Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
– Тебе понравилось? Его внимание?
– Что ты натворил, Мурад?! – я бросилась к нему, толкнула в грудь со всей силы, на какую была способна. Он даже не пошатнулся. – Парня нашли у обочины с разбитым лицом и сломанной челюстью. Я знаю, что это твоих рук! Он только помог мне...
– Так будет с каждым, сладкая. Я уничтожу всё, что попытается встать между нами. Даже тень. Даже мысль.
– Ты ненормальный, Булатов! Я не хочу тебя! Исчезни из моей жизни!
Мои слова только сильнее злят его. Мурад хватает меня за горло и вжимает в стену.
– Пока я дышу, ты будешь моей. А когда перестану дышать… я заберу тебя с собой. Конечно, заберу. Потому что иначе какая же это любовь?
Все в наших горах знают: если Булатов выбрал женщину, он не отступит от своей черной любви никогда. У них есть власть, репутация. Они носят своих женщин на руках, но любить Булатова... очень больно.
- одержимая сложная любовь
- вынужденный брак
- темная романтика
- очень горячие сцены 18+
– Что ты натворил, Мурад?! – я бросилась к нему, толкнула в грудь со всей силы, на какую была способна. Он даже не пошатнулся. – Парня нашли у обочины с разбитым лицом и сломанной челюстью. Я знаю, что это твоих рук! Он только помог мне...
– Так будет с каждым, сладкая. Я уничтожу всё, что попытается встать между нами. Даже тень. Даже мысль.
– Ты ненормальный, Булатов! Я не хочу тебя! Исчезни из моей жизни!
Мои слова только сильнее злят его. Мурад хватает меня за горло и вжимает в стену.
– Пока я дышу, ты будешь моей. А когда перестану дышать… я заберу тебя с собой. Конечно, заберу. Потому что иначе какая же это любовь?
Все в наших горах знают: если Булатов выбрал женщину, он не отступит от своей черной любви никогда. У них есть власть, репутация. Они носят своих женщин на руках, но любить Булатова... очень больно.
- одержимая сложная любовь
- вынужденный брак
- темная романтика
- очень горячие сцены 18+
(375)
Когда жизнь Лиоры обрывается внезапным выстрелом, ей даруют второй шанс — в мире, где камни шепчут, металл поёт, а судьбы сплетаются тоньше любой ювелирной вязи.
Она — ювелир, слышащая голоса самоцветов. В маленькой лавке, среди пыли и старых инструментов, Лиора создаёт украшения, в которых магия и красота становятся единым целым. Её артефакты защищают, меняют облик и хранят родовые тайны. Но вместе с признанием приходит опасность — зависть, страх и желание уничтожить то, что невозможно понять.
Рядом с ней — двое мужчин.
Аэрион — наследник древнего рода, спокойный и внимательный, чья сила скрыта в точности и заботе.
Рейн — следователь без магии, но с сердцем, волей и кулаком, крепче любого заклятия.
Каждый из них готов защищать Лиору. Каждый любит её по-своему.
И она чувствует обоих — одинаково глубоко.
Когда камни раскрывают правду, а на коже проступает вязь истинности, становится ясно: любовь не всегда требует выбора. Иногда она требует смелости принять всё сердце целиком.
Она — ювелир, слышащая голоса самоцветов. В маленькой лавке, среди пыли и старых инструментов, Лиора создаёт украшения, в которых магия и красота становятся единым целым. Её артефакты защищают, меняют облик и хранят родовые тайны. Но вместе с признанием приходит опасность — зависть, страх и желание уничтожить то, что невозможно понять.
Рядом с ней — двое мужчин.
Аэрион — наследник древнего рода, спокойный и внимательный, чья сила скрыта в точности и заботе.
Рейн — следователь без магии, но с сердцем, волей и кулаком, крепче любого заклятия.
Каждый из них готов защищать Лиору. Каждый любит её по-своему.
И она чувствует обоих — одинаково глубоко.
Когда камни раскрывают правду, а на коже проступает вязь истинности, становится ясно: любовь не всегда требует выбора. Иногда она требует смелости принять всё сердце целиком.
Не привязывайся ко мне, девочка. Я не тот, кем ты хочешь меня видеть.
— Ты мне безразличен, ясно? Но твоей дочери нужна операция. Спаси её, умоляю! Алиса останется в этой больнице одна, а я больше ничего не смогу сделать.
У них нет ничего общего, кроме ребенка, о существовании которого он не подозревал пять лет. И дикой страсти, которой никто не готов поддаться.
— Я не спасаю, Весна. Я присваиваю.
— Ты мне безразличен, ясно? Но твоей дочери нужна операция. Спаси её, умоляю! Алиса останется в этой больнице одна, а я больше ничего не смогу сделать.
У них нет ничего общего, кроме ребенка, о существовании которого он не подозревал пять лет. И дикой страсти, которой никто не готов поддаться.
— Я не спасаю, Весна. Я присваиваю.
Признаюсь: до этого балет казался мне бессмысленной суетой. Но её танец… Что-то внутри сжимается. Я засматриваюсь — и очухиваюсь лишь тогда, когда свет гаснет полностью, а вслед за этим раздаётся её пронзительный визг.
— Барбара! — кричит Бажаев.
Выстрел.
Зал взрывается паникой. Крики, топот. Когда свет снова вспыхивает, смарт-часы вибрируют. Новое уведомление. Я поднимаю взгляд на Бажаева — тот бледен.
— Она будет у нас, — говорю ровно, — до тех пор, пока ты не соберёшь информацию. Гарантирую её неприкосновенность. Но если эти люди прознают обо мне...
— Барбара! — кричит Бажаев.
Выстрел.
Зал взрывается паникой. Крики, топот. Когда свет снова вспыхивает, смарт-часы вибрируют. Новое уведомление. Я поднимаю взгляд на Бажаева — тот бледен.
— Она будет у нас, — говорю ровно, — до тех пор, пока ты не соберёшь информацию. Гарантирую её неприкосновенность. Но если эти люди прознают обо мне...
— Я знаю, что ты была хорошей женой, — снисходительно произносит Саша, словно добивая меня. — Поэтому этот дом оставлю себе. А тебе... Так и быть, забирай однушку моей покойной бабки!
— Обычно, когда мужчина уходит из семьи, он собирает чемодан и уходит сам... а не выгоняет жену с детьми! — зло говорю я.
Саша смотрит на меня задумчиво, словно обдумывает мои слова. Слегка наклоняет голову набок.
Но тут же широкая, самодовольная улыбка озаряет его лицо.
— Не знаю таких мужчин, — спокойно говорит он. — Ты обустроишься в квартире бабушки, привыкнешь к новой жизни. А потом, со временем, когда найдешь работу получше, заберешь детей к себе.
— Неужели ты в своем уме думаешь, что наши дети будут жить с твоей любовницей? — зло усмехаюсь я. — Что они примут ее как мачеху? Что будут нянчить ее ребенка?
— Будут, — решительно отвечает Саша, медленно поправляя манжеты своей белоснежной рубашки. — Ведь они ее уже хорошо знают. Привыкли к ней.
— Обычно, когда мужчина уходит из семьи, он собирает чемодан и уходит сам... а не выгоняет жену с детьми! — зло говорю я.
Саша смотрит на меня задумчиво, словно обдумывает мои слова. Слегка наклоняет голову набок.
Но тут же широкая, самодовольная улыбка озаряет его лицо.
— Не знаю таких мужчин, — спокойно говорит он. — Ты обустроишься в квартире бабушки, привыкнешь к новой жизни. А потом, со временем, когда найдешь работу получше, заберешь детей к себе.
— Неужели ты в своем уме думаешь, что наши дети будут жить с твоей любовницей? — зло усмехаюсь я. — Что они примут ее как мачеху? Что будут нянчить ее ребенка?
— Будут, — решительно отвечает Саша, медленно поправляя манжеты своей белоснежной рубашки. — Ведь они ее уже хорошо знают. Привыкли к ней.
Максим Королёв - успешный предприниматель 43 года,владелец холдинга,пережившего не один кризис.Его лучший друг и деловой партнёр Игорь Лазарев погибает в загадочной автокатастрофе.После гибели Игоря его компания оказывается на грани разорения,а всё наследство - огромный пакет акций и недвижимость по завещанию должно перейти к единственной дочери Виктории 23 года.
Но в завещании был нюанс:Виктория получает всё, лишь при условии,что выйдет замуж до 24 лет.В противном случае активы переходят к Максиму - как "страховке" для бизнеса.
Максим женат на другой женщине,с которой он прошёл огонь и воду.Их брак давно превратился в формальность:страсть угасла,остались уважение и привычка.Жена знает о делах мужа,но не подозревает,что он вот-вот окажется перед выбором,который разрушит всё.
Но в завещании был нюанс:Виктория получает всё, лишь при условии,что выйдет замуж до 24 лет.В противном случае активы переходят к Максиму - как "страховке" для бизнеса.
Максим женат на другой женщине,с которой он прошёл огонь и воду.Их брак давно превратился в формальность:страсть угасла,остались уважение и привычка.Жена знает о делах мужа,но не подозревает,что он вот-вот окажется перед выбором,который разрушит всё.
Забыв прошлое, я наконец дышу полной грудью. Вот только оно нагоняет меня. Находит и ворвавшись в мою жизнь, обрушает на своем пути любые преграды, забирая в свой сладкий плен.
— Макар, — выдыхаю шепотом.
— Риша…
Время застыло, мир замер. Перед моими глазами только его голубые глаза и воспоминания слайдами. Ощущения пропали. Все. Кроме ощущения твердости когда-то любимого тела и таких знакомых сильных рук.
Попутный Макар Ветров. Моя первая настоящая студенческая любовь.
Попутный Макар Ветров. Мой первый настоящий студенческий кошмар.
— Макар, — выдыхаю шепотом.
— Риша…
Время застыло, мир замер. Перед моими глазами только его голубые глаза и воспоминания слайдами. Ощущения пропали. Все. Кроме ощущения твердости когда-то любимого тела и таких знакомых сильных рук.
Попутный Макар Ветров. Моя первая настоящая студенческая любовь.
Попутный Макар Ветров. Мой первый настоящий студенческий кошмар.
Я поворачиваюсь к партнеру, и слова вылетают сами:
– Пари. Она такая же, как все. Дай мне пару месяцев. На… разоблачение. Чтобы она сама показала, что её «порядочность» стоит не больше, чем у секретарши.
– И что будет ставкой?
– Твоя ложа в Большом на весь сезон против моего «Гелендвагена» в гараже.
*******
Раскрутить новенькую сотрудницу до постели – что может быть проще для самодовольного властного босса? Узнав об этом, я решила дать бой. Я объявила свою войну. Моим оружием стал флирт, моей тактикой – холодный расчёт, а моей целью – заставить этого надменного гордеца влюбиться и опуститься на колено с предложением руки и сердца. Я почти выиграла. Но судьба распорядилась иначе…
– Пари. Она такая же, как все. Дай мне пару месяцев. На… разоблачение. Чтобы она сама показала, что её «порядочность» стоит не больше, чем у секретарши.
– И что будет ставкой?
– Твоя ложа в Большом на весь сезон против моего «Гелендвагена» в гараже.
*******
Раскрутить новенькую сотрудницу до постели – что может быть проще для самодовольного властного босса? Узнав об этом, я решила дать бой. Я объявила свою войну. Моим оружием стал флирт, моей тактикой – холодный расчёт, а моей целью – заставить этого надменного гордеца влюбиться и опуститься на колено с предложением руки и сердца. Я почти выиграла. Но судьба распорядилась иначе…
– А сейчас, – голос ведущего торжественный, праздничный, – давайте посмотрим путь нашей победительницы! От первых шагов на кухне до вершины кулинарного Олимпа!
Это традиция церемонии – для каждого победителя готовят специальный ролик. Мой я видела на репетиции: старые фотографии, первые интервью, кадры из "Эдема". Экраны оживают.
Первые секунды я не понимаю. Жду знакомых кадров – вот сейчас появится кухня первого ресторана, потом...
Спальня.
Моя спальня.
Я узнаю обои – те самые, серо-голубые, которые мы выбирали с Артёмом в прошлом году. Узнаю постельное бельё...
Камера движется. Медленно. Намеренно.
Кровать.
На ней – Артём. Он не один.
Слышу, как меняется звук в зале – аплодисменты стихают, сменяясь чем-то другим. Шёпот. Вздохи. Кто-то ахает.
А я стою на сцене, и смотрю.
Я вижу её спину, изгиб бедра, движения...
Камера поворачивается.
Лицо.
Это лицо я знаю лучше, чем своё собственное.
Алина.
Улыбается. Её голос разносится над притихшим залом:
– Привет, сестренка!
Это традиция церемонии – для каждого победителя готовят специальный ролик. Мой я видела на репетиции: старые фотографии, первые интервью, кадры из "Эдема". Экраны оживают.
Первые секунды я не понимаю. Жду знакомых кадров – вот сейчас появится кухня первого ресторана, потом...
Спальня.
Моя спальня.
Я узнаю обои – те самые, серо-голубые, которые мы выбирали с Артёмом в прошлом году. Узнаю постельное бельё...
Камера движется. Медленно. Намеренно.
Кровать.
На ней – Артём. Он не один.
Слышу, как меняется звук в зале – аплодисменты стихают, сменяясь чем-то другим. Шёпот. Вздохи. Кто-то ахает.
А я стою на сцене, и смотрю.
Я вижу её спину, изгиб бедра, движения...
Камера поворачивается.
Лицо.
Это лицо я знаю лучше, чем своё собственное.
Алина.
Улыбается. Её голос разносится над притихшим залом:
– Привет, сестренка!
Я улыбаюсь: надо же, какой сюрприз на 8 марта муж для меня приготовил. Новая машина. Дорогая. Договор подписан вчера.
Утром Сергей встречает меня с букетом. Семь красных роз. Красиво, но сердце кольнуло: я же знаю, какой главный сюрприз… Я отгоняю мысль: наверное, вечером.
Позже мы в кафе собираемся подругами. Вика подъезжает на вишневой иномарке. Новой. Дорогой.
— Когда ты успела поменять машину? — спрашиваю у подруги.
— Это не я поменяла, — говорит она. — Это мне котенок подарил, — щебечет она.
А потом, понизив голос, добавляет.
— А я ему наследника подарю. Он очень хотел ребёнка.
В одну минуту я потеряла всё. Или обрела свободу, чтобы начать сначала? Но как жить дальше, если внутри тебя уже бьется новая жизнь — его ребенок, о котором он никогда не узнает?
Утром Сергей встречает меня с букетом. Семь красных роз. Красиво, но сердце кольнуло: я же знаю, какой главный сюрприз… Я отгоняю мысль: наверное, вечером.
Позже мы в кафе собираемся подругами. Вика подъезжает на вишневой иномарке. Новой. Дорогой.
— Когда ты успела поменять машину? — спрашиваю у подруги.
— Это не я поменяла, — говорит она. — Это мне котенок подарил, — щебечет она.
А потом, понизив голос, добавляет.
— А я ему наследника подарю. Он очень хотел ребёнка.
В одну минуту я потеряла всё. Или обрела свободу, чтобы начать сначала? Но как жить дальше, если внутри тебя уже бьется новая жизнь — его ребенок, о котором он никогда не узнает?
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги