Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
Илья не мог не приехать. Он приезжал за ней в дождь. Забирал из больницы после мигрени. Грел молоко с мёдом, если она не спала. Ворчал, когда у неё мерзли руки, и прятал их в своих ладонях.
Такой мужчина не мог не приехать, если любил.
– Он знает, что я здесь? – спросила она.
Евгения посмотрела на папку.
Пауза была короткой. Очень короткой, но Юле хватило, чтобы за эту секунду прожить всё заново: анонимные сообщения, чужую улику в его вещах, его закрытые звонки, тихий женский голос за дверью, его короткое «я занят» в трубке.
– Знает, – сказала Евгения.
Юля кивнула.
Вот и всё.
Она взяла ручку. На безымянном пальце блеснуло кольцо, выбранное Ильёй с такой серьёзностью, будто он давал обещание, которое нельзя нарушить.
Юля посмотрела на лист.
– Передайте моему мужу, – сказала она тихо, – что я больше его не жду.
Ручка коснулась бумаги.
История Захара Развод Вернуть жену https://litmarket.ru/reader/razvod-vernut-semyu-2?page=1
Эмоционально
ХЭ
Такой мужчина не мог не приехать, если любил.
– Он знает, что я здесь? – спросила она.
Евгения посмотрела на папку.
Пауза была короткой. Очень короткой, но Юле хватило, чтобы за эту секунду прожить всё заново: анонимные сообщения, чужую улику в его вещах, его закрытые звонки, тихий женский голос за дверью, его короткое «я занят» в трубке.
– Знает, – сказала Евгения.
Юля кивнула.
Вот и всё.
Она взяла ручку. На безымянном пальце блеснуло кольцо, выбранное Ильёй с такой серьёзностью, будто он давал обещание, которое нельзя нарушить.
Юля посмотрела на лист.
– Передайте моему мужу, – сказала она тихо, – что я больше его не жду.
Ручка коснулась бумаги.
История Захара Развод Вернуть жену https://litmarket.ru/reader/razvod-vernut-semyu-2?page=1
Эмоционально
ХЭ
– Хочешь, чтобы я подписал эти бумаги? – спросил он, подаваясь вперед и опираясь локтями о стол. Он осмотрел меня. Медленно. Снизу вверх. С явным интересом, от которого у меня мурашки побежали по спине.
Я вспомнила, как он смотрел на меня в самолёте, его руки, его дыхание на моей шее, его голос.
Он помнил. Чёрт, он помнил всё до мельчайших деталей, и эта ухмылка на его лице говорила об этом яснее любых слов.
– Я сделаю это, – сказал он, с ленивой, опасной ноткой, которая свела меня с ума десять тысяч метров над землёй. – Но только при одном условии.
Он помолчал, глядя мне прямо в глаза. Я задержала дыхание, надеясь, что он видел сейчас во мне не просто городскую, зазнавшуюся карьеристку.
– Если ты проведешь это лето здесь. В Сибири.
Я вспомнила, как он смотрел на меня в самолёте, его руки, его дыхание на моей шее, его голос.
Он помнил. Чёрт, он помнил всё до мельчайших деталей, и эта ухмылка на его лице говорила об этом яснее любых слов.
– Я сделаю это, – сказал он, с ленивой, опасной ноткой, которая свела меня с ума десять тысяч метров над землёй. – Но только при одном условии.
Он помолчал, глядя мне прямо в глаза. Я задержала дыхание, надеясь, что он видел сейчас во мне не просто городскую, зазнавшуюся карьеристку.
– Если ты проведешь это лето здесь. В Сибири.
– Знаешь, кто ты после этого?! – обращается к отцу старший сын вне себя от ярости.
Я лишилась дара речи. Когда забежала в спальню, то увидела самую отвратительную картину, которую только можно было представить.
Мой муж, отец моих детей лежал в постели! А рядом с ним, закинув ногу на него, лежала ОНА – любовница!
Всё это время муж обманывал меня. Никакой командировки не было!
