Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
Лиля давно научилась жить без иллюзий: растить сына, держать на плаву маленькую кондитерскую и не ждать, что кто-то однажды придёт и всё исправит. Слишком многое осталось в прошлом – обиды, недоверие, боль, которую не заглушить ни временем, ни красивыми словами.
Но Артём возвращается не за прощением и не за правом начать сначала. Он приходит, чтобы день за днём доказывать: любовь – это не обещания, а выбор оставаться. Рядом. Честно. По-настоящему.
Между запахом ванили, зимним светом витрин и тихими семейными вечерами им предстоит заново узнать друг друга, научиться говорить о том, что слишком долго болело, и понять, можно ли построить новое счастье не вопреки прошлому, а вместе с ним.
Но Артём возвращается не за прощением и не за правом начать сначала. Он приходит, чтобы день за днём доказывать: любовь – это не обещания, а выбор оставаться. Рядом. Честно. По-настоящему.
Между запахом ванили, зимним светом витрин и тихими семейными вечерами им предстоит заново узнать друг друга, научиться говорить о том, что слишком долго болело, и понять, можно ли построить новое счастье не вопреки прошлому, а вместе с ним.
У Юлии было всё, о чём принято мечтать: статус, идеальная квартира и муж, чьё имя произносили с уважением. Но за безупречным фасадом её жизни скрывалась удушливая тишина и измена, ставшая последней каплей. В один миг она решает забрать свою жизнь обратно, даже если для этого придётся остаться ни с чем.
Путь к себе оказывается тернистым: прошлое не отпускает, а страх становится постоянным спутником. Но именно в момент полного отчаяния Юлия встречает Тимура - человека, который учит её не прятать шрамы, а видеть в них историю силы, а не слабости.
Это история о том, как собрать себя заново из осколков, научиться говорить «нет» и построить мир, в котором главный архитектор - ты сама. «Сильнее, чем вчера» - роман о смелости начать всё сначала, о выходе из тени и о том, что настоящая любовь - это не клетка, а крылья.
Путь к себе оказывается тернистым: прошлое не отпускает, а страх становится постоянным спутником. Но именно в момент полного отчаяния Юлия встречает Тимура - человека, который учит её не прятать шрамы, а видеть в них историю силы, а не слабости.
Это история о том, как собрать себя заново из осколков, научиться говорить «нет» и построить мир, в котором главный архитектор - ты сама. «Сильнее, чем вчера» - роман о смелости начать всё сначала, о выходе из тени и о том, что настоящая любовь - это не клетка, а крылья.
- Ты что тут делаешь? Почему не в клинике? – увидев меня, муж замер на пороге кухни, а рядом с ним хлопала глазками молоденькая брюнетка.
- Сюрприз!
Муж быстро сориентировался, как ни в чем не бывало заявил:
- Кстати, познакомься. Это Юля, дочь моего приятеля. Я обещал ей… - договорить он не успел.
- Обещал показать фильм, сделать массаж, сварить кофе, - я принялась перечислять все то, что уже знала. – А с женой не обещал познакомить?
- Вы же сейчас лечение проходите, в зарубежном центре, - девчонка, видимо, не ожидала такой встречи. - Он сказал, что вы болеете, что вы чокнутая, сумасшедшая, у вас бывают приступы агрессии.
- Приступы агрессии, значит? – я ухмыльнулась, покрепче ухватилась за тяжеленную чугунную сковороду, которая мне досталась еще от бабушки, подняла ее с плиты.
Муж нервно сглатывал и озирался по сторонам. Он меня боялся и правильно делал. Раз назвал меня сумасшедшей и чокнутой – придется соответствовать!
- Сюрприз!
Муж быстро сориентировался, как ни в чем не бывало заявил:
- Кстати, познакомься. Это Юля, дочь моего приятеля. Я обещал ей… - договорить он не успел.
- Обещал показать фильм, сделать массаж, сварить кофе, - я принялась перечислять все то, что уже знала. – А с женой не обещал познакомить?
- Вы же сейчас лечение проходите, в зарубежном центре, - девчонка, видимо, не ожидала такой встречи. - Он сказал, что вы болеете, что вы чокнутая, сумасшедшая, у вас бывают приступы агрессии.
