Книги в жанре «Любовные романы»
Она - юная выпускница с красным дипломом, вечно попадающая в нелепые ситуации. Он - холодный и расчётливый миллионер. Они из разных миров, но одна искра, и всё может измениться...
Светлана всегда знала, что лучше для сына. Она выбирала ему одежду, друзей, профессию и девушек — точнее, отваживала всех, кто осмеливался приблизиться. Она искренне верила, что спасает Павла от ошибок. А он верил ей. Тридцать лет.
Но однажды Павел встречает Ольгу — и впервые чувствует, что может дышать. Прятаться от матери становится всё труднее, а платить за «заботу» собственным счастьем — невыносимее. Разрыв неизбежен. Однако уйти из дома — это только начало. Настоящая битва происходит внутри: как перестать быть «хорошим сыном», чтобы стать просто человеком?
Трогательная, горькая и светлая история о материнской гиперопеке, взрослении и праве на свою жизнь.
Но однажды Павел встречает Ольгу — и впервые чувствует, что может дышать. Прятаться от матери становится всё труднее, а платить за «заботу» собственным счастьем — невыносимее. Разрыв неизбежен. Однако уйти из дома — это только начало. Настоящая битва происходит внутри: как перестать быть «хорошим сыном», чтобы стать просто человеком?
Трогательная, горькая и светлая история о материнской гиперопеке, взрослении и праве на свою жизнь.
Журналистка Кира находит в доме бабушки письма от её тайной любви — Каната из Шымкента. Чтобы раскрыть историю несбывшейся любви, она летит в Казахстан. Поиски правды о прошлом превращаются в личное испытание: Кира должна выбрать между безопасной жизнью в Москве и непредсказуемым будущим с внуком Каната Талгатом. «Наследство любви» — повесть о том, как чужие ошибки помогают обрести своё счастье, делая выбор не в пользу страха, а в пользу жизни.
Когда в московской кофейне убивают влиятельного бизнесмена, последней, кто видел его живым, оказывается студентка журфака Лиза. Не успев осознать весь ужас ситуации, она становится мишенью для «крыши» убитого — группы безжалостных бандитов. Единственным, кто может её защитить - это суровый капитан полиции Александр Соколов. Вынужденные скрываться от преследователей, капитан и студентка оказываются заперты в одном пространстве, где страх смерти уступает место притяжению. Между сорокалетним, уставшим от цинизма следователем и юной девушкой вспыхивает запретная страсть. Но их хрупкое убежище находят. Лизу похищают прямо из-под носа у Соколова, и он получает страшный ультиматум: закрыть дело об убийстве или получить видео с казнью любимой. Отстраненный от службы и загнанный в угол, Соколов решает играть по своим правилам, чтобы вырвать Лизу из бандитского плена. Это история не только о выживании, но и о том, как любовь становится единственным оружием против безжалостной системы.
Я знала, на что шла. Он — мой босс. Он — женат. Он — человек, которого нельзя любить. Но разве сердце слушает доводы рассудка? Наша связь была тайной за семью печатями, пока я не увидела две полоски на тесте. Максим плакал от счастья и клялся уйти от жены. Мы были счастливы. Тайно, украдкой, но счастливы. Я носила под сердцем нашего малыша и верила, что скоро мы станем настоящей семьёй. Но осталась только пустота. И тишина внутри, где раньше билось маленькое сердце.
Сможет ли наша любовь пережить то, что случилось. Смогу ли я простить. Смогу ли забыть. И главное — как жить дальше, если внутри до сих пор звенит тишина?
Сможет ли наша любовь пережить то, что случилось. Смогу ли я простить. Смогу ли забыть. И главное — как жить дальше, если внутри до сих пор звенит тишина?
Молодая студентка мед. университета Любава привыкла жить в уютном мире иллюзий, доверяя своему взрослому жениху Сергею Борисовичу, врачу хирургу в госпитале, где Любава проходит аспирантуру. Разница в возрасте казалась несущественной, пока роковая встреча с Игорем не стала катализатором перемен. Цветы, внимание, искренность Игоря вскрывают хрупкость мира Любавы и заставляют взглянуть правде в глаза. Зависть и ревность прорываются наружу, порождая цепь трагических событий, последствия которых непредсказуемы и необратимы…
Как только я зашла, то услышала смех из зала. У нас точно гости. Быстро сняла с себя верхнюю одежду и прошла в зал.
Картину, которую я увидела, никогда не забуду. За столом сидели мои родители и Илья, которого со спины обнимала моя сестра, а увидев меня, поцеловала его в губы.
— Диана, ты пришла! Проходи скорей к столу, Анечка своего жениха привела знакомиться, Илюшу! Скоро у нас праздник — свадьба! А самый главный сюрприз — Аня беременна! Мы уже начали обсуждать их свадьбу! Присоединяйся скорее, — радостно и быстро сказала мама.
Я посмотрела на Илью, а он отвёл глаза. Сестра при этом одарила меня мерзкой, хищной улыбкой.
— Ненавижу вас. — сказала я и, схватив куртку, выскочила на улицу.
