Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
– Я сама видела тебя в клубе с двумя девицами, – шепчу мужу, едва сдерживая ярость.
Он лишь пожимает плечами:
– Ну и что? Это просто работа.
– Ты выискивал угрозы национальной безопасности у нее во рту? Такая у тебя теперь работа?
– Не пори чушь. Ты мне чуть все дело не испортила…
– Больше я тебе мешать не буду. Я ухожу и подаю на развод!
Муж мгновенно свирепеет:
– Ты моя жена, и так будет до тех пор, пока Я не решу обратное!
В день, когда подтвердилась моя желанная беременность, я застукала мужа за предательством сразу с двумя. Он предал меня, растоптал нашу любовь, и мириться с этим я не собираюсь!
Только вот он совсем не хочет меня отпускать… а ведь он даже еще не знает о ребенке…
Он лишь пожимает плечами:
– Ну и что? Это просто работа.
– Ты выискивал угрозы национальной безопасности у нее во рту? Такая у тебя теперь работа?
– Не пори чушь. Ты мне чуть все дело не испортила…
– Больше я тебе мешать не буду. Я ухожу и подаю на развод!
Муж мгновенно свирепеет:
– Ты моя жена, и так будет до тех пор, пока Я не решу обратное!
В день, когда подтвердилась моя желанная беременность, я застукала мужа за предательством сразу с двумя. Он предал меня, растоптал нашу любовь, и мириться с этим я не собираюсь!
Только вот он совсем не хочет меня отпускать… а ведь он даже еще не знает о ребенке…
- Жанна, - сказал муж, глядя на меня сверху вниз.
Я сидела у трюмо в халате, расчесывала волосы. Рука замерла.
- Я ухожу. Мы расстаемся, - добавил Глеб.
Я медленно положила расческу и повернулась к нему.
- Что?
- Я бросаю тебя, - сказал он ровно, будто обсуждал условия новой сделки. - Но пока без развода. Так нужно для дела.
Тридцать лет брака, двое детей, и фраза мужа во время годовщины: «Я тебя бросаю».
Он просит прикрыть его - пока не разводиться, чтобы не пострадала деловая репутация.
А я с ним разведусь и мысленно скажу: «Спасибо, что бросил, милый!»
Я сидела у трюмо в халате, расчесывала волосы. Рука замерла.
- Я ухожу. Мы расстаемся, - добавил Глеб.
Я медленно положила расческу и повернулась к нему.
- Что?
- Я бросаю тебя, - сказал он ровно, будто обсуждал условия новой сделки. - Но пока без развода. Так нужно для дела.
Тридцать лет брака, двое детей, и фраза мужа во время годовщины: «Я тебя бросаю».
Он просит прикрыть его - пока не разводиться, чтобы не пострадала деловая репутация.
А я с ним разведусь и мысленно скажу: «Спасибо, что бросил, милый!»
В десять — свидание вслепую с кузеном подруги.
В двенадцать — собеседование.
Главное не перепутать.
Клиент особенный. Очень важный. И очень придирчивый. Ему предложили несколько кандидатур, но все няни сбежали. Буквально. Одна даже забыла пальто.
— Нина? — к моему столику подходит высокий блондин.
Киваю, пытаясь собраться с мыслями и не уронить челюсть на стол.
— Шурик?
— Александр, — с укором поправляет меня.
Фух…
Почему подруга не предупредила, что её кузен — ходячее воплощение мужской сексуальности?
— Разве друзья не зовут тебя Шуриком? — осторожно уточняю. Вчера в переписке он именно так и просил себя называть.
— Нет, — отрезает коротко, будто захлопывает дверь перед носом.
Хм… Здесь явно что-то не так…
В двенадцать — собеседование.
Главное не перепутать.
Клиент особенный. Очень важный. И очень придирчивый. Ему предложили несколько кандидатур, но все няни сбежали. Буквально. Одна даже забыла пальто.
— Нина? — к моему столику подходит высокий блондин.
Киваю, пытаясь собраться с мыслями и не уронить челюсть на стол.
— Шурик?
— Александр, — с укором поправляет меня.
