Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушать любов»
— Мы все выяснили! Это чудовищная ошибка, наша сотрудница… эмбриолог… она перепутала пробирки…
— Перепутала? — гремит голос Тамерлана. — Кто эта женщина, которой подсадили моего ребенка? Где она? Я хочу знать все.
— Мы… мы не имеем права разглашать…
— Имеете! — рявкает он. — Если не хотите, чтобы я сжег эту клинику дотла, вы скажете мне!
А я стою за дверью и думаю, что мне пора бежать.
Но и шага сделать не успеваю, когда за спиной раздаётся грозное:
— Стоять!
— Перепутала? — гремит голос Тамерлана. — Кто эта женщина, которой подсадили моего ребенка? Где она? Я хочу знать все.
— Мы… мы не имеем права разглашать…
— Имеете! — рявкает он. — Если не хотите, чтобы я сжег эту клинику дотла, вы скажете мне!
А я стою за дверью и думаю, что мне пора бежать.
Но и шага сделать не успеваю, когда за спиной раздаётся грозное:
— Стоять!
💙 ПОЛНЫЙ ТЕКСТ 💙
💙 МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА 💙
— Она для секса. Ты — моя жена.
Я смотрю на мужа и понимаю: он не раскаивается. Он уверен, что всё можно объяснить.
Молодой любовнице Максим обещает развод и свадьбу. Мне — что никогда не собирался уходить.
Удобно.
Одна женщина для страсти. Другая — для дома, семьи и привычной жизни.
Девять лет я была той самой удобной женой, которая доверяла ему безоговорочно.
Больше не буду.
Максим уверен, что я остыну и прощу.
А я впервые хочу только одного — чтобы он навсегда исчез из моей жизни.
💙 МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА 💙
— Она для секса. Ты — моя жена.
Я смотрю на мужа и понимаю: он не раскаивается. Он уверен, что всё можно объяснить.
Молодой любовнице Максим обещает развод и свадьбу. Мне — что никогда не собирался уходить.
Удобно.
Одна женщина для страсти. Другая — для дома, семьи и привычной жизни.
Девять лет я была той самой удобной женой, которая доверяла ему безоговорочно.
Больше не буду.
Максим уверен, что я остыну и прощу.
А я впервые хочу только одного — чтобы он навсегда исчез из моей жизни.
— Ты без меня никто, Алина! — голос мужа срывается на крик. Он всё сильнее сжимает руль. — Слышишь? Никто!
— Следи за дорогой, — ледяным тоном бросаю я.
— Не указывай мне!
Визг тормозов бьет по барабанным перепонкам.
Соня просыпается от грубого рывка. Она начинает истошно, надрывно реветь. Этот плач больного ребенка бьет по оголенным нервам.
— Тише-тише, бусинка, мама здесь, — шепчу я, склоняясь над автокреслом.
Антон выскакивает из-за руля.
Лицо перекошено от ярости, глаза налиты кровью.
— Что ты делаешь?! Антон, Соне плохо! — кричу я. – Надо ехать в больницу!
— Подумай-ка пока, каково тебе будет без меня! И не смей мне указывать! — рычит он мне прямо в лицо, перекрикивая невыносимый, захлебывающийся плач нашей малышки, оставшейся одной на заднем сиденье.
Я лечу спиной, проваливаясь в густые, дикие заросли колючего кустарника.
Машина ревёт, увозя моего ребёнка на бешеной скорости.
Но самое страшное случится потом, когда муж потеряет управление и не впишется в поворот...
— Следи за дорогой, — ледяным тоном бросаю я.
— Не указывай мне!
Визг тормозов бьет по барабанным перепонкам.
Соня просыпается от грубого рывка. Она начинает истошно, надрывно реветь. Этот плач больного ребенка бьет по оголенным нервам.
— Тише-тише, бусинка, мама здесь, — шепчу я, склоняясь над автокреслом.
Антон выскакивает из-за руля.
Лицо перекошено от ярости, глаза налиты кровью.
