Читать и слушать книги
Я хотела всего лишь выдохнуть после долгих лет учёбы — чуть-чуть танцев, смеха и свободы. Но в полной темноте клубной вип-комнаты меня встречают двое. Опасные. Красивые. Слишком уверенные. Их прикосновения запретны, их голоса — обещание греха. Я должна бежать… но сердце упрямо выбирает остаться. Эта ночь изменит всё, потому что некоторые встречи не случайны, особенно те, что начинаются в темноте.
Мне тридцать, и вместо обещанного предложения руки и сердца я застаю любимого в кровати с другой.
А вместо оправданий – обвинения в том, что в постели я полный ноль.
Перед тем как уйти, надеваю ему на голову сковороду с пастой – маленькая компенсация за уничтоженную самооценку.
В расстроенных чувствах покупаю билет на последний поезд к маме.
Жизнь – ужасна, несправедлива. В ней нет и не будет ничего хорошего!
Так я думала, пока не повстречала загадочного незнакомца в своем купе…
А вместо оправданий – обвинения в том, что в постели я полный ноль.
Перед тем как уйти, надеваю ему на голову сковороду с пастой – маленькая компенсация за уничтоженную самооценку.
В расстроенных чувствах покупаю билет на последний поезд к маме.
Жизнь – ужасна, несправедлива. В ней нет и не будет ничего хорошего!
Так я думала, пока не повстречала загадочного незнакомца в своем купе…
- Ну что, малышка? Имя-то у тебя есть? – Марк откидывает светлые волосы с моего плеча и гладит шею, потом за ушком, словно я котёнок, который требует ласки.
И мне правда, хочется замурлыкать.
- Алиса, - говорю быстро. – Извините, что не представилась.
- Алиса из страны чудес? – оживает Лео.
- Скорее из страны кошмаров, - вздыхаю.
- А что такое? Расскажешь?
Лео берёт меня за бёдра и сажает на высокий стульчик. Марк становится рядом, пальцами массируя позвонки на спине.
И от его касаний меня снова бросает в жар. И я выбалтываю им всю правду.
- Быть невинной - это прекрасно, Алиса. Это твоя ценность, а не недостаток.
- Лишаться невинности нужно только в опытных руках. Которые знают цену такой… хрупкости.
И мне правда, хочется замурлыкать.
- Алиса, - говорю быстро. – Извините, что не представилась.
- Алиса из страны чудес? – оживает Лео.
- Скорее из страны кошмаров, - вздыхаю.
- А что такое? Расскажешь?
Лео берёт меня за бёдра и сажает на высокий стульчик. Марк становится рядом, пальцами массируя позвонки на спине.
И от его касаний меня снова бросает в жар. И я выбалтываю им всю правду.
- Быть невинной - это прекрасно, Алиса. Это твоя ценность, а не недостаток.
- Лишаться невинности нужно только в опытных руках. Которые знают цену такой… хрупкости.
Он ведет меня в кабинет, не отпуская. Запирает дверь на ключ.
На диване – том самом, где я принимаю клиентов – все происходит стремительно, нервно. Руки, которые не могут решить, где держаться – то грубо срывают пуговицы, то замирают в трепете. Шепот, прерываемый поцелуями:
– Ты так прекрасна… Я столько лет…
– Молчи, просто молчи…
На диване – том самом, где я принимаю клиентов – все происходит стремительно, нервно. Руки, которые не могут решить, где держаться – то грубо срывают пуговицы, то замирают в трепете. Шепот, прерываемый поцелуями:
– Ты так прекрасна… Я столько лет…
– Молчи, просто молчи…
После ужина Лина уходит спать, а мы остаемся на террасе. Ночь, вино, жасмин.
– Оставь, я уберу, — говорит он, когда я тянусь к бокалам. Его рука ложится поверх моей, тяжелая и теплая. На мгновение мне кажется, он её не уберёт, а развернёт мою ладонь и прижмёт к меня столу. Мысль дикая, пошлая — и от неё по спине бежит огонь.
Он наливает нам ещё вина.
– За невысказанное, — говорит он, чокаясь. Его глаза в полумраке кажутся совсем чёрными. — Ты говоришь мало, но тело… тело гораздо разговорчивее.
– И что оно говорит? — выдыхаю я, чувствуя, как под его взглядом загорается каждая клетка.
– Что тебе нравится быть здесь…..наедине со мной..
Он расспрашивает меня о жизни, и каждый его вопрос — как поглаживание. А потом разговор заходит о работе.
– Так, работа с цифрами… это требует разрядки. Как ты разряжаешься, Ева?
– Оставь, я уберу, — говорит он, когда я тянусь к бокалам. Его рука ложится поверх моей, тяжелая и теплая. На мгновение мне кажется, он её не уберёт, а развернёт мою ладонь и прижмёт к меня столу. Мысль дикая, пошлая — и от неё по спине бежит огонь.
Он наливает нам ещё вина.
– За невысказанное, — говорит он, чокаясь. Его глаза в полумраке кажутся совсем чёрными. — Ты говоришь мало, но тело… тело гораздо разговорчивее.
– И что оно говорит? — выдыхаю я, чувствуя, как под его взглядом загорается каждая клетка.
– Что тебе нравится быть здесь…..наедине со мной..
Он расспрашивает меня о жизни, и каждый его вопрос — как поглаживание. А потом разговор заходит о работе.
– Так, работа с цифрами… это требует разрядки. Как ты разряжаешься, Ева?
Она приехала в гости — а оказалась в плену.
Девушка становится жертвой роковой ошибки: на Кавказе её похищают, перепутав с подругой. План похитителей прост — насильно выдать её замуж.