Не взяла с собой ничего: ни телефон, ни карту, ни ключи. Я просто бродила по заснеженной улице.
Картину, которую я увидела, никогда не забуду. За столом сидели мои родители и Илья, которого со спины обнимала моя сестра, а увидев меня, поцеловала его в губы.
— Диана, ты пришла! Проходи скорей к столу, Анечка своего жениха привела знакомиться, Илюшу! Скоро у нас праздник — свадьба! А самый главный сюрприз — Аня беременна! Мы уже начали обсуждать их свадьбу! Присоединяйся скорее, — радостно и быстро сказала мама.
Я посмотрела на Илью, а он отвёл глаза. Сестра при этом одарила меня мерзкой, хищной улыбкой.
— Ненавижу вас. — сказала я и, схватив куртку, выскочила на улицу.
Не взяла с собой ничего: ни телефон, ни карту, ни ключи. Я просто бродила по заснеженной улице.
В первый рабочий день в модном доме Aurora Ева Соколова получает не приветствие, а катастрофу: ключевое платье разрезано перед самой съёмкой. Она спасает его золотым швом — и неожиданно получает шанс, которого ждала слишком долго.
У Aurora есть тридцать дней, чтобы выиграть важный контракт и избежать продажи конкурентам. Но кто-то внутри компании сливает эскизы, уничтожает коллекцию и пытается сделать с Евой то, что с ней уже однажды сделали, — украсть её авторство.
А рядом снова появляется Марк Левицкий — фотограф, который снимал ту самую украденную коллекцию. Он не крал её эскизы. Он сделал хуже: понял, что происходит, и промолчал.
Теперь у них общий дедлайн, общий враг и слишком много причин не доверять друг другу.
В мире глянца шрамы принято прятать. Ева собирается сделать их своим главным оружием.
У Aurora есть тридцать дней, чтобы выиграть важный контракт и избежать продажи конкурентам. Но кто-то внутри компании сливает эскизы, уничтожает коллекцию и пытается сделать с Евой то, что с ней уже однажды сделали, — украсть её авторство.
А рядом снова появляется Марк Левицкий — фотограф, который снимал ту самую украденную коллекцию. Он не крал её эскизы. Он сделал хуже: понял, что происходит, и промолчал.
Теперь у них общий дедлайн, общий враг и слишком много причин не доверять друг другу.
В мире глянца шрамы принято прятать. Ева собирается сделать их своим главным оружием.
Говорят, никогда не работай с теми, кем восхищаешься. Разочаруешься.
Я читала «Клинок пустоты» дважды. Я знала каждую страницу наизусть. Его автор, Рэн Такахаси, был для меня богом сёнэн-манги. Пока я не стала его ассистенткой.
Теперь я знаю другое: он груб, невыносим и считает, что «мангу читают глазами, а не сердцем». Но именно мне он доверяет рисовать сцены, которые сам создать не в силах. Сцены, от которых читатели плачут.
У нас одна студия на двоих. Один дедлайн. И один секрет, который мы прячем от всех.
Я читала «Клинок пустоты» дважды. Я знала каждую страницу наизусть. Его автор, Рэн Такахаси, был для меня богом сёнэн-манги. Пока я не стала его ассистенткой.
Теперь я знаю другое: он груб, невыносим и считает, что «мангу читают глазами, а не сердцем». Но именно мне он доверяет рисовать сцены, которые сам создать не в силах. Сцены, от которых читатели плачут.
У нас одна студия на двоих. Один дедлайн. И один секрет, который мы прячем от всех.
— Сколько? — его голос звучит ровно, без тени сочувствия. Каждая буква словно отчеканена из стали.
— Что «сколько»? — я отступаю на шаг в душной гримерной, прижимая футляр со скрипкой к груди, как щит.
— Сколько тебе нужно денег, чтобы решить проблему, из-за которой у тебя трясутся руки? Я умею читать сообщения на экранах телефонов. Тебе нужны деньги на операцию бабушки. Мне — твое время на ближайшие полтора года.
— Я не продаюсь, господин Гордов. Если вы рассчитываете, что я стану вашей очередной игрушкой, то…
— Ты мне нужна не для этого, — в его ледяных серых глазах проскальзывает жесткая усмешка. — Мне нужно, чтобы ты сыграла роль моей идеальной невесты, а затем и законной жены.
— Что «сколько»? — я отступаю на шаг в душной гримерной, прижимая футляр со скрипкой к груди, как щит.
— Сколько тебе нужно денег, чтобы решить проблему, из-за которой у тебя трясутся руки? Я умею читать сообщения на экранах телефонов. Тебе нужны деньги на операцию бабушки. Мне — твое время на ближайшие полтора года.
— Я не продаюсь, господин Гордов. Если вы рассчитываете, что я стану вашей очередной игрушкой, то…
— Ты мне нужна не для этого, — в его ледяных серых глазах проскальзывает жесткая усмешка. — Мне нужно, чтобы ты сыграла роль моей идеальной невесты, а затем и законной жены.
Выберите полку для книги