Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушать любов»
— Ваш биоматериал использовали по ошибке, — сообщает директор клиники. — Беременность наступила. Родились трое мальчиков.
Пять лет у меня были сыновья, о которых я ничего не знал.
— Где они?
— По последним данным, семья находится в государстве, где начались боевые действия. Госпожа Соколова преподавала в полевой школе при гуманитарной миссии.
— Где именно?
— Это закрытая информация… — пытается вмешаться юрист.
— Я спрашиваю. Где. Именно!
Анастасия называет город. Пограничный район из утренних закрытых сводок. Дороги перекрыты, аэродром поврежден, объявлена эвакуация.
Я достаю телефон и набираю начальника штаба.
— Поднимай борт, — говорю, когда он отвечает. — Через сорок минут буду на аэродроме.
Директор вскакивает.
— Куда вы собрались?
Я убираю фотографию во внутренний карман кителя.
— Я лечу за своими детьми.
Пять лет у меня были сыновья, о которых я ничего не знал.
— Где они?
— По последним данным, семья находится в государстве, где начались боевые действия. Госпожа Соколова преподавала в полевой школе при гуманитарной миссии.
— Где именно?
— Это закрытая информация… — пытается вмешаться юрист.
— Я спрашиваю. Где. Именно!
Анастасия называет город. Пограничный район из утренних закрытых сводок. Дороги перекрыты, аэродром поврежден, объявлена эвакуация.
Я достаю телефон и набираю начальника штаба.
— Поднимай борт, — говорю, когда он отвечает. — Через сорок минут буду на аэродроме.
Директор вскакивает.
— Куда вы собрались?
Я убираю фотографию во внутренний карман кителя.
— Я лечу за своими детьми.
— Аня! — подруга смотрит на меня непривычно серьёзно. — Что ты натворила? Что это за мужик?
— Помнишь, я тебе говорила, что чуть с лестницы не свалилась? Так вот, меня поймал какой-то здоровяк, — немного замялась, не зная, как сформулировать, и продолжаю мямлить. — Я как бы поцеловала его. И даже облизала. Нечаянно. Думаешь, он обиделся?
Глаза Олеси приобретают форму блюдца.
— Значит так, сейчас хватаешь свои манатки и дуешь в общагу. Оттуда ни ногой!
— У нас ещё консультация не кончилась, — пытаюсь слабо возразить.
— Зато у тебя инстинкт самосохранения кончился. В этом клубе частенько бойцы отдыхают. Я же предупреждала, чтоб ты рядом держалась и незнакомых здоровых мужиков за милю обходила. Они ж безбашенные!
***
В моей жизни всегда всё было ясно и понятно. Пока подруга не затащила меня в клуб, где я попала в очень неудобное положение, столкнувшись с суровым мужчиной, оказавшимся бойцом без правил. И всё бы ничего, вот только теперь тот здоровяк активно меня ищет…
— Помнишь, я тебе говорила, что чуть с лестницы не свалилась? Так вот, меня поймал какой-то здоровяк, — немного замялась, не зная, как сформулировать, и продолжаю мямлить. — Я как бы поцеловала его. И даже облизала. Нечаянно. Думаешь, он обиделся?
Глаза Олеси приобретают форму блюдца.
— Значит так, сейчас хватаешь свои манатки и дуешь в общагу. Оттуда ни ногой!
— У нас ещё консультация не кончилась, — пытаюсь слабо возразить.
— Зато у тебя инстинкт самосохранения кончился. В этом клубе частенько бойцы отдыхают. Я же предупреждала, чтоб ты рядом держалась и незнакомых здоровых мужиков за милю обходила. Они ж безбашенные!
***
В моей жизни всегда всё было ясно и понятно. Пока подруга не затащила меня в клуб, где я попала в очень неудобное положение, столкнувшись с суровым мужчиной, оказавшимся бойцом без правил. И всё бы ничего, вот только теперь тот здоровяк активно меня ищет…
- Джамал, вы согласны взять в жены Инару?
Жених повернулся ко мне и четко проговаривая каждое слово ответил:
- Эту неверную шармуту с уродливым лицом? Конечно, нет.
- Джамал… - прошептала, чувствуя, как мне отказывает самообладание.
Жених жестко усмехнулся и впился взглядом в шрам у меня на лице.
