Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
Еще вчера моя жизнь походила на дурацкий статус из соцсетей: «Любимая жена и счастливая мамочка».
А сегодня я – истрепавшаяся деталь в целостном механизме. И пришло время меня заменить…
– Варя, хорошо, что ты все узнала, – торопится поделиться радостью предатель. – Ну… Так бывает. Теперь Амалия станет моей женой, а ты… Катюша поможет тебе собрать вещи. Ты же завтра съедешь?
Юрий обсуждает мой отъезд на собственном юбилее и в присутствии дочери, а она с восхищением смотрит на любовницу мужа и кивает.
– Мам, не парься. Конечно, я помогу.
– И как давно ты знаешь, Катя? – сдавленно протягиваю я.
– Давно. Но… Тебе вечно не до нас, мам. Ты сама виновата. Да и ты уже… Стремная, короче. А Амалия, она…
– Я поняла, Катюш.
Спустя двадцать лет брака я лишилась всего… У мужа – молодая и беременная любовница, а у меня – разрушенная до основания жизнь, отчаянное желание отомстить предателям и…
Хмурый сосед, внезапно согласившийся мне помочь…
А сегодня я – истрепавшаяся деталь в целостном механизме. И пришло время меня заменить…
– Варя, хорошо, что ты все узнала, – торопится поделиться радостью предатель. – Ну… Так бывает. Теперь Амалия станет моей женой, а ты… Катюша поможет тебе собрать вещи. Ты же завтра съедешь?
Юрий обсуждает мой отъезд на собственном юбилее и в присутствии дочери, а она с восхищением смотрит на любовницу мужа и кивает.
– Мам, не парься. Конечно, я помогу.
– И как давно ты знаешь, Катя? – сдавленно протягиваю я.
– Давно. Но… Тебе вечно не до нас, мам. Ты сама виновата. Да и ты уже… Стремная, короче. А Амалия, она…
– Я поняла, Катюш.
Спустя двадцать лет брака я лишилась всего… У мужа – молодая и беременная любовница, а у меня – разрушенная до основания жизнь, отчаянное желание отомстить предателям и…
Хмурый сосед, внезапно согласившийся мне помочь…
— Детка, ты супер. Знал бы я раньше, что у жены есть такая соблазнительная подруга, — довольный голос мужа проникает в сознание и медленным ядом отравляет его, пока я тайком стою за дверью.
— Жаль, что скоро твоя клуша вернется, а нам с тобой придется прятаться по углам, — с досадой вздыхает Сонька — моя лучшая подруга, которую я по доброте душевной приютила у нас дома. А в качестве «благодарности» она решила увести у меня мужа.
— Маркуш, а давай ты с Маринкой разведешься и на мне женишься, м? Я в курсе, что она бесплодна, а у меня со здоровьем все в порядке, хоть прямо сейчас рожай! — игриво взвизгивает стерва, и слова Марка бьют наотмашь:
— Заманчивое предложение. Я подумаю.
Сердце не выдерживает. Это был контрольный выстрел, после которого темнеет в глазах. Пластом лечу вниз, следом за мной что-то с горохом летит на пол, создавая резкий шум.
— Мааарк, кто здесь?! — испуганный писк подруги — последнее, что я слышу, перед тем как окончательно потерять сознание.
— Жаль, что скоро твоя клуша вернется, а нам с тобой придется прятаться по углам, — с досадой вздыхает Сонька — моя лучшая подруга, которую я по доброте душевной приютила у нас дома. А в качестве «благодарности» она решила увести у меня мужа.
— Маркуш, а давай ты с Маринкой разведешься и на мне женишься, м? Я в курсе, что она бесплодна, а у меня со здоровьем все в порядке, хоть прямо сейчас рожай! — игриво взвизгивает стерва, и слова Марка бьют наотмашь:
— Заманчивое предложение. Я подумаю.
Сердце не выдерживает. Это был контрольный выстрел, после которого темнеет в глазах. Пластом лечу вниз, следом за мной что-то с горохом летит на пол, создавая резкий шум.
— Мааарк, кто здесь?! — испуганный писк подруги — последнее, что я слышу, перед тем как окончательно потерять сознание.
— На кону моя репутация, Лада! Твое предательство в прошлом едва не стоило мне карьеры! Второй раз я не позволю тебе все испортить! Эта фабрика — главное дело моей жизни! Мое единственное и самое важное детище! Я не хочу, чтобы ты и близко приближалась к ней! Ни ты, ни твой сын!
Отворачиваюсь, чтобы не показать как сильно задевают его слова и мысленно усмехаюсь. Насчет “самого важного детища”, он положим, прав. Но насчет “единственного” Егор Миллер заблуждается. Потому что мой сын, которого он заочно успел возненавидеть, на самом деле его ребенок. Правда, ему об этом не суждено узнать. Я прекрасно помню его угрозы пятилетней давности.
Между нами короткий роман в прошлом и его громкие обвинения в предательстве. В настоящем — прицелы камер и ничего не подозревающий сын, мечта которого сбылась. Для меня же сбылся мой самый большой кошмар. Егор Миллер снова появился в моей жизни!
Отворачиваюсь, чтобы не показать как сильно задевают его слова и мысленно усмехаюсь. Насчет “самого важного детища”, он положим, прав. Но насчет “единственного” Егор Миллер заблуждается. Потому что мой сын, которого он заочно успел возненавидеть, на самом деле его ребенок. Правда, ему об этом не суждено узнать. Я прекрасно помню его угрозы пятилетней давности.
Между нами короткий роман в прошлом и его громкие обвинения в предательстве. В настоящем — прицелы камер и ничего не подозревающий сын, мечта которого сбылась. Для меня же сбылся мой самый большой кошмар. Егор Миллер снова появился в моей жизни!
В груди шарахнуло с глухой отдачей в голову и посыпалось щиплющей крошкой по рукам. Стояли двое, обнимаясь, не обращая ни на кого внимание. Не таясь. Женщина плакала, уткнувшись ему в плечо. Талый, задрав голову молился, что ли? То, как бережно он ее обнимал с отчаянием, резало глаза.
Сродни жалости горечь на языке. Полина одернула себя. Больше задели их ничем не прикрытые страдания. Неужели настоящие чувства? Может, отпустить? Она словно раздвоилась, ее в теле больше не было. Порхала где-то над баннером, под которым они слиплись воедино… И хотела только одного — пусть реклама зубной пасты упадет и раздавит их к едрене фене! Чтобы никто не пострадал: никто из людей, ни один воробушек. Только они. Всмятку…
Сродни жалости горечь на языке. Полина одернула себя. Больше задели их ничем не прикрытые страдания. Неужели настоящие чувства? Может, отпустить? Она словно раздвоилась, ее в теле больше не было. Порхала где-то над баннером, под которым они слиплись воедино… И хотела только одного — пусть реклама зубной пасты упадет и раздавит их к едрене фене! Чтобы никто не пострадал: никто из людей, ни один воробушек. Только они. Всмятку…
— Сюрприииз! — пропела я и застыла на месте.
Из-под одеяла вынырнули две головы. Моего мужа и моей единственной подруги, Леры.
— Какого…?!
— Ой, ты вернулась?! — захлопала глазами подруга, — Неудобно получилось…
Неудобно — это точно. Но вряд ли случайно. Лера работала в отделе кадров, она раньше меня знала об отмене моей командировки.
— Ну что ж, — ухмыльнулась Лера, поднимаясь с кровати и даже не беспокоясь о своей наготе, — Видимо, пришло время вам поговорить. Леша все равно собирался, так что…
Она улыбнулась Леше, который продолжал лежать с каменным лицом. И подмигнула мне:
— Прости, подруга. В любви как на войне.
Из-под одеяла вынырнули две головы. Моего мужа и моей единственной подруги, Леры.
— Какого…?!
— Ой, ты вернулась?! — захлопала глазами подруга, — Неудобно получилось…
Неудобно — это точно. Но вряд ли случайно. Лера работала в отделе кадров, она раньше меня знала об отмене моей командировки.
— Ну что ж, — ухмыльнулась Лера, поднимаясь с кровати и даже не беспокоясь о своей наготе, — Видимо, пришло время вам поговорить. Леша все равно собирался, так что…
Она улыбнулась Леше, который продолжал лежать с каменным лицом. И подмигнула мне:
— Прости, подруга. В любви как на войне.
В подарок на двадцатилетие брака муж заявляет о беременной любовнице и желании жить на две семьи. На мой отказ и желание развестись он заявляет, что оставит меня ни с чем. Я не могу принять сложившуюся ситуацию. Не знаю как, но я получу развод и не останусь в роли второй, нелюбимой жены.
Подхожу к барышне, трогаю за плечо, чтобы она проснулась и объяснила свое присутствие в моем доме.
– Эй, дамочка, – произношу громко, но она даже не шевелится.
Сильнее тормошу ее, так что шуба съезжает вниз и приоткрывает такое же ярко-красное платье с огромным декольте, в котором прячется несусветное богатство размера так пятого. Пялюсь на грудь, как озабоченный подросток, пока незваная гостья не оживает, резко не вскакивает, и я не получаю со всего размаха рукой по физиономии.
– Что вы себе позволяете! – вопит она, таращась огромными синими глазами в обрамлении леса темных ресниц. – Кто вы вообще такой?
Это я позволяю? Это я кто такой?
Офигеваю от наглости.
– Пф-ф. Я, вообще-то, хозяин дома. А вы кто? И что здесь делаете?
– Эй, дамочка, – произношу громко, но она даже не шевелится.
Сильнее тормошу ее, так что шуба съезжает вниз и приоткрывает такое же ярко-красное платье с огромным декольте, в котором прячется несусветное богатство размера так пятого. Пялюсь на грудь, как озабоченный подросток, пока незваная гостья не оживает, резко не вскакивает, и я не получаю со всего размаха рукой по физиономии.
– Что вы себе позволяете! – вопит она, таращась огромными синими глазами в обрамлении леса темных ресниц. – Кто вы вообще такой?
Это я позволяю? Это я кто такой?
Офигеваю от наглости.
– Пф-ф. Я, вообще-то, хозяин дома. А вы кто? И что здесь делаете?
— Я не девственница...
— Что ты сказала? — явно шокированный моими словами переспросил Рашид.
— Ты слышал, Караев, — смело ответила я, решив, что терять мне всё равно нечего. Пусть лучше сразу задушит прямо здесь, чем терпеть его прикосновения. Всё равно он поймёт, что не первый.
— Ты понимаешь, что говоришь? Понимаешь, что тебя отдали мне в знак примирения наших кланов? — бушевал мой жених. — Кто он?! Под кого ты легла?!
Меня выдали замуж, решив, что брак между враждующими кланами принесёт мир. Только вот они не знали, что чистота, на которую они надеялись, давно во мне не живёт. Её отняли у меня, не спросив разрешения. И теперь мой жених намерен узнать правду и расквитаться за обман. Только вот с кем? Со мной или с моим обидчиком?
— Что ты сказала? — явно шокированный моими словами переспросил Рашид.
— Ты слышал, Караев, — смело ответила я, решив, что терять мне всё равно нечего. Пусть лучше сразу задушит прямо здесь, чем терпеть его прикосновения. Всё равно он поймёт, что не первый.
— Ты понимаешь, что говоришь? Понимаешь, что тебя отдали мне в знак примирения наших кланов? — бушевал мой жених. — Кто он?! Под кого ты легла?!
Меня выдали замуж, решив, что брак между враждующими кланами принесёт мир. Только вот они не знали, что чистота, на которую они надеялись, давно во мне не живёт. Её отняли у меня, не спросив разрешения. И теперь мой жених намерен узнать правду и расквитаться за обман. Только вот с кем? Со мной или с моим обидчиком?
— Кто такая Света?
Михаил отвернулся, но я видела, как напряглись его плечи.
— Это просто дружба, Надя. Ты всё себе напридумывала.
Но я видела его переписки. Его ложь пронзила меня, как нож. Двадцать лет брака, семья, дом — всё рухнуло в один момент.
Я могла сломаться. Могла простить. Но выбрала другое — борьбу. Он предал меня, а я решила вернуть себе всё: уверенность, свободу и саму себя.
Михаил отвернулся, но я видела, как напряглись его плечи.
— Это просто дружба, Надя. Ты всё себе напридумывала.
Но я видела его переписки. Его ложь пронзила меня, как нож. Двадцать лет брака, семья, дом — всё рухнуло в один момент.
Я могла сломаться. Могла простить. Но выбрала другое — борьбу. Он предал меня, а я решила вернуть себе всё: уверенность, свободу и саму себя.
- Вы ещё кто такой? - спрашиваю в ужасе, когда рядом с домом меня хватает красивый и опасный незнакомец. - Отпустите или буду кричать!
- Кричи, - усмехается он, прижимая к себе - никто тебя не услышит, Варя, я Артур - старший брат твоего жениха.
От удивления и страха чуть дар речи не теряю.
- Брат... но Данис говорил, что у него нет братьев...
Мерзавец смеётся, берёт меня за горло, от его взгляда всё внутри сжимается.
- Твой жених Данис отнял у меня всё, девочка, предал и засадил в тюрьму, но я выбрался оттуда, чтобы отомстить ему, забрать у него всё...
Мерзавец сминает мои губы поцелуем, таким жёстким и порочным, что у меня всё горит внутри!
- Какая нежная, - говорит Артур хриплым голосом, - в первую очередь, я заберу у своего брата тебя, Варя...
- Кричи, - усмехается он, прижимая к себе - никто тебя не услышит, Варя, я Артур - старший брат твоего жениха.
От удивления и страха чуть дар речи не теряю.
- Брат... но Данис говорил, что у него нет братьев...
Мерзавец смеётся, берёт меня за горло, от его взгляда всё внутри сжимается.
- Твой жених Данис отнял у меня всё, девочка, предал и засадил в тюрьму, но я выбрался оттуда, чтобы отомстить ему, забрать у него всё...
Мерзавец сминает мои губы поцелуем, таким жёстким и порочным, что у меня всё горит внутри!
- Какая нежная, - говорит Артур хриплым голосом, - в первую очередь, я заберу у своего брата тебя, Варя...
Выберите полку для книги