- Приступы агрессии, значит? – я ухмыльнулась, покрепче ухватилась за тяжеленную чугунную сковороду, которая мне досталась еще от бабушки, подняла ее с плиты.
Муж нервно сглатывал и озирался по сторонам. Он меня боялся и правильно делал. Раз назвал меня сумасшедшей и чокнутой – придется соответствовать!
На что можно пойти когда любишь? Особенно, если эта любовь безответная уже несколько лет. Чтобы Крис не делал, Эшли никогда не обращала на него внимания, считая его назойливым занудой.
Но Крис Фокс решился на рискованный шаг - либо всё, либо ничего.
Он пошёл на преступление ради её сердца: похищение было лишь первым шагом в его безумном плане завоевания любви. Теперь его цель - заставить Эшли полюбить его, чего бы ему это не стоило.
Но Крис Фокс решился на рискованный шаг - либо всё, либо ничего.
Он пошёл на преступление ради её сердца: похищение было лишь первым шагом в его безумном плане завоевания любви. Теперь его цель - заставить Эшли полюбить его, чего бы ему это не стоило.
Восемь недель. Врач улыбнулась, «Поздравляю, Виктория Сергеевна. Вы станете мамой».
Я ещё не сказала Серёже, хочу сделать сюрприз…
Еду к нему в Москву.
Поднимаюсь, звоню в дверь. Дверь распахивается.
На пороге стоит девушка… На ней мужская рубашка – явно не её размера. Только рубашка…
Она смотрит на меня без особого интереса, слегка прищурившись.
– Любимый, – кричит она, – это к тебе, скорее всего курьер.
Время останавливается.
– Я... – мой голос звучит чужим, сдавленным. – Я к Сергею.
Девушка поднимает бровь. Оглядывает меня с ног до головы.
– Сергей, тут правда к тебе,
И вот он появляется в коридоре… Серёжа, мой Серёжа.
И застывает.
– Вика? – выдыхает он. – Что ты... Ты же не говорила, что приедешь...
Я ещё не сказала Серёже, хочу сделать сюрприз…
Еду к нему в Москву.
Поднимаюсь, звоню в дверь. Дверь распахивается.
На пороге стоит девушка… На ней мужская рубашка – явно не её размера. Только рубашка…
Она смотрит на меня без особого интереса, слегка прищурившись.
– Любимый, – кричит она, – это к тебе, скорее всего курьер.
Время останавливается.
– Я... – мой голос звучит чужим, сдавленным. – Я к Сергею.
Девушка поднимает бровь. Оглядывает меня с ног до головы.
– Сергей, тут правда к тебе,
И вот он появляется в коридоре… Серёжа, мой Серёжа.
И застывает.
– Вика? – выдыхает он. – Что ты... Ты же не говорила, что приедешь...
– Мама, там дядя! С цветочками! Это мне? – кричит с восторгом и тычет пальцем в панорамное окно детского кафе моя доченька.
– Какой дядя? – не сразу улавливаю я.
– Там! – уже громче говорит и дёргает меня за платье.
Я оборачиваюсь, пытаюсь отвлечься от гостей. Сегодня же день рождения моей малышки. Три года! И застываю на месте, будто меня током ударило.
За окном стоит он. Марк Громов. Всё такой же высокий, такой невероятно притягательный. Тот, кого я любила больше жизни. Тот, кто клялся мне в любви, а потом предал. И он смотрит не на меня! Он не сводит взгляда с Алисы — моей маленькой принцессы, моего ангелочка!
Он медленно поднимает взгляд на меня, и я вижу в его ореховых глазах боль, отчаяние, а следом — и ненависть.
– Какой дядя? – не сразу улавливаю я.
– Там! – уже громче говорит и дёргает меня за платье.
Я оборачиваюсь, пытаюсь отвлечься от гостей. Сегодня же день рождения моей малышки. Три года! И застываю на месте, будто меня током ударило.