- Неужели ты думала, что я действительно могу полюбить это… - он поднял руку и небрежно ткнул в мою щеку.
- Но ты говорил, что любишь меня, что шрам ничего не значит.
- Лгал, - Джамал равнодушно пожал плечами, - отец и мачеха хотели этого брака, а не я. Они считали, что женитьба на дефективной поможет мне стать лучше, но не вижу больше смысла обманывать тебя и других, ты мне отвратительна, Инара. В Москве я встретил девушку, которую полюбил, и с ней хочу связать свою судьбу.
Жених повернулся ко мне и четко проговаривая каждое слово ответил:
- Эту неверную шармуту с уродливым лицом? Конечно, нет.
- Джамал… - прошептала, чувствуя, как мне отказывает самообладание.
Жених жестко усмехнулся и впился взглядом в шрам у меня на лице.
- Неужели ты думала, что я действительно могу полюбить это… - он поднял руку и небрежно ткнул в мою щеку.
- Но ты говорил, что любишь меня, что шрам ничего не значит.
- Лгал, - Джамал равнодушно пожал плечами, - отец и мачеха хотели этого брака, а не я. Они считали, что женитьба на дефективной поможет мне стать лучше, но не вижу больше смысла обманывать тебя и других, ты мне отвратительна, Инара. В Москве я встретил девушку, которую полюбил, и с ней хочу связать свою судьбу.
❤️ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
❤️МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Ты спишь с моей сестрой почти год и теперь говоришь, что виновата я?
— Женя, с Алисой я чувствую себя мужчиной. А рядом с тобой… ты всегда сама решала, как нам жить…
Я застаю мужа с сестрой прямо в собственной клинике. Двенадцать лет брака рассыпаются за несколько минут, а следом я узнаю: любовница мужа позарилась не только на него.
❤️МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Ты спишь с моей сестрой почти год и теперь говоришь, что виновата я?
— Женя, с Алисой я чувствую себя мужчиной. А рядом с тобой… ты всегда сама решала, как нам жить…
Я застаю мужа с сестрой прямо в собственной клинике. Двенадцать лет брака рассыпаются за несколько минут, а следом я узнаю: любовница мужа позарилась не только на него.
— Ну и где мой жених? — вопрошает Антонина Вилорьевна.
Я лишь тяжело вздыхаю, идея взять свою соседку на работу и представить боссу, который принуждает меня к фиктивному браку, нравится всё меньше.
Пожилой человек. Подло пользоваться её странностями.
Но, кажется, поздно что-то менять, потому что босс движется на меня, как ледокол. Сильный, мощный, обычно самоуверенный, но сейчас в глазах недоумение.
Но это как раз не удивительно.
— Это что, Наташенька? — спрашивает он с притворной мягкостью.
— Ни что, а кто, — говорю я, а соседка скользит по боссу изучающим взглядом и, кажется, в ней пробуждается соблазнительница, но эти метаморфозы стараюсь игнорировать. — Вы сказали, что я могу найти себе замену. Я нашла. Знакомьтесь, Антонина Вилорьевна, в отличии от меня хочет замуж.
Я лишь тяжело вздыхаю, идея взять свою соседку на работу и представить боссу, который принуждает меня к фиктивному браку, нравится всё меньше.
Пожилой человек. Подло пользоваться её странностями.
Но, кажется, поздно что-то менять, потому что босс движется на меня, как ледокол. Сильный, мощный, обычно самоуверенный, но сейчас в глазах недоумение.
Но это как раз не удивительно.
— Это что, Наташенька? — спрашивает он с притворной мягкостью.
— Ни что, а кто, — говорю я, а соседка скользит по боссу изучающим взглядом и, кажется, в ней пробуждается соблазнительница, но эти метаморфозы стараюсь игнорировать. — Вы сказали, что я могу найти себе замену. Я нашла. Знакомьтесь, Антонина Вилорьевна, в отличии от меня хочет замуж.
- Знаешь, за что я больше всего ценю свою жену? – муж спрашивает у друга, пока во мне все умирает.
- И за что же? Судя по тому. Как ты мне все разложил по полочкам, то любить ты Юльку и не должен.
- Ошибаешься. Каждый мужчина обязан ценить свою жену, и я тебе это говорил, говорю и буду говорить. Если ты не ценишь свою жену, тогда у тебя не будет ничего.
