Читать и слушать книги

– Первое: Нина! Я тебе запрещаю краситься ярко. Артем у меня человек серьёзный, без этой… «вульгарности». – Отмечает ручкой в блокноте. – Второе: субботы – со мной. Мы всегда по субботам ездим в театр, на рынок или к тёте Зое. – Снова отметка. – Третье: в работу сына не лезть. Мужчина должен отдыхать дома, а не обсуждать свои проекты на кухне. – Поднимает взгляд, впервые прямо. – Это понятно?

Свекровь поклялась уничтожить наш брак. Она не только сделала нашу жизнь невыносимой, но решила свести моего мужа с его бывшей.

— Это шутка, да? — голос дрожит, но я пытаюсь взять себя в руки. — Макс, скажи мне, что это какая-то идиотская шутка. Пожалуйста.
— Нет, Лия. Это не шутка, — произносит он спокойно, почти безразлично. — Я женюсь. Через три недели.
— Ты изменял мне, — произношу я, и это не вопрос. Это приговор.
— Лия, не устраивай сцену, — в его голосе впервые появляется раздражение. — Мы взрослые люди. Иногда отношения заканчиваются. Это нормально!
— Посмотри мне в глаза, — требую я, и голос дрожит. — Посмотри и скажи правду. Скажи, что не любишь меня. Скажи!
— Я не люблю тебя, Лия, прощай.

Одним днем моя жизнь была разрушена. Любимый вычеркнул меня, стер из своей жизни. И он так и не узнал, что я жду ребенка. Его сына!

— Аня, — выдыхает он. — Что ты тут делаешь?
Что я тут делаю. Хороший вопрос. Стою в дверях гостиничного номера и смотрю, как мой муж застёгивает брюки, а моя лучшая подруга натягивает одеяло на колени.
— Приехала к мужу, — отвечаю, и голос звучит чужим, будто на старой записи. — Хотела поговорить о срочных делах. Но вижу, у тебя уже есть дела. Срочные.
Вика встаёт, подходит к стулу, где лежит её платье. Начинает одеваться, не глядя на меня. Движения спокойные, размеренные, будто она застала нас, а не наоборот.
— Аня, дай объяснить.
— Объяснить что? — перебиваю. — Как ты спишь с моей лучшей подругой, пока я дома жду от тебя хоть какой-то поддержки?
— Не надо так, — он делает шаг ко мне, но я отступаю.
— Как долго?
Он молчит, смотрит в сторону. Вика застёгивает молнию на платье, поворачивается к нам.
— Три года, — говорит она ровно, без эмоций. — Может, чуть меньше. С того момента, как вы начали попытки ЭКО.

— Да, у меня есть женщина, — муж смотрит не на меня, а куда-то в сторону. — Настоящая женщина. Зрелая. Понимающая, чего она хочет от жизни. А не сопливая девчонка, которая...
— Не договаривай, — шепчу, но он не слышит. Или не хочет слышать.
— Устал играть в куклы. Марина — женщина, а ты... ты всё ещё ребёнок, Ален.
— Когда замуж меня в восемнадцать звал, я не казалась тебе ребёнком. Когда в постель укладывал.
— Да, ты была удобной... Пока не начала зудеть о детях.

Как в дешевой мелодраме муж променял меня на секретаршу и выгнал.
Я разбита, унижена, без жилья и работы.
Кто ж знал, что моё лекарство от отчаяния живет рядом, стоит только постучать в соседнюю дверь...

– Настя, – голос моего мужа был сдержанный, жёсткий. – Не неси чушь. Ты теперь жена моего сына. Забудь всё.
– А вчера, Кирилл? – её голос стал чуть громче, и каждое слово вонзалось в меня, как нож. – Вчера тебе это не мешало. Ты приехал ко мне. Ты сам хотел.
Мне пришлось вцепиться рукой в перила, чтобы не рухнуть. В голове всё гудело.
– Настя, хватит, – Кирилл говорил жёстко, но в голосе уже не было уверенности. – Это безумие.
– Безумие? – засмеялась она. – Тогда почему ты приходишь ко мне? Почему вчера ты был со мной?
– Чёрт… – выругался Кирилл.
Я не помнила, как сделала первый шаг. Просто пошла. Ещё шаг, и я увидела их.
Кирилл навалился на неё прижимая к стене, держал за талию, а его губы касались её губ.
Слова непроизвольно сорвались с губ:
– Отец и невестка. Браво. Может, тост за это поднять? Или, может, позвать Мишу – пусть порадуется, какой у него дружный семейный тандем?

