Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «novinki»
Когда в Лондоне происходит громкое убийство, инспектор Кристофер Роджерс уверен, что имеет дело просто с очередным преступлением. Но некоторые преступления лучше не раскрывать. Некоторые имена лучше не произносить вслух. Особенно если в дело вмешивается чувство, больше похожее на одержимость, чем на любовь. Очень скоро расследование превращается в путешествие по следам чужой трагедии, старой ненависти и тайн, за которые люди готовы убивать и умирать. А самое страшное в том, что кто-то уже знает правду. И этот кто-то терпеливо ждёт.
🕯️ Атмосферный английский детектив
🕯️ Тайны прошлого
🕯️ Аристократия и интриги
🕯️ Атмосфера Лондона начала века (1950+)
🕯️ Необычная любовная линия
🕯️ Атмосферный английский детектив
🕯️ Тайны прошлого
🕯️ Аристократия и интриги
🕯️ Атмосфера Лондона начала века (1950+)
🕯️ Необычная любовная линия
Я вернулась из командировки вечером, вошла и
остановилась на пороге.
На кухне сидел Данила, а напротив него — она.
Я узнала её сразу. Жанна. Бывшая моего мужа.
— Дань, что здесь происходит?
— Жанна разводится, — сказал он. — Приехала в Питер. Я для неё самый близкий человек. Поживёт у нас недельку-другую.
— Самый близкий человек? — я смотрела на него. — Это с каких пор вы стали настолько близки, что она прёт к тебе аж из Москвы за утешением?
— Вера, не начинай, — он закатил глаза.
— Слушай, Вера, — Жанна поставила кружку. — Ты не драматизируй. Я не собираюсь отбивать у тебя мужа. Мне просто надо перекантоваться пару недель.
— Ты не будешь у нас перекантовываться, — ответила я, глядя ей в глаза.
Я повернулась к Даниле.
— Я требую, чтобы она ушла. Сейчас же.
— Вера, ну что ты начинаешь? — он поморщился.
— А если я уйду? — спросила я.
— Да никуда ты не уйдёшь, — улыбнулась Жанна.
Я стояла посреди своей кухни. И чувствовала себя полной дурой.
остановилась на пороге.
На кухне сидел Данила, а напротив него — она.
Я узнала её сразу. Жанна. Бывшая моего мужа.
— Дань, что здесь происходит?
— Жанна разводится, — сказал он. — Приехала в Питер. Я для неё самый близкий человек. Поживёт у нас недельку-другую.
— Самый близкий человек? — я смотрела на него. — Это с каких пор вы стали настолько близки, что она прёт к тебе аж из Москвы за утешением?
— Вера, не начинай, — он закатил глаза.
— Слушай, Вера, — Жанна поставила кружку. — Ты не драматизируй. Я не собираюсь отбивать у тебя мужа. Мне просто надо перекантоваться пару недель.
— Ты не будешь у нас перекантовываться, — ответила я, глядя ей в глаза.
Я повернулась к Даниле.
— Я требую, чтобы она ушла. Сейчас же.
— Вера, ну что ты начинаешь? — он поморщился.
— А если я уйду? — спросила я.
— Да никуда ты не уйдёшь, — улыбнулась Жанна.
Я стояла посреди своей кухни. И чувствовала себя полной дурой.
Он — военный, оказавшийся в больнице после ранения, и вместо счастливой встречи с невестой, жестокие слова:
— Прости, но я устала…
Пустота в груди и пятимесячный щенок на больничной парковке, которого некуда деть…
Она — врач и спасает всех, кроме себя. Пышные формы, работа без выходных и давно забытая вера в личное счастье.
Что же будет, если она решится помочь и приютить собаку?
— Прости, но я устала…
Пустота в груди и пятимесячный щенок на больничной парковке, которого некуда деть…
Она — врач и спасает всех, кроме себя. Пышные формы, работа без выходных и давно забытая вера в личное счастье.
Что же будет, если она решится помочь и приютить собаку?
Я должна была быть гостьей на этой свадьбе.
Но сбежала невеста, и под венец отправили меня.
Теперь я жена Аслана Бекова — богатого кавказского мажора с ледяным взглядом и тяжёлым характером. Он не выбирал меня. Я не выбирала его.
Нас связал брак, построенный на лжи и чужих решениях.
Но чем сильнее мы пытаемся держаться друг от друга подальше, тем опаснее становятся чувства, которым нет места в этом союзе.
Но сбежала невеста, и под венец отправили меня.
Теперь я жена Аслана Бекова — богатого кавказского мажора с ледяным взглядом и тяжёлым характером. Он не выбирал меня. Я не выбирала его.
Нас связал брак, построенный на лжи и чужих решениях.
Но чем сильнее мы пытаемся держаться друг от друга подальше, тем опаснее становятся чувства, которым нет места в этом союзе.
– Я же сказал – без моего одобрения никаких собеседований. Кого вы там привели?
– Вы? – вырвалось у нас одновременно.
– Занятно, – он откинулся в кресле – Компании нужны сотрудники, но я не думаю, что вы справитесь.
– На каком основании? Потому что я не вписалась в вашу траекторию на переходе?
– Потому что вы – человек эмоциональный.
– А вы, значит, контроль обожаете.
– Хорошо, – процедил он. – Испытательный срок. Один месяц. Посмотрим, чего стоит ваша экспрессивность.
++++++++
Я совсем не ожидала, что моим боссом станет наглый красавчик, который пару дней назад чуть не врезался в меня, переходя дорогу! Ещё меньше я ожидала, что он решит лично проверить, чего я стою. Но после развода с изменщиком-мужем я дала себе слово: никаких компромиссов, никаких оправданий и никаких мужчин, которые считают себя богами. Месяц стажировки. Кто кого?
– Вы? – вырвалось у нас одновременно.
– Занятно, – он откинулся в кресле – Компании нужны сотрудники, но я не думаю, что вы справитесь.
– На каком основании? Потому что я не вписалась в вашу траекторию на переходе?
– Потому что вы – человек эмоциональный.
– А вы, значит, контроль обожаете.
– Хорошо, – процедил он. – Испытательный срок. Один месяц. Посмотрим, чего стоит ваша экспрессивность.
++++++++
Я совсем не ожидала, что моим боссом станет наглый красавчик, который пару дней назад чуть не врезался в меня, переходя дорогу! Ещё меньше я ожидала, что он решит лично проверить, чего я стою. Но после развода с изменщиком-мужем я дала себе слово: никаких компромиссов, никаких оправданий и никаких мужчин, которые считают себя богами. Месяц стажировки. Кто кого?
— Ты серьёзно?! — голос у меня сорвался.
Он повернулся, и в свете луны его ухмылка стала ещё опаснее. Расстёгнутая рубашка трепыхалась на ветру, открывая мускулистый торс.
— Абсолютно серьёзно, — спокойно ответил он низким голосом. — Верну тебя на берег только если ты меня развлечёшь. Разговором… — он сделал паузу, окидывая меня взглядом с ног до головы, — или как захочешь.
Сбежав со скучной вечеринки, она случайно оказывается на палубе роскошной яхты. Вместо того чтобы прогнать незваную гостью, хозяин отвязывает швартовы и уводит яхту в открытое море. Под звёздами в чёрном море между ними остаётся только анонимность и запретное желание.
🌊горячо и откровенно (строго 18+)
🌊властный мужчина и неунывающая героиня
🌊летняя атмосфера
🌊заслуженный хэппи энд
Он повернулся, и в свете луны его ухмылка стала ещё опаснее. Расстёгнутая рубашка трепыхалась на ветру, открывая мускулистый торс.
— Абсолютно серьёзно, — спокойно ответил он низким голосом. — Верну тебя на берег только если ты меня развлечёшь. Разговором… — он сделал паузу, окидывая меня взглядом с ног до головы, — или как захочешь.
Сбежав со скучной вечеринки, она случайно оказывается на палубе роскошной яхты. Вместо того чтобы прогнать незваную гостью, хозяин отвязывает швартовы и уводит яхту в открытое море. Под звёздами в чёрном море между ними остаётся только анонимность и запретное желание.
🌊горячо и откровенно (строго 18+)
🌊властный мужчина и неунывающая героиня
🌊летняя атмосфера
🌊заслуженный хэппи энд
— Ты надела на неё мой пояс, Заира-ханум?
Свекровь даже не обернулась. Только поправила на талии молодой Малики серебряную пряжку, которую двадцать лет назад мой муж застегнул на мне перед всем родом.
— Это пояс нашего дома, Зарема. Сегодня его наденет женщина, которой мой сын когда-то дал слово.
Я пришла в родовой дом мужа как хозяйка праздника. А вышла оттуда женщиной, которую при всех решили заменить другой. Но вместе с Маликой в этот дом вошла не только измена. Вернулся Аслан — мужчина, которого у меня когда-то отняли письмом, написанным чужой рукой.
Муж думал, что я промолчу ради детей. Свекровь была уверена, что традиции снова поставят меня на колени. Соперница улыбалась, будто уже примеряла мою жизнь. Они не знали одного: настоящий позор — не уйти из дома, где тебя предали. Настоящий позор — остаться там, где твоё сердце продали без спроса.
