Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Я влюбилась в своего преподавателя с первого взгляда. Он был строг, неприступен и чертовски красив. Моя любовь была безответной целых полтора года, пока в один прекрасный день я не напилась и не позвонила ему в три часа ночи. Именно с этого звонка всё и началось.
___________________________________________
— Только не удивляйся сильно, хорошо? Я мало кому рассказывал об этом своём увлечении. Это что-то вроде игровой комнаты.
Игровой?
Перед глазами встала та самая сцена из «Пятидесяти оттенков серого». Где красавчик Кристиан Грей показывает тихоне Анастейше свою «игровую».
То есть у Дмитрия Сергеевича тоже есть такая комната? Он увлекается БДСМ?
Не может быть!
По телу прошла волнительная дрожь. Я замерла в предвкушении.
И какого же было моё разочарование, когда я действительно увидела там игры.
— Что это? — не сдержалась я. — А где…
— Что?
— А, нет, ничего, — если он узнает, о чем я думала, точно решит, что я извращенка.
___________________________________________
— Только не удивляйся сильно, хорошо? Я мало кому рассказывал об этом своём увлечении. Это что-то вроде игровой комнаты.
Игровой?
Перед глазами встала та самая сцена из «Пятидесяти оттенков серого». Где красавчик Кристиан Грей показывает тихоне Анастейше свою «игровую».
То есть у Дмитрия Сергеевича тоже есть такая комната? Он увлекается БДСМ?
Не может быть!
По телу прошла волнительная дрожь. Я замерла в предвкушении.
И какого же было моё разочарование, когда я действительно увидела там игры.
— Что это? — не сдержалась я. — А где…
— Что?
— А, нет, ничего, — если он узнает, о чем я думала, точно решит, что я извращенка.
— Ну что? Я же говорил — пронесло! Папа в восторге. Видел, как он на тебя смотрел?
«Видела, — молча думаю я. — Я видела каждый его взгляд». Но говорю вслух: — Он такой… интересный.
— Никаких допросов с пристрастием о твоих карьерных планах до сорока лет. Я считаю, это победа!
Он тянется за телефоном, и из кармана его куртки выпадает маленькая золотистая трубочка.
Я нагибаюсь и поднимаю ее. Холодный металл в моих пальцах. Помада. Оттенок — яркий, почти алый. Совершенно не мой.
— Макс… что это?
— А, это. Подвозил на прошлой неделе Ленку из маркетинга.
У меня внутри все сжимается в холодный, тугой комок.
— Ленку?
— Ага. Дождь был, она такси не могла поймать. Ты же не ревнуешь? — на его лице играет ухмылка. Та самая, обезоруживающая, из-за которой я обычно таю. Но сейчас она не работает.
Мне хочется сказать: «Да, ревную! Почему эта помада у тебя в кармане, а не в ее сумке?»
— Нет, конечно. Просто… яркий цвет.
— Угу. Не волнуйся, Анжел. Ты же знаешь, ты у меня одна.
«Видела, — молча думаю я. — Я видела каждый его взгляд». Но говорю вслух: — Он такой… интересный.
— Никаких допросов с пристрастием о твоих карьерных планах до сорока лет. Я считаю, это победа!
Он тянется за телефоном, и из кармана его куртки выпадает маленькая золотистая трубочка.
Я нагибаюсь и поднимаю ее. Холодный металл в моих пальцах. Помада. Оттенок — яркий, почти алый. Совершенно не мой.
— Макс… что это?
— А, это. Подвозил на прошлой неделе Ленку из маркетинга.
У меня внутри все сжимается в холодный, тугой комок.
— Ленку?
— Ага. Дождь был, она такси не могла поймать. Ты же не ревнуешь? — на его лице играет ухмылка. Та самая, обезоруживающая, из-за которой я обычно таю. Но сейчас она не работает.
Мне хочется сказать: «Да, ревную! Почему эта помада у тебя в кармане, а не в ее сумке?»
— Нет, конечно. Просто… яркий цвет.
— Угу. Не волнуйся, Анжел. Ты же знаешь, ты у меня одна.
– Яна… Пришла? А теперь вали на все четыре стороны, – произносит муж. Лениво, с растяжкой, как кот на солнце. – Это больше не твой дом. Здесь живёт Женя.
– Кто живет? – смотрю на запертую дверь, сжимая в ладони телефон.
– Моя девушка! Вот кто. Теперь она живет в этой квартире. А ты можешь больше не приходить.
У меня глаза округляются. Что этот идиот несет? Это наша квартира, которую мы купили в браке!
– Дима, сейчас же открой дверь! Со мной Варя, – задыхаюсь. – Она болеет. Ей всего шесть!
– Кто живет? – смотрю на запертую дверь, сжимая в ладони телефон.
– Моя девушка! Вот кто. Теперь она живет в этой квартире. А ты можешь больше не приходить.
У меня глаза округляются. Что этот идиот несет? Это наша квартира, которую мы купили в браке!
– Дима, сейчас же открой дверь! Со мной Варя, – задыхаюсь. – Она болеет. Ей всего шесть!
- Собирай свое барахло и убирайся отсюда! – голос Саши дрожит от ярости, но в глазах больше боль, чем злость.
- Саш, за что?.. – выдавливаю, и слезы наворачиваются на глаза.
- Думала, я не узнаю, что ты такая же, как все! Что тебе от меня только бабло нужно! А я, дурак, чуть не женился на тебе...
В один миг любимый мужчина становится чужим. Он выгоняет меня, даже не подозревая, что во мне уже бьется маленькое сердечко. Частичка его самого...