— Что ты делаешь?! Антон, Соне плохо! — кричу я. – Надо ехать в больницу!
— Подумай-ка пока, каково тебе будет без меня! И не смей мне указывать! — рычит он мне прямо в лицо, перекрикивая невыносимый, захлебывающийся плач нашей малышки, оставшейся одной на заднем сиденье.
Я лечу спиной, проваливаясь в густые, дикие заросли колючего кустарника.
Машина ревёт, увозя моего ребёнка на бешеной скорости.
Но самое страшное случится потом, когда муж потеряет управление и не впишется в поворот...
– Что, позавидовала молодой? – хмыкает муж. – Ты вроде еще не настолько старая, чтобы завидовать, так что успокойся. Возьми себя в руки, не позорь меня перед гостями.
Его тон заставляет меня дрожать.
– Ты обманывал меня столько лет, а сейчас вдруг решил раскрыть карты, пригласив эту девушку на наш праздник? – хриплю.
Мужской взгляд становится злым:
– С чего ты взяла, что вообще имеешь право предъявлять мне претензии, дорогая? Забыла, кто ты, а кто я? В себя поверила? Сиди и молчи, как предыдущие двадцать лет, пока я не дам тебе разрешения говорить. Поняла, Валентина?
День двадцатилетия свадьбы превратился в похороны семейной жизни, когда на праздник заявилась молодая секретарша моего мужа и сразу дала понять, кто здесь настоящая хозяйка.
Его тон заставляет меня дрожать.
– Ты обманывал меня столько лет, а сейчас вдруг решил раскрыть карты, пригласив эту девушку на наш праздник? – хриплю.
Мужской взгляд становится злым:
– С чего ты взяла, что вообще имеешь право предъявлять мне претензии, дорогая? Забыла, кто ты, а кто я? В себя поверила? Сиди и молчи, как предыдущие двадцать лет, пока я не дам тебе разрешения говорить. Поняла, Валентина?
День двадцатилетия свадьбы превратился в похороны семейной жизни, когда на праздник заявилась молодая секретарша моего мужа и сразу дала понять, кто здесь настоящая хозяйка.
– Так вы даже не знаете, от кого у вас дети? Не знаете, кто мать? – спрашиваю бравого спецназовца.
– Вероятно, их мать – пробирка, – отвечает, потерев волевой подбородок. – Но делать нечего. Их двое. У меня служба. Мне нужна няня. Ты едешь со мной.
– Так просто? Я же не вещь, чтоб меня забрать таким образом!
– Все просто. Мне нужна няня, а тебе – защита от бывшего мужа. Все честно.
– Ладно.
От этого сурового спецназовца я не в восторге, но к девочкам привязалась.
– Вероятно, их мать – пробирка, – отвечает, потерев волевой подбородок. – Но делать нечего. Их двое. У меня служба. Мне нужна няня. Ты едешь со мной.
– Так просто? Я же не вещь, чтоб меня забрать таким образом!
– Все просто. Мне нужна няня, а тебе – защита от бывшего мужа. Все честно.
– Ладно.
От этого сурового спецназовца я не в восторге, но к девочкам привязалась.
🔥ЗАВЕРШЕНО🔥
Я сбежала из дома в ночь перед помолвкой.
От отца, который всё решил за меня. От жениха, которого не люблю. От жизни, которую мне расписали на годы вперёд.
План был простой: уехать подальше и начать всё с чистого листа.
Вот только я случайно похитила первого встречного красавчика, запихнув его в багажник и дав дёру.
Думаете, ему пришлось это по вкусу?
Я сбежала из дома в ночь перед помолвкой.
От отца, который всё решил за меня. От жениха, которого не люблю. От жизни, которую мне расписали на годы вперёд.
План был простой: уехать подальше и начать всё с чистого листа.
Вот только я случайно похитила первого встречного красавчика, запихнув его в багажник и дав дёру.
Думаете, ему пришлось это по вкусу?
— Зачем ты приехала? — грубым тоном спрашивает он. — Тебя никто не звал.