Фух…
Почему подруга не предупредила, что её кузен — ходячее воплощение мужской сексуальности?
— Разве друзья не зовут тебя Шуриком? — осторожно уточняю. Вчера в переписке он именно так и просил себя называть.
— Нет, — отрезает коротко, будто захлопывает дверь перед носом.
Хм… Здесь явно что-то не так…
— Всё будет хорошо, Милан. Я люблю тебя. Ребёнок — это наш шанс, — шепчет мой муж в телефонную трубку так нежно, как никогда не говорил со мной.
Я стою в прихожей и слушаю, как Ярослав обещает новую жизнь моей младшей сестре.
— Ты уже пожила, Лилечка, — скажет мне мама утром. — Дай Милане пожить.
Двадцать лет я строила бизнес, семью, дом. Двадцать лет моё имя не стояло ни в одном документе, потому что мы же семья, к чему эти формальности. А теперь муж уходит к моей сестре, мать встаёт на её сторону, а всё, что я строила, превращается в руины!
Я стою в прихожей и слушаю, как Ярослав обещает новую жизнь моей младшей сестре.
— Ты уже пожила, Лилечка, — скажет мне мама утром. — Дай Милане пожить.
Двадцать лет я строила бизнес, семью, дом. Двадцать лет моё имя не стояло ни в одном документе, потому что мы же семья, к чему эти формальности. А теперь муж уходит к моей сестре, мать встаёт на её сторону, а всё, что я строила, превращается в руины!
— Я запал на тебя, леди...
Прожигает меня взглядом брутальный наглец.
— Такие, как вы, меня не интересуют. Совсем…
Он делает шаг вперёд. Я отступаю к столу.
— Сопляки и сосунки — да?
Вместо ответа язвительно улыбаюсь.
Его руки упираются по бокам от моих бёдер.
Мы так близко, что я чувствую жар и запах его тела. Меня пробивает дрожь...
— Я хочу тебя, леди. Хочу и получу, — рычит он, нависая надо мной.
— Мечтать не вредно, — иронизирую, пытаясь выскользнуть из ловушки.
— Вредно — не мечтать…
Ухмыляется он, прижимаясь ко мне так, что по телу бегут мурашки.
— Я вот мечтаю попробовать тебя на вкус.., — шепчет он в мои губы.
— Ваши мечты — не моя проблема, — выдыхаю решительно, но в голове выстреливает мысль: «Ника, ты влипла...»
Прожигает меня взглядом брутальный наглец.
— Такие, как вы, меня не интересуют. Совсем…
Он делает шаг вперёд. Я отступаю к столу.
— Сопляки и сосунки — да?
Вместо ответа язвительно улыбаюсь.
Его руки упираются по бокам от моих бёдер.
Мы так близко, что я чувствую жар и запах его тела. Меня пробивает дрожь...
— Я хочу тебя, леди. Хочу и получу, — рычит он, нависая надо мной.
— Мечтать не вредно, — иронизирую, пытаясь выскользнуть из ловушки.
— Вредно — не мечтать…
Ухмыляется он, прижимаясь ко мне так, что по телу бегут мурашки.
— Я вот мечтаю попробовать тебя на вкус.., — шепчет он в мои губы.
— Ваши мечты — не моя проблема, — выдыхаю решительно, но в голове выстреливает мысль: «Ника, ты влипла...»
❗️СКИДКА❗️ ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❗️
— Так кто такая Марина? — спрашиваю дрожащим голосом.
— Коллега моя, я не раз говорил уже, -— муж отвечает максимально нейтрально.
— Коллега пишет тебе: «Скажи своей, что задержишься ещё на сутки»?
— Ты в мой телефон залезла ?
— Карлагин, ты мне изменяешь?
— Не ори.
— Тогда отвечай. Простой вопрос и я хочу получить ответ на него, Артём.
— А если да? Что ты сделаешь?
— Господи…
— Вот только не надо этого всего, тошнит уже. У нас давно всё плохо.
— У нас? Или у тебя?
— У меня хотя бы хватило смелости жить как хочу.
Я держала в руке телефон, а у самой было чувство, будто вся моя жизнь вспыхнула и сгорела за одну секунду.