Я вынуждена уйти, не понимая, за что наказана.
И только время, боль и случайная встреча через время расставят все по своим местам...
- Саш, за что?.. – выдавливаю, и слезы наворачиваются на глаза.
- Думала, я не узнаю, что ты такая же, как все! Что тебе от меня только бабло нужно! А я, дурак, чуть не женился на тебе...
В один миг любимый мужчина становится чужим. Он выгоняет меня, даже не подозревая, что во мне уже бьется маленькое сердечко. Частичка его самого...
Я вынуждена уйти, не понимая, за что наказана.
И только время, боль и случайная встреча через время расставят все по своим местам...
Встаю иду к двери, он догоняет меня, вжимает меня спиной в дверь, я чувствую его дыхание,запах виски в перемешку с духами, это нечто, мурашки бегут по коже, ноги подкашиваются, ругаю себя за это, он смотрит так бешено и нежно одновременно.—Как может все это умещается в одном человеке?—отворачиваюсь, он так близко, дышит прямо в шею, убирает мои мокрые волосы за ухо и дышит в него, кажется это длится вечно, он так близко, я чувствую каждую его мышцу своим телом, он горячий, сильный, как будто скала,сглатываю слюну, дышать тяжело,еще сильнее вдавливает меня в дверь.
Говорю:— пусти мне больно.
-Ты врешь, лживая сучка,—вырывается из него с хрипом.
Пытаюсь выбраться из его лап, но безуспешно.
Понимаю, что без вариантов и расслабляюсь.
Тело словно ватное.
—Сегодня... ты... останешься... здесь, —говорит прерывистым голосом.—И можешь даже не пытаться ускользнуть, не получится.
Говорю:— пусти мне больно.
-Ты врешь, лживая сучка,—вырывается из него с хрипом.
Пытаюсь выбраться из его лап, но безуспешно.
Понимаю, что без вариантов и расслабляюсь.
Тело словно ватное.
—Сегодня... ты... останешься... здесь, —говорит прерывистым голосом.—И можешь даже не пытаться ускользнуть, не получится.
— Это она поправляла тебе галстук?
— Лиза, не начинай.
— Говори! Ты с ней прямо в офисе, на глазах у всех?
— Мы просто разговаривали.
— Я не верю. Видела, как она к тебе прикасалась.
Один взгляд — и всё стало ясно. Мой «идеальный» муж изменял прямо на работе.
С той, кого называл просто коллегой. Предательство, развод, страх за сына — я прошла через всё. А потом рядом оказался человек, которого он боялся больше всех — его босс. И все изменилось.
— Лиза, не начинай.
— Говори! Ты с ней прямо в офисе, на глазах у всех?
— Мы просто разговаривали.
— Я не верю. Видела, как она к тебе прикасалась.
Один взгляд — и всё стало ясно. Мой «идеальный» муж изменял прямо на работе.
С той, кого называл просто коллегой. Предательство, развод, страх за сына — я прошла через всё. А потом рядом оказался человек, которого он боялся больше всех — его босс. И все изменилось.
Преданная мужем, Анна находит силы начать все с чистого листа. Случайная встреча в Сочи перерастает в новое чувство, которое учит её доверять и любить снова. Но сможет ли она принять это счастье? История о возрождении, прощении и надежде.
Он стал ее родственной душой, не показав ей своего лица. Она полюбила его, не зная его главной тайны.
Идеальный роман в переписке. Идеальная ложь, чтобы его не потерять. Что перевесит, когда виртуальная сказка столкнется с суровой правдой? История о том, как любовь учатся говорить на языке настоящей, а не виртуальной жизни.
...Ее обманули. Ей лгали в глаза, точнее, в безликий текст на экране, все эти недели. Самый главный, фундаментальный факт его жизни был от нее скрыт.
Гнев поднялся в горле едким, горьким комом. Гнев на него. На себя — за то, что была такой слепой, такой наивной. На эту уродку Алису, которая с таким удовольствием наносила удар....
Идеальный роман в переписке. Идеальная ложь, чтобы его не потерять. Что перевесит, когда виртуальная сказка столкнется с суровой правдой? История о том, как любовь учатся говорить на языке настоящей, а не виртуальной жизни.
...Ее обманули. Ей лгали в глаза, точнее, в безликий текст на экране, все эти недели. Самый главный, фундаментальный факт его жизни был от нее скрыт.
Гнев поднялся в горле едким, горьким комом. Гнев на него. На себя — за то, что была такой слепой, такой наивной. На эту уродку Алису, которая с таким удовольствием наносила удар....
Игорю было сорок пять. Цифра, которая для многих означала бы стабильность, подведение итогов, а может, и начало нового этапа. Для Игоря она была лишь очередной отметкой на пути, который, казалось, вёл куда-то, но куда именно, он сам уже не понимал.
У неё был муж, дом и привычка верить в чудеса. Пока не узнала, с кем он встречает утро.
Теперь Марина варит не кофе — а чай с Сарой Абрамовной, эксцентричной соседкой, которая знает:
«После измены жизнь не кончается. Она только начинается — с новой помады и старого чайника.»
Роман о женщине, которая перестала ждать чудес и научилась создавать их сама.
Про измену, иронию и тихое женское перерождение под шелест чайных ложек.
Теперь Марина варит не кофе — а чай с Сарой Абрамовной, эксцентричной соседкой, которая знает:
«После измены жизнь не кончается. Она только начинается — с новой помады и старого чайника.»
Роман о женщине, которая перестала ждать чудес и научилась создавать их сама.
Про измену, иронию и тихое женское перерождение под шелест чайных ложек.
Выберите полку для книги