Читать и слушать книги

Я смирилась с судьбой и приехала на Кавказ, чтобы исполнить последнюю волю отца. Выйти замуж за мужчину, которого никогда в жизни не видела.
Если бы я знала тогда, что меня ждёт не вполне обыденный для мусульман договорной брак, а нечто куда более ужасное, я бы никогда сюда не приехала.
Саидмурад… моё проклятие. Сын первой жены отца, ненавидящий меня с момента рождения.
Я оказалась ненужной невестой, и мой жених отдал меня Саиду, как вещь. Но даже это не самое страшное…
— Раздевайся, Латифа.
— Что? Ты в своём уме, Саид? Ты махрам.
— Ты ошибаешься, — усмехается он, — ты не сестра мне. Ты никто. Недоразумение, которое я вынужден содержать. Должен же быть от тебя какой-то толк. Раздевайся, Латифа.

И снова третье сентября…
Кабинет. Стол. Женские ноги, грудь, стоны, крики, рычание Макара, пошлости, которыми он сопровождает свои действия.
В ресторане гробовая тишина.
Гости в шоке, мой муж тоже. Смотрит на экран раскрыв рот, как будто никогда не видел себя со стороны.
Не так красиво, как хотелось бы, да?
Что ж.
Развод – это еще более некрасиво. Но выхода у тебя нет, любимый. Ведь у меня будет служебный роман с твоим адвокатом.
Я календарь переверну.

- Что вырядилась, выставив себя на всеобщее обозрение? Папика пришла искать? Как своя мать?!- накидывается на меня сводный братец.
- Я выгляжу целомудреннее, чем все ваши «скромняжки» вместе взятые. Что ты забыл в женской уборной? Иди к своей невесте, заждалась!
Он презрительно кривит лицо.
- Строптивая… Мутная…
- Если такая мутная, что смотришь на меня все время, словно я бриллиант сверкающий?!
Заур делает последний шаг, отделяющий нас. Прижимается почти вплотную.
- Наступит день, Наташа, и я приду за тобой…- шепчет хрипло и низко, - И никто тебе не поможет. Запомни этот разговор, сводная сестричка…
Этот день наступил раньше, чем я надеялась. Кавказский отчим, взявший мою мать «второй женой», скоропостижно скончался и теперь от его наследника зависит наша с матерью участь…
Что можно ждать от высокомерного богатого кавказца, которым движет одержимость, ненависть и жажда мести? Я думала, что хуже быть не может. Ошибалась. Гораздо страшнее, когда такие начинают любить…

— Это мой сын? — требую ответа.
— Наиль.
— Отвечай! — я не кричу, но повышаю голос.
— Да, это твой сын. Его зовут Сережа.
— Три года, — вырывается у меня, но я пытаюсь смягчить тон: — Ты скрывала его от меня три года?
— Ты взял мою девственность, оставил пачку денег и исчез в предрассветном тумане.
Мы смотрим друг на друга, как два врага. Но не нападаем, потому что между нами ребенок.
— Я решил, что ты продажная…
— Вот именно, — подытоживает она ледяным тоном. — И я ничего о тебе не знала, кроме имени. И никак не могла с тобой связаться. Я растила его сама. Как могла. Я справилась. И справлюсь дальше. Ты нам ничем не обязан.

— Мы можем сделать тест ДНК, — бодро предлагает незнакомка, будто заранее готовилась к тому, что у меня возникнут сомнения в ее словах.

Сначала она донимала меня по телефону, утверждая, что где-то там у меня растет сын, а теперь обманом проникла в офис и продолжает настаивать на том, что я, Стас Бродский — успешный бизнесмен и заядлый холостяк, отныне папочка и с прошлой жизнью придется завязать.
— Не переживай, я мужик порядочный. Если выяснится, что ребенок мой, от алиментов бегать не буду.
— Вы не поняли, — мягко, будто с душевнобольным общается, произносит, — речь сейчас не об алиментах, а о полной опеке. У Женечки кроме вас никого не осталось.

Влетаю в аптеку. Перед кассой три человека.
Хватаюсь рукой за стеллаж с витаминами и пытаюсь дышать ровно. Пол медленно уплывает из-под ног.
В серых глазах сына вижу беспокойство и страх. Бедный мальчик, я и сама в шоке! Вот что мне делать?
Вдруг мой шестилетний сын отпускает мою руку, подходит к кассе и поворачивается к людям в очереди:
— Люди добрые, пожалуйста! Будьте человечны! Пропустите мою маму! Ей очень-очень плохо, ей срочно нужно лекарство!
Мужчина в пальто у кассы замирает и оборачивается.
— Кира? — его голос хриплый, растерянный.
Последнее, что я вижу — как серые глаза Кости расширяются, его руки тянутся ко мне, а потом — темнота.

— Ты будешь моей второй женой, Аида, — ошарашивает меня босс, — Мадина останется первой и главной. Собственно, поэтому согласия в ЗАГСе от тебя не потребуется.
Не знаю почему, но участь быть не единственной преследует меня всю взрослую жизнь.
Началось всё со студенческой любви, где о кавказские традиции всё разбилось, а закончилось тем, что мой муж, который ни к Кавказу, ни к Исламу никогда не имел никакого отношения, решил стать мусульманином и взять вторую жену.
«Им можно, чем я хуже?» — заявил он.
Собственно, на этих словах наш брак и закончился.
И вот опять…
— Мне нужна вторая жена, Аида. И ей станешь ты.
Одновременно со словами босса я слышу, как за моей спиной открывается дверь, оглядываюсь и замираю.
Это он…
Моя первая любовь.
Мой Данияр.
— Вторая жена? — повторяет он за братом, уничтожая меня взглядом.

— Лада, отец в больнице. Сердце. Приезжай.
— Я не приеду, — сказала я. И сама удивилась, как легко это вышло.
— Лада. Он, может, умирает. Это мой отец.
— Это твой отец. А я тебе уже почти не жена, ты не забыл? С чего мне ехать утешать твою семью?

— Господи, как мило. Свечки, ужин… Ты и правда стараешься. Ещё бы килограммов десять скинула — цены бы тебе не было. Только вот Гоше нужна настоящая семья, Мария. Не эта ваша благотворительность с приёмным ребёнком.
— Ещё раз скажешь про моего сына — я перестану быть вежливой. Пошла вон!
Она смеётся и достаёт телефон.
— Посмотри сначала.
На экране — Гоша.
Мой муж.
Он целует её. Жадно и грубо, с хриплым смехом, с фразой, после которой у меня холодеют пальцы:
«Я не могу сразу уйти от Машки. Она хорошая. Просто подожди».
Хорошая.
Вот кем я была в его новой жизни.
Я возвращаю ей телефон.
— Спасибо.
Она моргает.
— Что, прости?
— Спасибо, что принесла доказательства. А теперь, повторюсь, пошла вон.
Когда муж приходит через два часа, я уже сижу за столом. Макияж на месте. Ужин нетронут. Бокал полный.
— Маш, прости, совещание…
— Садись, — говорю я. — Поговорим о твоей бывшей.
Он останавливается в дверях.
И вот тогда я понимаю: это будет не развод.

– Аника, это Виктория, моя любовница.
От неожиданности теряю дар речи.
Хватаюсь за дверной косяк, надеясь, что эта последняя опора удержит меня на ногах. Перевожу взгляд на длинноногую девицу, которая с превосходством смотрит на меня. На законную генеральскую жену.
– И ты так это просто говоришь? – голос садится. Но Дмитрий равнодушно пожимает плечами:
– Только давай без истерик, хорошо? Сама же понимать должна...
– Мы столько лет прожили вместе, – слёзы катятся по щекам. – И вот чем ты мне отплатил!
– Она моложе и красивее тебя, Аника, – сурово смотрит он на меня. – А ты… Я тебя больше не люблю.

"Муж предал меня, закрутил роман с дамой помоложе. Но если он думает, что я все это спущу ему с рук, он очень ошибается!"
Так думала я, пока не узнала то, от чего перевернулась моя жизнь.