Но тогда я ещё не знала, что это сообщение было далеко не самым страшным. И я не уверена сможем ли мы пережить это...
— Так кто такая Марина? — спрашиваю дрожащим голосом.
— Коллега моя, я не раз говорил уже, -— муж отвечает максимально нейтрально.
— Коллега пишет тебе: «Скажи своей, что задержишься ещё на сутки»?
— Ты в мой телефон залезла ?
— Карлагин, ты мне изменяешь?
— Не ори.
— Тогда отвечай. Простой вопрос и я хочу получить ответ на него, Артём.
— А если да? Что ты сделаешь?
— Господи…
— Вот только не надо этого всего, тошнит уже. У нас давно всё плохо.
— У нас? Или у тебя?
— У меня хотя бы хватило смелости жить как хочу.
Я держала в руке телефон, а у самой было чувство, будто вся моя жизнь вспыхнула и сгорела за одну секунду.
Но тогда я ещё не знала, что это сообщение было далеко не самым страшным. И я не уверена сможем ли мы пережить это...
❗️ЗАВЕРШЕННА. НИЗКАЯ ЦЕНА❗️
— Ты спал с Викой. Полгода. Я знаю точно.
— Вы же лучшие подруги. Все привыкли делить: счастье, заботы, невзгоды. Вот и меня поделили.
Слава пожимает плечами, усмехается зло.
— Или что? Ты ждала что я оправдываться буду? — громко и язвительно хохочет.
— Вика беременна, — произношу возмущенно.
— Она баба умная. Прекрасно знает что я из семьи не уйду никогда. И рожает для себя… Я конечно деньгами помогу, но на этом все.
Смотрю на него и впервые понимаю: мной муж - холодный, циничный, бессердечный подонок.
Забираю свои вещи, оставляю кольцо и записку:
«Предателей не прощаю», — и ухожу.
Утром меня будит звонок.
— И куда ты сбежала? Думаешь не найду? Или считаешь, что мужик который тебя из под колес вытащил станет твоим новым принцем? Так старовата ты для принцессы…
— Ты спал с Викой. Полгода. Я знаю точно.
— Вы же лучшие подруги. Все привыкли делить: счастье, заботы, невзгоды. Вот и меня поделили.
Слава пожимает плечами, усмехается зло.
— Или что? Ты ждала что я оправдываться буду? — громко и язвительно хохочет.
— Вика беременна, — произношу возмущенно.
— Она баба умная. Прекрасно знает что я из семьи не уйду никогда. И рожает для себя… Я конечно деньгами помогу, но на этом все.
Смотрю на него и впервые понимаю: мной муж - холодный, циничный, бессердечный подонок.
Забираю свои вещи, оставляю кольцо и записку:
«Предателей не прощаю», — и ухожу.
Утром меня будит звонок.
— И куда ты сбежала? Думаешь не найду? Или считаешь, что мужик который тебя из под колес вытащил станет твоим новым принцем? Так старовата ты для принцессы…
— Я просил надеть что-то сексуальное, — хрипло заметил он, пробежав по мне взглядом, от которого кожа вспыхнула.
— А я надела удобное для деловых переговоров, — мило улыбнулась я. — В нём удобно бить наотмашь.
— Итак, договор, — я достала папку с договором. — Пункт первый: я работаю с твоей сестрой три раза в неделю, время согласовываю я. Пункт второй: никакого вмешательства в мои методы. Пункт третий…
— Пункт третий, — перебил он, лениво листая мои страницы, — ты перестаёшь делать вид, что между нами ничего нет.
— Такого пункта здесь нет.
— Уже есть. Я вписал. — И он действительно достал ручку.
— Волков, я тебе сейчас эту ручку… — но этот смертник меня перебивает.
— М-м. Продолжай. Люблю, когда ты фантазируешь.
— А я надела удобное для деловых переговоров, — мило улыбнулась я. — В нём удобно бить наотмашь.
— Итак, договор, — я достала папку с договором. — Пункт первый: я работаю с твоей сестрой три раза в неделю, время согласовываю я. Пункт второй: никакого вмешательства в мои методы. Пункт третий…
— Пункт третий, — перебил он, лениво листая мои страницы, — ты перестаёшь делать вид, что между нами ничего нет.
