Топ лучших книг
- Кира! – муж усадил меня на свое место. – Ты же помнишь Тима, моего брата?
Я чуть не расхохоталась. Помнишь? Да я два года пыталась его забыть! Благо, Тим мне в этом «помог», просто исчезнув из моей жизни.
- Понимаешь… я тут задолжал… много… людям, связанным с криминалом. И теперь они требуют вернуть долг.
- А чем поможет Тим? – я перевела взгляд с одного брата на другого. Они близнецы и очень похожи внешне.
- Он же спецназовец, он тебя защитит, - поясняет муж, и до меня, наконец, доходит:
- Ты что, хочешь, чтобы он играл роль моего мужа, пока ты будешь где-то там прятаться?
За один вечер жизнь Киры рушится. Ее муж признается в большом долге перед криминалом и исчезает, оставляя Киру под охраной собственного брата-близнеца, который занимает его место. Теперь она вынуждена делить дом с чужим мужчиной, играя в счастливый брак. Вот только их тяжелое прошлое может стать не менее опасным, чем бандиты, которым что-то нужно от Киры, и это явно не деньги.
Я чуть не расхохоталась. Помнишь? Да я два года пыталась его забыть! Благо, Тим мне в этом «помог», просто исчезнув из моей жизни.
- Понимаешь… я тут задолжал… много… людям, связанным с криминалом. И теперь они требуют вернуть долг.
- А чем поможет Тим? – я перевела взгляд с одного брата на другого. Они близнецы и очень похожи внешне.
- Он же спецназовец, он тебя защитит, - поясняет муж, и до меня, наконец, доходит:
- Ты что, хочешь, чтобы он играл роль моего мужа, пока ты будешь где-то там прятаться?
За один вечер жизнь Киры рушится. Ее муж признается в большом долге перед криминалом и исчезает, оставляя Киру под охраной собственного брата-близнеца, который занимает его место. Теперь она вынуждена делить дом с чужим мужчиной, играя в счастливый брак. Вот только их тяжелое прошлое может стать не менее опасным, чем бандиты, которым что-то нужно от Киры, и это явно не деньги.
— Ты не предупредил, что у нас гости.
— Это не гости. Это Вера. Она будет жить с нами.
— Что значит жить?..
— Она беременна. И я устал скрывать.
Он привёл её в мой дом вечером, как новую мебель. Спокойно разулся, повесил пальто и поставил чемодан у стены. Молодая, уверенная, с рукой на животе. А я стояла посреди собственной кухни и вдруг поняла, что пятнадцать лет брака для него — это просто этап, который он решил закрыть.
Он хотел заменить меня. Но забыл, что я — не вещь.
И когда в городе начнут шептаться, когда его начнут вызывать по повесткам, а любовница первой побежит от скандалов и судов, я уже буду стоять на своих ногах.
Вопрос только в одном: выдержит ли он ту войну, которую сам начал?
— Это не гости. Это Вера. Она будет жить с нами.
— Что значит жить?..
— Она беременна. И я устал скрывать.
Он привёл её в мой дом вечером, как новую мебель. Спокойно разулся, повесил пальто и поставил чемодан у стены. Молодая, уверенная, с рукой на животе. А я стояла посреди собственной кухни и вдруг поняла, что пятнадцать лет брака для него — это просто этап, который он решил закрыть.
Он хотел заменить меня. Но забыл, что я — не вещь.
И когда в городе начнут шептаться, когда его начнут вызывать по повесткам, а любовница первой побежит от скандалов и судов, я уже буду стоять на своих ногах.
Вопрос только в одном: выдержит ли он ту войну, которую сам начал?
Смотрит на меня снизу вверх. Недоумение сменяется узнаванием. Взгляд светло-голубых, почти прозрачных глаз становится прохладнее. Чуть поджимает губы, но не отворачивается. Может, ждёт от меня реакции, это ведь я привлёк её внимание. Но я молчу, как контуженный, залипнув на её лице: светлая кожа, россыпь едва заметных веснушек... В первую нашу встречу я запомнил её другой. Сейчас же медленно осознаю, насколько она красивая. Нежная, хрупкая и холодная. И правда, Льдинка.
— Преследуешь меня? — выдаю первое, что приходит в голову.
