Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушать любов»
Что я вообще здесь забыла, в доме незнакомца?
Кричать и бежать искать свои вещи. Возвращаться к машине и ехать домой… Вот что нужно, но я закусываю губу и выгибаюсь, прикасаясь спиной к его мокрой от пота груди.
Ласки Романа становятся смелее. Он прикусывает кожу на шее, а потом облизывает это место. Словно зверь. Дикарь. Но только мой дикарь…
Кричать и бежать искать свои вещи. Возвращаться к машине и ехать домой… Вот что нужно, но я закусываю губу и выгибаюсь, прикасаясь спиной к его мокрой от пота груди.
Ласки Романа становятся смелее. Он прикусывает кожу на шее, а потом облизывает это место. Словно зверь. Дикарь. Но только мой дикарь…
— Здесь надо убраться особенно тщательно, — говорит Сима – клиентка, к которой мы приехали убирать дом, когда заходим в кабинет. — Муж не любит, когда остается пыль.
— Строгий? — спрашивает подруга у клиентки.
— Бывает, — отвечает она после короткой паузы. — Он… любит, когда все как надо. Военный.
Я усмехаюсь.
— Какой знакомый диагноз.
— У вас тоже?
— У меня муж считает, что хаос — это личное оскорбление, нанесенное ему мирозданием. Тоже предан Родине, как и ваш.
— Мама, смотри! — вдруг кричит сын клиентки. — Приехали!
Мы все машинально поворачиваем головы к окну. Черная машина плавно заезжает на участок.
— Ой, — тихо говорит Сима. — Уже…
И в этот момент мальчик радостно кричит:
— Папа приехал!
Он срывается с места, а я смотрю на мужчину у черной машины и впервые в жизни понимаю, что слово “папа” тоже может звучать как выстрел, ведь этого мужчину я очень хорошо знаю...
— Строгий? — спрашивает подруга у клиентки.
— Бывает, — отвечает она после короткой паузы. — Он… любит, когда все как надо. Военный.
Я усмехаюсь.
— Какой знакомый диагноз.
— У вас тоже?
— У меня муж считает, что хаос — это личное оскорбление, нанесенное ему мирозданием. Тоже предан Родине, как и ваш.
— Мама, смотри! — вдруг кричит сын клиентки. — Приехали!
Мы все машинально поворачиваем головы к окну. Черная машина плавно заезжает на участок.
— Ой, — тихо говорит Сима. — Уже…
И в этот момент мальчик радостно кричит:
— Папа приехал!
Он срывается с места, а я смотрю на мужчину у черной машины и впервые в жизни понимаю, что слово “папа” тоже может звучать как выстрел, ведь этого мужчину я очень хорошо знаю...
ЗАВЕРШЕНО!
- Я тебя не люблю, - сказал вдруг муж.
На нашем празднике, в присутствии кучи гостей.
Из моих рук выпала и разбилась тарелка. На множество осколков, как и сердце.
- Что?.. – переспросила растерянно.
- Разлюбил, - пояснил он устало, но без всякого чувства вины. – Прости, не хочу продолжать этот цирк.
Он обвел рукой стол, над которым я так трудилась – готовила с самой ночи. Кивнул на гостей, что жадно ловили каждое слово, предвкушая скандал.
А потом встал и пошёл на выход.
Следом за ним вскочила дочь моей сестры и, по-хозяйски вцепившись в его локоть, с торжествующим видом мне улыбнулась.
Теперь мне стало ясно, почему вдруг он меня разлюбил.
А он скоро узнает, как ошибся.
- Я тебя не люблю, - сказал вдруг муж.
На нашем празднике, в присутствии кучи гостей.
Из моих рук выпала и разбилась тарелка. На множество осколков, как и сердце.
- Что?.. – переспросила растерянно.
- Разлюбил, - пояснил он устало, но без всякого чувства вины. – Прости, не хочу продолжать этот цирк.
Он обвел рукой стол, над которым я так трудилась – готовила с самой ночи. Кивнул на гостей, что жадно ловили каждое слово, предвкушая скандал.
А потом встал и пошёл на выход.
Следом за ним вскочила дочь моей сестры и, по-хозяйски вцепившись в его локоть, с торжествующим видом мне улыбнулась.
Теперь мне стало ясно, почему вдруг он меня разлюбил.
А он скоро узнает, как ошибся.
— Это ваш торт едва не убил шестерых человек. Подпишите протокол.
Пальцы ещё пахнут ванилью, а отпечатки уже легли в протокол — все десять.
Покушение на убийство? Я собирала этот свадебный торт четырнадцать часов — между школой, садиком и температурой младшего.
А пока меня допрашивали, мой муж развлекался с моей младшей сестрой. В моём цеху. На столе, где я делаю торты.
Теперь я для всего города — отравительница. Бизнес мёртв, в ленте — травля, впереди — уголовное дело. Они уверены, что выиграли.
Пусть, я устрою им сладкую жизнь...
Пальцы ещё пахнут ванилью, а отпечатки уже легли в протокол — все десять.
Покушение на убийство? Я собирала этот свадебный торт четырнадцать часов — между школой, садиком и температурой младшего.
А пока меня допрашивали, мой муж развлекался с моей младшей сестрой. В моём цеху. На столе, где я делаю торты.
Теперь я для всего города — отравительница. Бизнес мёртв, в ленте — травля, впереди — уголовное дело. Они уверены, что выиграли.
Пусть, я устрою им сладкую жизнь...
Аннотация:
— Это Лариса. Она пока поживет у нас, — с порога произносит муж.
— В смысле поживет?
— В прямом. Ей сейчас негде жить.
Лариса осторожно касается его локтя.
— Вить, может, сначала объяснишь?
— Да, точно, — он смотрит мне прямо в лицо. — Забыл сказать. Лариса беременна от меня.
— Что?
— Ты слышала.
— Ты привел в наш дом беременную любовницу?
— Не надо этих базарных определений.
— А какое определение тебе нравится?
— Лариса ждет моего ребенка. И я намерен заботиться о них двоих, — твердо произносит муж. — Я больше двадцати лет хожу в плавания. Ты правда думаешь, что я обязан все это время хранить тебе верность?
— Да, — отвечаю я. — Думаю.
— Ну, значит, пора повзрослеть. Тем более, ты так и не родила мне ребенка.
Муж приводит домой беременную любовницу и обвиняет меня в том, что за двадцать три года брака так и не смогла родить ему детей. Я ухожу, не желая терпеть такое унижение. Но через пять лет мы с Виктором встречаемся вновь, и он видит меня с ребёнком.
— Это Лариса. Она пока поживет у нас, — с порога произносит муж.
— В смысле поживет?
— В прямом. Ей сейчас негде жить.
Лариса осторожно касается его локтя.
— Вить, может, сначала объяснишь?
— Да, точно, — он смотрит мне прямо в лицо. — Забыл сказать. Лариса беременна от меня.
— Что?
— Ты слышала.
— Ты привел в наш дом беременную любовницу?
— Не надо этих базарных определений.
— А какое определение тебе нравится?
— Лариса ждет моего ребенка. И я намерен заботиться о них двоих, — твердо произносит муж. — Я больше двадцати лет хожу в плавания. Ты правда думаешь, что я обязан все это время хранить тебе верность?
— Да, — отвечаю я. — Думаю.
— Ну, значит, пора повзрослеть. Тем более, ты так и не родила мне ребенка.
Муж приводит домой беременную любовницу и обвиняет меня в том, что за двадцать три года брака так и не смогла родить ему детей. Я ухожу, не желая терпеть такое унижение. Но через пять лет мы с Виктором встречаемся вновь, и он видит меня с ребёнком.
