Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
Валя огляделась по сторонам, вроде никого нет. Стыдно-то как господи!
Так, какие у неё окна? То, что Тонькины выходили не во двор, а в переулок, сейчас совершенно безлюдный, это женщина помнила. Она остановилась. Вроде здесь.
Высоко, ничего не видно, что же делать…
Валя в растерянности огляделась. Но тут сквозь раскрытую форточку до неё донёсся до боли знакомый и родной мужской голос, — Тонечка, ну, иди ко мне скорее! Ну, где ты там, солнышко! Я заждался!
Валю словно в ледяную воду с головой окунули, внезапно возникший в горле комок, мешал дышать.
«Тонечка, значит! Солнышко! Я сейчас вам покажу, солнышко… Козёл! Заждался он! Скотина! Тварь! Ненавижу! Обоих их ненавижу…»
Так, какие у неё окна? То, что Тонькины выходили не во двор, а в переулок, сейчас совершенно безлюдный, это женщина помнила. Она остановилась. Вроде здесь.
Высоко, ничего не видно, что же делать…
Валя в растерянности огляделась. Но тут сквозь раскрытую форточку до неё донёсся до боли знакомый и родной мужской голос, — Тонечка, ну, иди ко мне скорее! Ну, где ты там, солнышко! Я заждался!
Валю словно в ледяную воду с головой окунули, внезапно возникший в горле комок, мешал дышать.
«Тонечка, значит! Солнышко! Я сейчас вам покажу, солнышко… Козёл! Заждался он! Скотина! Тварь! Ненавижу! Обоих их ненавижу…»
- Миша, ты шутишь? Этого не может быть. У нас нет таких денег.
Я не могла поверить документам, которые предъявлял муж. Сумма была просто огромная, а сроки при этом смешными.
- Это ведь больше ипотеки, которую мы не стали брать.
У меня начиналась паника, а Миша напротив был очень спокоен. Хотя именно он в нашей меленькой семье главная истеричка.
- Да, сумма внушительная. Ты должна ее достать за неделю, - озвучил он все, что было написано.
- Это невозможно.
- Возможно, Кать. С твоими миллионерами все возможно. Придумай что-нибудь. Ты же умница.
Я копила на квартиру, летала, любила мужа. Но все покатилось к черту, когда узнала, что супруг повесил на меня огромные долги. Сообщил он об этом накануне вылета.
В тот день я нарушила главное правило. И мой любимый пассажир не был против. Он показал мне небо в алмазах и подарил сына. Только об этом Роман Звездин никогда не узнает.
Я не могла поверить документам, которые предъявлял муж. Сумма была просто огромная, а сроки при этом смешными.
- Это ведь больше ипотеки, которую мы не стали брать.
У меня начиналась паника, а Миша напротив был очень спокоен. Хотя именно он в нашей меленькой семье главная истеричка.
- Да, сумма внушительная. Ты должна ее достать за неделю, - озвучил он все, что было написано.
- Это невозможно.
- Возможно, Кать. С твоими миллионерами все возможно. Придумай что-нибудь. Ты же умница.
Я копила на квартиру, летала, любила мужа. Но все покатилось к черту, когда узнала, что супруг повесил на меня огромные долги. Сообщил он об этом накануне вылета.
В тот день я нарушила главное правило. И мой любимый пассажир не был против. Он показал мне небо в алмазах и подарил сына. Только об этом Роман Звездин никогда не узнает.
Отчаявшись избежать свидания вслепую по настоянию мамы, Катя шантажом заставляет незнакомца Алексея изображать ее идеального бойфренда перед родителями. Семь свиданий до Нового года — чистый спектакль. Но граница между ложью и правдой начинает таять, и игра ставит под вопрос все, во что они раньше верили о любви и доверии. Смогут ли отношения начавшиеся «по принуждению» стать чистыми и светлыми, как первый снег в Новом году?
— Мне нужна помощь, — сказала она тихо. — Я беременна.
Я посмотрела на пациентку поверх очков.
— Вы боитесь? — спросила я, делая пометки в тетради.
— Да. Он сказал, чтобы я молчала. Сказал, что будет плохо, если кто-то узнает.
Она говорила сбивчиво. Путалась. Плакала. Я слушала и вдруг начала узнавать детали. Слова. Привычки.
— Он врач? — уточнила я.
Она кивнула.
— Хирург. В этой больнице. Все его уважают.
В этот момент мне стало по-настоящему дурно. Потому что я вдруг поняла, о ком она говорит… А значит, эта история уже касается меня.
Я посмотрела на пациентку поверх очков.
— Вы боитесь? — спросила я, делая пометки в тетради.
— Да. Он сказал, чтобы я молчала. Сказал, что будет плохо, если кто-то узнает.
Она говорила сбивчиво. Путалась. Плакала. Я слушала и вдруг начала узнавать детали. Слова. Привычки.
— Он врач? — уточнила я.
Она кивнула.
— Хирург. В этой больнице. Все его уважают.
В этот момент мне стало по-настоящему дурно. Потому что я вдруг поняла, о ком она говорит… А значит, эта история уже касается меня.
В тихой деревне Сосновка дремлют тайны прошлого: забытые договоры, сломанные судьбы, несбывшиеся обещания. Когда Максим случайно оказывается в старинной усадьбе, он и его спутница Алёна начинают распутывать клубок истории, уходящей корнями в 1950‑е годы.
Их поиск приводит к неожиданному открытию: земли деревни были отчуждены по договору, который так и не был исполнен. Перед героями встаёт непростой выбор — бороться за возвращение территорий через суд или попытаться найти мирное решение. В процессе расследования они сталкиваются не только с архивными документами и старыми письмами, но и с живыми свидетельствами прошлого — потомками тех, кто когда‑то принимал судьбоносные решения.
По мере того как деревня оживает благодаря усилиям Максима и Алёны, меняются и судьбы людей: Лиза запускает туристическое агентство, Артём реставрирует старую мельницу, а сама деревня становится центром притяжения для тех, кто ценит историю и традиции.
Их поиск приводит к неожиданному открытию: земли деревни были отчуждены по договору, который так и не был исполнен. Перед героями встаёт непростой выбор — бороться за возвращение территорий через суд или попытаться найти мирное решение. В процессе расследования они сталкиваются не только с архивными документами и старыми письмами, но и с живыми свидетельствами прошлого — потомками тех, кто когда‑то принимал судьбоносные решения.
По мере того как деревня оживает благодаря усилиям Максима и Алёны, меняются и судьбы людей: Лиза запускает туристическое агентство, Артём реставрирует старую мельницу, а сама деревня становится центром притяжения для тех, кто ценит историю и традиции.
— В документах стоит твоя подпись, — басят наши новые начальники, глядя на меня.
— Да, но… мы и раньше так делали. Честное слово... Я не знала, я ничего не брала.
Они мотают головой. Не верят.
— То есть... Того конверта, который мы оставили, было недостаточно?
Они смотрят внимательно. Помнят. Все, что между нами было помнят. Но кое-что они не знают. То, что они оставили не только конверт, но и кое-что гораздо важнее и ценнее денег. И я не собираюсь им так просто рассказывать этот секрет.
— Да, но… мы и раньше так делали. Честное слово... Я не знала, я ничего не брала.
Они мотают головой. Не верят.
— То есть... Того конверта, который мы оставили, было недостаточно?
Они смотрят внимательно. Помнят. Все, что между нами было помнят. Но кое-что они не знают. То, что они оставили не только конверт, но и кое-что гораздо важнее и ценнее денег. И я не собираюсь им так просто рассказывать этот секрет.
СЕГОДНЯ ФИНАЛ!
«Барс» — мифический хищник: грубый, циничный рейдер, скупщик компаний, блогеров и судеб. Его образ создавался годами, чтобы внушать страх конкурентам. Теперь эта железная маска душит его самого. Тина — талантливый стилист-имиджмейкер, работающая на стыке психологии и моды. Он просит её изменить его ради судьбоносной сделки, она согласна. Только Барс забыл, что это он разорил издательство её отца.
«Барс» — мифический хищник: грубый, циничный рейдер, скупщик компаний, блогеров и судеб. Его образ создавался годами, чтобы внушать страх конкурентам. Теперь эта железная маска душит его самого. Тина — талантливый стилист-имиджмейкер, работающая на стыке психологии и моды. Он просит её изменить его ради судьбоносной сделки, она согласна. Только Барс забыл, что это он разорил издательство её отца.
- Ты моя Эльлия, моя навеки! И я докажу это тебе. Ты будешь моей женой.
От последней фразы кажется что солнечное сплетение сдавила мертвая хватка.
- Чего?!
- Ты станешь моей женой, - повторяет он и еще сильнее прижимает меня к себе.
Сил сопротивляться нет.