— Зачем мне это?
В её голосе всё та же прохлада — ни капли интереса или флирта. Я к такому не привык. Любая девчонка, до которой я снисхожу, по щелчку пальцев готова выпрыгнуть из трусов.
Льдинке же всё равно.
Это бесит. Это же цепляет.
— Преследуешь меня? — выдаю первое, что приходит в голову.
— Зачем мне это?
В её голосе всё та же прохлада — ни капли интереса или флирта. Я к такому не привык. Любая девчонка, до которой я снисхожу, по щелчку пальцев готова выпрыгнуть из трусов.
Льдинке же всё равно.
Это бесит. Это же цепляет.
— София! Ты совсем охренела?! — он рычит, пытаясь стереть сок с лица.
— Да! Когда поверила тебе!
— Ну и катись, вечная недотрога!
— Это я недотрога? — вспыхивает дикий эльфик.
Она, отступая, натыкается на меня. Ее спина касается моей груди. Девушка оборачивается. Ее взгляд, полный слез, стыда и безумной отваги, впивается в меня. Я вижу в нем отражение собственного одиночества, ту самую боль, которую я ношу в себе годами, но тщательно скрываю.
И я понимаю. Я уже не просто наблюдатель. Я — соучастник.
— Простите, дедушка, — ее голос дрожит, но в нем сталь. — Сыграйте в моего любовника? Пожалуйста?
И прежде чем я успеваю что-то сообразить, она встает на цыпочки, хватает меня за плечи и целует.
— Да! Когда поверила тебе!
— Ну и катись, вечная недотрога!
— Это я недотрога? — вспыхивает дикий эльфик.
Она, отступая, натыкается на меня. Ее спина касается моей груди. Девушка оборачивается. Ее взгляд, полный слез, стыда и безумной отваги, впивается в меня. Я вижу в нем отражение собственного одиночества, ту самую боль, которую я ношу в себе годами, но тщательно скрываю.
И я понимаю. Я уже не просто наблюдатель. Я — соучастник.
— Простите, дедушка, — ее голос дрожит, но в нем сталь. — Сыграйте в моего любовника? Пожалуйста?
И прежде чем я успеваю что-то сообразить, она встает на цыпочки, хватает меня за плечи и целует.
- Леша! Ты говорил… - голос девушки четко впивается мне в мозг.
Резко останавливаюсь на месте. Машину и меня отделяет только угол кирпичной стены.
- Ты говорил, что поедешь домой и поговоришь с ней! Не нужны мне твои отговорки! Вы давно расстались, просто живете как соседи! Нет у вас никакой любви, очнись!
Это она о нас? Мой Леша? Сердце испуганно бросается вскачь. Оно боится снова почувствовать боль. Перед глазами мелькают картинки рубашки с помадой, нового ароматизатора… руки бессильно свисают как веревки. Пакеты с вещами падают на пол.
- Просто ответь, что ты делаешь в торговом центре? Леша, я стою возле твоей машины прямо сейчас! Не ври мне! Или отцу рассказать?!
Резко останавливаюсь на месте. Машину и меня отделяет только угол кирпичной стены.
- Ты говорил, что поедешь домой и поговоришь с ней! Не нужны мне твои отговорки! Вы давно расстались, просто живете как соседи! Нет у вас никакой любви, очнись!
Это она о нас? Мой Леша? Сердце испуганно бросается вскачь. Оно боится снова почувствовать боль. Перед глазами мелькают картинки рубашки с помадой, нового ароматизатора… руки бессильно свисают как веревки. Пакеты с вещами падают на пол.
- Просто ответь, что ты делаешь в торговом центре? Леша, я стою возле твоей машины прямо сейчас! Не ври мне! Или отцу рассказать?!
— Марина Сергеевна? Это Элина.
— Кто?
— Та, к кому ушёл ваш муж. И давайте сразу решим: вы перестаёте претендовать на его деньги и на квартиру.
Я обычная учительница. Двенадцать лет брака, попытки стать родителями, больницы, надежды. А потом — его признание. Молодая любовница. Самоуверенная, наглая. Она не просит — она требует. Квартиру. Деньги. Моё место.
