Книги в жанре «Короткий любовный роман»
В городе, где все куда-то спешат, есть тихое место с маленькой вывеской „Уголок“. Здесь не просто варят кофе — здесь слушают. Лина умеет видеть в людях то, что они сами прячут: усталость, надежду, робкую веру в хорошее. Артём рядом, когда слова заканчиваются: он молча ставит чашку чуть ближе и будто говорит: „Я тут“. Их кофейня становится пространством, где даже самая маленькая история звучит важно. А в историях гостей прячется отражение их собственной — о том, как из дружбы рождается любовь, как можно быть рядом и не торопить, как счастье складывается из простых вещей: фонариков на подоконнике, запаха ванили и уверенности, что тебя не оставят одного. „Слова в „Уголке““ — это история о том, как уютный уголок может стать целым миром
"– Немедленно уберите гитару! И ложитесь спать, пока я не вызвала полицию! – Тяжело дышу, словно только что пробежала марафон.
– Ам… а что если, я все-таки захочу? – Мужчина отвечает с усмешкой и вызовом.
– Ч-чего? – оторопев от такой реакции, скрещиваю руки на груди.
– Еще поиграть… на чьих-нибудь нервах, – произносит, хищно сверкнув глазами."
***
Впервые за двадцать лет я возвращаюсь в маленький прибрежный город детства, поддавшись спонтанному решению.
Многое изменилось за эти годы, превратив меня из наивной девчонки в серьезную деловую леди.
Однако, тот, кого я внезапно встречаю в первый же день своего приезда, по-прежнему видит во мне бесшабашный задор. Ту изюминку, которую я сама давно в себе потеряла.
И как бы я не упрямилась, отрицая наше с ним очевидное притяжение, но глаза мои невольно начинают светиться счастьем…
🎨встреча из прошлого
🎨героиня старше
🎨путь к себе через любовь
🎨настроение беспечного жаркого дня на каждой странице
– Ам… а что если, я все-таки захочу? – Мужчина отвечает с усмешкой и вызовом.
– Ч-чего? – оторопев от такой реакции, скрещиваю руки на груди.
– Еще поиграть… на чьих-нибудь нервах, – произносит, хищно сверкнув глазами."
***
Впервые за двадцать лет я возвращаюсь в маленький прибрежный город детства, поддавшись спонтанному решению.
Многое изменилось за эти годы, превратив меня из наивной девчонки в серьезную деловую леди.
Однако, тот, кого я внезапно встречаю в первый же день своего приезда, по-прежнему видит во мне бесшабашный задор. Ту изюминку, которую я сама давно в себе потеряла.
И как бы я не упрямилась, отрицая наше с ним очевидное притяжение, но глаза мои невольно начинают светиться счастьем…
🎨встреча из прошлого
🎨героиня старше
🎨путь к себе через любовь
🎨настроение беспечного жаркого дня на каждой странице
Снимала ролик для канала, а тут в окно прилетел мяч. И ладно бы на этом всё закончилось, так нет посреди эфира явился мой самый большой кошмар — Холодов. Первая любовь и первая боль.
Теперь нам вместе предстоит восстановить взаимно подпорченную репутацию и не позволить эмоциям взять вверх…
- наглый футболист;
- отважная пышка;
- встреча через время, эмоционально, столкновение характеров
Теперь нам вместе предстоит восстановить взаимно подпорченную репутацию и не позволить эмоциям взять вверх…
- наглый футболист;
- отважная пышка;
- встреча через время, эмоционально, столкновение характеров
«Ты (не) узнаешь правду, генерал». Я написала это сообщение мужу, когда поняла, что моя жизнь — это операция прикрытия.
Генерал Глеб Ветров считает, что я ничего не знаю. Он уверен, что его измена с ослепительной брюнеткой останется тайной. Он не догадывается, что его жена — криптограф Генштаба, и каждый его шаг просчитан мной до миллиметра.
Но есть правда, которую я не готова ему открыть. Она страшнее измены. Его любовница — шпионка, и он, даже не догадывается об этом. Теперь я должна решить: спасти его от трибунала или стереть в порошок. У меня есть 30 дней и один вопрос: готова ли я разрушить всё, чтобы он никогда не узнал, кто его настоящий враг?
Остросюжетная драма о любви, предательстве и цене правды, которую иногда лучше не знать.
Генерал Глеб Ветров считает, что я ничего не знаю. Он уверен, что его измена с ослепительной брюнеткой останется тайной. Он не догадывается, что его жена — криптограф Генштаба, и каждый его шаг просчитан мной до миллиметра.
