Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
— И ты смеешь упрекать меня в измене?! Да я ангел по сравнению с тобой. Я мечтал о детях, но сегодня сдал анализы: бесплоден. От кого нагуляла, сука?!
Страшная правда ухает где-то в груди. Слова зависают в горле комом. Впадаю в ступор. Не могу рассказать правду…Благоверный собирается нанести новый удар, но его руку перехватывает подбежавший мужчина.
— Ты еще кто?! — супруг концентрирует пьяный взгляд на спасителе.
А я с ужасом узнаю в нем своего врага.
Отца ребенка.
Страшная правда ухает где-то в груди. Слова зависают в горле комом. Впадаю в ступор. Не могу рассказать правду…Благоверный собирается нанести новый удар, но его руку перехватывает подбежавший мужчина.
— Ты еще кто?! — супруг концентрирует пьяный взгляд на спасителе.
А я с ужасом узнаю в нем своего врага.
Отца ребенка.
- Ник , будет лучше, если ты заляжешь на дно. Если Громов узнает , что ты на свободе, начнутся огромные проблемы. Да и мне лишние хлопоты не нужны.
- Я и сам знаю..
Огрызаюсь , натягивая на голову капюшон и ,как затравленная мышь , кошусь по сторонам.
- Тогда зачем ты пришел сюда?
-Мне нужны деньги..
-Деньги?
-Да. Громов забрал у меня все..
- Я и сам знаю..
Огрызаюсь , натягивая на голову капюшон и ,как затравленная мышь , кошусь по сторонам.
- Тогда зачем ты пришел сюда?
-Мне нужны деньги..
-Деньги?
-Да. Громов забрал у меня все..
– Я сплю с твоим мужем! – ехидно произносит незнакомка.
От такого неожиданного заявления я теряю дар речи.
Думала, что ко мне на процедуру записалась обычная клиентка, но это оказалась любовница мужа!
– Я пришла напомнить тебе о том, что ты бесплодна! Не можешь родить Диме ребёнка. Ты бесполезная жена, так что оставь своего мужа в покое. У вас никогда не будет настоящей семьи!
– Уходите прочь, – указываю нахалке на дверь, едва сдерживая слёзы внутри себя.
– Отсюда я уйду, но из жизни Димы – никогда. Знай, что скоро я рожу ему долгожданного ребёнка!
За моей спиной пять лет брака. Я думала, что мы счастливы, но оказалось, всё это время муж скрывал любовницу и готовился стать отцом на стороне!
Что теперь будем со мной и малышом? Я узнала не только об измене, но и о том, что беременна от предателя!
От такого неожиданного заявления я теряю дар речи.
Думала, что ко мне на процедуру записалась обычная клиентка, но это оказалась любовница мужа!
– Я пришла напомнить тебе о том, что ты бесплодна! Не можешь родить Диме ребёнка. Ты бесполезная жена, так что оставь своего мужа в покое. У вас никогда не будет настоящей семьи!
– Уходите прочь, – указываю нахалке на дверь, едва сдерживая слёзы внутри себя.
– Отсюда я уйду, но из жизни Димы – никогда. Знай, что скоро я рожу ему долгожданного ребёнка!
За моей спиной пять лет брака. Я думала, что мы счастливы, но оказалось, всё это время муж скрывал любовницу и готовился стать отцом на стороне!
Что теперь будем со мной и малышом? Я узнала не только об измене, но и о том, что беременна от предателя!
Деревня «Гадюкино».
Как сказала одна моя подруга: «Поэтично!»
Вот и я так подумала: « Лето в деревне. Благодать. Тишина. Самое то, чтобы пореветь над своим неудавшимся браком».
Но не тут-то было!
Потому что «Гадюкино»!
И сосед, который живёт рядом, самый настоящий ГАД. Неотёсанный мужлан. Грубиян и женоненавистник.
Неприязнь у нас с ним с первого взгляда… ну, то есть с первого наезда. Моего. Ну, это же не повод так орать!
Чувствую, весёлое лето предстоит. И поплакать некогда будет.
«- А это что? – пучит плошки свои зелёные, увидев во дворе мою Тундру.
- Машина моя, - цежу сквозь зубы, - что не видно?
- Видно. Но что ваш танк делает на моём участке? – шипит гадюкой.
- Стоит мой танк, - угрюмо смотрю на неё, и она вдруг смущается, и мельком, стараясь не определяться, мечет взгляд на мой пах.
- Я про машину, - намеренно смущаю её ещё больше, спокойно наблюдая её метания.
- Дурак, - отворачивается, совсем растерявшись».
Как сказала одна моя подруга: «Поэтично!»
Вот и я так подумала: « Лето в деревне. Благодать. Тишина. Самое то, чтобы пореветь над своим неудавшимся браком».
Но не тут-то было!
Потому что «Гадюкино»!
И сосед, который живёт рядом, самый настоящий ГАД. Неотёсанный мужлан. Грубиян и женоненавистник.
Неприязнь у нас с ним с первого взгляда… ну, то есть с первого наезда. Моего. Ну, это же не повод так орать!
Чувствую, весёлое лето предстоит. И поплакать некогда будет.
«- А это что? – пучит плошки свои зелёные, увидев во дворе мою Тундру.
- Машина моя, - цежу сквозь зубы, - что не видно?
- Видно. Но что ваш танк делает на моём участке? – шипит гадюкой.
- Стоит мой танк, - угрюмо смотрю на неё, и она вдруг смущается, и мельком, стараясь не определяться, мечет взгляд на мой пах.
- Я про машину, - намеренно смущаю её ещё больше, спокойно наблюдая её метания.
- Дурак, - отворачивается, совсем растерявшись».
Отгремели залпы праздничных салютов, затихли крики "Виват!", выветрился хмельной флер былых лихих приключений. Мечты рисовали безоблачное счастье, но внезапно оказалось, что призраки прошлого сильны и живучи, а демоны в собственной душе куда опаснее фискалов Тайной канцелярии. И вновь героям придётся учиться дружить, любить, понимать и прощать друг друга. И превозмогать собственные страсти…
История не зависит сюжетно от предыдущих частей и может читаться отдельно.
История не зависит сюжетно от предыдущих частей и может читаться отдельно.
— Моей сказал будешь, — заявляет, стоя на моем пороге, наглый бандюган.
— Мужчина, я вас совершенно не знаю, вы меня пугаете. Уходите из моего дома!
— А год переписки, пока я досиживал срок, разве не считается?
Внутри неприятно так внутренности сводит от слов незнакомца.
— О чем вы говорите, я переписывалась только с другом своего брата, Никитой, а то, что вы там себе надумали…
— Нет, лапуля, это ты попутала, а твой благоверный ещё год назад проиграл мне тебя в карты.
Мужчина делает шаг на меня, нависает огромной скалой из стальных мышц.
— Этого просто не может быть, Никита не мог так со мной поступить! Он… — задыхаюсь, не в силах говорить спокойно.
— И, кстати, долг за него придётся отдавать именно тебе.
Я не успеваю ничего ответить, как из дома разносится громкий голос мамы, которой нельзя волноваться!
— Доченька, с кем ты там разговариваешь?
Бандит наглым образом отодвигает меня в сторону.
— Жених, мамаш. Свататься пришел!
— Мужчина, я вас совершенно не знаю, вы меня пугаете. Уходите из моего дома!
— А год переписки, пока я досиживал срок, разве не считается?
Внутри неприятно так внутренности сводит от слов незнакомца.
— О чем вы говорите, я переписывалась только с другом своего брата, Никитой, а то, что вы там себе надумали…
— Нет, лапуля, это ты попутала, а твой благоверный ещё год назад проиграл мне тебя в карты.
Мужчина делает шаг на меня, нависает огромной скалой из стальных мышц.
— Этого просто не может быть, Никита не мог так со мной поступить! Он… — задыхаюсь, не в силах говорить спокойно.
— И, кстати, долг за него придётся отдавать именно тебе.
Я не успеваю ничего ответить, как из дома разносится громкий голос мамы, которой нельзя волноваться!
— Доченька, с кем ты там разговариваешь?
Бандит наглым образом отодвигает меня в сторону.
— Жених, мамаш. Свататься пришел!
— Да… У тебя крупные проблемы. Садись в авто. Предложу решение.
После встречи с громилами ещё дрожу. Я бы продала квартиру, всё отдала, но так у меня могут отозвать опеку над братом. Нельзя.
Перевожу взгляд на мужчину. Статный, высокий, лощёный. Но вызывает негатив.
Сейчас спас, а до этого едва не вытирал об меня ноги, выказывая презрение лишь потому, что я живу проще.
Садится к нему в машину?
— Какая правильная девочка. Идеально. Мне такая и нужна. Так. Ты переезжаешь ко мне с братом. Я даю тебе работу, закрываю долги.
Хлопаю ресницами. Это похоже на сказку про Золушку, только у меня не фея-крестная, а фей-богатей.
Но мы не в сказке.
— Что вам от меня нужно?
— Будешь всем петь, какой я щедрый и как сильно ты меня любишь.
Едва не давлюсь воздухом. Ему всё-таки прилетело по голове?
— Люблю?!
— По-настоящему любить необязательно. Главное демонстрировать это на публику. У нас будут фиктивные, очень выгодные для тебя отношения, — смотрит, словно уверен, что я соглашусь.
После встречи с громилами ещё дрожу. Я бы продала квартиру, всё отдала, но так у меня могут отозвать опеку над братом. Нельзя.
Перевожу взгляд на мужчину. Статный, высокий, лощёный. Но вызывает негатив.
Сейчас спас, а до этого едва не вытирал об меня ноги, выказывая презрение лишь потому, что я живу проще.
Садится к нему в машину?
— Какая правильная девочка. Идеально. Мне такая и нужна. Так. Ты переезжаешь ко мне с братом. Я даю тебе работу, закрываю долги.
Хлопаю ресницами. Это похоже на сказку про Золушку, только у меня не фея-крестная, а фей-богатей.
Но мы не в сказке.
— Что вам от меня нужно?
— Будешь всем петь, какой я щедрый и как сильно ты меня любишь.
Едва не давлюсь воздухом. Ему всё-таки прилетело по голове?
— Люблю?!
— По-настоящему любить необязательно. Главное демонстрировать это на публику. У нас будут фиктивные, очень выгодные для тебя отношения, — смотрит, словно уверен, что я соглашусь.
— Говори, — начинаю, когда Максим заходит на кухню. От детской она дальше всех, а что-то подсказывает, что разговор может пройти на повышенных тонах.
— С самого начала надо было сказать… — Максим запускает руки в волосы, с силой их ерошит. — Алин, это… Это моя семья.
Да, пол под ногами реально может провалиться. Без сил падаю на стул, в ушах гудит. Не верю.
— Не верю, — повторяю вслух. Даже слёз нет — настолько велико потрясение. — Ты… выходит я и Илья… мы…
— Вы — те, кого я люблю, — говорит он твёрдо. Опускается передо мной на колени, берёт за руки. Даже сил вырваться нет — просто равнодушно смотрю на его длинные загорелые пальцы.
— А они… Это твоя дочь? Как давно ты женат?
Как будто смотрю на нас со стороны. На самом деле неважно, что он скажет. Я считала, что замужем, а оказывается, всё это время была любовницей. Второй семьёй на стороне.
— С самого начала надо было сказать… — Максим запускает руки в волосы, с силой их ерошит. — Алин, это… Это моя семья.
Да, пол под ногами реально может провалиться. Без сил падаю на стул, в ушах гудит. Не верю.
— Не верю, — повторяю вслух. Даже слёз нет — настолько велико потрясение. — Ты… выходит я и Илья… мы…
— Вы — те, кого я люблю, — говорит он твёрдо. Опускается передо мной на колени, берёт за руки. Даже сил вырваться нет — просто равнодушно смотрю на его длинные загорелые пальцы.
— А они… Это твоя дочь? Как давно ты женат?
Как будто смотрю на нас со стороны. На самом деле неважно, что он скажет. Я считала, что замужем, а оказывается, всё это время была любовницей. Второй семьёй на стороне.
— Мама, ты не обидишься, если я тебя кое о чём попрошу? — сын смущенно отводит взгляд.
— Конечно, не обижусь, — улыбаюсь я.
— Ты же понимаешь, нам с Настей после свадьбы хочется побыть одним. Ты не могла бы на лето уехать в деревню?
В деревню? Да, там у нас бабушкин дом, но он совсем старый и непригодный для проживания.
— Денис, там крыша течет. И печь перекладывать нужно.
— Мам, ну это же только на лето. Летом тепло. А готовить ты можешь на электрической плитке. Зато какой там свежий воздух! А осенью мы за тобой приедем, мам!
Вот только осенью они за мной не приезжают. И случайно забывают вернуть мне ключи от квартиры, где я прожила всю жизнь.
Кажется, кто-то сказал, что в сорок лет жизнь только начинается? Так вот — он обманул.
Мне уже за пятьдесят. И я никому не нужна.
— Конечно, не обижусь, — улыбаюсь я.
— Ты же понимаешь, нам с Настей после свадьбы хочется побыть одним. Ты не могла бы на лето уехать в деревню?
В деревню? Да, там у нас бабушкин дом, но он совсем старый и непригодный для проживания.
— Денис, там крыша течет. И печь перекладывать нужно.
— Мам, ну это же только на лето. Летом тепло. А готовить ты можешь на электрической плитке. Зато какой там свежий воздух! А осенью мы за тобой приедем, мам!
Вот только осенью они за мной не приезжают. И случайно забывают вернуть мне ключи от квартиры, где я прожила всю жизнь.
Кажется, кто-то сказал, что в сорок лет жизнь только начинается? Так вот — он обманул.
Мне уже за пятьдесят. И я никому не нужна.
— Думаешь, я забыл, как тебе было хорошо со мной? — этот голос за спиной не оставляет мне ни шанса.
— Это была ошибка, — отвечаю я, не поворачиваясь. Голос предательски дрожит.
Он подходит ближе. Я чувствую его дыхание у самого уха.
— Тогда я намерен ошибаться снова. Ещё не раз.
Я работаю на отца своей подруги. Чертовски харизматичного, сексуального мужчину. И пытаюсь оставаться профессиональной. Только вот забыть одну случайную ночь — невозможно, особенно когда он сам не даёт об этом забыть. А я… я в него влюблена.
Сохранить сердце, достоинство и работу? Миссия невыполнима.
— Это была ошибка, — отвечаю я, не поворачиваясь. Голос предательски дрожит.
Он подходит ближе. Я чувствую его дыхание у самого уха.
— Тогда я намерен ошибаться снова. Ещё не раз.
Я работаю на отца своей подруги. Чертовски харизматичного, сексуального мужчину. И пытаюсь оставаться профессиональной. Только вот забыть одну случайную ночь — невозможно, особенно когда он сам не даёт об этом забыть. А я… я в него влюблена.
Сохранить сердце, достоинство и работу? Миссия невыполнима.
Выберите полку для книги