Свекровь встаёт на её сторону. Муж давит и уверяет, что теперь всё решает ребёнок. А я вдруг понимаю: в этой истории слишком много лжи. Слишком много странных совпадений. И кто-то из них очень боится, что правда выйдет наружу.
Я больше не хочу быть удобной. Я хочу знать, что происходит на самом деле.
Но готова ли я к тому, что узнаю?
— Кто?
— Та, к кому ушёл ваш муж. И давайте сразу решим: вы перестаёте претендовать на его деньги и на квартиру.
Я обычная учительница. Двенадцать лет брака, попытки стать родителями, больницы, надежды. А потом — его признание. Молодая любовница. Самоуверенная, наглая. Она не просит — она требует. Квартиру. Деньги. Моё место.
Свекровь встаёт на её сторону. Муж давит и уверяет, что теперь всё решает ребёнок. А я вдруг понимаю: в этой истории слишком много лжи. Слишком много странных совпадений. И кто-то из них очень боится, что правда выйдет наружу.
Я больше не хочу быть удобной. Я хочу знать, что происходит на самом деле.
Но готова ли я к тому, что узнаю?
Все началось с того, что мой жених привел меня на семейный обед к своему отцу и дяде. Знакомство не задалось с самого начала, а после того, как жених убежал по делам, вечер и вовсе превратился в катастрофу. Теперь эти властные мужчины шантажируют меня пикантными фото и заставляют приходить к ним снова и снова…
Меня зовут Алина, и я стала собственностью Артура — самого опасного человека в городе. Его дом — мрачная, роскошная тюрьма, а он — мой холодный, безжалостный тюремщик с взглядом хищника. Я ненавижу ег и боюсь до дрожи. Но когда он защищает меня перед своими друзьями — к этим чувствам присоединяется влечение.
Теперь я живу на острие ножа. Его прикосновения обжигают, а его предложение — отдаться ему за свободу — разрывает на части.
Теперь я живу на острие ножа. Его прикосновения обжигают, а его предложение — отдаться ему за свободу — разрывает на части.
– Что мы делаем? – проговорил муж.
Я затаила дыхание, чтобы не выдать свое присутствие, боясь даже моргнуть.
– Ты не любишь Юну. А я не люблю Стаса. Это замужество…
– После него ничего не изменится. Кольца на пальцах не помешают нам встречаться.
Кровь застучала в висках.
– Я хочу быть с тобой, не бросай меня только, – почти умоляюще сказала Даша, и на моих глазах проступили слезы.
Не могу поверить…
– Не брошу, ты что? В тебе растет мой ребенок…
Ребенок?
Сестра беременна не от Стаса, а от моего мужа!
Самые близкие люди предали меня.
– Потерпи. Когда-нибудь мы будем вместе. Я, ты и наш малыш. А пока продолжай выкачивать из Стаса деньги.
– Но мне опять придется ложиться с ним в постель.
– Мне самому невыносима эта мысль, детка, но он ни о чем не должен догадаться. Это все для нашего безбедного будущего. Родишь, поживете немного и подашь на развод. Заберем у него половину имущества и свалим.
– А как же Юна?
Сердце замедлило темп.
– Да, мне нет дела до нее...
Я затаила дыхание, чтобы не выдать свое присутствие, боясь даже моргнуть.
– Ты не любишь Юну. А я не люблю Стаса. Это замужество…
– После него ничего не изменится. Кольца на пальцах не помешают нам встречаться.
Кровь застучала в висках.
– Я хочу быть с тобой, не бросай меня только, – почти умоляюще сказала Даша, и на моих глазах проступили слезы.
Не могу поверить…
– Не брошу, ты что? В тебе растет мой ребенок…
Ребенок?
Сестра беременна не от Стаса, а от моего мужа!
Самые близкие люди предали меня.
– Потерпи. Когда-нибудь мы будем вместе. Я, ты и наш малыш. А пока продолжай выкачивать из Стаса деньги.
– Но мне опять придется ложиться с ним в постель.
– Мне самому невыносима эта мысль, детка, но он ни о чем не должен догадаться. Это все для нашего безбедного будущего. Родишь, поживете немного и подашь на развод. Заберем у него половину имущества и свалим.
– А как же Юна?
Сердце замедлило темп.
– Да, мне нет дела до нее...
Выберите полку для книги