«Спроси своего мужа, где он был в ночь, когда ты уехала к родителям».
Одно сообщение с незнакомого номера, и четыре года моего брака рассыпаются за несколько минут.
— Ты был с другой женщиной? — спрашиваю мужа, с дрожащими пальцами поворачивая к нему экран.
Алим смотрит на меня так, будто уже знает: через несколько секунд наша жизнь разделится на «до» и «после».
И этого взгляда оказывается достаточно, чтобы узнать ответ.
— Да.
— Ты… Ты спал с ней? — срывающимся голосом спрашиваю снова.
Алим сжимает челюсти, а потом наконец отвечает, с размаху роняя моё сердце на пол:
— Да.
______
Я была уверена, что знаю своего мужа.
Знаю, что он любит не красивыми словами, а поступками. Знаю, что ради меня он способен встать против целого мира.
Только однажды именно он становится человеком, который этот мир разбивает на части…
Одно сообщение с незнакомого номера, и четыре года моего брака рассыпаются за несколько минут.
— Ты был с другой женщиной? — спрашиваю мужа, с дрожащими пальцами поворачивая к нему экран.
Алим смотрит на меня так, будто уже знает: через несколько секунд наша жизнь разделится на «до» и «после».
И этого взгляда оказывается достаточно, чтобы узнать ответ.
— Да.
— Ты… Ты спал с ней? — срывающимся голосом спрашиваю снова.
Алим сжимает челюсти, а потом наконец отвечает, с размаху роняя моё сердце на пол:
— Да.
______
Я была уверена, что знаю своего мужа.
Знаю, что он любит не красивыми словами, а поступками. Знаю, что ради меня он способен встать против целого мира.
Только однажды именно он становится человеком, который этот мир разбивает на части…
— Ты теперь в моём доме. Моя игрушка.
— А ты — позор Кавказа, наглец горный!
— Цаца, слушай сюда. Никто тебя не тронет, кроме меня.
— А если это я трону тебя?
Она плюнула ему в глаз.
Он не убил — засмеялся и накинул на неё свою куртку.
— Я не спрашиваю. Ты наденешь свадебное платье. Скажешь «да».
— А если нет?
Горы помнят кровь его бывшей невесты.
Он поклялся, что больше никого не подпустит.
Но эта дерзкая мышь угнала его «Гелендваген»… и разбила лёд в его груди.
Кто кого укротит — птичка медведя или горы их обоих?
— А ты — позор Кавказа, наглец горный!
— Цаца, слушай сюда. Никто тебя не тронет, кроме меня.
— А если это я трону тебя?
Она плюнула ему в глаз.
Он не убил — засмеялся и накинул на неё свою куртку.
— Я не спрашиваю. Ты наденешь свадебное платье. Скажешь «да».
— А если нет?
Горы помнят кровь его бывшей невесты.
Он поклялся, что больше никого не подпустит.
Но эта дерзкая мышь угнала его «Гелендваген»… и разбила лёд в его груди.
Кто кого укротит — птичка медведя или горы их обоих?
В этот момент мой телефон вибрирует. На экране высвечивается имя Лены. Я с улыбкой принимаю вызов.
– Привет, дорогая! – говорю я бодрым голосом. – Ну что, как там твой райский уголок?
На том конце провода наступает странная, тяжелая тишина.
– Инна... – голос Лены звучит глухо. – Послушай меня очень внимательно. Я сейчас в отеле в Кемере. Я здесь по работе, проверяю сервис.
– И что?
– Инна, я в шоке. Я видела его. Своими глазами. Прямо сейчас, десять минут назад, в лобби.
– Кого «его», Лена? О чем ты говоришь?
– Владимира, – выдыхает она. – Я видела твоего мужа, Инна. Он был не один. С ним была женщина и ребенок. Это выглядело так, будто они – семья. Счастливая, обычная семья в отпуске.
