Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
Кирилл Вельский — известный хоккеист, скандалист и мужчина, от которого я предпочитаю держаться подальше. К тому же он младше меня. Всего на месяц, но Кириллу об этом знать необязательно.
После драки в клубе он сообщает полиции, что защищал свою девушку. Теперь нам придётся изображать отношения перед журналистами: вместе появляться на публике, обниматься и убедительно целоваться.
Есть только одна проблема. Я жду парня, который работает за границей. А Кирилл, похоже, не понимает значения слова «фиктивные».
— Ты мне не нравишься, Вельский.
— Конечно, милфа. Поэтому у тебя каждый раз дрожат колени.
После драки в клубе он сообщает полиции, что защищал свою девушку. Теперь нам придётся изображать отношения перед журналистами: вместе появляться на публике, обниматься и убедительно целоваться.
Есть только одна проблема. Я жду парня, который работает за границей. А Кирилл, похоже, не понимает значения слова «фиктивные».
— Ты мне не нравишься, Вельский.
— Конечно, милфа. Поэтому у тебя каждый раз дрожат колени.
«— Ты расплылась как квашня, Лиля, — бросил мне муж, когда я узнала о его грязной измене.
Мой брак превратился в пепел, а привычный мир рухнул прямо накануне годовщины компании. Пытаясь заглушить боль от предательства, на праздничном банкете я впервые в жизни позволила себе лишнего.
Но я и подумать не могла, что одна безумная, крышесносная ночь с моим боссом полностью перевернет мою жизнь. Испугавшись этой внезапной страсти, я сбежала в отпуск. Но три недели спустя в моих дрожащих руках оказались два положительных теста на беременность...»
Мой брак превратился в пепел, а привычный мир рухнул прямо накануне годовщины компании. Пытаясь заглушить боль от предательства, на праздничном банкете я впервые в жизни позволила себе лишнего.
Но я и подумать не могла, что одна безумная, крышесносная ночь с моим боссом полностью перевернет мою жизнь. Испугавшись этой внезапной страсти, я сбежала в отпуск. Но три недели спустя в моих дрожащих руках оказались два положительных теста на беременность...»
— Запомни, — с отвращением произнес Влад мне в лицо, до боли сжимая мой подбородок пальцами. — Ты никогда не станешь моей парой, Милана. Я не поставлю тебе метку, будь ты моей истинной хоть сто раз. Я скорее свой хвост съем, чем пойду на это. Заруби это себе на носу!
Тогда почему он раз за разом возвращается ко мне, а я не могу его оттолкнуть? Почему наши отношения превратились в бесконечный бег по кругу? И возможно ли разорвать эти больные, неправильные отношения?
Именно это и попробует сделать Милана, попавшая в плен истинности. Девушка сделает всё, чтобы избавиться от истинного, которому она не нужна…
Тогда почему он раз за разом возвращается ко мне, а я не могу его оттолкнуть? Почему наши отношения превратились в бесконечный бег по кругу? И возможно ли разорвать эти больные, неправильные отношения?
Именно это и попробует сделать Милана, попавшая в плен истинности. Девушка сделает всё, чтобы избавиться от истинного, которому она не нужна…
— Оля, ты чё такая дерзкая? — его голос звучит лениво, с лёгкой насмешкой, а пальцы уже касаются моего подбородка, заставляя смотреть в глаза.
— А ты чё такой наглый? — отвечаю я, хотя внутри всё дрожит, будто в груди поселился целый рой бабочек, сходящих с ума от его близости.
Я продаю мороженое в парке и привыкла, что меня не замечают. Забитая мамой и бывшим парнем, который годами твердил, что я никому не нужна. А потом в мою жизнь ворвались они. Двое. Армяне. Красивые, накачанные, опасные. Они приходят каждый день, покупают мороженое, улыбаются и говорят, что я — их.
Сначала я отшиваю их. Потом — привыкаю. А потом уже не могу представить день без их голосов, без их рук, без их жарких взглядов, от которых плавится даже самое холодное мороженое.
— А ты чё такой наглый? — отвечаю я, хотя внутри всё дрожит, будто в груди поселился целый рой бабочек, сходящих с ума от его близости.
Я продаю мороженое в парке и привыкла, что меня не замечают. Забитая мамой и бывшим парнем, который годами твердил, что я никому не нужна. А потом в мою жизнь ворвались они. Двое. Армяне. Красивые, накачанные, опасные. Они приходят каждый день, покупают мороженое, улыбаются и говорят, что я — их.
Сначала я отшиваю их. Потом — привыкаю. А потом уже не могу представить день без их голосов, без их рук, без их жарких взглядов, от которых плавится даже самое холодное мороженое.
Она ткёт ковры, сидя на полу — хромая, нищая, привыкшая, что на неё не смотрят. Он вошёл в её мастерскую, положил деньги на станок и сказал то, чего она не ждала.
— Мне нужен ковёр. И ещё одно. К коврам оно отношения не имеет. Я хочу, чтобы ты вышла за меня.
— Ты сумасшедший.
— Может быть. Но отказов на свои предложения я не получаю.
Год в его доме в обмен на жизнь её умирающей матери. Он поклялся не трогать её против воли — и пообещал, что она сама придёт к его двери. Асият знает, что не придёт. Она разучилась хотеть. Вот только его руки уже сняли с неё то, что калечило сильнее хромоты, — стыд. И теперь распустить этот узел она не сможет.
