Книги в жанре «Драма» по тегу «predatelstvo»
Я всегда старалась заканчивать репетиционные занятия до того, как муж возвращался с работы. Но сегодня все пошло не так.
Андрей уже был дома. Его взгляд скользнул по мне – мимолётно, без улыбки, – и остановился на Кате, моей ученице, которой я преподавала музыку.
Следующие секунды я буду помнить всю жизнь.
Катя вдруг замерла, широко распахнула глаза, а потом её лицо озарилось такой искренней, безудержной радостью, что у меня внутри что-то оборвалось.
– Папочка! – закричала она так громко, что у меня заложило уши. – Сегодня ты за мной приехал!
Андрей медленно поднял взгляд и посмотрел на меня, и в его взгляде я увидела слишком много…
Андрей уже был дома. Его взгляд скользнул по мне – мимолётно, без улыбки, – и остановился на Кате, моей ученице, которой я преподавала музыку.
Следующие секунды я буду помнить всю жизнь.
Катя вдруг замерла, широко распахнула глаза, а потом её лицо озарилось такой искренней, безудержной радостью, что у меня внутри что-то оборвалось.
– Папочка! – закричала она так громко, что у меня заложило уши. – Сегодня ты за мной приехал!
Андрей медленно поднял взгляд и посмотрел на меня, и в его взгляде я увидела слишком много…
«Подашь на развод — я тебя так оболью грязью, что детей отнимут. Посадят за что-нибудь. Будешь молчать и делать, что говорят».
Есения верила ему одиннадцать лет. Верила, что у него — власть, связи, возможность уничтожить. Верила и молчала. Одиннадцать лет она была «мартышкой», «истеричкой», удобной женой, которая молчит и терпит. Спасала себя его же страхом.
А он просто врал.
31 декабря она застает мужа в их постели. В их общем доме. А он, даже не прикрываясь, бросает: «Убирайся отсюда. Проваливай домой, пока я вежливо прошу». Его любовница лениво улыбается: «Саш, успокой свою истеричку».
Есения верила ему одиннадцать лет. Верила, что у него — власть, связи, возможность уничтожить. Верила и молчала. Одиннадцать лет она была «мартышкой», «истеричкой», удобной женой, которая молчит и терпит. Спасала себя его же страхом.
А он просто врал.
31 декабря она застает мужа в их постели. В их общем доме. А он, даже не прикрываясь, бросает: «Убирайся отсюда. Проваливай домой, пока я вежливо прошу». Его любовница лениво улыбается: «Саш, успокой свою истеричку».
– Я так рада… – голос секретарши моего мужа был тихим, но отчётливым. – Только потрогай… малыш уже вовсю пинается. Дай сюда свою ладонь. Даже не верится, что уже совсем скоро у нас с тобой родится маленький розовощёкий карапуз.
– Лена, давай чуть тише, – голос Серёжи, моего мужа, был спокойным, даже раздражённым. – Мне лишние слухи ни к чему.
– Да брось, – ответила Лена с лёгким смешком. – Про нас и так уже все знают. Особенно после того корпоратива полгода назад. Когда нас с тобой застукали практически на глазах у сотрудников.
В груди что-то болезненно сжалось, словно невидимая рука сдавила сердце.
– Всё равно, – отрезал Серёжа. – Я предпочитаю не подогревать слухи ещё сильнее. Если ты не забыла, я, в отличие от тебя, семейный человек.
Семейный.
Это слово прозвучало как насмешка. Как плевок.
Пока я отчаянно лечилась от бесплодия, мой муж вот-вот должен был стать отцом…
– Лена, давай чуть тише, – голос Серёжи, моего мужа, был спокойным, даже раздражённым. – Мне лишние слухи ни к чему.
– Да брось, – ответила Лена с лёгким смешком. – Про нас и так уже все знают. Особенно после того корпоратива полгода назад. Когда нас с тобой застукали практически на глазах у сотрудников.
В груди что-то болезненно сжалось, словно невидимая рука сдавила сердце.
– Всё равно, – отрезал Серёжа. – Я предпочитаю не подогревать слухи ещё сильнее. Если ты не забыла, я, в отличие от тебя, семейный человек.
Семейный.
Это слово прозвучало как насмешка. Как плевок.
Пока я отчаянно лечилась от бесплодия, мой муж вот-вот должен был стать отцом…
Звонок любовницы мужа перевернул всю мою жизнь!
5 лет брака, ребенок, мои чувства, все это теперь не имеет значение для Арсения, ведь он ведет двойную жизнь со множеством любовниц и подруг, но я обязательно все переживу и со всем справлюсь.
Я начинаю новую жизнь.
5 лет брака, ребенок, мои чувства, все это теперь не имеет значение для Арсения, ведь он ведет двойную жизнь со множеством любовниц и подруг, но я обязательно все переживу и со всем справлюсь.
Я начинаю новую жизнь.
Надя перешагнула порог дома, и в ту же секунду поняла - ее тут не ждали!
- Надя… подожди…, - муж отскочил от любовницы, как от огня. - Меня просто… чёрт попутал. После аварии, после… потери нашего малыша..., после всего этого…
- Да сколько можно врать?! - раздался за его спиной голос любовницы. - Я скажу ей всю правду?!
- Яна, заткнись! - прошипел Вячеслав.
- Он изменял тебе, пока ты была беременна! И знаешь, почему вы попали в аварию?
- Вон пошла! - Слава попытался вытолкать любовницу за порог.
- Вы попали в аварию, потому что он отвлекся от дороги на мои фоточки! - отчеканила Яна и в гостиной воцарилась мертвая тишина.
Еще месяц назад Надя была счастливой женой и готовилась стать мамой, но один несчастный случай сжег дотла все ее мечты...
- Ну что ж..., Славочка..., обещаю, я проедусь по твоей жизни катком. Размажу так, что никакая девица тебя не соскребёт, - проговорила Надя ровно, почти устало, прежде, чем навсегда выйти из этого дома и сжечь мосты, а заодно и бывшего мужа
- Надя… подожди…, - муж отскочил от любовницы, как от огня. - Меня просто… чёрт попутал. После аварии, после… потери нашего малыша..., после всего этого…
- Да сколько можно врать?! - раздался за его спиной голос любовницы. - Я скажу ей всю правду?!
- Яна, заткнись! - прошипел Вячеслав.
- Он изменял тебе, пока ты была беременна! И знаешь, почему вы попали в аварию?
- Вон пошла! - Слава попытался вытолкать любовницу за порог.
- Вы попали в аварию, потому что он отвлекся от дороги на мои фоточки! - отчеканила Яна и в гостиной воцарилась мертвая тишина.
Еще месяц назад Надя была счастливой женой и готовилась стать мамой, но один несчастный случай сжег дотла все ее мечты...
- Ну что ж..., Славочка..., обещаю, я проедусь по твоей жизни катком. Размажу так, что никакая девица тебя не соскребёт, - проговорила Надя ровно, почти устало, прежде, чем навсегда выйти из этого дома и сжечь мосты, а заодно и бывшего мужа
«Ребята, вы ошиблись. Я не беременна». – Пишу это раз, два, три. Становится странно и холодно.
Приходит фото от Тани. Я открываю.
Центр города. Наш главный проспект, перекрёсток, где всегда пробки и где самые дорогие щиты. На белом фоне – официальный портрет мужа, тот самый, где он в пиджаке, с прищуром «мы всё держим под контролем». И сверху – розовыми крупными буквами:
«Милый, поздравляю! Ты скоро станешь папой!».
Приходит фото от Тани. Я открываю.
Центр города. Наш главный проспект, перекрёсток, где всегда пробки и где самые дорогие щиты. На белом фоне – официальный портрет мужа, тот самый, где он в пиджаке, с прищуром «мы всё держим под контролем». И сверху – розовыми крупными буквами:
«Милый, поздравляю! Ты скоро станешь папой!».
В жизни Спартака Татляна было все: смерть близких, предательство друзей, война за власть. Но лихие времена остались в прошлом. Старый волк плотно обосновался на вершине. Бизнес процветает, рядом любимая женщина, и ничто не предвещает проблем.
Но прошлое неумолимо — оно способно разрушить мир благополучия и покоя.
Сможет ли павший король восстановить королевство, отстоять свою честь и спасти любимую?
*
- Отказавшийся от своего ребенка, не может в полной мере называться мужчиной. – Тихо, но внятно заметила Роксана.
- Тоже так считаю! – просияла незнакомка, улыбаясь Рокси из зеркала. – Думаю, папуля не обеднеет. Если бы речь шла только обо мне – никогда бы ни копейки у него не попросила, клянусь могилой мамочки, но ради сына…
Девушка кончиками пальцев промокнула слезы в уголках глаз.
- Говорят, он в Петербурге личность известная. Спартак Ваганович Татлян — слышали о таком?
Рокси замерла. Сегодня утром Спартак Татлян позвал ее замуж и этим вечером ждал ответа.
Но прошлое неумолимо — оно способно разрушить мир благополучия и покоя.
Сможет ли павший король восстановить королевство, отстоять свою честь и спасти любимую?
*
- Отказавшийся от своего ребенка, не может в полной мере называться мужчиной. – Тихо, но внятно заметила Роксана.
- Тоже так считаю! – просияла незнакомка, улыбаясь Рокси из зеркала. – Думаю, папуля не обеднеет. Если бы речь шла только обо мне – никогда бы ни копейки у него не попросила, клянусь могилой мамочки, но ради сына…
Девушка кончиками пальцев промокнула слезы в уголках глаз.
- Говорят, он в Петербурге личность известная. Спартак Ваганович Татлян — слышали о таком?
Рокси замерла. Сегодня утром Спартак Татлян позвал ее замуж и этим вечером ждал ответа.
Я смотрела на снимок УЗИ, не моргая. Снимок, который лежал в кармане у моего мужа.
Ребёнок?
Я перевернула снимок.
«Милый, спасибо тебе за это чудо. Я безумно счастлива. Надеюсь, что ты тоже».
Я перечитала эту фразу несколько раз. Не потому, что не поняла смысл, а потому, что мозг отказывался принимать его целиком.
"Милый..."
"Спасибо тебе..."
"За это чудо..."
Миша всё так же сидел в гостиной. Я подошла ближе.
Я молча кинула снимок на столик перед ним.
Он сначала не понял. Взгляд скользнул по бумаге, задержался. Я видела, как меняется его лицо
– Ты ничего не хочешь мне объяснить? – спросила я, с ужасом дожидаясь его ответа.
Ребёнок?
Я перевернула снимок.
«Милый, спасибо тебе за это чудо. Я безумно счастлива. Надеюсь, что ты тоже».
Я перечитала эту фразу несколько раз. Не потому, что не поняла смысл, а потому, что мозг отказывался принимать его целиком.
"Милый..."
"Спасибо тебе..."
"За это чудо..."
Миша всё так же сидел в гостиной. Я подошла ближе.
Я молча кинула снимок на столик перед ним.
Он сначала не понял. Взгляд скользнул по бумаге, задержался. Я видела, как меняется его лицо
– Ты ничего не хочешь мне объяснить? – спросила я, с ужасом дожидаясь его ответа.
В канун Нового года Кейт обнаружила мужа в объятиях своей злейшей соперницы. В ту же ночь ее глянцевый мир рассыпался, как хрустальная игрушка. Спасаясь от предательства, она бежала в метель, не разбирая дороги. И застряла в сугробе посреди пустынной трассы.
Единственным, кто откликнулся на ее отчаяние, стал он — Николай. Он предложил не помощь, а побег. И увез ее в тишину заснеженной деревни, где нет инстаграма, но есть вкус настоящего чая, треск дров в печи и разговоры, после которых на душе становится тепло.
Но ее прошлое не отпускает. Бывший муж готов на все, чтобы вернуть «свой» актив. А в ее сердце уже живет новый страх: Николай смотрит на нее так, словно видит насквозь. Он спасает ее жизнь, но он же — самая большая угроза всему, во что она верила. Потому что с ним невозможно лгать. Даже себе.
Что же страшнее — вернуться в ад, к которому привыкла, или рискнуть всем ради рая, который может оказаться миражом? Кейт или всё же Катя...
Единственным, кто откликнулся на ее отчаяние, стал он — Николай. Он предложил не помощь, а побег. И увез ее в тишину заснеженной деревни, где нет инстаграма, но есть вкус настоящего чая, треск дров в печи и разговоры, после которых на душе становится тепло.
Но ее прошлое не отпускает. Бывший муж готов на все, чтобы вернуть «свой» актив. А в ее сердце уже живет новый страх: Николай смотрит на нее так, словно видит насквозь. Он спасает ее жизнь, но он же — самая большая угроза всему, во что она верила. Потому что с ним невозможно лгать. Даже себе.
Что же страшнее — вернуться в ад, к которому привыкла, или рискнуть всем ради рая, который может оказаться миражом? Кейт или всё же Катя...
— Нет, мы поговорим здесь! Кто она, Рустам? – киваю на брюнетку в шубе. – Давай, расскажи мне. Прямо сейчас. Я жду.
Муж молчит. Всего мгновение. Потом его лицо меняется. Черты заостряются, взгляд становится холодным, равнодушным. Он отступает назад, скрещивает руки на мускулистой груди.
— Я давно тебя разлюбил, — сразу в сердце бьет. — Но жил ради Макара. Думал, пацану нужна полная семья.
Надежды, мечты, планы катятся в бездну. Быстро, беззвучно. Как клубок ниток, который случайно пнули ногой.
— Он знал, — не прекращает Рустам, и в голосе ни тени сожаления. — Макар знал, что я… что у меня другая жизнь.
Муж молчит. Всего мгновение. Потом его лицо меняется. Черты заостряются, взгляд становится холодным, равнодушным. Он отступает назад, скрещивает руки на мускулистой груди.
— Я давно тебя разлюбил, — сразу в сердце бьет. — Но жил ради Макара. Думал, пацану нужна полная семья.
Надежды, мечты, планы катятся в бездну. Быстро, беззвучно. Как клубок ниток, который случайно пнули ногой.
— Он знал, — не прекращает Рустам, и в голосе ни тени сожаления. — Макар знал, что я… что у меня другая жизнь.
Подборка драм о предательстве
Выберите полку для книги