– Привет, дорогая! – говорю я бодрым голосом. – Ну что, как там твой райский уголок?
На том конце провода наступает странная, тяжелая тишина.
– Инна... – голос Лены звучит глухо. – Послушай меня очень внимательно. Я сейчас в отеле в Кемере. Я здесь по работе, проверяю сервис.
– И что?
– Инна, я в шоке. Я видела его. Своими глазами. Прямо сейчас, десять минут назад, в лобби.
– Кого «его», Лена? О чем ты говоришь?
– Владимира, – выдыхает она. – Я видела твоего мужа, Инна. Он был не один. С ним была женщина и ребенок. Это выглядело так, будто они – семья. Счастливая, обычная семья в отпуске.
Я стою перед зеркалом в белоснежном платье… я похожа на невесту из глянцевого журнала. Мама поправляет мне локон, её глаза влажные от счастья.
– Моя красавица, – шепчет она. – Андрей не сможет отвести от тебя взгляд.
– Ира, ты забыла туфли и свою сумочку в соседней комнате! – кричит моя сестра Лена из коридора.
Я киваю маме и выхожу из гостевой спальни загородного дома.
Иду по длинному коридору, платье шуршит. Нужная комната в конце, дверь приоткрыта. Я уже почти дотягиваюсь до ручки, когда слышу звук. Тихий смех. Женский. Знакомый до дрожи.
– Андрей, хватит, нас же могут увидеть…
Оля.
Моя рука застывает. Сердце колотится. Нет. Это не то, что я подумала. Не может быть.
Я толкаю дверь.
И мир взрывается.
Андрей прижимает Олю к стене. Её руки обвивают его шею. Их губы сливаются в поцелуе.
Время останавливается. Я не могу дышать. Не могу пошевелиться. Мозг отказывается обрабатывать картинку.
– Моя красавица, – шепчет она. – Андрей не сможет отвести от тебя взгляд.
– Ира, ты забыла туфли и свою сумочку в соседней комнате! – кричит моя сестра Лена из коридора.
Я киваю маме и выхожу из гостевой спальни загородного дома.
Иду по длинному коридору, платье шуршит. Нужная комната в конце, дверь приоткрыта. Я уже почти дотягиваюсь до ручки, когда слышу звук. Тихий смех. Женский. Знакомый до дрожи.
– Андрей, хватит, нас же могут увидеть…
Оля.
Моя рука застывает. Сердце колотится. Нет. Это не то, что я подумала. Не может быть.
Я толкаю дверь.
И мир взрывается.
Андрей прижимает Олю к стене. Её руки обвивают его шею. Их губы сливаются в поцелуе.
Время останавливается. Я не могу дышать. Не могу пошевелиться. Мозг отказывается обрабатывать картинку.
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
— Я соскучилась. Приедешь сегодня?
Вижу это сообщение в переписке мужа. А над ним — голое фото моей лучшей подруги.
Двенадцать лет дружбы. Пять лет брака. И почти год их общего предательства за моей спиной.
Муж пишет, что задержится на работе. Подруга звонит поболтать и как ни в чём не бывало спрашивает, когда мы наконец увидимся.
Они оба уверены, что я ничего не знаю.
И сегодня вечером собираются встретиться снова.
Что ж.
Пожалуй, я тоже приеду.
Сделаю им сюрприз!
— Я соскучилась. Приедешь сегодня?
Вижу это сообщение в переписке мужа. А над ним — голое фото моей лучшей подруги.
Двенадцать лет дружбы. Пять лет брака. И почти год их общего предательства за моей спиной.
Муж пишет, что задержится на работе. Подруга звонит поболтать и как ни в чём не бывало спрашивает, когда мы наконец увидимся.
Они оба уверены, что я ничего не знаю.
И сегодня вечером собираются встретиться снова.
Что ж.
Пожалуй, я тоже приеду.
Сделаю им сюрприз!
Выберите полку для книги