Жесткий непримиримый поцелуй терзает мои губы, но от этого нет боли. Сладкое неведомое чувство разливается по телу и закручивается в теплую спираль в районе живота. Знаю, что сейчас мы еще чуть-чуть и перешагнем ту грань, которая нас разделяет…
- Почему я? - резко отстраняюсь, решая, что для первого секса время не пришло.
Кирам словно чувствует мое недоверие и хватка становится слабее.
- Ты не такая как остальные. И ты сама это знаешь
Чем обернется замужество я еще и не могла предполагать...
ПОДПИСКА. ХЭ.
История про Багира и Ханну - https://litmarket.ru/reader/arabskaya-igrushka
История про Багира и Лейлу - https://litmarket.ru/reader/ty-moya-rabynya
От последней фразы кажется что солнечное сплетение сдавила мертвая хватка.
- Чего?!
- Ты станешь моей женой, - повторяет он и еще сильнее прижимает меня к себе.
Сил сопротивляться нет.
Жесткий непримиримый поцелуй терзает мои губы, но от этого нет боли. Сладкое неведомое чувство разливается по телу и закручивается в теплую спираль в районе живота. Знаю, что сейчас мы еще чуть-чуть и перешагнем ту грань, которая нас разделяет…
- Почему я? - резко отстраняюсь, решая, что для первого секса время не пришло.
Кирам словно чувствует мое недоверие и хватка становится слабее.
- Ты не такая как остальные. И ты сама это знаешь
Чем обернется замужество я еще и не могла предполагать...
ПОДПИСКА. ХЭ.
История про Багира и Ханну - https://litmarket.ru/reader/arabskaya-igrushka
История про Багира и Лейлу - https://litmarket.ru/reader/ty-moya-rabynya
– Остановись, – прошептала я, с трудом выговаривая слова. Моя грудь ходила ходуном. Дыхание было сбитым и не ровным. – Это неправильно!
Он медленно протянул руку, касаясь моего лица кончиками пальцев, пока я пыталась завязать платье непослушными пальцами.
– Я знаю, что натворил, Лиза, – прошептал Артем. В его голосе звучала неприкрытая боль. – Я совершил ошибку. Страшную ошибку.
Слезы наворачивались на глаза, а в носу защипало. Я отвернулась, не в силах больше выдержать его взгляд.
– Ошибку? – горько усмехнулась я. – Ты разрушил нашу жизнь, Артем. Нашу семью. А называешь это ошибкой? Это было предательство. Подлое, грязное предательство!
– Я был слеп, – продолжал Артем, не отступая, его голос срывался. – Ослеплен чем-то… пустяковым. Я думал, что это новизна, что это приключение. Но это была лишь иллюзия. Лиза, я люблю тебя. Поверь!
Он медленно протянул руку, касаясь моего лица кончиками пальцев, пока я пыталась завязать платье непослушными пальцами.
– Я знаю, что натворил, Лиза, – прошептал Артем. В его голосе звучала неприкрытая боль. – Я совершил ошибку. Страшную ошибку.
Слезы наворачивались на глаза, а в носу защипало. Я отвернулась, не в силах больше выдержать его взгляд.
– Ошибку? – горько усмехнулась я. – Ты разрушил нашу жизнь, Артем. Нашу семью. А называешь это ошибкой? Это было предательство. Подлое, грязное предательство!
– Я был слеп, – продолжал Артем, не отступая, его голос срывался. – Ослеплен чем-то… пустяковым. Я думал, что это новизна, что это приключение. Но это была лишь иллюзия. Лиза, я люблю тебя. Поверь!
– Я тебя разлюбил.
Слова мужа обескураживают, сердце в груди сжимается.
– Разлюбил?! – спрашиваю дрожащими губами. – Спустя восемнадцать лет брака хоп – и разлюбил?!
– Да. Я просто привык к тебе. Мы с тобой давно живем как соседи.
– Как соседи?! И вчера ночью ты со мной спал по-соседски?! – кричу, голос срывается, боль внутри становится невыносимой.
– Не передергивай, – проговаривает зло, – ты мне приелась, Ирин, а Рита… она просто лучше тебя. Смирись.
Слова мужа обескураживают, сердце в груди сжимается.
– Разлюбил?! – спрашиваю дрожащими губами. – Спустя восемнадцать лет брака хоп – и разлюбил?!
– Да. Я просто привык к тебе. Мы с тобой давно живем как соседи.
– Как соседи?! И вчера ночью ты со мной спал по-соседски?! – кричу, голос срывается, боль внутри становится невыносимой.
– Не передергивай, – проговаривает зло, – ты мне приелась, Ирин, а Рита… она просто лучше тебя. Смирись.
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги