно было закончится на одной ночи.
Вот только судьба — еще та злодейка. Она не собиралась оставлять в покое людей, которых взяла под свое крылышко, и я оказалась из их числа.
Я — жена человека, который руководит компанией, где я работаю его заместителем. Восемь лет брака, четыре года совместной работы — и всё рушится в один вечер, когда он решает, что я ему изменила.
Он не слушает оправданий. Не верит слезам. Он запирает дверь и говорит, что я буду наказана.
Я не знала, что любовь может стать клеткой. Я не знала, что самый близкий человек может стать палачом.
🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями
Он не слушает оправданий. Не верит слезам. Он запирает дверь и говорит, что я буду наказана.
Я не знала, что любовь может стать клеткой. Я не знала, что самый близкий человек может стать палачом.
🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями
Меня держат в тёмной комнате без окон, где нет ни дня, ни ночи — только боль и унижение. Он и двое его друзей приходят каждый день, чтобы «воспитывать» меня. Я кричу, плачу, умоляю — но никто не слышит.
Один звонок. Один шанс. Я набираю номер человека, которого видела всего раз в жизни. И молюсь, чтобы он успел.
🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями
Один звонок. Один шанс. Я набираю номер человека, которого видела всего раз в жизни. И молюсь, чтобы он успел.
🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями
Продолжение романа между Викторией и Виктором.
Я часто видела его во сне. Только там мы снова были счастливы, пусть не долго, пусть совсем чуть-чуть, но даже тогда я понимала, что это все сон., мираж, который оборвется через секунду. В такие моменты я боялась проснуться. Я наслаждалась каждым мгновением, в котором Виктор дарил мне свою любовь и ласку. Он мне нужен, хотя я знаю, что он меня никогда не простит…
Но каждый раз такие сны заканчивались кошмарами. Руки, которые только что дарили ласку и обнимали с такой теплотой, со всей силы отталкивали меня от себя. Нежная и добрая улыбка превращалась в ужасный оскал, такие родные голубые глаза в которых я постоянно тонула, расплывались передо мной в ледяную маску, в которой я узнавала лицо Олега. Он смеялся надомной, не сдерживая своих эмоций. Он делал шаг на встречу мне и протягивал руки, которые были все в крови. И я просыпалась.
С криком…
Я часто видела его во сне. Только там мы снова были счастливы, пусть не долго, пусть совсем чуть-чуть, но даже тогда я понимала, что это все сон., мираж, который оборвется через секунду. В такие моменты я боялась проснуться. Я наслаждалась каждым мгновением, в котором Виктор дарил мне свою любовь и ласку. Он мне нужен, хотя я знаю, что он меня никогда не простит…
Но каждый раз такие сны заканчивались кошмарами. Руки, которые только что дарили ласку и обнимали с такой теплотой, со всей силы отталкивали меня от себя. Нежная и добрая улыбка превращалась в ужасный оскал, такие родные голубые глаза в которых я постоянно тонула, расплывались передо мной в ледяную маску, в которой я узнавала лицо Олега. Он смеялся надомной, не сдерживая своих эмоций. Он делал шаг на встречу мне и протягивал руки, которые были все в крови. И я просыпалась.
С криком…
(аннотация временная)
Мы так часто ищем любовь в прошлом, не замечая, что судьба уже подарила ее нам в настоящем.
Второй завершающий том дилогии о Мироне Гессе
Первый том https://litmarket.ru/books/mne-ne-bolno-a-tebe
Мы так часто ищем любовь в прошлом, не замечая, что судьба уже подарила ее нам в настоящем.
Второй завершающий том дилогии о Мироне Гессе
Первый том https://litmarket.ru/books/mne-ne-bolno-a-tebe
Медленно, будто давая мне время отступить, он коснулся пальцами моего лица — сначала провёл по щеке подушечками, потом скользнул к подбородку и чуть приподнял его. Я задержала дыхание, внутри всё сжалось от волнения.
— Не бойся, — прошептал парень и наклонился ближе.
Он вошел в мою жизнь как пожар. А его отец — как стена, за которой можно спрятаться. Но когда оба оказываются рядом, мне приходится решать, кого я готова назвать своим, а кого потерять навсегда.
— Не бойся, — прошептал парень и наклонился ближе.
Он вошел в мою жизнь как пожар. А его отец — как стена, за которой можно спрятаться. Но когда оба оказываются рядом, мне приходится решать, кого я готова назвать своим, а кого потерять навсегда.
Выберите полку для книги