— Мне нужен ковёр. И ещё одно. К коврам оно отношения не имеет. Я хочу, чтобы ты вышла за меня.
— Ты сумасшедший.
— Может быть. Но отказов на свои предложения я не получаю.
Год в его доме в обмен на жизнь её умирающей матери. Он поклялся не трогать её против воли — и пообещал, что она сама придёт к его двери. Асият знает, что не придёт. Она разучилась хотеть. Вот только его руки уже сняли с неё то, что калечило сильнее хромоты, — стыд. И теперь распустить этот узел она не сможет.
— Кому ты нужна, кроме меня, толстая?
Я стояла посреди офиса, а мой муж, пьяный, кричал это при всех. Три года брака, и вот — весь мой мир уместился в одно слово. Толстая. Никому не нужная. Его собственность, которую он не стеснялся унижать на людях.
А потом из кабинета вышел человек, которого я боялась больше всех в фирме. Мой босс. Властный, жёсткий, вдовец, о котором по офису ходили легенды. Он посмотрел на моего мужа так, что тот замолчал. Потом взял меня за руку и сказал два слова, изменившие всё.
— Едем ко мне.
Я не знала, что в его доме живёт брат — такой же опасный, такой же красивый, такой же одинокий
Я стояла посреди офиса, а мой муж, пьяный, кричал это при всех. Три года брака, и вот — весь мой мир уместился в одно слово. Толстая. Никому не нужная. Его собственность, которую он не стеснялся унижать на людях.
А потом из кабинета вышел человек, которого я боялась больше всех в фирме. Мой босс. Властный, жёсткий, вдовец, о котором по офису ходили легенды. Он посмотрел на моего мужа так, что тот замолчал. Потом взял меня за руку и сказал два слова, изменившие всё.
— Едем ко мне.
Я не знала, что в его доме живёт брат — такой же опасный, такой же красивый, такой же одинокий
Мир Нади рушится в один вечер: отчисление, изгнание из дома и унизительный ужин в чужом доме. Но вместо поддержки её ждёт холодный металл и жёсткие правила, которые переворачивают всё, что она знала о себе. Эта история — о том, как далеко может зайти человек, когда привычная жизнь исчезает за захлопнувшейся дверцей.
🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями
🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями
— Рита, что ты задумала? — в его голосе явно прослеживалась паника.
Она подняла на него глаза. В них проглядывала бархатная тьма.
— Ты был очень плохим мальчиком, Даниил, — протянула Марго сладким, как патока, голосом, — а плохие мальчики должны быть наказаны.
— Нет, — он стал брыкаться, но привязали его крепко, — нет. Не делай этого!
— Не беспокойся, — холодно улыбнулась Марго, — тебе понравиться! Можешь кричать, всё равно никто не услышит. Тут замечательная звукоизоляция.
Она подняла на него глаза. В них проглядывала бархатная тьма.
— Ты был очень плохим мальчиком, Даниил, — протянула Марго сладким, как патока, голосом, — а плохие мальчики должны быть наказаны.
— Нет, — он стал брыкаться, но привязали его крепко, — нет. Не делай этого!
— Не беспокойся, — холодно улыбнулась Марго, — тебе понравиться! Можешь кричать, всё равно никто не услышит. Тут замечательная звукоизоляция.
Думала, нашла новую обитаемую планету. О нет, оказалось, я нашла обитаемую… параллельную вселенную.
Здесь все чересчур слащаво и сахарно: люди любят друг друга и никогда не хамят.
Любвеобильные экстраверты – это страшный сон для интроверта и циника.
Боже, верните меня обратно на нашу несовершенную Землю! Я хочу видеть вредных бабулек, угрюмых небритых мужиков и визжащих детей.
Но оказалось, что меня не просто так занесло сюда. На все есть свои причины.
Здесь все чересчур слащаво и сахарно: люди любят друг друга и никогда не хамят.
Любвеобильные экстраверты – это страшный сон для интроверта и циника.
Боже, верните меня обратно на нашу несовершенную Землю! Я хочу видеть вредных бабулек, угрюмых небритых мужиков и визжащих детей.
Но оказалось, что меня не просто так занесло сюда. На все есть свои причины.
Академия «Золотой Мост» — закрытый мир для золотой молодёжи. Здесь правят двое: Кирилл и Филлип — лучшие друзья, соперники и наследные принцы тайного клуба высшего общества «Корона».
Каждый год они выбирают себе игрушку на семестр. В этот раз выбор пал на Наденьку — провинциалку, поступившую по обмену. У неё нет денег, нет связей, нет защиты. Есть только гордость, которую они намерены растоптать.
Охота началась. Правила просты: с ней можно делать всё, что угодно, кроме одного. Ни в коем случае нельзя влюбляться. Звучит легко, правда?
Каждый год они выбирают себе игрушку на семестр. В этот раз выбор пал на Наденьку — провинциалку, поступившую по обмену. У неё нет денег, нет связей, нет защиты. Есть только гордость, которую они намерены растоптать.
Охота началась. Правила просты: с ней можно делать всё, что угодно, кроме одного. Ни в коем случае нельзя влюбляться. Звучит легко, правда?
Выберите полку для книги