— Егор… Что все это значит? — голос мой прозвучал слабо, сдавленно, словно его кто-то задушил. Я едва могла дышать от унижения, боли и шока.
Он резко повернул голову и холодно посмотрел на меня. В глазах не было ни раскаяния, ни даже лёгкой растерянности. В его взгляде была только злоба и презрение.
— Что, не видишь? Или тебе объяснить подробнее? Ты же вроде девочка взрослая, должна понять без пояснений.
Я почувствовала, как краска заливает лицо. Слёзы обожгли глаза, но я заставила себя держаться.
— Как ты мог? — спросила я, глядя на него с надеждой увидеть хоть каплю раскаяния. — Я беременна, Егор! Мы так мечтали об этом ребёнке!
Его лицо дернулось, но не от вины — скорее от раздражения.Он шагнул ко мне, нависая угрожающе и холодно, как скала.
— А мне плевать, Поль. Понимаешь? Ты мне надоела своими нытьём и вечными проблемами. Ребенка хотела ты, а не я!

Муж изменил мне, выкинул, как ненужную вещь, а мы с малышом... вопреки всему будем счастливы! Но,что если... все не то, чем

Ждана попросила помощи у Жени: ей нужны деньги.
Просто так деньги давать он не хочет... а вот нанять для выполнения необычной работы - да...
За деньги - да))

Выезжая на очередной заказ, я и представить себе не могла, как это изменит мою жизнь. Хотела лишь немного подзаработать, а получила… Он был моим самым необычным клиентом.
-
– Я в душ, – по привычке направляюсь в ванную комнату, угадав, что единственная дверь в номере, за исключением входной, ведёт именно туда.
– Я бы предпочёл, чтобы ты не мылась. Хочу ощущать твой естественный запах, а не аромат геля для душа. И никаких духов пожалуйста, у меня слишком чувствительное обоняние, посторонние резкие запахи меня раздражают и мешают сосредоточиться.
Какой-то он странный. Он не оборачивается в мою сторону и вообще стоит неподвижно, будто статуя.
– Подойдешь ко мне? – вкрадчиво спросил он.
Снимаю туфли на шпильках и тихонечко ступаю по длинному мягкому ворсу ковра на цыпочках, чтобы казаться выше и стройнее, но он на меня даже не смотрит. Облокотился бёдрами о подоконник и устало запрокинул голову назад, прикрыв глаза.
– А ты не хочешь меня увидеть?

- Мне мало одной тебя! – буркнул Саша. – Понимаешь?
- Нет, - мрачно отозвалась. – Не понимаю.
- Так постарайся понять и принять то, что мне мало одной женщины! Мне нужны эмоции, страсть. А с тобой… - он махнул рукой и поморщился.
- Договаривай.
- Страсти от тебя не дождешься. Стареешь, мать.
- Мне тридцать пять всего, - напомнила ему свой возраст.
- Уже тридцать пять! Да, лишних килограмм у тебя нет, но живот в растяжках, на ногах тоже они есть… Мне больше молодые нравятся. Они страстные. Так что, просто прости меня и прими, как данность. Я не буду тебя обделять, будем жить, как раньше, но от других женщин я не откажусь.
- Развод, - холодно произнесла, а Саша презрительно фыркнул:
- Да кому ты такая нужна кроме меня?

Муж обнимает меня сзади, поглаживает бёдра. Скользит пальцами под халатик.
— Ты такая сексуальная, — шепчет на ухо.
— Ваня, я же готовлю, – игриво хихикаю я.
Муж плотнее прижимается ко мне, целует в шею.
Но тут на столе вибрирует его телефон. Экран вспыхивает:
«Зайчик, жду в «Плаза Грант», в номере 407».
Сковородка выпадает из рук с грохотом. Яичница расползается по плите.
Слово «Зайчик» пылает перед глазами.
— Глаша, аккуратнее, — Иван недовольно морщится и отходит.
Он берёт телефон и на его лице сияет улыбка.
— Это… по работе, милая, — нагло врёт Ваня. — Меня позвали на собеседование. Рядом с отелем. Дай ключи от машины, а? А то опоздаю.

Мало что муж никак работу не может найти, ещё изменяет, и не особо-то скрывается!
Пламя во мне жаждет мести, и как нельзя кстати появляется босс…
Он предлагает заманчивый контракт.
Не знаю, в чём его выгода, но я очень хочу взять свою биту и отправить предателя так далеко, чтобы он не нашёл дороги обратно.
«Возмездие» уже близко, мил