— Такого пункта здесь нет.
— Уже есть. Я вписал. — И он действительно достал ручку.
— Волков, я тебе сейчас эту ручку… — но этот смертник меня перебивает.
— М-м. Продолжай. Люблю, когда ты фантазируешь.
— Ты сумасшедший! Это Баку! Тебя не выпустят из города живым, если ты прикоснешься к невесте Гаджиева!
Карелин медленно затягивается сигаретой, не сводя с меня тяжелого, обжигающего взгляда.
— Я пришел не касаться, Ясмина, — его голос звучит как рокот надвигающейся грозы. — Я пришёл забрать у него самое дорогое. Тебя.
Он внезапно подходит ко мне вплотную. От него веет такой мощью, что у меня подкашиваются ноги.
— Теперь ты — мой трофей, Ясмина.
— Я ненавижу таких, как ты... — шепчу я, беспомощно вжимаясь в стену и чувствуя, как его дыхание опаляет мои губы.
— Отлично, — его губы кривятся в опасной, предвкушающей усмешке. — Ненависть — это тоже страсть. А мне нужно от тебя всё, Ясмина. До последнего вздоха.
Карелин медленно затягивается сигаретой, не сводя с меня тяжелого, обжигающего взгляда.
— Я пришел не касаться, Ясмина, — его голос звучит как рокот надвигающейся грозы. — Я пришёл забрать у него самое дорогое. Тебя.
Он внезапно подходит ко мне вплотную. От него веет такой мощью, что у меня подкашиваются ноги.
— Теперь ты — мой трофей, Ясмина.
— Я ненавижу таких, как ты... — шепчу я, беспомощно вжимаясь в стену и чувствуя, как его дыхание опаляет мои губы.
— Отлично, — его губы кривятся в опасной, предвкушающей усмешке. — Ненависть — это тоже страсть. А мне нужно от тебя всё, Ясмина. До последнего вздоха.
— Ты просто не хочешь меня понять! Ты всегда, всегда против меня! Ты — дура! — орет дочь. — Ты задолбала! Я уйду жить к папе!
Нужно дышать ровно, спокойно, не показывать, как глубоко под кожу ушло это ее «дура».
— Ты, бунтарка, немедленно в свою комнату, — выговариваю я по слогам, — Папа живет здесь! Куда ты уйдешь? К нему в кабинет, на диван?
Полина резко дергается назад.
Лицо у нее пошло пятнами, глаза дикие, блестящие от ярости и подросткового, безжалостного отчаяния.
— Ты вообще слепая?! — ее голос срывается на пронзительный визг. — Папа с Ангелиной! Он скоро с тобой разведется, и я буду жить с ним!
Ангелина.
Жена его брата. Моя подруга. Крестная Польки.
Сначала я не поверила дочери, решила, что она на эмоциях наговорила лишнего.
Совсем скоро я узнаю, что она не врала и что сын Ангелины на самом деле от моего мужа.
Через неделю у нас семейный ужин и, кажется, у меня для него будет особое блюдо.
Ни один предатель не останется без "награды".
Нужно дышать ровно, спокойно, не показывать, как глубоко под кожу ушло это ее «дура».
— Ты, бунтарка, немедленно в свою комнату, — выговариваю я по слогам, — Папа живет здесь! Куда ты уйдешь? К нему в кабинет, на диван?
Полина резко дергается назад.
Лицо у нее пошло пятнами, глаза дикие, блестящие от ярости и подросткового, безжалостного отчаяния.
— Ты вообще слепая?! — ее голос срывается на пронзительный визг. — Папа с Ангелиной! Он скоро с тобой разведется, и я буду жить с ним!
Ангелина.
Жена его брата. Моя подруга. Крестная Польки.
Сначала я не поверила дочери, решила, что она на эмоциях наговорила лишнего.
Совсем скоро я узнаю, что она не врала и что сын Ангелины на самом деле от моего мужа.
Через неделю у нас семейный ужин и, кажется, у меня для него будет особое блюдо.
Ни один предатель не останется без "награды".
Выберите полку для книги