Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
Мой босс — ледяной, зазнавшийся тиран!
Он оскорбил меня просто за то, что я уборщица.
Взамен, я окатила его водой из ведра для мытья полов на глазах у телевидения…
С его дорогущего пиджака тонкими струйками стекала мутная вода.
Ханс смотрел на меня в упор смертоносным взглядом, а позади гудела толпа и щёлкали фотоаппараты.
— Господин Ханс, что произошло? Опишите ситуацию в двух словах и каковы ваши ощущения?!
— Кто эта девушка? Неужели кандидатка?
— Да, верно! — вдруг какой-то мужчина вышел из толпы, смеясь, схватил меня за руку. — Это…
— Как зовут, — шепнул мне в ухо продюсер шоу. — Быстро отвечай или тебя посадят за твою выходку!
— Таисия, — зло цежу.
— Именно! Таисия — наша участница шоу “Миллиардер ищет маму для своей дочки”. Будущая невеста главного холостяка страны! Просим любить и жаловать!
Он оскорбил меня просто за то, что я уборщица.
Взамен, я окатила его водой из ведра для мытья полов на глазах у телевидения…
С его дорогущего пиджака тонкими струйками стекала мутная вода.
Ханс смотрел на меня в упор смертоносным взглядом, а позади гудела толпа и щёлкали фотоаппараты.
— Господин Ханс, что произошло? Опишите ситуацию в двух словах и каковы ваши ощущения?!
— Кто эта девушка? Неужели кандидатка?
— Да, верно! — вдруг какой-то мужчина вышел из толпы, смеясь, схватил меня за руку. — Это…
— Как зовут, — шепнул мне в ухо продюсер шоу. — Быстро отвечай или тебя посадят за твою выходку!
— Таисия, — зло цежу.
— Именно! Таисия — наша участница шоу “Миллиардер ищет маму для своей дочки”. Будущая невеста главного холостяка страны! Просим любить и жаловать!
— Полюшка, — шепчу и веду ладонью по ее волосам. — Девочка моя…
Ее ресницы мерно подрагивают и распахиваются.
— Кто вы? Что вам нужно? — в глазах застывает недоумение.
— В смысле?
— Я вас не знаю, — шепчет Полина и нервно кусает губы.
Озадаченно смотрю на нее. В палате светло. Я вроде не мог измениться.
— Ты уверена? — всматриваюсь в лицо, ища ответы на невысказанные вопросы.
— Конечно, — она отводит глаза и смущенно краснеет.
Врет. Как пить дать. Но зачем? Ладно, будем разбираться.
— Я врач-травматолог, — хмыкаю, принимая правила игры. — Будем знакомиться
Ее ресницы мерно подрагивают и распахиваются.
— Кто вы? Что вам нужно? — в глазах застывает недоумение.
— В смысле?
— Я вас не знаю, — шепчет Полина и нервно кусает губы.
Озадаченно смотрю на нее. В палате светло. Я вроде не мог измениться.
— Ты уверена? — всматриваюсь в лицо, ища ответы на невысказанные вопросы.
— Конечно, — она отводит глаза и смущенно краснеет.
Врет. Как пить дать. Но зачем? Ладно, будем разбираться.
— Я врач-травматолог, — хмыкаю, принимая правила игры. — Будем знакомиться
- Пошла вон, Арина, - кивком указывает на дверь.
От страха и острой боли не могу дышать.
Его глаза снова холодные и пустые. На лице брезгливая маска. Ни намёка на прошедшую ночь и то, что еще пару дней назад в любви признавался.
- Я не виновата, Арс, - сбивчиво шепчу. - Ты… утверждал, что каждый человек имеет право на защиту.
В меня летит нижнее бельё и мятое платье.
- Ты не человек! – цедит он глухо. – И тебе придётся за всё ответить…
Кто бы мог подумать, что опытный адвокат Долинский может быть безжалостным за пределами судебного заседания…
От страха и острой боли не могу дышать.
Его глаза снова холодные и пустые. На лице брезгливая маска. Ни намёка на прошедшую ночь и то, что еще пару дней назад в любви признавался.
- Я не виновата, Арс, - сбивчиво шепчу. - Ты… утверждал, что каждый человек имеет право на защиту.
В меня летит нижнее бельё и мятое платье.
- Ты не человек! – цедит он глухо. – И тебе придётся за всё ответить…
Кто бы мог подумать, что опытный адвокат Долинский может быть безжалостным за пределами судебного заседания…
Взлетела на второй этаж и застыла на месте. Из нашей спальни доносился визгливый женский смех и звучный мужской баритон.
Распахнулась дверь, из спальни, не торопясь, в обнимку, вышли мой муж Вадим и растрепанная посторонняя женщина, замотанная в белую простыню. Муж уставился на меня, будто я привидение.
- Ириша, - чужим голосом сказал он, - это не то, что ты подумала. Я все объясню!
А женщина, немного подумав, сбросила простыню, и, расправив плечи, с гордостью продемонстрировала идеальную грудь.
- И-и-и-извините, что помешала, - с трудом выговорила я, развернулась и опрометью бросилась вон.
Скатилась с лестницы, но зацепилась каблуком за ковер и упала, погрузившись в темноту.
Распахнулась дверь, из спальни, не торопясь, в обнимку, вышли мой муж Вадим и растрепанная посторонняя женщина, замотанная в белую простыню. Муж уставился на меня, будто я привидение.
- Ириша, - чужим голосом сказал он, - это не то, что ты подумала. Я все объясню!
А женщина, немного подумав, сбросила простыню, и, расправив плечи, с гордостью продемонстрировала идеальную грудь.
- И-и-и-извините, что помешала, - с трудом выговорила я, развернулась и опрометью бросилась вон.
Скатилась с лестницы, но зацепилась каблуком за ковер и упала, погрузившись в темноту.
Что делать, если, помогая подруге, случайно провела ночь с двумя сексуальными красавчиками? Правильно! Улететь на острова на мамину свадьбу и постараться обо всем забыть. Так я и сделала, но… мало того, что эти парни оказались моими сводными, так ещё и напрочь отказываются воспринимать меня, как сестру…
— И ты предлагаешь отказаться от такой девочки? Я не согласен! — вспыхивает Кир.
— Нет, конечно. Но Катя не такая, как твои подстилки. Она нежная и чувствительная.
— О да, это я уже понял, — брат довольно скалится.
— Так что держи свои руки при себе хотя бы до церемонии. Станем хорошими братьями, пусть начнет доверять. А там её тело сделает своё дело.
— В смысле?
— Она нас хочет, Кир, — гаденько ухмыляюсь, — и сама придет к нам. По собственному желанию. И уже тогда мы её никуда не отпустим.
— И ты предлагаешь отказаться от такой девочки? Я не согласен! — вспыхивает Кир.
— Нет, конечно. Но Катя не такая, как твои подстилки. Она нежная и чувствительная.
— О да, это я уже понял, — брат довольно скалится.
— Так что держи свои руки при себе хотя бы до церемонии. Станем хорошими братьями, пусть начнет доверять. А там её тело сделает своё дело.
— В смысле?
— Она нас хочет, Кир, — гаденько ухмыляюсь, — и сама придет к нам. По собственному желанию. И уже тогда мы её никуда не отпустим.
- Руки на капот! Ноги шире!
- Сейчас мы обыщем тебя, крошка!
- Отпустите! Я ничего плохого не сделала! Ну хотите… я заплачу?
- Взятку предлагаешь? – усмехается.
- Нет… - во рту пересыхает от испуга.
- Зря, - заявляет второй. – Мы готовы тебя отпустить, если ты готова отработать своё правонарушение.
- Как?
- Мы покажем, «как», - пальцы брутала ложатся на моё бедро, поднимаясь всё выше. - Жёстко и глубоко, как послушная девочка.
- Чтобы искупить вину, придётся попотеть!
Я ехала на собственный девичник, но свернула не туда.
Двое брутальных полицейских приняли меня за ночную бабочку.
Арестовали.
Посадили в машину.
И теперь в обмен на свободу требуют отдать им то, что по праву принадлежит моему будущему мужу.
- Сейчас мы обыщем тебя, крошка!
- Отпустите! Я ничего плохого не сделала! Ну хотите… я заплачу?
- Взятку предлагаешь? – усмехается.
- Нет… - во рту пересыхает от испуга.
- Зря, - заявляет второй. – Мы готовы тебя отпустить, если ты готова отработать своё правонарушение.
- Как?
- Мы покажем, «как», - пальцы брутала ложатся на моё бедро, поднимаясь всё выше. - Жёстко и глубоко, как послушная девочка.
- Чтобы искупить вину, придётся попотеть!
Я ехала на собственный девичник, но свернула не туда.
Двое брутальных полицейских приняли меня за ночную бабочку.
Арестовали.
Посадили в машину.
И теперь в обмен на свободу требуют отдать им то, что по праву принадлежит моему будущему мужу.
Я решилась на перемены. Села в поезд и отправилась к новой жизни. И сразу наткнулась на того, кто разбил мое сердце в прошлом.
Неужели судьба дает еще один шанс? Вряд ли мужчина с уверенным взглядом и манящими медовыми глазами помнит обо мне. Верно?
Неужели судьба дает еще один шанс? Вряд ли мужчина с уверенным взглядом и манящими медовыми глазами помнит обо мне. Верно?
— Ты просто… купишь меня? — я не узнаю свой собственный голос.
— Куплю, Агата, я люблю красивые и эксклюзивные вещи. А ты именно такая. Чистая и невинная девочка в трудной жизненной ситуации. Мое любимое сочетание.
Мой брат влез в долги, и мне срочно нужны деньги на лечение племянницы.
Я решилась на отчаянный шаг.
Я продала свое тело…
Но что будет с моей душой?
— Куплю, Агата, я люблю красивые и эксклюзивные вещи. А ты именно такая. Чистая и невинная девочка в трудной жизненной ситуации. Мое любимое сочетание.
Мой брат влез в долги, и мне срочно нужны деньги на лечение племянницы.
Я решилась на отчаянный шаг.
Я продала свое тело…
Но что будет с моей душой?
В руках мужа-тирана я всего лишь игрушка.
Он не отпустит меня никогда! Но... в нашем брачном договоре есть одна лазейка! Если я ему изменю, то останусь без гроша на улице. Что же, я согласна даже на этот вариант. Осталось только найти такого смельчака, который решится пойти против моего супруга...
Он не отпустит меня никогда! Но... в нашем брачном договоре есть одна лазейка! Если я ему изменю, то останусь без гроша на улице. Что же, я согласна даже на этот вариант. Осталось только найти такого смельчака, который решится пойти против моего супруга...
Столько времени я искал встречи с ней, бросал все дела, летел на другой конец света, а она каждый раз ускользала от меня! Но теперь, олененок, тебе придется вернуться. Теперь играть будем в мою игру!
***
Я присел рядом и посмотрел на Свету. Она изменилась — стала еще красивее.
— Так вот...
— Глеб, потише, — спокойным тоном попросила она. — Глеб, тиш… блинство!
Откуда-то сбоку раздался писк, похожий на детский плач. Я навострил уши, пытаясь понять, что это и откуда это. Даже на телефон малышки посмотрел — вдруг это оттуда, но тот не подавал признаков жизни.
— Ну, спасибо, блин! — Света захлопнула книгу, бросила в меня недовольный взгляд. Она ловко перегнулась через борт беседки, подставляя моим глазам свою пятую округленькую точку. — Я ее час укачивала! ЧА-АС!
А потом она выпрямилась, повернулась ко мне, а в руках у нее был ребенок! Маленький такой, крохотный ребенок, завернутый в какой-то плюшевый кокон.
***
Я присел рядом и посмотрел на Свету. Она изменилась — стала еще красивее.
— Так вот...
— Глеб, потише, — спокойным тоном попросила она. — Глеб, тиш… блинство!
Откуда-то сбоку раздался писк, похожий на детский плач. Я навострил уши, пытаясь понять, что это и откуда это. Даже на телефон малышки посмотрел — вдруг это оттуда, но тот не подавал признаков жизни.
— Ну, спасибо, блин! — Света захлопнула книгу, бросила в меня недовольный взгляд. Она ловко перегнулась через борт беседки, подставляя моим глазам свою пятую округленькую точку. — Я ее час укачивала! ЧА-АС!
А потом она выпрямилась, повернулась ко мне, а в руках у нее был ребенок! Маленький такой, крохотный ребенок, завернутый в какой-то плюшевый кокон.
Выберите полку для книги