Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
В свои тридцать три я вдруг поняла, что добилась всего, чего хотела, и готова выйти замуж. Естественно, по любви.
И эта любовь случилась! Только я никак не предполагала, что мужчина, которому я готова доверить своё сердце — женат.
Для него я — простая интрижка, а его жена прекрасно об этом знает. Потому что у них — свободный брак.
Жаль, что я не настолько «современная», чтобы находить в этом что-то романтичное. У меня всё ещё есть принципы, и главный из них: я не встречаюсь с женатыми мужчинами!
И эта любовь случилась! Только я никак не предполагала, что мужчина, которому я готова доверить своё сердце — женат.
Для него я — простая интрижка, а его жена прекрасно об этом знает. Потому что у них — свободный брак.
Жаль, что я не настолько «современная», чтобы находить в этом что-то романтичное. У меня всё ещё есть принципы, и главный из них: я не встречаюсь с женатыми мужчинами!
Десять лет брака — срок, достойный уважения. Но в этот день, когда я возвращаюсь домой, меня ждет не праздничный ужин, а горькая правда. В нашей квартире я вижу мужа с его бывшей женой, которая нагло заявляет о том, что теперь она здесь хозяйка.
Я не буду с этим мириться и обязательно отомщу за это предательство.
– Ты как раз вовремя! Собирай свои вещички поживее. Теперь я здесь хозяйка, – она делает паузу, наслаждаясь эффектом. – Окончательно и бесповоротно.
Стою. Шок парализует. Не верю глазам. Не верю ушам.
– Или, – Марина кокетливо наклоняет голову, ее взгляд скользит по мне с ног до головы, оценивающе, презрительно. – Может, ты хочешь жить втроем?
Она хихикает после этой фразы.
– Ну, если Максим не против, – она пожимает плечами. – Сомневаюсь, что ты мне конкурентка.
– Ты что, совсем офигел? – говорю я Максиму. – Вы что здесь устроили?!
– А что тут такого? – он даже не пытается прикрыться. Оправдаться. – Марина тебе все сказала.
Я не буду с этим мириться и обязательно отомщу за это предательство.
– Ты как раз вовремя! Собирай свои вещички поживее. Теперь я здесь хозяйка, – она делает паузу, наслаждаясь эффектом. – Окончательно и бесповоротно.
Стою. Шок парализует. Не верю глазам. Не верю ушам.
– Или, – Марина кокетливо наклоняет голову, ее взгляд скользит по мне с ног до головы, оценивающе, презрительно. – Может, ты хочешь жить втроем?
Она хихикает после этой фразы.
– Ну, если Максим не против, – она пожимает плечами. – Сомневаюсь, что ты мне конкурентка.
– Ты что, совсем офигел? – говорю я Максиму. – Вы что здесь устроили?!
– А что тут такого? – он даже не пытается прикрыться. Оправдаться. – Марина тебе все сказала.
— Володя… я попала в аварию.
— Света, ты представляешь, во сколько мне эта встреча обошлась? — раздраженный голос мужа прорезал больничную тишину. — Я же говорил, что сегодня занят!
— Володя, — перебила я, сжимая трубку больничного телефона так, что побелели костяшки, — я в больнице. Была авария. Серьезная.
— Что значит «серьезная»?
— Трещина позвоночника. Врач говорит... есть риск осложнений. Мне нужна операция, и я...
— Господи, Света! — вырвалось у него, и я на мгновение подумала, что он, наконец, понял. Но следующие слова разбили эту надежду вдребезги. — А когда операция? У меня завтра презентация нового проекта, не могу же я теперь всё бросить и...
— Завтра утром, — прошептала я. — В восемь.
— Ну, хорошо, — он вздохнул, и я слышала, как он листает что-то, — Я постараюсь освободиться. Но эта ситуация совсем некстати.
Некстати. Моя возможная инвалидность была для него некстати.
— Света, ты представляешь, во сколько мне эта встреча обошлась? — раздраженный голос мужа прорезал больничную тишину. — Я же говорил, что сегодня занят!
— Володя, — перебила я, сжимая трубку больничного телефона так, что побелели костяшки, — я в больнице. Была авария. Серьезная.
— Что значит «серьезная»?
— Трещина позвоночника. Врач говорит... есть риск осложнений. Мне нужна операция, и я...
— Господи, Света! — вырвалось у него, и я на мгновение подумала, что он, наконец, понял. Но следующие слова разбили эту надежду вдребезги. — А когда операция? У меня завтра презентация нового проекта, не могу же я теперь всё бросить и...
— Завтра утром, — прошептала я. — В восемь.
— Ну, хорошо, — он вздохнул, и я слышала, как он листает что-то, — Я постараюсь освободиться. Но эта ситуация совсем некстати.
Некстати. Моя возможная инвалидность была для него некстати.
— Ты такая упрямая... - горец произносит это почти ласково, но в глазах - сталь. - Как горная козочка, которую нужно приручить.
— Отпустите меня... домой...
— Невозможно. По нашим законам, девушка из рода по достижении совершеннолетия... — его пальцы скользят к моей шее, — должна выйти замуж. Я обещал твоему отцу позаботиться об этом.
Леденящий ужас пробегает по спине.
— Вы... что, хотите меня выдать замуж насильно? - голос срывается на шепот.
— Не насильно. Но ты научишься слушаться. Иначе... - рука опускается к моей талии, — Я сам научу тебя, что значит быть женой.
Он — грозный хозяин гор, привыкший брать то, что считает своим.
Я — пленница в золотой клетке его традиций.
В этом доме нет места моей свободе. Только его правила. Его приказы.
И за каждое непослушание мой опекун считает своим долгом меня… наказать.
— Отпустите меня... домой...
— Невозможно. По нашим законам, девушка из рода по достижении совершеннолетия... — его пальцы скользят к моей шее, — должна выйти замуж. Я обещал твоему отцу позаботиться об этом.
Леденящий ужас пробегает по спине.
— Вы... что, хотите меня выдать замуж насильно? - голос срывается на шепот.
— Не насильно. Но ты научишься слушаться. Иначе... - рука опускается к моей талии, — Я сам научу тебя, что значит быть женой.
Он — грозный хозяин гор, привыкший брать то, что считает своим.
Я — пленница в золотой клетке его традиций.
В этом доме нет места моей свободе. Только его правила. Его приказы.
И за каждое непослушание мой опекун считает своим долгом меня… наказать.
Моя жизнь разделилась на две реальности. В одной — Кирилл Грачёв, придирчивый арт-директор, доводящий меня до бешенства. В другой — Одиссей, таинственный собеседник, чьи слова заставляют сердце петь в унисон с цветом и формой. Я думала, они — противоположности. Пока не узнала, что это один и тот же человек. Как теперь работать, доверять — и вообще дышать, когда всё, во что я верила, оказалось иллюзией?
ВРЕМЕННО СНИЖЕНА ЦЕНА !
— Зачем ты притащил на корпоратив жену, Серов?
— А что?
— Бабы тебя хотят. Выбирай любую. Видел, та брюнетка тебе глазки строила?
— Да, я в курсе, — довольно хмыкает муж.
Один подслушанный разговор…
Мой муж — неверный гуляка.
Иллюзия об успешной жизни разлетается на осколки.
Измена мужа, предательство близких — в этом так легко потеряться.
И, когда на горизонте, снова мелькает бывший, хочется сказать лишь одно:
— Держись от меня подальше!
— Зачем ты притащил на корпоратив жену, Серов?
— А что?
— Бабы тебя хотят. Выбирай любую. Видел, та брюнетка тебе глазки строила?
— Да, я в курсе, — довольно хмыкает муж.
Один подслушанный разговор…
Мой муж — неверный гуляка.
Иллюзия об успешной жизни разлетается на осколки.
Измена мужа, предательство близких — в этом так легко потеряться.
И, когда на горизонте, снова мелькает бывший, хочется сказать лишь одно:
— Держись от меня подальше!
Бодро взбегаю по ступенькам, ведущим к огромным стеклянным дверям башни, еле сдерживая счастливую улыбку. Меня просто раздирает всем подряд кричать о том, как я счастлива. Но нет, эту новость должен узнать первым Андрюша - самый лучший мужчина в мире, мой муж!
Снова улыбаюсь, предвкушая, как сообщу ему долгожданную новость!
Жму на ручку кабинета с бронзовой табличкой “Генеральный директор Андрей Власов” и застываю на пороге, зачарованно наблюдая, как мой муж страстно целует свою секретаршу…
***
Муж изменил мне, потому что я толстая.
Не прощу предательство. Соберу себя по кускам и отомщу предателю!
