Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «skachat»
Меня зовут Милана. Я — пышка, жена, мать близнецов и кондитер. Два года назад я заключила сделку с Матвеем Зориным и выиграла.
Теперь у нас новая проблема: его покойный отец оказался самозванцем. Настоящий — в Италии. Мы собираем чемоданы и летим в Неаполь. Нас ждут: итальянская родня, тридцать миллионов в банке, угрозы, письмо от покойной свекрови и девушка с рыжими волосами, которая работает в книжном магазине и не знает, что она — сестра моего мужа.
Справимся. Пышки не сдаются.
Теперь у нас новая проблема: его покойный отец оказался самозванцем. Настоящий — в Италии. Мы собираем чемоданы и летим в Неаполь. Нас ждут: итальянская родня, тридцать миллионов в банке, угрозы, письмо от покойной свекрови и девушка с рыжими волосами, которая работает в книжном магазине и не знает, что она — сестра моего мужа.
Справимся. Пышки не сдаются.
Одержимая желанием отомстить бывшему парню, Сара познает навык писательства и ставит себе цель прослыть популярным современным автором. Что может быть слаще, чем мелькать у этого засранца в новостях?
Новоиспеченая писательница публикует книги инкогнито без всякой надежды на быструю популярность. Но всего один хейтер вывел первое произведение девушки в топ новинок.
Саре Новак предстоит пройти не мало испытаний, подготовленных для нее судьбой, чтобы добиться успеха в карьере. Только вот теперь она воплощает планы не ради мести, а чтобы исполнить свое призвание как автора.
Новоиспеченая писательница публикует книги инкогнито без всякой надежды на быструю популярность. Но всего один хейтер вывел первое произведение девушки в топ новинок.
Саре Новак предстоит пройти не мало испытаний, подготовленных для нее судьбой, чтобы добиться успеха в карьере. Только вот теперь она воплощает планы не ради мести, а чтобы исполнить свое призвание как автора.
Диана очнулась первой. Она спрыгнула со стола, оправила юбку и посмотрела на меня с вызовом.
— Стучаться не учили? — с вызовом спросила она.
— Я искала своего мужа, — ответила я и кивнула на Кирилла, который покраснел, словно помидор.
— Я не знала, что вы…
— Что я его жена? — спросила я, совладав с собой и посмотрела на Кирилла.
Он спокойно застегивал рубашку.
— Ален, не устраивай сцену, – проговорил он.
Его равнодушие зацепило основательно.
Он даже не удосужился сказать это вечное мужское «ты не так поняла».
Я приложила огромное усилие, чтобы взять себя в руки.
— Что ты себе позволяешь? — прошипела я.
— Давай дома поговорим, когда ты успокоишься и будешь вести себя адекватно.
— Он сказал, что вы разводитесь, — на прощание выдавила Диана.
— Правда?
Я смотрела только на мужа.
— Мы давно живем как соседи, — произнес Кирилл. — Ты сама это знаешь.
— Не знала. Вчера ты выполнил супружеский долг, как мне показалось, с большим удовольствием...
— Стучаться не учили? — с вызовом спросила она.
— Я искала своего мужа, — ответила я и кивнула на Кирилла, который покраснел, словно помидор.
— Я не знала, что вы…
— Что я его жена? — спросила я, совладав с собой и посмотрела на Кирилла.
Он спокойно застегивал рубашку.
— Ален, не устраивай сцену, – проговорил он.
Его равнодушие зацепило основательно.
Он даже не удосужился сказать это вечное мужское «ты не так поняла».
Я приложила огромное усилие, чтобы взять себя в руки.
— Что ты себе позволяешь? — прошипела я.
— Давай дома поговорим, когда ты успокоишься и будешь вести себя адекватно.
— Он сказал, что вы разводитесь, — на прощание выдавила Диана.
— Правда?
Я смотрела только на мужа.
— Мы давно живем как соседи, — произнес Кирилл. — Ты сама это знаешь.
— Не знала. Вчера ты выполнил супружеский долг, как мне показалось, с большим удовольствием...
Есть ли у инквизиторов что-то, кроме долга? Что скрывается под чёрным мундиром — выжженная печать Ордена или всё ещё живое сердце? Способен ли мужчина, обученный пытать и сжигать, на обычное человеческое желание? А если да — то что будет, когда он встретит ту, кто не боится ни его, ни его желания?
Ася Волкова девушка с непростой судьбой. Чтобы вылечить мать, она нарушает законы и идет на воровство. Пока однажды не встречает своего бывшего знакомого, который предлагает ей выгодную сделку. Что же может пойти не так?...
— А вы… не подскажете? Как мне до города добраться?
— Пока что никак. Сначала расскажи мне, девочка, как ты оказалась в этой постели и в этом доме? И почему я должен быть уверен, что у моей семьи не будет проблем из-за тебя?
И зачем только я пошла в этот клуб?! Не люблю такой отдых, но после тяжёлой сессии захотелось встряхнуться. Встряхнулась, ага, ещё как! Прицепился этот чёртов мажор, пытался деньгами купить. Ну уж нет, я от своих принципов не откажусь — только по любви! И плевать мне, кто там у него отец, и как сильно этого отца боится весь город! А вот, что его отец невероятно красивый мужчина — вот это мне покоя не даёт.
— Пока что никак. Сначала расскажи мне, девочка, как ты оказалась в этой постели и в этом доме? И почему я должен быть уверен, что у моей семьи не будет проблем из-за тебя?
И зачем только я пошла в этот клуб?! Не люблю такой отдых, но после тяжёлой сессии захотелось встряхнуться. Встряхнулась, ага, ещё как! Прицепился этот чёртов мажор, пытался деньгами купить. Ну уж нет, я от своих принципов не откажусь — только по любви! И плевать мне, кто там у него отец, и как сильно этого отца боится весь город! А вот, что его отец невероятно красивый мужчина — вот это мне покоя не даёт.
Три года она бежала. Три года спасала чужие жизни, чтобы забыть свою. Но когда в её руках оказалась граната, Вероника поняла, что некоторые чеки выдёргиваются навсегда.
Демьян Аркадьевич не спасает. Он забирает. Его имя шепчут с ужасом, но она больше не может бежать.
Вместо тихой гавани она попадает в его особняк — и в его правила.
Он хочет её. Она хочет выжить.
Граната в её руке — не оружие, это метафора. Потому что настоящая чека — это она сама.
И обратного пути нет
Демьян Аркадьевич не спасает. Он забирает. Его имя шепчут с ужасом, но она больше не может бежать.
Вместо тихой гавани она попадает в его особняк — и в его правила.
Он хочет её. Она хочет выжить.
Граната в её руке — не оружие, это метафора. Потому что настоящая чека — это она сама.
И обратного пути нет
Успешный SMM-директор Алиса знает всё о воронках продаж, токсичной позитивности и том, как продать песок бедуинам. Она презирает семнадцатый век за отсутствие ортопедических матрасов и нормальную вентиляцию в корсетах. Но когда ее ноутбук сгорает прямо перед дедлайном, а курьер со спешелти-кофе застревает в лифте, реальность дает сбой.
Очнувшись на кишащем блохами тюфяке с ржавым ножом вместо беспроводной зарядки, Алиса понимает: она попала. Точнее, угодила прямиком в тело юной Анжелики дю Плесси-Белльер накануне брака с Жоффреем де Пейраком — хромым гениальным алхимиком, которого весь Версаль считает колдуном.
Вместо того чтобы падать в обморок от отсутствия Wi-Fi и вонять немытым средневековьем, новоиспеченная попаданка берет ситуацию в свои руки.
Очнувшись на кишащем блохами тюфяке с ржавым ножом вместо беспроводной зарядки, Алиса понимает: она попала. Точнее, угодила прямиком в тело юной Анжелики дю Плесси-Белльер накануне брака с Жоффреем де Пейраком — хромым гениальным алхимиком, которого весь Версаль считает колдуном.
Вместо того чтобы падать в обморок от отсутствия Wi-Fi и вонять немытым средневековьем, новоиспеченная попаданка берет ситуацию в свои руки.
Новый мир.
В этот новый мир Ярослава прошла через боль, унижения, страдания и кровь.
Она выжгла себя изнутри и вернулась восставшей, сильной и готовой к противостоянию.
***
- Впервые увидев тебя, я решила, что ты пришел уничтожить мою жизнь, но моё любопытство было выше этого страха. - Тонкие пальчики прошлись по ткани рубашки.
- Впервые увидев тебя, я решил, что ты разрушишь всё, что я строил долгими годами.
Грузный вдох и долгий выдох.
- Обратного пути не будет. - Говорю, глядя в серые глаза.
- Он больше не нужен. - Отвечает Ярослава, сдаваясь мне целиком.
В этот новый мир Ярослава прошла через боль, унижения, страдания и кровь.
Она выжгла себя изнутри и вернулась восставшей, сильной и готовой к противостоянию.
***
- Впервые увидев тебя, я решила, что ты пришел уничтожить мою жизнь, но моё любопытство было выше этого страха. - Тонкие пальчики прошлись по ткани рубашки.
- Впервые увидев тебя, я решил, что ты разрушишь всё, что я строил долгими годами.
Грузный вдох и долгий выдох.
- Обратного пути не будет. - Говорю, глядя в серые глаза.
- Он больше не нужен. - Отвечает Ярослава, сдаваясь мне целиком.
Зоя приходит в сквер написать очерк о пенсионерах с шахматными досками — а вместо этого узнаёт молчаливого незнакомца, который пять лет назад был восходящей звездой мировых шахмат, и должна решить, что важнее: громкая сенсация или чужое хрупкое право на тишину.
Подборка книг
Выберите полку для книги