Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnyy-treugolnik»
В наш большой дом с мужем приехала моя младшая сестра с ребенком. Но во мне это вызвало помимо радости смутный страх.
Арсений видел фотографии Евы — много фотографий, которые я показывала ему раньше. Он всегда восхищался: «Какая тоненькая», «Какая симпатичная», «Глаза какие».
Я боялась, что его интерес пойдёт дальше родственных симпатий. Гораздо дальше. Но не настолько же.
Я окликнула её, спускаясь по лестнице:
— Ева!
Она не ответила. Но я услышала шум — странный, приглушённый. Возню. Что-то, что заставило меня ускориться.
Арсений видел фотографии Евы — много фотографий, которые я показывала ему раньше. Он всегда восхищался: «Какая тоненькая», «Какая симпатичная», «Глаза какие».
Я боялась, что его интерес пойдёт дальше родственных симпатий. Гораздо дальше. Но не настолько же.
Я окликнула её, спускаясь по лестнице:
— Ева!
Она не ответила. Но я услышала шум — странный, приглушённый. Возню. Что-то, что заставило меня ускориться.
Элинор никогда не думала, что простое украшение может перевернуть её жизнь с ног на голову. Получив в наследство старинное кольцо с тёмным камнем, она надевает его — и тут же мир вокруг меняется.
Кольцо хранит секреты — опасные, древние, смертельные. И теперь за ним идёт настоящая охота.
Балы и дебюты, сплетни высшего света и интриги придворных масок — всё это лишь декорации для настоящей игры. Кто‑то следит за Элинор из тени, готовясь нанести удар. Тень, скользящая по стенам дома, шепчущая угрозы в шуме вальса, подстерегающая в тёмных коридорах… Она хочет убить Элинор — и отомстить любой ценой.
Проклятие старого кольца — первая книга захватывающего цикла о тайнах, любви и выборе, который может изменить судьбу. Сможет ли Элинор победить тьму — или станет её частью?
Кольцо хранит секреты — опасные, древние, смертельные. И теперь за ним идёт настоящая охота.
Балы и дебюты, сплетни высшего света и интриги придворных масок — всё это лишь декорации для настоящей игры. Кто‑то следит за Элинор из тени, готовясь нанести удар. Тень, скользящая по стенам дома, шепчущая угрозы в шуме вальса, подстерегающая в тёмных коридорах… Она хочет убить Элинор — и отомстить любой ценой.
Проклятие старого кольца — первая книга захватывающего цикла о тайнах, любви и выборе, который может изменить судьбу. Сможет ли Элинор победить тьму — или станет её частью?
Пять лет назад она исчезла — без объяснений, без прощания. Только записка из четырёх слов на столе.
Дмитрий Верховский не искал её. Он выбрал другое: ресторан, улыбку, которую не снимает, и виски, которое заглушает всё, что не хочется помнить. Это работало. Почти.
До тех пор, пока не пришёл конверт.
Белый, без обратного адреса. Внутри — её фотография и три слова от руки: «Она вернулась».
Кира Вернецкая вернулась в Москву не ради него — у неё есть своя жизнь, своя кухня и тайна, которую она хранила пять лет. Тайна, из-за которой она тогда и сбежала.
Дмитрий приходит к ней с деловым предложением. Только работа. Только профессия. Он не задаёт вопросов — пока.
Но Верховские умеют ждать. И рано или поздно он спросит.
А правда способна уничтожить всё.
Книга 2 серии «Верховские». Читается как самостоятельное произведение. 18+
Дмитрий Верховский не искал её. Он выбрал другое: ресторан, улыбку, которую не снимает, и виски, которое заглушает всё, что не хочется помнить. Это работало. Почти.
До тех пор, пока не пришёл конверт.
Белый, без обратного адреса. Внутри — её фотография и три слова от руки: «Она вернулась».
Кира Вернецкая вернулась в Москву не ради него — у неё есть своя жизнь, своя кухня и тайна, которую она хранила пять лет. Тайна, из-за которой она тогда и сбежала.
Дмитрий приходит к ней с деловым предложением. Только работа. Только профессия. Он не задаёт вопросов — пока.
Но Верховские умеют ждать. И рано или поздно он спросит.
А правда способна уничтожить всё.
Книга 2 серии «Верховские». Читается как самостоятельное произведение. 18+
Все знают историю Золушки. И во всех вариациях этой сказки сводные сёстры оставлены у разбитого корыта.
Я любила его с самого детства. Один садик. Одна школа. Я надеялась, что однажды он заметит мои чувства. Но потом в нашей семье появилась ОНА. И он сошёл с ума. А я, злая сводная сестрица, была отправлена на обочину жизни ловить отголоски их счастья.
И тогда я уехала, что бы начать всё с чистого листа.
В книге:
❤️ встреча с первой любовью через время
❤️ любовный треугольник
❤️ серая мораль
!! В тексте присутствует нецензурная брань !!
Я любила его с самого детства. Один садик. Одна школа. Я надеялась, что однажды он заметит мои чувства. Но потом в нашей семье появилась ОНА. И он сошёл с ума. А я, злая сводная сестрица, была отправлена на обочину жизни ловить отголоски их счастья.
И тогда я уехала, что бы начать всё с чистого листа.
В книге:
❤️ встреча с первой любовью через время
❤️ любовный треугольник
❤️ серая мораль
!! В тексте присутствует нецензурная брань !!
Кирилл Астахов, мажор и бывший однгокурсник, разрушил жизнь Василисы, выслав фотки ее в обноженном виде в одних трусиках на его кровати мужу.
И как было доказывать, что она ничего не помнит, потому что он подмешал ей что-то в кофе?
Однако муж воспользовался этой ситуацией совсем по-другому ...
Ему нужна была власть, доминирование и это оказалось великолепным поводом обвинить и "наказать" жену.
Когда же Васииса поняла, что она не может дальше жить по таким новым правилам в семье - Кирилл пришел на помощь ...
ЭТО ВТОРАЯ КНИГА НАЧАЛО ЧИТАЕМ В "Не в ту же воду"
И как было доказывать, что она ничего не помнит, потому что он подмешал ей что-то в кофе?
Однако муж воспользовался этой ситуацией совсем по-другому ...
Ему нужна была власть, доминирование и это оказалось великолепным поводом обвинить и "наказать" жену.
Когда же Васииса поняла, что она не может дальше жить по таким новым правилам в семье - Кирилл пришел на помощь ...
ЭТО ВТОРАЯ КНИГА НАЧАЛО ЧИТАЕМ В "Не в ту же воду"
— Дима, зачем ты это сделал? Зачем она тебе?— спросила я, увидев совершенно случайно сообщение от любовницы мужа, высветившееся на экране.
— А ты не догадываешься? — Ходишь в этих своих безразмерных кофтах. Причёска — хвостик. Ни макияжа, ни каблуков А она — молодая, красивая, смотрит на меня как на мужчину. Так что ты сама во всем виновата.
Я смотрела на него. Не верила своим ушам.
— Ты меня… ты меня в этом обвиняешь?
— А кого мне ещё обвинять? — он развёл руками. — Я мужик, мне нужна ласка, внимание. А ты? У тебя всегда голова болит. То устала, то нет настроения.
Он ударил ладонью по столу.
— Ты правду хотела? Получи.
— Ты спишь с девятнадцатилетней. И это я виновата?
— А кто? Нормальные мужики не изменяют просто так. Значит, ты не давала мне того, что нужно.
— Так давай разводиться! Иди к ней!
— А бизнес? Кофейни — мои. Ты без меня — никто. Так что не рыпайся, Маша. Я никуда не пойду. Ты — жена. Дом. Семья. И ты никуда от меня не денешься.
— А ты не догадываешься? — Ходишь в этих своих безразмерных кофтах. Причёска — хвостик. Ни макияжа, ни каблуков А она — молодая, красивая, смотрит на меня как на мужчину. Так что ты сама во всем виновата.
Я смотрела на него. Не верила своим ушам.
— Ты меня… ты меня в этом обвиняешь?
— А кого мне ещё обвинять? — он развёл руками. — Я мужик, мне нужна ласка, внимание. А ты? У тебя всегда голова болит. То устала, то нет настроения.
Он ударил ладонью по столу.
— Ты правду хотела? Получи.
— Ты спишь с девятнадцатилетней. И это я виновата?
— А кто? Нормальные мужики не изменяют просто так. Значит, ты не давала мне того, что нужно.
— Так давай разводиться! Иди к ней!
— А бизнес? Кофейни — мои. Ты без меня — никто. Так что не рыпайся, Маша. Я никуда не пойду. Ты — жена. Дом. Семья. И ты никуда от меня не денешься.
— Успокойся, солнце.
Солнце.
Муж сказал? Моей сестре?
— Я устала, Олеж. — ее голос — Так задолбалась. Ну когда уже? Я не могу больше так, каждый раз вздрагивать, каждый раз прятаться…
— Немного осталось. Пусть родит, потом сделаем все и дальше сами.
Пусть родит.
Дальше — сами.
Я стою на балконе, прямо над верандой и не понимаю самого простого: как? Когда?
Сколько уже это длится?
С зимы? С той самой больницы, где она говорила, что обязана мне жизнью? Ведь я отдала ей свою почку.
Что «все» они собрались сделать?
Внизу звякает телефон.
— Кто там тебе пишет в такое время?
— Да тут подружайка Марьянкина голосовое прислала.
Через секунду в ночную тишину, на всю веранду, из динамика звучит голос.
Он женский, злой.
Света.
— Олег. Я молчать больше не буду. Я видела вас с Лизой, причем не один раз! Вы совсем оборзели! Я не могу! Понимаешь? Не могу больше смотреть Марьяне в глаза и врать! Совести у вас нет совсем! Или вы это заканчиваете или я ей все говорю сама!
Солнце.
Муж сказал? Моей сестре?
— Я устала, Олеж. — ее голос — Так задолбалась. Ну когда уже? Я не могу больше так, каждый раз вздрагивать, каждый раз прятаться…
— Немного осталось. Пусть родит, потом сделаем все и дальше сами.
Пусть родит.
Дальше — сами.
Я стою на балконе, прямо над верандой и не понимаю самого простого: как? Когда?
Сколько уже это длится?
С зимы? С той самой больницы, где она говорила, что обязана мне жизнью? Ведь я отдала ей свою почку.
Что «все» они собрались сделать?
Внизу звякает телефон.
— Кто там тебе пишет в такое время?
— Да тут подружайка Марьянкина голосовое прислала.
Через секунду в ночную тишину, на всю веранду, из динамика звучит голос.
Он женский, злой.
Света.
— Олег. Я молчать больше не буду. Я видела вас с Лизой, причем не один раз! Вы совсем оборзели! Я не могу! Понимаешь? Не могу больше смотреть Марьяне в глаза и врать! Совести у вас нет совсем! Или вы это заканчиваете или я ей все говорю сама!
Двенадцать лет я хранила тайну о нашем ребенке. С окончания школы я не видела Самсона, а теперь он заявился в мою жизнь. Красивый. Успешный, Женатый. А моя жизнь рушится прямо на его глазах… Вечер встреч выпускников столкнул нас, и теперь секретам суждено раскрыться.
Он тянет руку. Уверенно берёт меня за подбородок. Смотрит на синяк.
- Это что?
- Упала, - говорю в сторону.
- Как же, - цедит он. - На что падают так, что остаётся след от кулака?
И тут что-то во мне обрывается.
Кто он такой? Кто он такой, чтобы спрашивать?! Первая любовь, которая оказалась предательством. Человек, который бросил меня одну с тем, что случилось. Который двенадцать лет жил своей жизнью: жена, сын, всё хорошо. Пока я...
Я резко встаю. Стул скрипит.
- Тебе какая разница, Самсонов? Не лезь.
- Кать, если тебя кто-то бьёт...
- Да пошёл ты! Героем решил побыть? Не надо. Не лезь в мою жизнь - она тебя не касается. Разбирайся со своей семьёй, а ко мне не подходи.
Он тянет руку. Уверенно берёт меня за подбородок. Смотрит на синяк.
- Это что?
- Упала, - говорю в сторону.
- Как же, - цедит он. - На что падают так, что остаётся след от кулака?
И тут что-то во мне обрывается.
Кто он такой? Кто он такой, чтобы спрашивать?! Первая любовь, которая оказалась предательством. Человек, который бросил меня одну с тем, что случилось. Который двенадцать лет жил своей жизнью: жена, сын, всё хорошо. Пока я...
Я резко встаю. Стул скрипит.
- Тебе какая разница, Самсонов? Не лезь.
- Кать, если тебя кто-то бьёт...
- Да пошёл ты! Героем решил побыть? Не надо. Не лезь в мою жизнь - она тебя не касается. Разбирайся со своей семьёй, а ко мне не подходи.
— Ты уверен, что сработает? — из-за двери донёсся вкрадчивый голос Никиты. — Девчонка и правда та ещё штучка…
— Сработает, — лениво бросил Ярослав. — Ещё пара горящих дел — и её заявление будет у меня на столе.
Я навострила уши.
— И не жалко? — хмыкнул Никита. — Всё-таки не чужая… Сергей Яковлевич будет в бешенстве.
— При чём тут я? Уволиться — её идея, — Ярослав выдержал паузу. — Пусть трясёт своими булками в папенькиной конторе. Я берёг это место для Оксаны. А Глаша — не больше, чем дань старшему поколению. Случайность, которой пора исчезнуть.
Ах, вот оно как… Значит, я — добрый жест. А все эти его «я помогу», «не переживай, всё решим», «беспредел!» — всего лишь план по моему «выдавливанию» из компании.
Ну что ж, Ярослав Сергеевич… Ты хотел выйти сухим из воды? Не получится. Я утоплю тебя в этой луже, а потом ещё и булками придавлю. Теми самыми, которые ты так любишь обсуждать за моей спиной.
Поиграем.
— Сработает, — лениво бросил Ярослав. — Ещё пара горящих дел — и её заявление будет у меня на столе.
Я навострила уши.
— И не жалко? — хмыкнул Никита. — Всё-таки не чужая… Сергей Яковлевич будет в бешенстве.
— При чём тут я? Уволиться — её идея, — Ярослав выдержал паузу. — Пусть трясёт своими булками в папенькиной конторе. Я берёг это место для Оксаны. А Глаша — не больше, чем дань старшему поколению. Случайность, которой пора исчезнуть.
Ах, вот оно как… Значит, я — добрый жест. А все эти его «я помогу», «не переживай, всё решим», «беспредел!» — всего лишь план по моему «выдавливанию» из компании.
Ну что ж, Ярослав Сергеевич… Ты хотел выйти сухим из воды? Не получится. Я утоплю тебя в этой луже, а потом ещё и булками придавлю. Теми самыми, которые ты так любишь обсуждать за моей спиной.
Поиграем.
Всё началось с банального заказа пиццы и случайно нажатого второго адреса в приложении мужа. Обычный семейный вечер обернулся кошмаром, который поставил под угрозу девятнадцать лет совместной жизни.
— Игорь, — Нам нужно поговорить.
— О чём?
— О Виолетте.
— Откуда… — начал он и замолчал.
— Я взяла твой телефон вчера ночью, — сказала я. — Когда ты спал.
— Ты лазила в моём телефоне! — его лицо побогровело, вены на лбу вздулись. — Ты…
— Не смей! — я вскочила с кровати. — Не смей переводить тему! Ты спишь с другой женщиной и упрекаешь меня за телефон?
— Я не сплю…
— Не ври мне! — закричала я.
— Ты хотела правды? Так получи ее, — сказал он.
— Что?
— Что слышала, — его голос стал жёстким.— Ты сама во всём виновата.Ты превратилась в корову.
— В каком смысле? — спросила я шёпотом.
— В прямом, — он уже не мог остановиться. — Посмотри на себя. Расплылась. Лежишь на диване с сериалами, жрёшь бутерброды по ночам.
— Игорь, — Нам нужно поговорить.
— О чём?
— О Виолетте.
— Откуда… — начал он и замолчал.
— Я взяла твой телефон вчера ночью, — сказала я. — Когда ты спал.
— Ты лазила в моём телефоне! — его лицо побогровело, вены на лбу вздулись. — Ты…
— Не смей! — я вскочила с кровати. — Не смей переводить тему! Ты спишь с другой женщиной и упрекаешь меня за телефон?
— Я не сплю…
— Не ври мне! — закричала я.
— Ты хотела правды? Так получи ее, — сказал он.
— Что?
— Что слышала, — его голос стал жёстким.— Ты сама во всём виновата.Ты превратилась в корову.
— В каком смысле? — спросила я шёпотом.
— В прямом, — он уже не мог остановиться. — Посмотри на себя. Расплылась. Лежишь на диване с сериалами, жрёшь бутерброды по ночам.
Подборка книг с любовным треугольником
Выберите полку для книги