– Вставай, гад! – пальцы сына непроизвольно сжимаются в кулак. – Пока мы тебя ждали на семейном празднике, ты с ней тут развлекался!
Двадцать пять лет семейной жизни. Трое замечательных детей. Младшей дочери всего четыре годика!
Я была уверена, что у нас большая и любящая семья! Всё исчезло в тот момент, когда я и дети поймали нашего отца за изменой в постели с другой. И весь этот ужас пришёлся в день юбилея свадьбы…
– Хочу к папе! – плачет четырехлетняя дочь, вытянув ручки перед собой.
Она одна не осознаёт, что происходит… Что он променял нас… Променял её, братика, сестричку и меня на любовницу!
Я лишилась дара речи. Когда забежала в спальню, то увидела самую отвратительную картину, которую только можно было представить.
Мой муж, отец моих детей лежал в постели! А рядом с ним, закинув ногу на него, лежала ОНА – любовница!
Всё это время муж обманывал меня. Никакой командировки не было!
– Вставай, гад! – пальцы сына непроизвольно сжимаются в кулак. – Пока мы тебя ждали на семейном празднике, ты с ней тут развлекался!
Двадцать пять лет семейной жизни. Трое замечательных детей. Младшей дочери всего четыре годика!
Я была уверена, что у нас большая и любящая семья! Всё исчезло в тот момент, когда я и дети поймали нашего отца за изменой в постели с другой. И весь этот ужас пришёлся в день юбилея свадьбы…
– Хочу к папе! – плачет четырехлетняя дочь, вытянув ручки перед собой.
Она одна не осознаёт, что происходит… Что он променял нас… Променял её, братика, сестричку и меня на любовницу!
В сорок пять я должна была услышать тосты за нашу семью. Вместо этого муж посадил меня за дальний стол, а рядом с собой поставил молодую любовницу.
Он думал, я промолчу. Думал, уйду тихо. Думал, что после двадцати четырёх лет брака мне некуда идти и я всё прощу ради дома, денег и красивой картинки семьи.
А потом я узнала, что стану мамой.
Сергей решил: ребёнок вернёт меня обратно. Он снова заговорил о семье, долге и втором шансе. Только он забыл одно: ребёнок — не повод возвращаться к мужчине, который предал.
Я больше не жена за седьмым столом. Не удобная женщина. Не запасной выход.
И если бывший понял, кого потерял, — это уже не моя проблема.
Он думал, я промолчу. Думал, уйду тихо. Думал, что после двадцати четырёх лет брака мне некуда идти и я всё прощу ради дома, денег и красивой картинки семьи.
А потом я узнала, что стану мамой.
Сергей решил: ребёнок вернёт меня обратно. Он снова заговорил о семье, долге и втором шансе. Только он забыл одно: ребёнок — не повод возвращаться к мужчине, который предал.
Я больше не жена за седьмым столом. Не удобная женщина. Не запасной выход.
И если бывший понял, кого потерял, — это уже не моя проблема.
— Думаешь, я не узнаю тебя без парика? — его голос, как гром перед грозой. — Маленькая лживая стерва.
Тимур Вальтер... Криминальный авторитет, мой бывший муж и самый опасный мужчина в моей жизни. Он всегда умел читать меня как открытую книгу.
— Я просто хочу развод, — шепчу, чувствуя, одновременно и силу, и дрожь в коленках.
— Развод? — он усмехается, прижимая меня к стене. — Ты моя жена, Василиса. И останешься ею.
Он следит за мной. Знает каждый мой шаг. А я… я прячу от него самое дорогое — нашего сына.
— У тебя нет выбора, — его горячее дыхание обжигает мою кожу. — Ты принадлежишь мне. Всегда принадлежала.
Тимур Вальтер... Криминальный авторитет, мой бывший муж и самый опасный мужчина в моей жизни. Он всегда умел читать меня как открытую книгу.
— Я просто хочу развод, — шепчу, чувствуя, одновременно и силу, и дрожь в коленках.
— Развод? — он усмехается, прижимая меня к стене. — Ты моя жена, Василиса. И останешься ею.
Он следит за мной. Знает каждый мой шаг. А я… я прячу от него самое дорогое — нашего сына.
— У тебя нет выбора, — его горячее дыхание обжигает мою кожу. — Ты принадлежишь мне. Всегда принадлежала.
Мой Андрей. Мой муж. Моё надёжное плечо. В этой чужой квартире, в этом уродливом новомодном доме. С этой женщиной.
— Ева, послушай… — говорит он, делая шаг ко мне.
— Не подходи.
Мой голос звучит остро, как лезвие бритвы. Мне кажется, если он сделает ещё хотя бы шаг, я вцеплюсь ему в горло.
Наверное, Андрей чувствует эту невысказанную угрозу, потому что останавливается.
Блондинка переводит взгляд с него на меня.
Раздражение в её глазах постепенно сменяется растерянностью.
— Это кто, Андрей?.. — спрашивает она.
Я смотрю только на мужа, жду, что он ответит. Но он молчит. Трус. Господи, какой же он трус!
— Это кто? — повторяет любовница уже громче.
И тогда я отвечаю сама:
— Жена. Я его жена.
— Ева, послушай… — говорит он, делая шаг ко мне.
— Не подходи.
Мой голос звучит остро, как лезвие бритвы. Мне кажется, если он сделает ещё хотя бы шаг, я вцеплюсь ему в горло.
Наверное, Андрей чувствует эту невысказанную угрозу, потому что останавливается.
Блондинка переводит взгляд с него на меня.
Раздражение в её глазах постепенно сменяется растерянностью.
— Это кто, Андрей?.. — спрашивает она.
Я смотрю только на мужа, жду, что он ответит. Но он молчит. Трус. Господи, какой же он трус!
— Это кто? — повторяет любовница уже громче.
И тогда я отвечаю сама:
— Жена. Я его жена.
Я вернулся в родной город, чтобы начать мирную жизнь без устава и погон. Все шло по плану, пока я не встретил ее. Самую запретную и недосягаемую из всех возможных женщин. Она уложила меня на обе лопатки быстрее, чем любой противник. И так же стремительно исчезла, оставив после себя болезненный шлейф потери.
Но я не привык отступать и найду беглянку во что бы то ни стало. За женщину, которую уже присвоил, пойду до конца. Даже если придется начать новую войну. Личную войну Глеба Сурова.
🔥#взрослый_герой
🔥#майор_в_отставке
🔥#сильный_мужчина
🔥#запретные_чувства
🔥#от_ненависти_до_любви
🔥#властный_герой
🔥#эмоционально
🔥#страсть
🔥#любовь_и_война
Но я не привык отступать и найду беглянку во что бы то ни стало. За женщину, которую уже присвоил, пойду до конца. Даже если придется начать новую войну. Личную войну Глеба Сурова.
🔥#взрослый_герой
🔥#майор_в_отставке
🔥#сильный_мужчина
🔥#запретные_чувства
🔥#от_ненависти_до_любви
🔥#властный_герой
🔥#эмоционально
🔥#страсть
🔥#любовь_и_война
Пелагея никогда не считала себя сильной. Она была просто матерью, просто женой, просто дочерью. Пока в один день у неё не отняли всё.
Ребёнка украли. Муж предал. Отец погиб, защищая их.
Полиция бессильна. Друзья в шоке. Все ждут, что она сломается.
Но Пелагея выбирает месть.
Она вернёт себе деньги, уничтожит репутацию мужа, перекроет ему все пути к отступлению. Она сделает так, что он будет умолять об аресте лишь бы закончился этот кошмар, который она устроила.
Потому что мать, у которой украли ребёнка, – это не жертва, это медленная, неизбежная катастрофа для того, кто посмел встать у неё на пути.
«Месть матери» – роман о грани между любовью и ненавистью, о том, кем мы становимся, когда терять нечего, и о том, что настоящая сила начинается там, где заканчиваются слёзы.
Ребёнка украли. Муж предал. Отец погиб, защищая их.
Полиция бессильна. Друзья в шоке. Все ждут, что она сломается.
Но Пелагея выбирает месть.
Она вернёт себе деньги, уничтожит репутацию мужа, перекроет ему все пути к отступлению. Она сделает так, что он будет умолять об аресте лишь бы закончился этот кошмар, который она устроила.
Потому что мать, у которой украли ребёнка, – это не жертва, это медленная, неизбежная катастрофа для того, кто посмел встать у неё на пути.
«Месть матери» – роман о грани между любовью и ненавистью, о том, кем мы становимся, когда терять нечего, и о том, что настоящая сила начинается там, где заканчиваются слёзы.
— Ты что, совсем обалдела? Это частная территория! — слышу в спину злой голос и на мгновение теряюсь от наглости.
Оборачиваюсь и понимаю, что напротив меня стоит бородатый мужик с отёками на лице, в грязных штанах, клетчатой рубахе и держит курицу под мышкой.
— Странно, знака нигде не увидела, — наконец нахожусь с ответом. — Или у вас кислород тоже по подписке, у каждого свой?
— А это ты тоже не видела? — И он тычет в сторону натянутого провода, который тянется далеко по периметру. — И как только током не шандарахнуло, — бубнит он и подходит к этому проводку. — Сломался, что ли? Ах ты зараза!
Выкрикивает мужик, выпуская бедную курицу из рук и начинает активно махать в воздухе рукой, а я так и остаюсь стоять на месте, начиная соображать, что здесь явно что‑то не так.
Оборачиваюсь и понимаю, что напротив меня стоит бородатый мужик с отёками на лице, в грязных штанах, клетчатой рубахе и держит курицу под мышкой.
— Странно, знака нигде не увидела, — наконец нахожусь с ответом. — Или у вас кислород тоже по подписке, у каждого свой?
— А это ты тоже не видела? — И он тычет в сторону натянутого провода, который тянется далеко по периметру. — И как только током не шандарахнуло, — бубнит он и подходит к этому проводку. — Сломался, что ли? Ах ты зараза!
Выкрикивает мужик, выпуская бедную курицу из рук и начинает активно махать в воздухе рукой, а я так и остаюсь стоять на месте, начиная соображать, что здесь явно что‑то не так.
Я стою у входа в бизнес-центр и сжимаю в кармане пальто сверток с результатами теста. Две полоски. Беременна.
Я смотрю и вижу, как из подъезда бизнес-центра выходит Игорь. Высокий, в черном пальто. Я уже открываю рот, чтобы окликнуть его, но замираю. Рядом с ним – она… Лена. Моя лучшая подруга.
Они останавливаются возле его машины. Лена говорит что-то, улыбается. А потом Игорь наклоняется и целует ее. Не быстрый поцелуй в щеку, не дружеское прикосновение. Он целует ее по-настоящему, страстно, его рука обхватывает ее талию, притягивает к себе. Она отвечает на поцелуй.
Время останавливается. Я стою и смотрю, как рушится моя жизнь. Как две самые важные фигуры в моем мире – муж и лучшая подруга – сплетаются в объятиях на фоне вечернего города.
Я смотрю и вижу, как из подъезда бизнес-центра выходит Игорь. Высокий, в черном пальто. Я уже открываю рот, чтобы окликнуть его, но замираю. Рядом с ним – она… Лена. Моя лучшая подруга.
Они останавливаются возле его машины. Лена говорит что-то, улыбается. А потом Игорь наклоняется и целует ее. Не быстрый поцелуй в щеку, не дружеское прикосновение. Он целует ее по-настоящему, страстно, его рука обхватывает ее талию, притягивает к себе. Она отвечает на поцелуй.
Время останавливается. Я стою и смотрю, как рушится моя жизнь. Как две самые важные фигуры в моем мире – муж и лучшая подруга – сплетаются в объятиях на фоне вечернего города.
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги