Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
Он покраснел, но послушно сел за стол, напротив неё.
— Свадьба у нас должна была быть в мае, — сказала она, глядя в стену. — Четыре года отношений. Идиотские платья, его идиотские родственники и друзья. А он, оказывается, изменял мне, пока я слушала доклады... Вот и вся любовь.
Она рассмеялась горько и сухо, но в этом смехе не было слёз: лишь пустота.
Он молчал. Потом тихо сказал:
— Мне жаль, что так вышло. Правда жаль.
— Свадьба у нас должна была быть в мае, — сказала она, глядя в стену. — Четыре года отношений. Идиотские платья, его идиотские родственники и друзья. А он, оказывается, изменял мне, пока я слушала доклады... Вот и вся любовь.
Она рассмеялась горько и сухо, но в этом смехе не было слёз: лишь пустота.
Он молчал. Потом тихо сказал:
— Мне жаль, что так вышло. Правда жаль.
Мой парень изменил мне с лучшей подругой. В ту же ночь я залепила пощечину его всемогущему отцу в элитном клубе, заявив, что изменять у них — семейное.
Я ждала расплаты. А Владимир Доров забрал меня в свой пентхаус и за одну ночь доказал, чем зрелый, опасный мужчина отличается от никчемного сопляка.
Теперь мой бывший со слезами умоляет о прощении. Он еще не знает, кто обнимает меня за талию, пока я смотрю на него свысока.
Я ждала расплаты. А Владимир Доров забрал меня в свой пентхаус и за одну ночь доказал, чем зрелый, опасный мужчина отличается от никчемного сопляка.
Теперь мой бывший со слезами умоляет о прощении. Он еще не знает, кто обнимает меня за талию, пока я смотрю на него свысока.
Его яхту знает всё Средиземное море. Меня на ней не должен узнать никто.
Он — Лео Астахов по прозвищу Капитан. Двадцать три, наследник, у которого вместо дома — семидесятиметровая яхта, вечный праздник от Монако до Ибицы. Самый весёлый человек на борту.
Я — младшая стюардесса. Форма, поднос, «как пожелаете». Никто не должен знать, что я дочь реставратора, которого пять лет назад сделали вором, и что на этой яхте спрятана картина, из-за которой уничтожили мою семью. Это мой последний шанс её вернуть.
Но в первую же ночь хозяин яхты увидел меня там, где меня быть не могло. И назначил цену за молчание: до конца рейса я — его девушка.
Теперь каждый его публичный поцелуй — мой щит. Каждая ссора — шаг в пропасть. А хуже всего те полчаса под утро, когда зрители расходятся и он остаётся у борта настоящим. Потому что я эксперт по подделкам...
Он — Лео Астахов по прозвищу Капитан. Двадцать три, наследник, у которого вместо дома — семидесятиметровая яхта, вечный праздник от Монако до Ибицы. Самый весёлый человек на борту.
Я — младшая стюардесса. Форма, поднос, «как пожелаете». Никто не должен знать, что я дочь реставратора, которого пять лет назад сделали вором, и что на этой яхте спрятана картина, из-за которой уничтожили мою семью. Это мой последний шанс её вернуть.
Но в первую же ночь хозяин яхты увидел меня там, где меня быть не могло. И назначил цену за молчание: до конца рейса я — его девушка.
Теперь каждый его публичный поцелуй — мой щит. Каждая ссора — шаг в пропасть. А хуже всего те полчаса под утро, когда зрители расходятся и он остаётся у борта настоящим. Потому что я эксперт по подделкам...
Я убиралась в его пентхаусе, когда он впервые заметил меня. Одна ночь, и я поверила, что он видит во мне женщину. Утром он сказал: «Прислуга не моего уровня. Не приходи больше». Я уволилась и уехала в деревню, чтобы забыть его. Но через месяц до него дошли слухи, что я беременна. Он приехал, стоял под дождём у моей калитки и просил прощения. Теперь он хочет заботиться обо мне и о нашем ребёнке, но я не прощаю так просто. Пусть докажет, что я для него — не уборщица, а женщина, которую он готов любить всю жизнь.
Вероника совершенно случайно застала своего парня с лучшей подругой. Весьма болезненный конфуз. Естественно, парень моментально стал бывшим, как собственно и подруга. Вот только Владимир возложил вину за свою измену на неё же и заявил, что фригидная девственница ни одному нормальному мужику не нужна. Ника же решила доказать, что легко найдет ему замену. Назло бывшему она всё равно будет счастлива!
— Аня, что ты тут делаешь?
— Пришла бить тебе морду, — чистосердечно призналась Аня.
— За что? — изумился Хромов.
— За то, что испортил мне день рождения! — грозно произнесла она, заходя в квартиру. — Между прочим уже во второй раз!
