Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушать любов»
— Ну и где доказательство твоей невинности?! — рычит Арес, с ненавистью глядя на меня.
— О чем ты?.. — с губ срывается нервный смешок, который муж тут же принимает за насмешку.
— Ты смеешься надо мной?! Почему молчала, что отдалась другому до меня?!
— Я рассказывала тебе о погибшем женихе, — отвечаю, сдерживая дрожь. — Об остальном ты не спрашивал. Я думала, ты всё понял…
— Что понял?! Что взял в жены лгунью?! Ты недостойна носить мою фамилию, Эви! Ты мне противна.
— Что ты такое говоришь, Арес? — слезы застилают глаза.
— Ты обманом заставила меня жениться, и за это ответишь! В этот дом войдет вторая жена — чистая и покорная девушка. А ты станешь для нее бесправной прислугой. Будешь убирать и стирать ее белье. А ночью — принадлежать мне по первому требованию, без права на отказ. Ты сама разрушила свою сказку, Эвелина. Так что теперь терпи то, что заслужила!
— О чем ты?.. — с губ срывается нервный смешок, который муж тут же принимает за насмешку.
— Ты смеешься надо мной?! Почему молчала, что отдалась другому до меня?!
— Я рассказывала тебе о погибшем женихе, — отвечаю, сдерживая дрожь. — Об остальном ты не спрашивал. Я думала, ты всё понял…
— Что понял?! Что взял в жены лгунью?! Ты недостойна носить мою фамилию, Эви! Ты мне противна.
— Что ты такое говоришь, Арес? — слезы застилают глаза.
— Ты обманом заставила меня жениться, и за это ответишь! В этот дом войдет вторая жена — чистая и покорная девушка. А ты станешь для нее бесправной прислугой. Будешь убирать и стирать ее белье. А ночью — принадлежать мне по первому требованию, без права на отказ. Ты сама разрушила свою сказку, Эвелина. Так что теперь терпи то, что заслужила!
Меня продают в жёны самому опасному бандиту города. Обманом. Вместо моей сестры.
Гурам светит белозубой улыбкой. Золотая цепь звенит на мощной шее. А его грубая рука смыкается вокруг моего горла.
— Подчиняйся.
Но ужас наступает в миг, когда Гурам раскрывает ложь.
Гурам светит белозубой улыбкой. Золотая цепь звенит на мощной шее. А его грубая рука смыкается вокруг моего горла.
— Подчиняйся.
Но ужас наступает в миг, когда Гурам раскрывает ложь.
— Ну родила любовница, и что? Ты всё равно меня простишь и примешь моего ребенка.
— Не прощу.
Глеб загораживает дверь, наклоняется к моему лицу. Я отступаю — он хватает меня за запястье.
— Вчера ты засыпала у меня на груди. А сегодня разлюбила?
— Тогда я не знала, с кем делю мужа.
У него напрягается челюсть.
— Теперь знаешь, — рычит предатель мне в губы. — Побесишься и успокоишься. Они — моя семья, свыкнись!
— А мы с сыном тогда кто?
Восемь лет я была счастливой женой. А сегодня — акушер-гинеколог любовницы мужа. У него родился сын. Муж потребовал, чтобы я ещё и полюбила этого малыша, приняла его в наш дом, в нашу жизнь.
Он был уверен: я поплачу, прижмусь к нему, как делала всегда, и останусь.
Но я ушла.
Вот только Глеб Буров не даёт шанса забыть его, когда возвращается. Он вламывается в мою жизнь, занимает собой всё пространство, дышит мне в лицо уверенностью, что имеет на меня право собственности, и требует вернуться к нему.
— Не прощу.
Глеб загораживает дверь, наклоняется к моему лицу. Я отступаю — он хватает меня за запястье.
— Вчера ты засыпала у меня на груди. А сегодня разлюбила?
— Тогда я не знала, с кем делю мужа.
У него напрягается челюсть.
— Теперь знаешь, — рычит предатель мне в губы. — Побесишься и успокоишься. Они — моя семья, свыкнись!
— А мы с сыном тогда кто?