За окном стоит он. Марк Громов. Всё такой же высокий, такой невероятно притягательный. Тот, кого я любила больше жизни. Тот, кто клялся мне в любви, а потом предал. И он смотрит не на меня! Он не сводит взгляда с Алисы — моей маленькой принцессы, моего ангелочка!
Он медленно поднимает взгляд на меня, и я вижу в его ореховых глазах боль, отчаяние, а следом — и ненависть.
— Мне нужна невеста. Приличная, с хорошей речью. Я предлагаю тебе контракт на три месяца. По истечении срока — мирно расходимся, версия для прессы «не сошлись характерами».
— А я получаю…
Он называет сумму.
Я молчу. Долго. Считаю.
Это — ипотека закрыта. Это — декрет, который я смогу позволить себе. Это — год жизни без паники.
— Марк, — говорю я тихо. — Я должна вам кое-что сказать. И после этого вы, возможно, сами откажетесь...
Он чуть приподнимает бровь.
— Я беременна, — говорю я. — Где-то шесть-семь недель. И, Марк… отец ребёнка – ваш брат.
***
За один день я потеряла всё: работу, личную жизнь и, кажется, рассудок. А ещё узнала, что беременна — от мужчины, который женился на другой.
И в этот же день я въехала задом в чёрный Bentley.
Я узнала это лицо сразу.
Марк Велесов. Старший брат человека, от которого я ношу ребёнка. И мужчина, который предложил мне сделку.
Я думала, это будет легко. Как же я ошибалась…
— А я получаю…
Он называет сумму.
Я молчу. Долго. Считаю.
Это — ипотека закрыта. Это — декрет, который я смогу позволить себе. Это — год жизни без паники.
— Марк, — говорю я тихо. — Я должна вам кое-что сказать. И после этого вы, возможно, сами откажетесь...
Он чуть приподнимает бровь.
— Я беременна, — говорю я. — Где-то шесть-семь недель. И, Марк… отец ребёнка – ваш брат.
***
За один день я потеряла всё: работу, личную жизнь и, кажется, рассудок. А ещё узнала, что беременна — от мужчины, который женился на другой.
И в этот же день я въехала задом в чёрный Bentley.
Я узнала это лицо сразу.
Марк Велесов. Старший брат человека, от которого я ношу ребёнка. И мужчина, который предложил мне сделку.
Я думала, это будет легко. Как же я ошибалась…
Амина — студентка, отличница, гордая и неприступная.
Тимур — тридцатилетний мачо с Кавказа, привыкший покупать всё, включая женщин.
Получив отказ, он бросает: «Ты всё равно будешь моей» — и идёт к её отцу с требованием продать дочь за калым.
Отец идёт против обычаев, отвечая, что его дочь сама выберет свою судьбу.
В бешенстве Тимур идёт напролом, ему во что бы то ни стало, надо заполучить Амину...
Однажды девушка пропадает... Отец Амины требует наказания наглеца и обидчика, но так ли всё просто?
Тимур — тридцатилетний мачо с Кавказа, привыкший покупать всё, включая женщин.
Получив отказ, он бросает: «Ты всё равно будешь моей» — и идёт к её отцу с требованием продать дочь за калым.
Отец идёт против обычаев, отвечая, что его дочь сама выберет свою судьбу.
В бешенстве Тимур идёт напролом, ему во что бы то ни стало, надо заполучить Амину...
Однажды девушка пропадает... Отец Амины требует наказания наглеца и обидчика, но так ли всё просто?
Всегда жил романтикой, но никогда толком не получалось её реализовать. А когда все же ощутил взаимную любовь, столкнулся с реалями...
Кажется, он нравится всем вокруг нее. Ведь он хоккеист.
Она же считает его эгоистичным и самодовольным.
Но так ли это на самом деле?
Ему она понравилась сразу. Еще на фотографии, случайно увиденной в сети.
Но верно ли первое впечатление?
И какие тайны прошлого есть между ними?
Она же считает его эгоистичным и самодовольным.
Но так ли это на самом деле?
Ему она понравилась сразу. Еще на фотографии, случайно увиденной в сети.
Но верно ли первое впечатление?
И какие тайны прошлого есть между ними?
Выберите полку для книги