— И когда я успел накосячить целых два раза? — поинтересовался Хромов, приваливаясь спиной к стенке и выжидающе наблюдая за ней.
— Не твое дело, — фыркнула Аня, не желая ему рассказывать, что подслушала памятный разговор школьных друзей. — Из-за тебя в моей жизни периодически возникают проблемы! И этот факт меня сильно раздражает, Хромов! Мы раз и навсегда должны прийти к соглашению!
— К какому же соглашению мы должны прийти? — поинтересовался заинтригованный Федор.
— Ты должен перестать меня преследовать. Мы совершенно не подходим друг другу. Я бы сказала, категорически не подходим! Это надо прекратить, — Аня и сама не поняла, как перешла на крик.
— Кто тебе сказал эту нелепицу? — искренне удивился Хромов.
— Ты мне и сказал!
— Пришла бить тебе морду, — чистосердечно призналась Аня.
— За что? — изумился Хромов.
— За то, что испортил мне день рождения! — грозно произнесла она, заходя в квартиру. — Между прочим уже во второй раз!
— И когда я успел накосячить целых два раза? — поинтересовался Хромов, приваливаясь спиной к стенке и выжидающе наблюдая за ней.
— Не твое дело, — фыркнула Аня, не желая ему рассказывать, что подслушала памятный разговор школьных друзей. — Из-за тебя в моей жизни периодически возникают проблемы! И этот факт меня сильно раздражает, Хромов! Мы раз и навсегда должны прийти к соглашению!
— К какому же соглашению мы должны прийти? — поинтересовался заинтригованный Федор.
— Ты должен перестать меня преследовать. Мы совершенно не подходим друг другу. Я бы сказала, категорически не подходим! Это надо прекратить, — Аня и сама не поняла, как перешла на крик.
— Кто тебе сказал эту нелепицу? — искренне удивился Хромов.
— Ты мне и сказал!
Агата загнана в угол: родители давят, «идеальный» жених изменяет, а единственный выход кажется безумным. И тогда она делает ход конём — предлагает своему неприступному боссу Владимиру Соболеву сыграть роль мужа… на три месяца. Без романтики, без лишних эмоций, просто сделка. Но кто сказал, что фиктивный брак не может стать настоящим? 😏
Она не знала, что означает быть сломленной, пока не встретила его. Он — человек, который должен был убить её, но решил оставить в живых, чтобы сделать своей женой. Доминико Кавальери не прощает, он забирает. И когда он забирает Алису Бьянки, он не оставляет ей выбора: либо она станет его королевой, либо его жертвой.
Ярослава знает, что такое быть пустым местом. Десять лет муж внушал ей, что она толстая, никчёмная, бракованная. Когда он смахнул на пол торт, который она пекла три дня, внутри что-то сломалось окончательно.
Побег. Старый дом в глуши. Запущенный сад. И человек, который смотрит на неё не с презрением, а... с голодом.
Захар Морозов - Волчара - убил человека. Он отсидел, он одичал, он не верит, что достоин нормальной жизни. Но эта женщина с её пирожками и упрямством пробивает его броню, как весенний росток пробивает асфальт.
Только у страха есть адрес. Бывший муж Ярославы начинает охоту, а старые подельники Захара требуют вернуть долг. И ставка в этой игре — не только их любовь, но и сама жизнь.
Роман о том, что красота — это не размер, а смелость быть собой. И о мужчине, который готов стать стеной для той, кого никто не защищал.
Побег. Старый дом в глуши. Запущенный сад. И человек, который смотрит на неё не с презрением, а... с голодом.
Захар Морозов - Волчара - убил человека. Он отсидел, он одичал, он не верит, что достоин нормальной жизни. Но эта женщина с её пирожками и упрямством пробивает его броню, как весенний росток пробивает асфальт.
Только у страха есть адрес. Бывший муж Ярославы начинает охоту, а старые подельники Захара требуют вернуть долг. И ставка в этой игре — не только их любовь, но и сама жизнь.
Роман о том, что красота — это не размер, а смелость быть собой. И о мужчине, который готов стать стеной для той, кого никто не защищал.
Феликс Берг решает оттолкнуть Василису, превратившись в ледяного преподавателя. Но она не собирается сдаваться, а принимает вызов и играет по его правилам, блестяще отвечая на каверзные вопросы и цитируя его собственные статьи. Их противостояние перерастает в публичную дуэль, где ставки высоки как никогда. Когда он снижает ей оценку за четыре часа просрочки, она бросает ему вызов в лицо. Но неожиданное сообщение от Берга и признание его личной трагедии заставляют Василису понять, что он боится не ее, а себя.
Выберите полку для книги