Свекровь даже не обернулась. Только поправила на талии молодой Малики серебряную пряжку, которую двадцать лет назад мой муж застегнул на мне перед всем родом.
— Это пояс нашего дома, Зарема. Сегодня его наденет женщина, которой мой сын когда-то дал слово.
Я пришла в родовой дом мужа как хозяйка праздника. А вышла оттуда женщиной, которую при всех решили заменить другой. Но вместе с Маликой в этот дом вошла не только измена. Вернулся Аслан — мужчина, которого у меня когда-то отняли письмом, написанным чужой рукой.
Муж думал, что я промолчу ради детей. Свекровь была уверена, что традиции снова поставят меня на колени. Соперница улыбалась, будто уже примеряла мою жизнь. Они не знали одного: настоящий позор — не уйти из дома, где тебя предали. Настоящий позор — остаться там, где твоё сердце продали без спроса.
— Я не вернусь, Александр.
Он смотрел на неё так, будто впервые понял: перед ним не жена, которую можно уговорить, а женщина, которую он уже потерял.
— Марта… я могу всё исправить.
Она медленно покачала головой.
— Нет. Ты можешь починить приказ, рапорт, чужую ошибку. Но не меня. Не то доверие, которое ты убивал девять месяцев и называл молчанием.
За окном билось о скалы холодное море. Луч маяка прошёл по её лицу и исчез.
— Ты оставил мне только один выход, — сказала она тихо. — И я выбрала его.
Он смотрел на неё так, будто впервые понял: перед ним не жена, которую можно уговорить, а женщина, которую он уже потерял.
— Марта… я могу всё исправить.
Она медленно покачала головой.
— Нет. Ты можешь починить приказ, рапорт, чужую ошибку. Но не меня. Не то доверие, которое ты убивал девять месяцев и называл молчанием.
За окном билось о скалы холодное море. Луч маяка прошёл по её лицу и исчез.
— Ты оставил мне только один выход, — сказала она тихо. — И я выбрала его.
— Что это.
— Соглашение о разводе. Я всё подготовил сам, чтобы тебе не пришлось бегать по юристам и нервничать.
Он намазывал тост маслом, и нож скользил ровно, без единой заминки, и эта ровность была страшнее любого крика. Я смотрела на его руку, на знакомые пальцы, на обручальное кольцо, которое он, оказывается, ещё не снял, и думала, что вот сейчас он намажет тост, откусит и будет жевать, как будто ничего.
Он откусил. И стал жевать.
Я смотрела, как он ест, спокойно, методично, и думала про наши завтраки.
— Тебе достаётся квартира на Мосфильмовской. Хорошая квартира, ты её любишь. Деньги переведу на твой счёт в течение недели, сумма приличная, тебе хватит надолго. Машину оставляй себе, переоформим.
— Даниил.
— Марина, давай без сцен. Мы взрослые люди.
— Соглашение о разводе. Я всё подготовил сам, чтобы тебе не пришлось бегать по юристам и нервничать.
Он намазывал тост маслом, и нож скользил ровно, без единой заминки, и эта ровность была страшнее любого крика. Я смотрела на его руку, на знакомые пальцы, на обручальное кольцо, которое он, оказывается, ещё не снял, и думала, что вот сейчас он намажет тост, откусит и будет жевать, как будто ничего.
Он откусил. И стал жевать.
Я смотрела, как он ест, спокойно, методично, и думала про наши завтраки.
— Тебе достаётся квартира на Мосфильмовской. Хорошая квартира, ты её любишь. Деньги переведу на твой счёт в течение недели, сумма приличная, тебе хватит надолго. Машину оставляй себе, переоформим.
— Даниил.
— Марина, давай без сцен. Мы взрослые люди.
Я проиграла суд, развод и всю свою жизнь.
А наутро проснулась на два месяца назад — в постели с живым мужем, который ещё не успел меня предать.
Теперь я помню каждый его шаг наперёд.
В прошлый раз я плакала и верила.
В этот раз я соберу доказательства и пойму, кто на самом деле стоит за этой идеально срежиссированной катастрофой — пока на мой телефон приходят сообщения с незнакомого номера:
«На этот раз не подписывай».
Кто-то ещё знает, что я вернулась.
А наутро проснулась на два месяца назад — в постели с живым мужем, который ещё не успел меня предать.
Теперь я помню каждый его шаг наперёд.
В прошлый раз я плакала и верила.
В этот раз я соберу доказательства и пойму, кто на самом деле стоит за этой идеально срежиссированной катастрофой — пока на мой телефон приходят сообщения с незнакомого номера:
«На этот раз не подписывай».
Кто-то ещё знает, что я вернулась.
Топ новинок 2024
Выберите полку для книги