Стою с двумя клетчатыми сумками на пороге квартиры, которая должна была быть нашей, и думаю, что попала в кошмар.
— Я хотела сделать сюрприз! Я очень соскучилась по тебе, Антон!
Но внезапно из спальни появляется рыжеволосая девица в алом пеньюаре.
И страстно целует моего мужа в губы.
— Это Светлана. Мы давно уже вместе...
— Его настоящая и горячо любимая жена! — улыбается она, поглаживая большой живот. — Я жду второго сына от Антона Грозного! Такой мужчина, как он, достоин самого лучшего! А ты — проваливай и не мешай нашему счастью, деревня!
— Ты была всего лишь временной, Голубка... Вот моя идеальная семья, — кивает на девицу, продолжая сжимать её талию. — Возвращайся к матери и жди, когда я подам на развод.
— У меня украли кошелёк в электричке! Неужели ты выгонишь меня на мороз?
Он бросает мне купюру — тысячу рублей, и захлопывает дверь.
Даже не подозревая о том, как сильно будет жалеть...
Стою с двумя клетчатыми сумками на пороге квартиры, которая должна была быть нашей, и думаю, что попала в кошмар.
— Я хотела сделать сюрприз! Я очень соскучилась по тебе, Антон!
Но внезапно из спальни появляется рыжеволосая девица в алом пеньюаре.
И страстно целует моего мужа в губы.
— Это Светлана. Мы давно уже вместе...
— Его настоящая и горячо любимая жена! — улыбается она, поглаживая большой живот. — Я жду второго сына от Антона Грозного! Такой мужчина, как он, достоин самого лучшего! А ты — проваливай и не мешай нашему счастью, деревня!
— Ты была всего лишь временной, Голубка... Вот моя идеальная семья, — кивает на девицу, продолжая сжимать её талию. — Возвращайся к матери и жди, когда я подам на развод.
— У меня украли кошелёк в электричке! Неужели ты выгонишь меня на мороз?
Он бросает мне купюру — тысячу рублей, и захлопывает дверь.
Даже не подозревая о том, как сильно будет жалеть...
— Ты бесплодная, дефектная пустышка, Алена! — муж брезгливо кривит губы.
— Он теперь будет отцом, подруга, — приторно-сладким голосом подает голос с кровати Карина. — Здесь больше нет места для еще одной женщины.
В нашу десятую годовщину он вышвыривает меня на улицу в ледяную метель. Я ухожу молча, не сказав, что видела его медкарту, заботливо спрятанную свекровью.
В тот роковой вечер отчаяние толкнуло меня в объятия властного, опасного незнакомца.
Одна безумная ночь, чтобы забыться. И... две полоски на тесте.
Спустя четыре года я прихожу на работу в огромную корпорацию и с ужасом понимаю, что мой новый босс - безжалостный миллиардер Дмитрий Дельцов. Незнакомец, в чьих руках я нашла утешение.
Он сканирует меня тяжелым взглядом, а затем опускает глаза на моего маленького сына. Свою точную, идеальную копию.
— Он теперь будет отцом, подруга, — приторно-сладким голосом подает голос с кровати Карина. — Здесь больше нет места для еще одной женщины.
В нашу десятую годовщину он вышвыривает меня на улицу в ледяную метель. Я ухожу молча, не сказав, что видела его медкарту, заботливо спрятанную свекровью.
В тот роковой вечер отчаяние толкнуло меня в объятия властного, опасного незнакомца.
Одна безумная ночь, чтобы забыться. И... две полоски на тесте.
Спустя четыре года я прихожу на работу в огромную корпорацию и с ужасом понимаю, что мой новый босс - безжалостный миллиардер Дмитрий Дельцов. Незнакомец, в чьих руках я нашла утешение.
Он сканирует меня тяжелым взглядом, а затем опускает глаза на моего маленького сына. Свою точную, идеальную копию.
- Знаешь, за что я больше всего ценю свою жену? – муж спрашивает у друга, пока во мне все умирает.
- И за что же? Судя по тому. Как ты мне все разложил по полочкам, то любить ты Юльку и не должен.
- Ошибаешься. Каждый мужчина обязан ценить свою жену, и я тебе это говорил, говорю и буду говорить. Если ты не ценишь свою жену, тогда у тебя не будет ничего.
- Но, согласись, лицемерно ведь звучит, ценить жену и спать с другой, - вот тут согласна, и это еще больнее признавать.
- Нет. Каждый мужчина к этому готов.
- Слушай, я не знаю. Я, правда, не знаю, смогу ли я так, как ты.
- Сможешь, - успокаивает его муж. – Итак, я закончу. За что же я ценю Юлю…
Я узнала, за что же муж меня ценил. Но не проняло. Мы развелись.
Ярко. Эффектно.
Вот только он не смог смириться, и когда я уже начала жизнь без него, позволила дышать, он ворвался в ЗАГС и украл меня с моей же свадьбы!
- И за что же? Судя по тому. Как ты мне все разложил по полочкам, то любить ты Юльку и не должен.
- Ошибаешься. Каждый мужчина обязан ценить свою жену, и я тебе это говорил, говорю и буду говорить. Если ты не ценишь свою жену, тогда у тебя не будет ничего.
- Но, согласись, лицемерно ведь звучит, ценить жену и спать с другой, - вот тут согласна, и это еще больнее признавать.
- Нет. Каждый мужчина к этому готов.
- Слушай, я не знаю. Я, правда, не знаю, смогу ли я так, как ты.
- Сможешь, - успокаивает его муж. – Итак, я закончу. За что же я ценю Юлю…
Я узнала, за что же муж меня ценил. Но не проняло. Мы развелись.
Ярко. Эффектно.
Вот только он не смог смириться, и когда я уже начала жизнь без него, позволила дышать, он ворвался в ЗАГС и украл меня с моей же свадьбы!
— Я ухожу. К молодой. Она родит мне сына, — заявил муж, укладывая рубашки. — Ты уже старая для этого, Тая. Ты бесплодная.
Он изменял, а меня называл бесплодной.
Сжимая тест в ладони, я так и не рассказала, что у него будет сын.
Теперь я — репродуктолог. Каждый день ко мне приходят пары, которые годами не могут завести ребёнка, но я не думала, что однажды в мой кабинет войдёт бывший муж под руку с девушкой, к которой он ушёл от меня шесть лет назад.
— Если уж у вас получилось, в вашем-то возрасте, да ещё бесплодной, то у меня тем более получится, — улыбается она.
Дверь распахивается, и ко мне влетает пятилетний Богдан с криком «Мама!».
— Этот сын у тебя, что ли? — хмыкает он. — Некрасивый какой-то. Уши как ручки у кастрюли. Весь в папашу, небось.
Он не знает, что смотрит на своего сына. А через несколько дней он поджидает меня у пустой парковки с результатом ДНК в кармане.
— Это мой сын. Спасибо, что родила, но на этом всё. Дальше мы с Региной сами. Готовь ему вещи.
Он изменял, а меня называл бесплодной.
Сжимая тест в ладони, я так и не рассказала, что у него будет сын.
Теперь я — репродуктолог. Каждый день ко мне приходят пары, которые годами не могут завести ребёнка, но я не думала, что однажды в мой кабинет войдёт бывший муж под руку с девушкой, к которой он ушёл от меня шесть лет назад.
— Если уж у вас получилось, в вашем-то возрасте, да ещё бесплодной, то у меня тем более получится, — улыбается она.
Дверь распахивается, и ко мне влетает пятилетний Богдан с криком «Мама!».
— Этот сын у тебя, что ли? — хмыкает он. — Некрасивый какой-то. Уши как ручки у кастрюли. Весь в папашу, небось.
Он не знает, что смотрит на своего сына. А через несколько дней он поджидает меня у пустой парковки с результатом ДНК в кармане.
— Это мой сын. Спасибо, что родила, но на этом всё. Дальше мы с Региной сами. Готовь ему вещи.
Выберите полку для книги