Восемь лет я была счастливой женой. А сегодня — акушер-гинеколог любовницы мужа. У него родился сын. Муж потребовал, чтобы я ещё и полюбила этого малыша, приняла его в наш дом, в нашу жизнь.
Он был уверен: я поплачу, прижмусь к нему, как делала всегда, и останусь.
Но я ушла.
Вот только Глеб Буров не даёт шанса забыть его, когда возвращается. Он вламывается в мою жизнь, занимает собой всё пространство, дышит мне в лицо уверенностью, что имеет на меня право собственности, и требует вернуться к нему.
Муж уехал на похороны дальней родственницы. Меня с работы никто не отпустил, осталась в городе.
Звонок от его друга буквально застал меня врасплох:
— Хотел узнать, как ты. Стас сказал, вы поговорили.
— О чем? — на секунду я даже не понимаю вопроса.
— Когда Лена в больницу попала, я ему сказал, что теперь-то скрывать уже бессмысленно. Он сказал, что сам разберется. Потом перед поездкой я спросил, как ты вообще это восприняла.
Какая-то Лена попала в больницу, что-то бессмысленно скрывать, а я как-то должна была воспринять. Не складывается. Слишком много неизвестных.
— И что ответил Стас?
— Что дома все знают. Что вы поговорили и это ваше дело.
Я окончательно перестаю что-либо понимать.
— Что я знаю? — переспрашиваю, слышу себя со стороны и голос дрогнул. Черт. Нервы.
Антон шумно втягивает воздух, пару секунд молчит, потом все таки сдается:
— Ты правда не знала, что Стас приехал на похороны своей любовницы?
Звонок от его друга буквально застал меня врасплох:
— Хотел узнать, как ты. Стас сказал, вы поговорили.
— О чем? — на секунду я даже не понимаю вопроса.
— Когда Лена в больницу попала, я ему сказал, что теперь-то скрывать уже бессмысленно. Он сказал, что сам разберется. Потом перед поездкой я спросил, как ты вообще это восприняла.
Какая-то Лена попала в больницу, что-то бессмысленно скрывать, а я как-то должна была воспринять. Не складывается. Слишком много неизвестных.
— И что ответил Стас?
— Что дома все знают. Что вы поговорили и это ваше дело.
Я окончательно перестаю что-либо понимать.
— Что я знаю? — переспрашиваю, слышу себя со стороны и голос дрогнул. Черт. Нервы.
Антон шумно втягивает воздух, пару секунд молчит, потом все таки сдается:
— Ты правда не знала, что Стас приехал на похороны своей любовницы?
— Да сколько можно?! Я и так с этим мелким неуклюжим нахлебником вожусь! Я вообще-то не для того за военного замуж выходила! — вопит блондинка. — Игореш, у тебя же здесь есть связи, помоги! Пусть их всех выгонят. Бездельники какие-то!
На помощь ей и правда пришли. Только лучше от этого не стало, потому что выяснилось: Игорешу знает не только она. Я его тоже знаю.
— Вы что, тоже знакомы?
Муж запаздывает с ответом буквально на секунду. Я помогаю:
— Немного. Одиннадцать лет. Мы женаты.
Еще утром я была уверена, что у меня есть семья, любимая работа и вполне благополучный брак. К вечеру выяснилось, что у мужа есть любовница. К тому же беременная. А ее собственный муж — военный, который пока даже не подозревает, какую «семью» оставил дома.
Муж-изменщик уверен, что сможет заставить меня молчать: отнять машину, выставить из квартиры и добраться до моей работы.
Только он не учел одного. Предали не меня одну.
И когда Максим Ветров узнает правду, все станет намного сложнее.
На помощь ей и правда пришли. Только лучше от этого не стало, потому что выяснилось: Игорешу знает не только она. Я его тоже знаю.
— Вы что, тоже знакомы?
Муж запаздывает с ответом буквально на секунду. Я помогаю:
— Немного. Одиннадцать лет. Мы женаты.