Но есть правда, которую я не готова ему открыть. Она страшнее измены. Его любовница — шпионка, и он, даже не догадывается об этом. Теперь я должна решить: спасти его от трибунала или стереть в порошок. У меня есть 30 дней и один вопрос: готова ли я разрушить всё, чтобы он никогда не узнал, кто его настоящий враг?
Остросюжетная драма о любви, предательстве и цене правды, которую иногда лучше не знать.
— Привет, Ксюш, — говорит Вадим буднично. — Нам нужно серьёзно поговорить.
— Привет, теть Ксюш. Давно не виделись.
Вадим кладёт руку на её живот и произносит то, что раскалывает мою жизнь пополам:
— Познакомься заново. Это Алиса. Она ждёт от меня ребёнка. И теперь она будет жить здесь. Со мной.
Тишина звенит в ушах. Я тоже жду ребёнка. Двадцать лет мы пытались, и вот наконец свершилось чудо.
— Ты даёшь мне пару часов собрать вещи? — спрашиваю я.
— Да. Не устраивай сцен. Мы с Алисой хотим сегодня переночевать здесь.
Я смотрю на него и не узнаю. Двадцать лет любви. Двадцать лет верности. Всё кончено в один миг. Я снимаю обручальное кольцо и бросаю ему в лицо. Оно падает на пол и звенит о мрамор.
— Подавись. Вы друг друга достойны...
— Привет, теть Ксюш. Давно не виделись.
Вадим кладёт руку на её живот и произносит то, что раскалывает мою жизнь пополам:
— Познакомься заново. Это Алиса. Она ждёт от меня ребёнка. И теперь она будет жить здесь. Со мной.
Тишина звенит в ушах. Я тоже жду ребёнка. Двадцать лет мы пытались, и вот наконец свершилось чудо.
— Ты даёшь мне пару часов собрать вещи? — спрашиваю я.
— Да. Не устраивай сцен. Мы с Алисой хотим сегодня переночевать здесь.
Я смотрю на него и не узнаю. Двадцать лет любви. Двадцать лет верности. Всё кончено в один миг. Я снимаю обручальное кольцо и бросаю ему в лицо. Оно падает на пол и звенит о мрамор.
— Подавись. Вы друг друга достойны...
Любовь ослепила героиню, но ее не выбрал герой. Соперница была моложе, красивее, удачливее. Было крушение любви, крушение жизни. Банальное "И это пройдет, время лечит" было не про нее. Но время, действительно, лечит и перерождает.
— Антон, я видела тебя сегодня в «Азбуке вкуса». Ты был с Полиной. Она называла тебя Антошкой и спрашивала, любишь ли ты её. Я хочу, чтобы ты мне сейчас всё объяснил. Без вранья, без «ты не так поняла», без «это просто дружеская встреча». Я не идиотка.
— А я думал, когда ты заметишь. Мы уже полгода не прячемся особо. Ты действительно не идиотка. Ты просто очень удобная.
— Удобная? В смысле, я тебе удобна? Как диван? Как старая тачка, которую не жалко бросить у обочины?
— Ну, знаешь, ты сама подумай. Когда у нас последний раз был нормальный разговор? Ты приходишь с работы, ныряешь в свою кофейню, потом в отчеты. В кровати у нас тоже всё по расписанию — суббота, утро, пока Кирилл на тренировке. Ты и там всё делаешь по расписанию, Марин. Я могу часы сверять.
Я открыла рот. Закрыла. Открыла снова.
Муж ушёл к моей младшей сестре. Сын знал. Мать помогала им. Я была удобной пятнадцать лет. Теперь я считаю до десяти и начинаю новую жизнь — ту, где баланс сходится в мою пользу.
— А я думал, когда ты заметишь. Мы уже полгода не прячемся особо. Ты действительно не идиотка. Ты просто очень удобная.
— Удобная? В смысле, я тебе удобна? Как диван? Как старая тачка, которую не жалко бросить у обочины?
— Ну, знаешь, ты сама подумай. Когда у нас последний раз был нормальный разговор? Ты приходишь с работы, ныряешь в свою кофейню, потом в отчеты. В кровати у нас тоже всё по расписанию — суббота, утро, пока Кирилл на тренировке. Ты и там всё делаешь по расписанию, Марин. Я могу часы сверять.
Я открыла рот. Закрыла. Открыла снова.
Муж ушёл к моей младшей сестре. Сын знал. Мать помогала им. Я была удобной пятнадцать лет. Теперь я считаю до десяти и начинаю новую жизнь — ту, где баланс сходится в мою пользу.
Она сидела у окна.
Ни громких слов, ни шумных друзей.
Просто — была.
Как тень. Как тишина. Как пятно на ковре в спортзале, про которое все забывают.