- Но, согласись, лицемерно ведь звучит, ценить жену и спать с другой, - вот тут согласна, и это еще больнее признавать.
- Нет. Каждый мужчина к этому готов.
- Слушай, я не знаю. Я, правда, не знаю, смогу ли я так, как ты.
- Сможешь, - успокаивает его муж. – Итак, я закончу. За что же я ценю Юлю…
Я узнала, за что же муж меня ценил. Но не проняло. Мы развелись.
Ярко. Эффектно.
Вот только он не смог смириться, и когда я уже начала жизнь без него, позволила дышать, он ворвался в ЗАГС и украл меня с моей же свадьбы!
- И за что же? Судя по тому. Как ты мне все разложил по полочкам, то любить ты Юльку и не должен.
- Ошибаешься. Каждый мужчина обязан ценить свою жену, и я тебе это говорил, говорю и буду говорить. Если ты не ценишь свою жену, тогда у тебя не будет ничего.
- Но, согласись, лицемерно ведь звучит, ценить жену и спать с другой, - вот тут согласна, и это еще больнее признавать.
- Нет. Каждый мужчина к этому готов.
- Слушай, я не знаю. Я, правда, не знаю, смогу ли я так, как ты.
- Сможешь, - успокаивает его муж. – Итак, я закончу. За что же я ценю Юлю…
Я узнала, за что же муж меня ценил. Но не проняло. Мы развелись.
Ярко. Эффектно.
Вот только он не смог смириться, и когда я уже начала жизнь без него, позволила дышать, он ворвался в ЗАГС и украл меня с моей же свадьбы!
— Глеб Константинович. Там с охраны звонят, говорят мальчик какой-то требует пустить его к вам.
— Мальчик? — непонимающе уставился на секретаршу.
— Мальчик. Маленький. Может полицию вызвать? Ребёнок один бродит непонятно где.
— Не надо полицию, — нахмурился я. — Приведите его ко мне.
Секретарша озадаченно кивнула и скрылась за дверью. Вернулась через пару минут, пропуская в кабинет того самого мальчишку из парка. Артём вошёл, стараясь выглядеть уверенно, но его выдавали сбившееся дыхание и широко распахнутые глаза, с любопытством оглядывающие мой просторный кабинет с панорамными окнами.
— Вот, Глеб Константинович, — с лёгким недоумением в голосе произнесла секретарша и, получив от меня кивок, удалилась, притворив за собой тяжёлую дверь.
Мы остались одни. Я откинулся в кресле, стараясь принять максимально безобидный вид, хотя внутри всё замерло в напряжённом ожидании.
— Привет… пап, — тихо выдохнул Артём и посмотрел на меня, слишком похожими на мои, серыми глазами.
— Мальчик? — непонимающе уставился на секретаршу.
— Мальчик. Маленький. Может полицию вызвать? Ребёнок один бродит непонятно где.
— Не надо полицию, — нахмурился я. — Приведите его ко мне.
Секретарша озадаченно кивнула и скрылась за дверью. Вернулась через пару минут, пропуская в кабинет того самого мальчишку из парка. Артём вошёл, стараясь выглядеть уверенно, но его выдавали сбившееся дыхание и широко распахнутые глаза, с любопытством оглядывающие мой просторный кабинет с панорамными окнами.
— Вот, Глеб Константинович, — с лёгким недоумением в голосе произнесла секретарша и, получив от меня кивок, удалилась, притворив за собой тяжёлую дверь.
Мы остались одни. Я откинулся в кресле, стараясь принять максимально безобидный вид, хотя внутри всё замерло в напряжённом ожидании.
— Привет… пап, — тихо выдохнул Артём и посмотрел на меня, слишком похожими на мои, серыми глазами.
— Что это у тебя?
— Цифры. Координаты.
— Чего?
— У человека, у которого нет ничего — ни фамилии настоящей, ни даты толком, ни лица матери, — должна быть хотя бы точка отсчёта. Начало координат. Это место, где начинаюсь я.
Я наказана. Добровольно и самостоятельно.
А он наказан моим отцом. Это несправедливо, я должна положить этому конец.
Но больше всего мне хочется искать не концы.
Я хочу найти то место, где начинаемся… мы.
— Цифры. Координаты.
— Чего?
— У человека, у которого нет ничего — ни фамилии настоящей, ни даты толком, ни лица матери, — должна быть хотя бы точка отсчёта. Начало координат. Это место, где начинаюсь я.
Я наказана. Добровольно и самостоятельно.
А он наказан моим отцом. Это несправедливо, я должна положить этому конец.
Но больше всего мне хочется искать не концы.
Я хочу найти то место, где начинаемся… мы.
— Я ухожу. К молодой. Она родит мне сына, — заявил муж, укладывая рубашки. — Ты уже старая для этого, Тая. Ты бесплодная.
Он изменял, а меня называл бесплодной.
Сжимая тест в ладони, я так и не рассказала, что у него будет сын.
Теперь я — репродуктолог. Каждый день ко мне приходят пары, которые годами не могут завести ребёнка, но я не думала, что однажды в мой кабинет войдёт бывший муж под руку с девушкой, к которой он ушёл от меня шесть лет назад.
— Если уж у вас получилось, в вашем-то возрасте, да ещё бесплодной, то у меня тем более получится, — улыбается она.
Дверь распахивается, и ко мне влетает пятилетний Богдан с криком «Мама!».
— Этот сын у тебя, что ли? — хмыкает он. — Некрасивый какой-то. Уши как ручки у кастрюли. Весь в папашу, небось.
Он не знает, что смотрит на своего сына. А через несколько дней он поджидает меня у пустой парковки с результатом ДНК в кармане.
— Это мой сын. Спасибо, что родила, но на этом всё. Дальше мы с Региной сами. Готовь ему вещи.
Он изменял, а меня называл бесплодной.
Сжимая тест в ладони, я так и не рассказала, что у него будет сын.
Теперь я — репродуктолог. Каждый день ко мне приходят пары, которые годами не могут завести ребёнка, но я не думала, что однажды в мой кабинет войдёт бывший муж под руку с девушкой, к которой он ушёл от меня шесть лет назад.
— Если уж у вас получилось, в вашем-то возрасте, да ещё бесплодной, то у меня тем более получится, — улыбается она.
Дверь распахивается, и ко мне влетает пятилетний Богдан с криком «Мама!».
— Этот сын у тебя, что ли? — хмыкает он. — Некрасивый какой-то. Уши как ручки у кастрюли. Весь в папашу, небось.
Он не знает, что смотрит на своего сына. А через несколько дней он поджидает меня у пустой парковки с результатом ДНК в кармане.
— Это мой сын. Спасибо, что родила, но на этом всё. Дальше мы с Региной сами. Готовь ему вещи.
- Дядя босс, вы уволены! Теперь я тута главная!
Стою на пороге своего кабинета и ох... как удивляюсь!
В моём кресле сидит маленькая наглючка в жёлтом платье и с важным видом попивает какао с печеньем.
- Ты кто такая, - спрашиваю грозно, - И как тут оказалась?
Как только узнаю, кто её родители, уволю к чертям!
Но детсадовская мордаха меня совсем не боится.
Смотрит на меня из-под стола и отвечает:
- Оксанка-Запеканка я. Буду вас воспитывать, дядя Злюка. А ещё отомстю за то, что вы мою маму обидели…
Кто бы мог подумать, что появление маленькой наглючки перевернёт мою жизнь с головы до ног и вызовет целую череду страшных событий!
А ещё мне придётся стать суровым нянем для этой Оксанки-Запеканки, иначе, я лишусь бизнеса, а она останется без мамы...
Стою на пороге своего кабинета и ох... как удивляюсь!
В моём кресле сидит маленькая наглючка в жёлтом платье и с важным видом попивает какао с печеньем.
- Ты кто такая, - спрашиваю грозно, - И как тут оказалась?
Как только узнаю, кто её родители, уволю к чертям!
Но детсадовская мордаха меня совсем не боится.
Смотрит на меня из-под стола и отвечает:
- Оксанка-Запеканка я. Буду вас воспитывать, дядя Злюка. А ещё отомстю за то, что вы мою маму обидели…
Кто бы мог подумать, что появление маленькой наглючки перевернёт мою жизнь с головы до ног и вызовет целую череду страшных событий!
А ещё мне придётся стать суровым нянем для этой Оксанки-Запеканки, иначе, я лишусь бизнеса, а она останется без мамы...
Выберите полку для книги