Снова улыбаюсь, предвкушая, как сообщу ему долгожданную новость!
Жму на ручку кабинета с бронзовой табличкой “Генеральный директор Андрей Власов” и застываю на пороге, зачарованно наблюдая, как мой муж страстно целует свою секретаршу…
***
Муж изменил мне, потому что я толстая.
Не прощу предательство. Соберу себя по кускам и отомщу предателю!
Начало 19-го века. Граф и графиня Бобринские приезжают в свое имение. В нем как раз празднуют свадьбу двое крепостных - Миколка и Нютка. Графу приглянулась красивая невеста, и он не прочь полакомиться прелестной девушкой первым...
— Посмотри на себя! Когда ты в последний раз покупала себе красивое белье? Когда флиртовала с мужем? Когда вообще вела себя с ним как женщина?
Каждое слово любовницы моего мужа выжигало, как кислота, а вокруг стояли люди и смотрели на моё публичное унижение.
— Вини себя, а не вешай собак на других! Я молодая, красивая, желанная! Мужчины укладываются штабелями под ноги. Неудивительно, что Витя выбрал меня!
Виктор перечеркнул нашу семейную по мановению пальчиков молодой любовницы. И знаете, мир не рухнул, просто я в тот момент перестала существовать. Перестала верить в честность и преданность.
Теперь, собираясь замуж во второй раз, я понимаю, что в 45 жизнь заканчивается только у идиотов. Можно быть счастливой и без любви. Но я не предвидела одного: у ЗАГСа мой первый муж будет стоять на коленях...
Каждое слово любовницы моего мужа выжигало, как кислота, а вокруг стояли люди и смотрели на моё публичное унижение.
— Вини себя, а не вешай собак на других! Я молодая, красивая, желанная! Мужчины укладываются штабелями под ноги. Неудивительно, что Витя выбрал меня!
Виктор перечеркнул нашу семейную по мановению пальчиков молодой любовницы. И знаете, мир не рухнул, просто я в тот момент перестала существовать. Перестала верить в честность и преданность.
Теперь, собираясь замуж во второй раз, я понимаю, что в 45 жизнь заканчивается только у идиотов. Можно быть счастливой и без любви. Но я не предвидела одного: у ЗАГСа мой первый муж будет стоять на коленях...
— Алиса, ты меня слушаешь? — голос свекрови в трубке звучит как всегда надменно. — Борщ нужно варить на втором бульоне.
Открываю дверь в квартиру, телефон всё ещё прижат к уху. Скидываю туфли, мыча в трубку что-то типа: «Угу-угу, ага».
И внезапно — застываю на месте.
Из спальни доносится женский голос. Низкий, мурлыкающий:
— Ещё, пожалуйста, ещё…
И чье-то тяжелое дыхание. Громкий шепот моего мужа:
— Вот так, моя хорошая.
— Алиса? Ты чего замолчала? — свекровь явно теряет терпение.
Я медленно выдыхаю.
— Маргарита Семеновна, тут такое дело. Кажется, ваш сын мне изменяет.
***
Моя свекровь меня недолюбливает. Муж изменяет с моей же племянницей. У меня нет работы. Мне 45 лет. И кажется, что ничего хорошего в моей жизни уже не случится. Останется лишь развестись и доживать свой век в одиночестве.
Но нет. Я не намерена сдаваться.
Потому что в 45 всё только начинается.
Открываю дверь в квартиру, телефон всё ещё прижат к уху. Скидываю туфли, мыча в трубку что-то типа: «Угу-угу, ага».
И внезапно — застываю на месте.
Из спальни доносится женский голос. Низкий, мурлыкающий:
— Ещё, пожалуйста, ещё…
И чье-то тяжелое дыхание. Громкий шепот моего мужа:
— Вот так, моя хорошая.
— Алиса? Ты чего замолчала? — свекровь явно теряет терпение.
Я медленно выдыхаю.
— Маргарита Семеновна, тут такое дело. Кажется, ваш сын мне изменяет.
***
Моя свекровь меня недолюбливает. Муж изменяет с моей же племянницей. У меня нет работы. Мне 45 лет. И кажется, что ничего хорошего в моей жизни уже не случится. Останется лишь развестись и доживать свой век в одиночестве.
Но нет. Я не намерена сдаваться.
Потому что в 45 всё только начинается.
Выберите полку для книги