Он — проходил мимо.
Не герой. Не красавец.
Просто парень, который не понял сразу,
что любовь — это не поцелуй под дождём,
а бутерброд с колбасой, который ты берёшь «по ошибке»…
уже третий день подряд.
Школа шла своим чередом:
звонки, стычки, сплетни в телеге —
а они?
Случайно становились рядом.
Без обещаний. Без экранов.
Просто — поляна,
и одна-единственная фраза:
« жвачка без сахара. Возьми.»
Но однажды — её не стало.
Исчезла.
Как будто и не было.
А он...
не орал.
Не бегал.
Не бил никого.
Он просто продолжал приходить.
Каждый день.
С двумя бутербродами.
Потому что, когда мир говорит: «забудь» —
настоящее чувство отвечает: «но я помню».
Ни громких слов, ни шумных друзей.
Просто — была.
Как тень. Как тишина. Как пятно на ковре в спортзале, про которое все забывают.
Он — проходил мимо.
Не герой. Не красавец.
Просто парень, который не понял сразу,
что любовь — это не поцелуй под дождём,
а бутерброд с колбасой, который ты берёшь «по ошибке»…
уже третий день подряд.
Школа шла своим чередом:
звонки, стычки, сплетни в телеге —
а они?
Случайно становились рядом.
Без обещаний. Без экранов.
Просто — поляна,
и одна-единственная фраза:
« жвачка без сахара. Возьми.»
Но однажды — её не стало.
Исчезла.
Как будто и не было.
А он...
не орал.
Не бегал.
Не бил никого.
Он просто продолжал приходить.
Каждый день.
С двумя бутербродами.
Потому что, когда мир говорит: «забудь» —
настоящее чувство отвечает: «но я помню».
Я пришла к Демиду Беркутову с пирожными и деловым предложением. А ушла — швырнув муссовый десерт в его идеальное лицо. Ледяной принц с миллиардами не прощает публичных унижений, и теперь у меня выбор: позволить ему стереть себя в порошок или заставить проглотить собственное высокомерие.
Он предложил сделку: месяц под его контролем на его территории. Думал, я сломаюсь. Не учёл одного — я сама не сахар. Одна кухня на двоих, война характеров и притяжение, которое сильнее ненависти. От некоторых болезней не лечат. Ими наслаждаются.
Что окажется горячее — наша война или наша постель?
Он предложил сделку: месяц под его контролем на его территории. Думал, я сломаюсь. Не учёл одного — я сама не сахар. Одна кухня на двоих, война характеров и притяжение, которое сильнее ненависти. От некоторых болезней не лечат. Ими наслаждаются.
Что окажется горячее — наша война или наша постель?
Бизнес не терпит пауз. Как только Элина закрепила свой статус, на горизонте появилась новая угроза. Конкуренты, старый московский клан Строгановых, решили перехватить у холдинга Максима огромный участок земли на западе столицы.
Элина вела переговоры лично. Строганов-младший, наглый и самоуверенный тип, привык, что женщины в его кабинете либо соглашаются, либо плачут. Он пытался давить, повышал голос, перебивал, позволял себе оскорбительные полунамёки.
Раньше Элина бы опустила глаза. Но теперь в её памяти всплывал тяжёлый, властный взгляд Максима. Его голос, который говорил ей: «Мои женщины не проигрывают».
Она медленно закрыла папку. Звук вышел резким, как выстрел.
— Виктор, — её голос был тихим, но в нём звенела сталь. — Вы закончили? Потому что я не собираюсь слушать истерику человека, который не умеет считать собственные убытки.
Строганов замер, его лицо пошло красными пятнами.
— Ты забываешь, с кем говоришь, девчонка.
— Я помню всё, — Элина встала, опираясь ладонями о стол.
Элина вела переговоры лично. Строганов-младший, наглый и самоуверенный тип, привык, что женщины в его кабинете либо соглашаются, либо плачут. Он пытался давить, повышал голос, перебивал, позволял себе оскорбительные полунамёки.
Раньше Элина бы опустила глаза. Но теперь в её памяти всплывал тяжёлый, властный взгляд Максима. Его голос, который говорил ей: «Мои женщины не проигрывают».
Она медленно закрыла папку. Звук вышел резким, как выстрел.
— Виктор, — её голос был тихим, но в нём звенела сталь. — Вы закончили? Потому что я не собираюсь слушать истерику человека, который не умеет считать собственные убытки.
Строганов замер, его лицо пошло красными пятнами.
— Ты забываешь, с кем говоришь, девчонка.
— Я помню всё, — Элина встала, опираясь ладонями о стол.
Выберите полку для книги