Еще утром я была уверена, что у меня есть семья, любимая работа и вполне благополучный брак. К вечеру выяснилось, что у мужа есть любовница. К тому же беременная. А ее собственный муж — военный, который пока даже не подозревает, какую «семью» оставил дома.
Муж-изменщик уверен, что сможет заставить меня молчать: отнять машину, выставить из квартиры и добраться до моей работы.
Только он не учел одного. Предали не меня одну.
И когда Максим Ветров узнает правду, все станет намного сложнее.
— Мы все выяснили! Это чудовищная ошибка, наша сотрудница… эмбриолог… она перепутала пробирки…
— Перепутала? — гремит голос Тамерлана. — Кто эта женщина, которой подсадили моего ребенка? Где она? Я хочу знать все.
— Мы… мы не имеем права разглашать…
— Имеете! — рявкает он. — Если не хотите, чтобы я сжег эту клинику дотла, вы скажете мне!
А я стою за дверью и думаю, что мне пора бежать.
Но и шага сделать не успеваю, когда за спиной раздаётся грозное:
— Стоять!
— Перепутала? — гремит голос Тамерлана. — Кто эта женщина, которой подсадили моего ребенка? Где она? Я хочу знать все.
— Мы… мы не имеем права разглашать…
— Имеете! — рявкает он. — Если не хотите, чтобы я сжег эту клинику дотла, вы скажете мне!
А я стою за дверью и думаю, что мне пора бежать.
Но и шага сделать не успеваю, когда за спиной раздаётся грозное:
— Стоять!
— Мам, нам нужно поговорить, — сын нерешительно улыбается.
— Что-то случилось?
Артем почесывает затылок. Вид у него виноватый и понурый.
— Катя беременна.
Катя — супруга Артема, моя невестка.
— Поздравляю.
— Понимаешь, мама… с ребенком так сложно. Ему нужна своя кроватка, комод, игрушки. Не представляю, как мы разместимся в нашей комнате. В идеале бы нам детскую. Отдельную.
— Как это — отдельную?
Дело в том, что наша двушка при всем желании не поделится на спальню Артема, нашу с мужем комнату и детскую для ребенка.
— Ну да. Мы думали, может, вы захотите... — Артем запинается и тихо добавляет: — ...переехать?
***
Сын с невесткой выселяют меня из дома. Муж заводит любовницу и пытается жить на две семьи. Мне 45 лет, и кажется, что весь мир ополчился против меня.
Но я не планирую опускать руки.
Хотите со мной бороться? Милости прошу.
Посмотрим, кто кого.
— Что-то случилось?
Артем почесывает затылок. Вид у него виноватый и понурый.
— Катя беременна.
Катя — супруга Артема, моя невестка.
— Поздравляю.
— Понимаешь, мама… с ребенком так сложно. Ему нужна своя кроватка, комод, игрушки. Не представляю, как мы разместимся в нашей комнате. В идеале бы нам детскую. Отдельную.
— Как это — отдельную?
Дело в том, что наша двушка при всем желании не поделится на спальню Артема, нашу с мужем комнату и детскую для ребенка.
— Ну да. Мы думали, может, вы захотите... — Артем запинается и тихо добавляет: — ...переехать?
***
Сын с невесткой выселяют меня из дома. Муж заводит любовницу и пытается жить на две семьи. Мне 45 лет, и кажется, что весь мир ополчился против меня.
Но я не планирую опускать руки.
Хотите со мной бороться? Милости прошу.
Посмотрим, кто кого.
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ💉
Я открываю дверь кабинета мужа — и вижу его с молодой ординаторшей на краю стола.
Она замечает меня первой. Не пытается прикрыться, не отводит глаз. Только поправляет волосы и смотрит надменно, даже торжествующе.
Словно хочет, чтобы я хорошенько рассмотрела, на кого муж променял сорокапятилетнюю жену.
Иван оборачивается.
— Маша…
— Сколько времени ты с ней спишь?
— Я всё объясню.
— Сколько, Ваня?
— Три месяца.
Двадцать три года брака против трёх месяцев с молодой любовницей.
И муж уверен, что я прощу. Ведь он любит меня и семью терять не собирается.
Только решать, останется ли у него жена, теперь буду я.
Я открываю дверь кабинета мужа — и вижу его с молодой ординаторшей на краю стола.
Она замечает меня первой. Не пытается прикрыться, не отводит глаз. Только поправляет волосы и смотрит надменно, даже торжествующе.
Словно хочет, чтобы я хорошенько рассмотрела, на кого муж променял сорокапятилетнюю жену.
Иван оборачивается.
— Маша…
— Сколько времени ты с ней спишь?
— Я всё объясню.
— Сколько, Ваня?
— Три месяца.
Двадцать три года брака против трёх месяцев с молодой любовницей.
И муж уверен, что я прощу. Ведь он любит меня и семью терять не собирается.
Только решать, останется ли у него жена, теперь буду я.
— Это вы дали Олесе номер моего мужа?
— Я.
— Тогда, если у вас осталось хоть что-то человеческое, исчезните из моей жизни.
— Не получится, Яна. Я слишком многое уже испортил.
В тот вечер я собиралась сказать мужу, что беременна. Вместо этого узнала о его любовнице. А через несколько часов стала вдовой.
Теперь рядом со мной остался только человек, которого я виню во всём.
Генерал Лев Ярцев.
Мужчина, которого я должна ненавидеть.
И который почему-то всё чаще заставляет меня забывать, почему я это делаю.
— Я.
— Тогда, если у вас осталось хоть что-то человеческое, исчезните из моей жизни.
— Не получится, Яна. Я слишком многое уже испортил.
В тот вечер я собиралась сказать мужу, что беременна. Вместо этого узнала о его любовнице. А через несколько часов стала вдовой.
Теперь рядом со мной остался только человек, которого я виню во всём.
Генерал Лев Ярцев.
Мужчина, которого я должна ненавидеть.
И который почему-то всё чаще заставляет меня забывать, почему я это делаю.
(845)
— Я второй раз не собираюсь смотреть, как какой-то обсос уводит мою женщину из-под носа.
— Какую еще твою женщину, Муратов?!
— Тебя, клубничка. Так что готовься. Я тебя штурмом брать буду, — Глеб нагло усмехается, будто ответ очевиден.
Глеб Муратов — это два метра самоуверенности, наглая ухмылка, форма спецназа и опасная привычка всегда добиваться своего, поэтому связываться с ним я никогда не собиралась.
Вот только теперь я свободна.
Мой бывший оказался настоящим сыночкой-корзиночкой: решил поселить с нами мамочку, а после расставания еще и поменял замки.
Мне бы разобраться с собственной жизнью и держаться от мужчин подальше, но у Муратова на этот счет другие планы.
— Клубничка, я тебя предупреждал.
— О чем?
Он улыбается так, что у меня подкашиваются колени.
— Что в этот раз ты от меня не сбежишь.
От автора:
Эксклюзивно на Литмаркет!🔥
Буду благодарна звёздочкам⭐
Первая книга серии: https://litmarket.ru/books/spasatel-ot-synochki-korzinochki
— Какую еще твою женщину, Муратов?!
— Тебя, клубничка. Так что готовься. Я тебя штурмом брать буду, — Глеб нагло усмехается, будто ответ очевиден.
Глеб Муратов — это два метра самоуверенности, наглая ухмылка, форма спецназа и опасная привычка всегда добиваться своего, поэтому связываться с ним я никогда не собиралась.
Вот только теперь я свободна.
Мой бывший оказался настоящим сыночкой-корзиночкой: решил поселить с нами мамочку, а после расставания еще и поменял замки.
Мне бы разобраться с собственной жизнью и держаться от мужчин подальше, но у Муратова на этот счет другие планы.
— Клубничка, я тебя предупреждал.
— О чем?
Он улыбается так, что у меня подкашиваются колени.
— Что в этот раз ты от меня не сбежишь.
От автора:
Эксклюзивно на Литмаркет!🔥
Буду благодарна звёздочкам⭐
Первая книга серии: https://litmarket.ru/books/spasatel-ot-synochki-korzinochki
Выберите полку для книги