Её «жених» — старший брат семьи, хладнокровный и властный. Она отвергает его с яростью, бросая вызов его традициям и амбициям. Конфликт накаляется до предела — и оборачивается трагедией.
После произошедшего она бежит, бросив всё. Но он не отступает: пускается в погоню, одержимый желанием не просто вернуть — завоевать её любовь.
История о противостоянии, боли и странной, опасной страсти, где грань между ненавистью и любовью тоньше лезвия клинка.
Девушка становится жертвой роковой ошибки: на Кавказе её похищают, перепутав с подругой. План похитителей прост — насильно выдать её замуж.
Её «жених» — старший брат семьи, хладнокровный и властный. Она отвергает его с яростью, бросая вызов его традициям и амбициям. Конфликт накаляется до предела — и оборачивается трагедией.
После произошедшего она бежит, бросив всё. Но он не отступает: пускается в погоню, одержимый желанием не просто вернуть — завоевать её любовь.
История о противостоянии, боли и странной, опасной страсти, где грань между ненавистью и любовью тоньше лезвия клинка.
Я ехала на Кавказ за тишиной, чтобы залечить разбитое сердце, но попала в логово настоящих хищников.
Руслан и Дамир — братья моей подруги. Они дикие, властные и пугающе огромные. Они смотрят на меня не как на гостью, а как на законную добычу. Мой разум кричит «беги», но тело предательски плавится от их черных глаз и горячих рук. Я думала, что ищу покой, но нашла страсть, которая снесет все мои запреты. Смогу ли я устоять перед двойным напором, или сама шагну в эту бездну?
Руслан и Дамир — братья моей подруги. Они дикие, властные и пугающе огромные. Они смотрят на меня не как на гостью, а как на законную добычу. Мой разум кричит «беги», но тело предательски плавится от их черных глаз и горячих рук. Я думала, что ищу покой, но нашла страсть, которая снесет все мои запреты. Смогу ли я устоять перед двойным напором, или сама шагну в эту бездну?
- И ,как давно вы вместе?
Спрашиваю из-за внезапного интереса.
-Два месяца..
Отвечает Марк, а я подсчитываю. Значит , пока я решал нерешенные ситуации , этот ловелас строил отношения.
- Ой, простите.. Мне нужно срочно ответить..
Куколка поспешно выходит из-за стола сжимая в руке смартфон ,а я впиваюсь гневным взглядом в сына.
-Ты совсем рехнулся? Значит , пока я прикрываю наши пятые точки , ты крутишь амурные дела?
- Пап, ты чего так завелся ?
-Потому что нужно расставлять приоритеты..
Понимаю ,что веду себя, как последний кретин. Не знаю ,что меня так гложет. То ,что рядом с сыном красивая девушка или то ,что она мне тоже понравилась.
Спрашиваю из-за внезапного интереса.
-Два месяца..
Отвечает Марк, а я подсчитываю. Значит , пока я решал нерешенные ситуации , этот ловелас строил отношения.
- Ой, простите.. Мне нужно срочно ответить..
Куколка поспешно выходит из-за стола сжимая в руке смартфон ,а я впиваюсь гневным взглядом в сына.
-Ты совсем рехнулся? Значит , пока я прикрываю наши пятые точки , ты крутишь амурные дела?
- Пап, ты чего так завелся ?
-Потому что нужно расставлять приоритеты..
Понимаю ,что веду себя, как последний кретин. Не знаю ,что меня так гложет. То ,что рядом с сыном красивая девушка или то ,что она мне тоже понравилась.
Я хотела спасти брак и пришла к мужу в офис в одном плаще. Но вместо сюрприза получила видео его измены с секретаршей. Ирония судьбы? Нет, подарок. Ведь лифт, в котором я застряла, вез не только меня, но и моего босса с двумя партнерами по бизнесу. Три властных мужчины, темнота и я — в откровенном кружевном белье. Муж думал, что я серая мышь? Что ж, пока он развлекается с любовницей, его начальники покажут мне, что такое настоящая, грязная и безудержная страсть.
– Вот видишь, – он отошел на шаг, скрестил руки на груди, изучая меня. Но в уголках глаз таилась какая-то тёплая искорка. – Когда знаешь, на какие кнопки нажимать, всё получается. А у тебя, я вижу, кнопки отзывчивые.
Я сглотнула комок в горле.
– Спасибо, – прохрипела я. – За… инструктаж.
– Всегда пожалуйста, соседка. – Он улыбнулся, и эта улыбка была уже не просто дружеской, в ней была доля понимания, доля того пошлого подтекста, что висел в воздухе. – Если что, я тут часто бываю и всегда готов помочь… с корректировкой техники. Особенно, если дело касается… нестабильных положений.
Он развернулся и вышел, оставив меня одну с бешено колотящимся сердцем, горящими щеками и абсолютной уверенностью в одном: эта «корректировка техники» была самой откровенной, самой обжигающе-соблазнительной пыткой в моей жизни. И я, кажется, готова была на большее.
Я сглотнула комок в горле.
– Спасибо, – прохрипела я. – За… инструктаж.
– Всегда пожалуйста, соседка. – Он улыбнулся, и эта улыбка была уже не просто дружеской, в ней была доля понимания, доля того пошлого подтекста, что висел в воздухе. – Если что, я тут часто бываю и всегда готов помочь… с корректировкой техники. Особенно, если дело касается… нестабильных положений.
Он развернулся и вышел, оставив меня одну с бешено колотящимся сердцем, горящими щеками и абсолютной уверенностью в одном: эта «корректировка техники» была самой откровенной, самой обжигающе-соблазнительной пыткой в моей жизни. И я, кажется, готова была на большее.
Выберите полку для книги